Живая кукла

....-будем всю ночь разговаривать о боге смерти и клоуне. - Ханма тяжело вздохнул, а на лице появилась слабая улыбка, скрывающая боль. Он закурил сигарету, и выдохнул дым далеко в звёздное небо, заостряя на нем внимание. Пепел одиноко падал на землю и дотлевал там последние секунды, а дым, серой полоской, стремился наверх. -как то давно, ты спросил, почему же я иду за тобой, ответ прост, мне всегда было с тобой весело, ты придумывал настолько гениальные планы, что плавился мозг, я, можно сказать, любил тебя, за небольшой срок ты успел стать для меня чем то родным, но этот ебаный Такимичи посмел забрать тебя, не переживай, я ещё с ним встречусь, а потом уже и ты... - он слабо ухмыльнулся и замолчал, переваривая сказанные слова. -я постоянно вспоминаю всю хуйню, что мы творили, и ни разу не пожалел, что пошёл за тобой. - слова так и лились с его уст и растворялись в пустоте ночи, он не замолкал ни на секунду, вспоминая все самые лучшие, да и не очень, моменты. -да, с тобой было пиздато. - почему то его слова оборвались, а глаза наполнились слезами, он поджал колени под себя и зарылся в них лицом. Пару глубоких вздохов, и ему удалось умерить свою тоску, взгляд снова устремился на могильную плиту -кис, я скучаю - тихо шептал он, а по щеке стекала робкая слеза. - без тебя жизнь стала какой то серой. - и опять резкое молчание, он словно не хотел показывать своей скорби. -хах, не будем о грустном, тебе бы явно не понравились эти сопли, ну, ничего, скоро мне будет очень весело, нужно немного подождать. - его лоб обессиленно коснулся холодного мрамора, все это время он словно находился в другом мире, там, далеко, рядом с Кисаки, он видел его перед собой и чувствовал его присутствие. Лучи солнца, сквозь кроны деревьев бегали по его лицу и вернули в реальность, с первым лучиком образ Кисаки растворился, а вместе с ним и тоска Ханмы. Он поплелся в парк, где уже во всю развлекались люди, там же были и Мичи с Сенджу, сначала он был несколько огорчен её присутствием, но почти сразу его настроение сменилось на энтузиазм, в глазах вспыхнул огонь, а в голове уже созрел план. "веселись уебок, потом весело будет мне." Весь день напролёт Ханма просидел возле дома Мичи, в тёмном переулке, где он скрыт от чужих взглядов, но сам может рассмотреть лицо каждого. Долгое ожидание порядком утомило его, но уходить было нельзя, уже все было готово для веселья, и как раз в это время в его обзор попали две до боли знакомые фигуры. Это были они, ребята непринужденно болтали и смеялись, и даже не догадывались о том, что их ждёт. Ханма стоял у окна и смотрел внутрь, а в нем закипала ярость, они так беззаботно проводят время, Мичи вообще вины не чувствует, это слишком сильно вымораживало, что ж, пора начинать. Он взял в руку арматуру, и без колебаний открыл дверь, плавной походкой, словно скользя по воздуху, Ханма подкрался к ним сзади. Не теряя ни секунды, первой он обезвредил Сенджу глухим ударом по голове. Из раны хлыснула кровь, а взгляды парней тут же пересеклись. -ну привет, Мичи, давно не виделись - Шуджи перепрыгнул через диван и оказался в паре метров от Ханагаки, тот явно не понимал что происходит, да и откуда вообще взялся Ханма, его же так давно не было видно, но все его мысли оборвались после пары ударов по голове, дикая боль пронзила его, казалось череп раскалывается пополам а глаза затмила чёрная пелена. Шуджи вальяжно сидел на диване перед двумя связанными "приятелями", и ждал их пробуждения. Со стороны послышался тихий стон, и в тот же миг на лице Ханмы появилась улыбка, он поднял взгляд и увидел просыпающегося Такимичи. Он подорвался с места и подошёл к нему вплотную, крепким захватом сжимая лицо. -как был уебком бесхребетным, так и остался, мерзость. - Ханма с отвращением отбросил его лицо, и перевёл все свое внимание на девушку. В руке его заблестело лезвие ножа, а с губ сорвался нервный смешок. Он аккуратно приподнял юбку Сенджу, оголяя ноги. -Такая нежная кожа, белая, как полотно, порисуем? - его рот расплылся в безумной улыбке, он с сильного размаха вонзил острие ножа в ногу, настолько глубоко, что проткнул её насквозь, впиваясь в стул. Кровь начала бить фонтаном, он набирал её на кончик лезвия и водил по всему телу, оставляя бордовые узоры, но просто рисовать кровью было как то скучно. С лёгким нажатием он впивался в её кожу и выцарапывал небольшие рисунки. -вот видишь, Ханагаки, это все из за тебя, а ведь если б не ваша прогулка, она была бы жива, она явно хочет жить, хоть пока и в отключке, а ведь Кисаки тоже жить хотел, но ты его убил, сейчас убиваешь свою подругу, все рядом с тобой медленно умирают, это повод задуматься. - с нескрываемой ненавистью он продолжал давить на знакомого, всем видом показывая, что тот умрёт следующим, но пока, он полностью насладится прекрасным зрелищем - смертью подруги. И в тот же миг Сенджу очнулась. -как хорошо, а то ты пропускаешь все веселье. - её тело уже выглядело как кровавое месиво, но это же только начало. Из кармана он достал небольшой пузырёк, содержимое которого тут же вылилось в свежие раны. Жгучая кислота начала разъедать её кожу, а крики Сенджу от боли ласкали слух Ханмы, он лишь смеялся с её беспомощности, иногда нанося ей удары по лицу. Но взгляд его был прикован к парню. -посмотри на неё, она же ни в чем не виновата, но так страдает - он не переставал издеваться над Мичи, всеми силами задевая его чувство вины. На пару секунд Сенджу осталась в покое, но жидкость внутри ран, продолжала приносить адскую боль. Ханма метнулся к своей сумке, что прихватил с собой и вынул оттуда шприц с непонятной жидкостью -бейб, не хочешь поразвлечься? - в её шею глубоко вошла иголка и весь афродизиак оказался в её организме. Он обошёл Сенджу со спины и освободил от оков, все равно никакой опасности это обессиленное тело уже не представляет. Крепким захватом ладони Ханма сжал её запястье и небрежно кинул на диван, вжимая лицом в мягкую поверхность. -я бы был нежнее, но наш зритель заждался - съязвил он, переводя свой самодовольный взгляд на Ханагаки. Рука Шуджи сорвала одежду с девушки и отбросила её в сторону, он оголил свой член и сразу вошёл в девушку, сразу срываясь на резкий темп. Её жалобные стоны от боли просто дурманили разум, а её слезы только больше возбуждали. Не прекращая свои действия, он пытался протиснуться внутрь, как можно глубже. Из за отсутствия любой смазки, он чувствовал как сухость и узкость обвалакивают его член, но это только придавало остроты ощущений. Из уст Ханмы срывались тихие стоны, он специально смотрел на парня напротив, с хитрым оскалом. Крики Сенджу очень бесили, он только сильнее сжимал чужой затылок и прижимал её лицо к дивану, не давая даже возможности нормально вздохнуть. Втянув воздух сквозь зубы, он резко и грубо насадил девушку на свой член, из за чего по телу пробежала приятная волна мурашек. А глубокие, грубые движения заставляли девушку плакать, и явно не от наслаждения. Даже Ханме было больно, ему казалось, что он останется без члена, но эти мелочи не мешали ему продолжать двигаться внутри. Проникая с каждым разом все глубже, он пытался сконцентрироваться на себе. Но его зритель перенимал все внимание, только одни взглядом Шуджи говорил "смотри как я трахаю твою подругу, как она страдает из за тебя." на секунду Ханма остановился, казалось бы, этот ад закончится, но нет, он всего лишь решил проверить пульс девушки, ведь с её стороны не было слышно даже того жалкого скуления собаки. -упс, кажется все таки сдохла. - мерзкая ухмылка не сходила с его лица, а взгляд был прикован к только к Такимичи. Он вернул свое внимание уже неживому телу девушки и лишь усмехнулся. -фу блять, какая же жалкая. - Натягивая руки девушки на себя, он крепко обхватил ее запястья и продолжил трахать Сенджу с невероятной скоростью. Он просто издевался, над трупом девушки, потешая свое самолюбие. Ханма совсем не думал о том, что это может быть опасно и для него, продолжая долбить ее как последнюю шлюшку. Именно мысли о том, что он настолько измучил беззащитного человека, что она не выдержала и просто сдохла у него на руках, приносили Ханме чувства неописуемого блаженства. Он без какой либо брезгливости использовал тело Сенджу для своего удовлетворения. Несколько глубоких движений и Ханма кончил внутрь. Эти ощущения были просто нереальными, на секунду разум отключился, но когда он пришёл в себя, то с отвращением откинул её в сторону. -ну как тебе, приятное зрелище, не правда ли? - Шуджи смотрел на него и просто смеялся, смеялся с того, что Ханагаки не может ничего сделать, он не может даже верёвку развязать, ему остаётся только как последней шавке слушаться приказам и ждать своей очереди. Труп Сенджу уже сидел перед парнем и смотрел на него, а Шуджи просто вышел на перекур, словно ничего и не происходит в этом доме. -не слишком приятен её взгляд? - низкий голос показался откуда-то из темноты, Ханма появился в дверном проёме. - не переживай, это поправимо. - он прошёл на кухню, где отыскал обычную ложку и вернулся к тем двум, чтобы Мичи не успел заскучать. Холодным металлом коснулся её закрытых век и слегка надавил, время тянулось медленно, он всеми силами растягивал каждое свое действие. Своими пальчиками Шуджи поднял веки Сенджу и теперь металл касался её глаз, а после начал проникать под глазное яблоко, вырывая его из глазницы. По рукам быстро побежали струйки крови, а комнату наполнил мерзкий хлюпающий звук, от его действий. Руки Шуджи держали два маленьких шарика, с пустым, мёртвым взглядом, он подошёл к Такимичи и сел перед ним на корточки, словно ребёнок он приложил эти два глаза к своим и стал кривляться, передразнивая Сенджу. Ему было забавно наблюдать за тем, как знакомый медленно сходит с ума, с его губ постоянно слышались нервные, до жути безумные смешки. Он протянул свои ладони к чужому лицу и начал размазывать по нему кровь девушки, делая небольшой "массаж" её глазами. -нравится? Кровь такая тёплая и приятная, а её милые глазки добавляют прохлады и так нежно прикасаются к тебе, ахуенно же, нравится чувство от убийства? Это же ты её убил, только ты виноват в том, что сейчас с ней происходит. - пальцами он обхватил один глаз и провел по чужим губам, проталкивая его в рот. Сжимая его лицо, заставил того сомкнуть зубы, от чего глаз лопнул внутри и тёплой жидкостью растекся, по всей полости рта. Ханма залился мерзким смехом, глядя на лицо Такимичи, как же ему нравилось наблюдать за его страданиями, как он уже мечтает умереть, чтобы это все закончилось, но казалось, пройдет целая вечность, прежде чем это случится. Он снова отключился от шока. Откуда то из подвала послышался звук пилы, Ханма нашёл себе очередную игрушку и поднялся, на верх. Ханагаки уже проснулся, а значит можно продолжать. Глухой рев раздавался по всему дому, он замахнулся и пронзил брюхо девушки, вспарывая его. Уверенными движениями он разбирал её по кусочкам, начиная с головы, заканчивая кончиками пальцев. По всей округе разлетались густые капли крови и ошметки чужой плоти, все конечности валялись в стороне друг от друга, а голова откатилась куда то в сторону, протягивая за собой алую дорожку из крови. Теперь она выглядела как разобранная кукла, которая попала в руки к невоспитанным детишкам. Ханма отбросил пилу в сторону и принялся потрошить её туловище. Он руками выдирал чужие органы и разбрасывал по комнате. Приятное чувство эйфории накрыло его, он словно бешеный зверь издевался над своей жертвой. У неё внутри было так приятно и тепло, когда горячие органы касались его рук. Он возился в ней, словно игрался с антистрессами, которые были так приятны на ощупь. Доставалось не только её телу. Своим ножом он вскрыл череп и извлёк оттуда мозг. Тонкое лезвие снимало с лица Сенджу кожу, оставляя оголенные мышцы и пульсирующие вены. Зрелище было просто отвратительным, но как же ему доставляли такие "игры". С содранным лицом девушки он подошёл к мичи и накинул на него сверху, со смехом глядя как тот, отчаянно пытается его скинуть и кричит от ужаса, пробирающего изнутри. Ханма поочерёдно брал каждую её конечность и распиливал на маленькие кусочки, кости мерзко хрустели, и отскакивали в лицо, царапая чужую кожу. От одной половины девушки уже не осталось ничего, кроме разбросанных по полу кусков плоти с тошнотворным запахом. -ну что, мой дорогой друг, можем приступать теперь к тебе. - он улыбнулся и немного склонил голову, не отводя обезумевшего взгляда с Ханагаки. В стороне уже лежали заготовленные молоток и гвозди, ну и куда же без главного героя шоу - Такимичи. Тот уже был в подвешенном состоянии, но держался на обычных веревках. Шуджи взял пару гвоздей и прислонился к ладони парня острым концом, пара ударов и гвоздь уже впился, в его кожу, пронизывая стену, то же самое произошло и с оставшейся рукой и ногами. Ханагаки был распят на стене собственного дома, а малейшее движение, даже обычное дыхание приносило адскую боль, ведь кожа просто рвалась на нем как ткань. Шуджи специально дёргал его и всячески двигал, чтобы ржавые гвозди побыстрее разорвали чужие ладони, но вскоре ему стало скучно ждать, он обхватил чужую руку и резко дёрнул вниз, от чего она просто разлетелась пополам, вторая рука пострадала ещё больше, Ханма просто отрубил запястье, и так и оставил висеть на стене, словно трофей. Мичи упал лицом вниз и кожа ног разорвалась, но не до конца, гвозди все продолжали держать его прижатым к стене. Нога Шуджи коснулась чужой спины, мучительно медленно нажимая на неё, а потом и вовсе прыгнул сверху. Леденящий до ужаса хруст и пронзительный крик наполнили весь дом, Ханма лишь закатил глаза и сорвал того со стены. -ты слишком громкий, тебе так не кажется? - он ехидно улыбнулся и подобрал верёвку. Теперь Ханагаки был привязан за ноги и висел головой вниз, Шуджи подошёл к его лицу и через силу разомкнул чужую челюсть, его рука проникла внутрь и схватилась за основание языка -теперь ты будешь потише. - резкий рывок и пульсирующий орган оказался у него в руке, наличие столь большого количества крови более чем удовлетворяло Ханму, он смотрел за тем, как Мичи захлебывается в алой жидкости и не может вымолвить ни одного слова, лишь жалкое мычание, подобное неживому существу. И сново рев бинзопилы, он прикоснулся к его одежде, полностью разрывая её, а после чего начал распиливать с промежности, но не до конца, а лишь до живота, чтобы Мичи как можно дольше оставался в агонии, а кровь, приливающая к голове не давала потерять сознание. Он кричал и извивался от боли, с него просто ручьём стекала кровь, образовывая лужу под ним. Где то в столе он нашёл ножницы и раскалил их на огне, этим оружием Ханма начал срезать кусочки плоти с чужого тела, оставляя на нем как бы незаконченный пазл с недостающими деталями. На протяжении нескольких часов он кромсал его тело, отрезая совсем маленькие участки кожи, но от этого только становилось хуже, каждая рана кровоточила и даже гноилась. Он вдоволь наигрался с его телом, пора было приступать к главной задумке. Распиливать Такимичи пополам было слишком не интересно, он срезал верёвки и все это месиво, что когда то называлось человеком, с глухим ударом, упало на пол. Одну ногу он привязал за ножку стола, а другой конец верёвки взял в руку и потащил в противоположную сторону, от чего его тело расходились пополам, и издавало мерзкие звуки. Он уже был похож на распустившийся цветок, от одной шеи отходят две половинки и болтаются в разные стороны, пришлось попотеть, чтобы разрубить его голову аккуратно, не задевая лишней части, все должно быть чётко и ровно. Наконец то все было готово, две половинки от двух людей, и моральное удовлетворение от проделанной работы. Ханма взял остатки от тела Сенджу, достал из рюкзака верёвку и большую иглу, небрежными движениями он сшивал то, что осталось от неё, каждый кусочек он подбирал с пола и старался куда нибудь прилепить, его заготовка должна быть идеальной, чтобы не испортить всей картины. Шуджи сейчас был увлечён как маленький ребёнок, он без какого либо сожаления собирал её тело по кусочкам чтобы возвратить в обычный вид. Заготовка из части Сенджу тоже была готова. Притащив Мичи, он усадил его на диван рядом с девушкой. -теперь вы навсегда будете вместе. - с этими словами он принялся мастерить свою куклу, живую куклу, которая заслужила все эти боль и страдания, что пережила за последние пару часов. Широкая игла пронизывала чужую кожу, сшивая их вместе, это жуткое зрелище радовало глаз Ханмы, такое ощущение, что он сошёл с ума, но нет, Шуджи был в полном сознании и понимал, что делает, просто ненависть окутала его с головой и все, что он хотел, так это отомстить за смерть единственного друга. Его поделка была готова, он с облегчением выдохнул и улыбнулся, любуясь своим творением, перед ним сидело нечто, сшитое из двух людей, по всему телу нехватало частей кожи, а швы придавали всему этому более устрашающий вид, но только не для Ханмы, он вальяжно прошёлся по полу, шлепая в луже крови, и улегся к ним на коленки, прикрыв глаза. Пол ночи его рот не замолкал, он только и делал, что говорил об этом поступке и о том, что не жалеет совсем. -Надеюсь ты доволен, Кисаки. - его лицо озарила вспышка счастья, от чего веки потяжелели а перед глазами нарисовался его образ, от переизбытка эмоций и переутомления, тело парня провалилось в сон, он так и остался спать на своём новом трофее, таком мягком, удобном, а главное, сделанном со всей душой….