Секрет подземелий

Грустный мальчик-первогодка в канун Рождества сидел в подземельях совсем один. Все слизеринцы уехали, и поэтому его никто не тронет. Но и его друзья тоже поехали к семьям. В доме тётки мальчишку никто не ждал. Из Гриффиндора осталась пара человек, да и те были со старших курсов. Тёмные, уже несколько отросшие пряди спадали на лицо, скрывая слезы ребёнка. Никто бы и не подумал, что это - Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил. Гарри был невысоким и худым, поэтому мог сойти бы за восьмилетнего. Из-за угла вышел Снейп своей стремительной походкой. Гарри поспешно слез с подоконника, на котором сидел. Он опоздал - профессор увидел мальчишку и подошёл почти вплотную. – Неужели нашему герою захотелось побыть в одиночестве? – протянул Снейп с ухмылкой. Слёзы Гарри капали на пол с едва слышным стуком, и он отвернулся, чтобы стереть их. К сожалению, зельевар обратил на это свое внимание. Снейп бросил оценивающий взгляд на ребёнка, вздохнул и сказал: – Идите за мной, Поттер. Любой ученик(или даже преподаватель), кому бы попалась эта картина на глаза, встал бы, раскрыв рот. Северус Снейп ведёт Гарри Поттера за руку, не проявляя никаких признаков враждебности. Благо, слизеринцев не было, а преподаватели не ходили по подземельям просто так. Они дошли до неприметной на первый взгляд чёрной двери. Снейп распахнул ее со словами: – Ничего не трогать. Я сейчас вернусь. – профессор прошел вглубь покоев. Гарри был шокирован. Он, как и все первокурсники, думал что в покоях Ужаса Подземелий стоят банки с мозгами учеников, с ингредиентами для зелий, а сама комната оформлена в темных тонах. Ожидания не оправдались: в покоях стояли многочисленные книжные полки в основном с художественной литературой. Диван, кресла были бежевого цвета, остальное - в мягких зелёных тонах. В небольшом шкафу стояли склянки с различными зельями. На маленьком столике в рамке стояла маггловская фотография рыжеволосой девушки с зелёными глазами. Ее прекрасное лицо и улыбка казались Гарри до ужаса знакомыми. Мама... Гарри был точно уверен, что это она. Его взор вновь затуманился, а по щекам потекли горячие слезы. Почему... Почему ты меня оставила? А папа? В этот момент Снейп зашёл в комнату с двумя чашками горячего чая. В его глазах не было привычного безразличия или злости. Напротив, в них было только бесконечное сожаление. Наконец, зельевар сказал: – Да, Поттер, это ваша мать. Гарри встрепенулся. У него в голове крутилась одна-единственная просьба. – Профессор, а Вы... Вы можете рассказать про маму? – у ребенка появилась надежда. Неужели, ему расскажут не только про то, что его родители были смелыми гриффиндорцами? Гарри был уверен, что этот рассказ не будет маленьким, как у Хагрида. – Хорошо, Поттер. Садись, – Снейп жестом указал на диван. – Тинки, – тихий хлопок предшествовал появлению эльфа. – Принеси что-нибудь к чаю. Ушастое создание исчезло, и через пару секунд на столе появилось печенье. Снейп вздохнул и начал рассказ. – Я дружил с Лили. Она была умной, доброй, – по лицу профессора пробежала тень боли. – красивой и дружелюбной... Мы познакомились ещё задолго до Хогвартса... Гарри внимательно слушал зельевара. Тот рассказывал долго и красочно. Про отца Снейп не рассказывал. К счастью для него, отбой наступил, когда профессор переходил к старшим курсам. – Уже отбой, Поттер. Я доведу Вас до башни. Всю дорогу шли молча. Каждый думал о своем. Гарри, счастливый, с лёгкой улыбкой на лице шел за Снейпом. Дойдя до портрета Полной Дамы, он положил руки мальчику на плечи и на прощание сказал: – Вы можете иногда приходить, Поттер... Гарри. Счастливого Рождества. – зельевар, противореча самому себе, посмотрел Гарри в глаза и потрепал по голове, после чего развернулся на каблуках и ушёл. Мальчик влетел в пустующую гостиную факультета. Это Рождество, без сомнения, было лучшим(и, правда, первым) для Гарри. На несколько этажей ниже, в своей спальне, никто иной, как Северус Снейп налил себе огневиски в бокал. Он думал по поводу этого вечера. Много думал. Похож на мать. А где-то в потустороннем мире Лили Поттер, в девичестве Эванс, смотрела на своих двух мальчиков. – Счастливого Рождества, дорогие.