Воспоминание №2: Бал - всегда скучно, зима 1977.
22 июля 2023 г., 11:49
— Регулус, постой, с какого перепуга ты забрал меня пораньше и теперь мы не на приёме, а у реки?
Джейн совсем не понимала, как они добрались сюда (пусть и на карете), если дом Нарциссы и Люциуса была точно не у реки. Да и дорога не та была. Но доверие Регулусу была выше этого, поэтому никаких вопросов по типу «а это точно та дорога? Или хочешь меня украсть?» не было и вовсе. Персона Блэка всегда излучала доверие, а сейчас она официально его девушка и казалось, что теперь и её персона будет соответствовать требованиям остальных, ибо рядом с ней не какой-то парень, а единственный наследник Блэков.
— Бал — всегда скучно. Тут спокойнее. К тому же я купил тебе обычную маггловскую одежду. Переодевайся и пошли гулять по городу. Обожаю людные улицы Лондона. Что-то невесомое... Счастье — это когда можешь гулять и не беспокоиться ни о чём.
Рядом, к счастью, была кафешка, а значит и уборная. Соответственно Паркер могла переодеться и там, пусть здешний её вид и мог бы озадачить других посетителей: ДжейЛи надела синее платье, как и обещала. Цвет банальный, но вот само платье было выполнено аж три сотни лет назад известной волшебницей-дизайнеркой по имени Ририана ДеДжел. Бог знает почему Лилиана надела столь неудобное платье, ведь в особняке были и те, которые не доставляли дискомфорт и были по легче в прямом смысле этого слова. Так как это была реликвия, которая передавалась из поколения в поколение по материнской линии, была дорогой и с такой же историей, в тот же миг для Паркер было решено: к чёрту, что сейчас иная мода и принципы, это платье приносит всегда удачу. Как ни странно, именно в этом платье её мама, бабушка и Пра сколько там бабушка, встретили своих будущих мужей. К тому же казалось что они идеально дополняют друг-друга. Это могли доказать родители самой ДжейЛи: пусть и прошло 17 лет с их брака, у них не было глобальных или не очень проблем. Лилиан не питала особо трепетных чувств к Регулусу, но в материальном мире живут материальные девочки, которые хотят сверкать. Регулус и его семья могли бы обеспечить ей это.
— С чего ты решил, что я захочу пойти в маггловский Лондон?
Безвкусно одетые магглы по-настоящему выглядели не очень. Будь здесь Лукреция, сестра Джейн-Лилиан, то одарила бы всех косым взглядом. Лукреция была слишком высокого о себе мнения.
— А с того, что я твой парень и это будет нашим первым свиданием вне Хогвартса и Хогсмида.
Казалось, что Регулусу нравилось беззаботно её подкалывать, ничего особенного при этом не говоря.
— Я же все свои деньги забыла! Мог и сказать!
— Это займёт времени, поэтому я уже обменял свои. Я, как джентльмен, хочу чтобы ты про деньги не думала.
— О, как приятно.
***
Регулус купил ей мороженое, они катались на роликах, слушали уличных музыкантов и теперь Джейн не смущало то, что на ней порванные штаны, большая футболка с какой-то рок-группой и красные кеды. Сам Регулус выглядел почти также, но штаны были целы и более похожие на парней из афиш концертов. Паркер прониклась атмосферой Лондона и теперь было очень комфортно. Блэк украдкой смотрел на неё и улыбался по-доброму, по-настоящему. От этого были не по себе, потому что Слизеринка не могла ответить ему взаимностью. Она не могла до конца привыкнуть, ссылаясь на поручения Миссис Блэк «забронировать» чистокровную Паркер раньше, чем сделает это кто-то другой. — Слушай, Реджи, прости, но мне кажется пора... — Но ведь только 9 часов вечера. Разве ещё не рано? – нежно прикрыл её своей джинсовой курткой Регулус, укладывая кудри нормально, чтобы не лезли ему на лицо уже в сотый раз. — Нет, всё хорошо и даже отлично. Ещё рано. Но плохо ведь то, что ты так заботишься и улыбаешься. Мне кажется я тебя нравлюсь. По-настоящему. Я согласилась быть с тобой, потому что думала... думала, что это просто договор о браке, а ты решил взять всё в свои руки рано. Регулус, я тебе нравлюсь по-настоящему? — Да, ты права. Но ты мне не нравишься, – повисло молчание и Джейн-Лилиан уже подумала какая она дура, что так подумала из-за мелких действий. — Я тебя скорее люблю. — Мне кажется, что способность любить это дар. Можно? – хотела положить руку на его плечо Джейн, как тот кивнул. — Правда ли то, что ты только что сказал? — Да. Хочешь поженимся? — Всё слишком быстро. Тормози немного. Серьёзно, что только что произошло? — Не знаю. Мне 17 и я хотел бы быть с тем, кого люблю. — Брось, Регулус. Может это всё таки чары платья? — Какого? — Ну, то синее платье реликвия. Её носили все по маминой линии и встречали своих мужей. Господи, да о чём я только думала! – нахмурилась Джейн-Лилиан, укутываясь в джинсовку Регулуса. — Нет, не думаю, – улыбнулся юноша, растворяясь в облаке чёрного дыма.***
— Это странно! – воскликнули Рон и Джинни одновременно. Оба рыжих смотрели на всех, поджидая хоть какой-то поддержки. — И любовь была так невесома, так юна, подобна зацветевшей орхидеи, синей орхидеи, которой не было суждено покинуть своё место... – промямлила Луна, осознавая, что же скрывали в себе сказки Пандоры. Она таким образом рассказывала каждый раз про свои школьные года, приукрашивая, делая персонажей героями. Луна сопоставила всё только что. Этот пазл потихоньку складывается. Мало-помалу. — Мама мне рассказывала разные... сказки про принца и принцессу, чьи судьба были жестоки. Я помню маму. Она умерла, когда я была девятилетней. — Мне кажется, с помощью воспоминаний Луны и... Регулуса, мы сможем найти разгадку, – холодно рассуждала Миона, опуская голову на плечи Рональда. — Конечно найдём. Обязательно, только тебе пора поспать, – кивнул друзьям Рон, отводя Гермиону в другую, гостевую комнату в Гриммо, 12. Друзья решили, что верным решением было бы всё таки дождаться этих самых рождественских каникул. Семикурсницы Миона, Луна и Джинни только так могли быть с ними, в то время как парни следовали по стопам Джеймса и Сириуса, проходя стажировку у мракоборцев. Через неделю девушки отправятся в Хогвартс и было решено: разгадку нельзя откладывать, поэтому надо постараться до пасхальных каникул сделать всё. Гарри оставался один на один с Джинни и Луной. После ухода брата, рыжая положила голову на колени Гарри, рассматривая потолок. Ничего необычного. Чёрный, как фамилия хозяина комнаты. Уизли на миг увидела некую ручку на потолке, которая тут же исчезла. — Гарри! Луна! Что там, наверху? — Я не знаю, – пожал плечами Гарри, поправляя очки. — Это странно. Очень, чёрт возьми, странно, – встала с колен парня Джинни, доставая палочку. Но сразу вспомнив о запрете, Джинни вздохнула обречённо. Гарри нашептал что-то, направляя палочку вверх. Тут же перед ними оказались... рисунки! — Эта комната, должно быть, собрала в себе всё ценное, что когда-то имел его хозяин, – вдруг резко подала голос Луна, до этого не проронившая ни слова. — Рисунки старые, вэгляните на пергаменты. Действительно старые рисунки на пожелтевших от времени пергаментов. Но рисунки были, похоже, хронологически связаны между собой. Взяв в руки самую верхнюю, Гарри перевернул пергамент. Красовалась дата «28.08.79, Я до сих пор люблю тебя». На оборотной стороне была девушка. Друзья сразу узнали в ней Джейн-Лилиан. — Тут есть даты. Выставим всё в хронологическом порядке, думаю, хоть как-то поймём что-то, – скомандовал Гарри, разбирая даты. Девушки не молвили не слова, лишь кратко кивнув, разложили всё на полу. Через время, когда Луна поставила ту самую, первую бумагу, в комнату вошёл Рон. — Пусть Гермиона спит. Она очень устала, еле уложил, – сообщил Рон, смотря на многочисленные листы. — И это всё было в том маленьком ящике? Я думал там только колдофото! — Ты прав, Рональд, однако на потолке оказался ещё один потайной шкаф для... рисунков. Послушав Луну, Уизли взглянул на различные даты. Самой первой датой было «25.11.73», а последней «28.08.79». Объединяло их то, что там Джейн-Лилиан, но в разные года жизни. — Эти рисунки точно принадлежат Р.А.Б, – как бы между прочим добавил Уизли. — Я его почерк ещё надолго запомнил... — Жаль, что он не хранит письем. С письмами было бы легче догадаться что да как. Всё же я не понимаю, почему от Регулуса наши рассуждения перетекли на некую Джейн-Лилиан. — Но эти портреты, безусловно, тоже что-то говорят. Смотри, на большинства она. С 73 года по 79. Шесть лет без каких-либо проблем, – указала на надписи Луна, смотря на Джинни, стараясь убедить её. — Они связаны меж собой, – несмело проговорил Гарри. — А как же Кикимер? – вдруг осенило Рона, как Гарри ударил себя по лбу. — Кикимер! Перед ними явился старый при старый домовик, горбясь и не смея взглянуть на них. Он немного не переносил столько людей. Столько людей с нечистой кровью. Лишь Уизли были чистокровными, в то время как Гермиона была магглорождённой, а Гарри с Луной полукровками. Однако Гермионе удалось найти к нему расположение, удостоив свою персону уважению Кикимера. Гарри пытался быть не таким уж и жестоким по отношению к эльфу, пусть Поттер никогда не забудет, что по поручению Беллатрикс и Нарциссы Кикимер способствовал смерти Крёстного. — П-почему вы находитесь в комнате Мастера Регулуса? – чуть запинаясь буркнул эльф, пытаясь не нагрубить своему хозяину - Гарри Поттеру. — Мы хотим узнать, кто такой Регулус Блэк. Все, кто был ему дорог, теперь не с нами. Вальбурга, Орион, Сириус Блэки, Пандора Лавгуд, Эван Розье, Барти Крауч... и, наконец... Джейн-Лилиан Паркер, – перечислил всех Потттер, наблюдая внимательно за Кикимером. Он вздрогнул при упоминании девушки. Эльфы не умели скрывать чего-то. Их элементарно выдавала их реакция. Остальные молчали. Знали, что Кикимер более-менее благосклонен именно к Гарри. — Я... мне не велено об этом говорить. Не могу ослушаться. Кикимер не может осквернить память о Мастере Регулусе! – сорвался у него голос, переходя в писк. — Тебе не надо так срываться. Прошло 20 лет. Ничего не измениться. — Нет! – отрезал Кикимер, впадая в истерику. — Хорошо, иди, занимайся делом, – смиловался Гарри, махнув рукой домовику. Он исчез. — Думаю, достаточно будет и этих колдо, рисунков, омута и, наконец, сказок Миссис Лавгуд. — Этого предостаточно. Но скоро Рождество. Не стоит омрачать праздник, – поддержала Поттера Джинни, складывая всё на комод, а рисунки не трогая. — Завтра разберёмся. И правда темнеет. С утра придём сюда.
