Падал прошлогодний снег

Быть честной, визит брата меня совсем не радовал. С детства терпеть его не могла. Мы ссорились, колотили друг друга, обзывались. Родители не могли ничего сделать - наказывали нас обоих, хотя я и была свято уверена, что виноват был только он. Его постоянная улыбочка раздражала, а смех и вовсе доводил до белого каления. Заклятые враги - вот точное пояснение нашему детству. Затем он пропал. Мне было всего шесть лет - старше его на полтора года. Сперва я безумно радовалась его отсутствию, в голове уже строя планы по завоеванию его комнаты. Но видя необъяснимое волнение родителей, эйфория начала постепенно сменяться беспокойством. И всё-таки пропажа единственного брата оставила неизгладимый след в моей душе. За что я ещё больше его ненавидела. И вот теперь, спустя десять лет, он соизволил заявить о себе. К этому времени отец уже умер, не выдержав напора лихорадки, а мать тяжело болела. Но мне тоже приходилось несладко - работая на трёх предприятиях, я едва сводила концы с концами. Даже голодать приходилось. Я была полностью уверена, что у Мукуро всё прекрасно. Что он бросил нас ради какой-то своей выгоды. Возраст не имел значения. Хитрость всем возрастам покорна. Звонок в дверь. Мать на радостях даже с кровати встала. Улыбка на её лице - такое редкое событие, что аж тошно становится. Я не спеша подошла к двери. Глаза сужены, превращены в две тоненькие щёлочки. Губы искривлены в злобном оскале, глаза из ярко-голубых меняют оттенок, превращаясь в бездонно-синие водовороты. Зубы сжаты так сильно, что сводит челюсть. Да, настоящая зомби под прикрытием. Нервирующий звук прекратился, как только я щёлкнула в замке ключом. Дверь медленно открылась, являя взору, как всегда улыбающегося Рокудо. Ага, прямо Джеймс Бонд. Но только через пару секунд до меня наконец дошло самое очевидное. Сейчас передо мной стоял не брат, десять лет назад, а моя копия. Более высокая копия. Причёска в мельчайших деталях повторяла мою, черты лица, правда чуть более мягкие, глаза, но почему-то разного цвета. Даже фигура было такой же утончённой, словно девичья. Я даже онемела. Не успела я прийти в себя и выплюнуть ему в лицо какую-нибудь гадость, он просочился в гостиную, и из помещения донеслись радостные вопли матери и вежливые приветствия Мукуро. Закрыв дверь, которую брат не научился закрывать даже за столь долгое время, я также вошла в след за Рокудо. Под грозным взглядом родительницы, обнимавшую своего ненаглядного сынка, я поняла, что нужно накормить путника. Я скрылась на кухне и через пару минут на стол был подан огромный вишнёвый пирог, и чашечки чая, расставленные по Фен-Шую. - Ну как дела, сынок? - мать с умилением смотрела, как Мукуро пьёт чай и закусывает пирогом. "Да чтоб он тебе поперёк горла встал", - пожелала я, в душе надеясь, что чудо всё-таки случится. - Да всё нормально, - улыбка провоцировала меня на нехорошие действия. - Я вот зачем пришёл. Меня аж передёрнуло. Не просто же так он пришёл, я же знала! - Я хотел бы забрать Кей, - он сделал ещё один глоток напитка. - Ей было бы полезно сменить обстановку и перебраться в новую школу. - Что ты сказал? - я впервые нормально обратилась к брату. Забрать? Сменить обстановку? Новая школа? В голове не укладывалась картина его безумной задумки. - Что слышала, - он усмехнулся. Рука инстинктивно замахнулась над головой парня. - Кей! - мама с укором смотрела то на меня, то на Мукуро. Я отвела глаза. Брат продолжил: - Это идеальная школа. Более того, она охраняется, - он посмотрел на меня, и сердце будто бы заблудилось в организме. - Прекрасная идея, Мукуро! - воскликнула женщина, после чего обратилась ко мне. - Ты как, доченька? - Я поеду, - неожиданно, даже для себя согласилась я. Матушка довольно заулыбалась, а Рокудо удивлённо посмотрел на меня. - Чего уставился? - Да так. Мне было довольно интересно узнать о жизни брата, хоть я и категорически отказывалась это признавать. А именно потому и хотела увидеть ту "прекрасную" школу, в которую Мукуро хотел меня отправить. Про защиту, меня более, чем заинтересовало. Кто же такой сильный, что всю школу под своей опекой держит? - Милая, вещи собраны, - родительница моталась по дому уже три часа, негодуя на дочь, за то, что та выросла такой неряшливой. - Готова? - поинтересовался Рокудо, театрально зевая. - Года не прошло. - Молчи, недоразумение, - я зацепила волосы большой ажурной заколкой, после чего закинула на плечо рюкзак, а в руку взяла чемодан, заботливо приготовленный мамой. Прощание длилось недолго. Такси приехало быстро, и молодой водитель галантно помог мне перетащить груз в машину. Брат даже бровью не повёл и, обещая матери писать как можно чаще, сел на переднее пассажирское место. - Если мне не понравится - убью, - констатация факта, так сказать. И снова этот ненавистный смех.