Парень с набережной

После, ребята отправились в кафе праздновать. Николай уже раз 100 их поздравил и разошлись они только после 12 ночи.

***

- Федь, а если свадьбы не будет, то будет ли первая брачная ночь? - шатен улыбнулся. - Первая брачная ночь бывает только после свадьбы. - Нуу... Может тогда просто первая ночь вместе? - Видимо, ты не отстанешь... - Русский вздохнул, когда кареглазый кивнул. - Значит, выбора нет. И Федор тянется к Дазаю, касаясь его теплых губ. Дост проводит влажным языком по губам шатена, тот раскрывает рот, издавая приятный чмокающий звук, и позволяет брюнету вторгнуться в свой рот. Русский проводит по верхнему ряду зубов, щекочет нёбо и их языки сплетаются вместе. Музыкант приоткрывает глаза и видит, что Осаму крепко зажмурился. Вдруг, бариста почувствовал, как холодные руки Достоевского залезли под его рубашку и посадили его на себя. От чего кареглазый чуть прикусил его губу. Этот случайный жест завел юношу, и он заскользил вниз, к ключицам шатена, заставляя того вздрагивать и ерзать на нем от леденящих прикосновений. Это был тягучий, зыбкий, влекущий дальше поцелуй. Брюнет потянулся к пуговицам его рубашки. Дазай на сосредоточенное пуговицами лицо, тяжело дышал и обхватывал шею Федора. Цеплялся за его волосы, двигаясь навстречу бедрами, как бы поторапливая того. Но тот не торопился. Он воистину наслаждался моментом. Чувствовал желание Дазая. В прямом смысле чувствовал. Губы Федора сомкнулись на шее шатена, слегка кусая ее и отстраняясь. Чужие руки сильнее впились пальцами в шею брюнета.И Достоевский с еще большим напором прильнул к пульсирующей под его губами шеей, глядя исподлобья на шатена. Раздался тихий стон. - Неужели ты такой чувствительный?- большой палец Федора потирал то место, на котором теперь красовалось отчетливое красное пятно чуть ниже подбородка. - Заткнись! - откинул голову Дазай. Брюнет ехидно ухмыльнулся, опускаясь медленными поцелуями к ключицам. Пальцы Осаму еще сильнее сжались на макушке русского, оттягивая голову того назад. Федор потянулся всем телом вперед, к губам Дазая, прижавшись всем низом к бедрам шатена. Тот еле слышно застонал, что это было больше похоже на резкий и неожиданный выдох. Шатен поднял руку, заводя пряди темных волос Достоевского за ухо. Пальцы потянулись к скуле, потирая ее, спустились к подбородку и притянули его к своим губам. - Ни за что не отводи от меня взгляда.- проговорил ему в губы Дазай. Он потянул его на себя, кусая за нижнюю губу. Пальцы принялись расстегивать его рубашку, потянулись к ремню. Так вышло, по великой случайности, но одно колено Федора находилось между ног Дазая, когда тот облокачивался на локти, расставив их достаточно широко. - Услышать что?- шатен хищно прищурился. - Что ты...- Федор сглотнул, не решаясь сказать это вслух. - Что я что? Что я хочу тебя? Все, что можно было сказать, он сказал. Достоевский схватил шатена за ремень, приподнимая его бедра, отчего тот облокотился на лопатки. - Вставай. – хриплый, но твердый голос Федора сотряс воздух в комнате. - А?- ладони Дазая поднялись над головой. Брюнет громко выдохнул, все еще держа Дазая за ремень. - Как минимум на полу это будет неудобно. Они еле как добрались до комнаты, впечатывая спиной в стену друг друга, хватаясь за плечи и впиваясь в губы. Наконец, они буквально ввалились в комнату, слепо следуя к кровати. Дазай присел на самый ее край, оставляя Достоевского стоять напротив. Пальцы потянулись к его молнии на брюках, поглаживая то место, которое красноречиво бросалось ему в глаза. Он смотрел на Федора снизу вверх, при этом целуя его торс. Рука аккуратно, но напористо ощупывала твердо ощущаемый бугор брюнета. Пальцы шатена сильно сжали его снизу, отчего Федор откинул голову, стискивая зубы. - Я же сказал, ни за что не отводи от меня взгляда.- вторая рука принялась расстегивать пояс. - Ну ты и вредный! На это, бариста лишь улыбнулся и отбросил ремень в сторону, принимаясь за молнию брюк, все еще сжимая Федора через брюки. Он едва ли стоял на ногах, едва ли держался, чтобы не откинуть назад Дазая, увлекая его в жадный поцелуй. Все, что ему удалось понять так это то, что Дазай избавил его от всей одежды, оставив стоять в одной расстегнутой рубашке. - Дазай.. – наконец, Федор пришел в себя. - Ты все таки решил обратить на меня внимание.- глаза шатена насмешливо сужались, отчего Федору хотелось уткнуть того в подушку, только бы не выносить его взгляда. - У тебя негодный язык, Осаму.- закатил глаза брюнет. - В самом деле? Почему?- Дазай наклонил голову вбок. - Потому.- вздохнул Федор.- Ты задаешь слишком много вопросов. - Негодный? - глаза Дазая с азартом заблестели.- Придется тебе пожалеть о своих словах. Уже пришлось. Дазай уперся ладонями о оголенный пояс брюнета наклоняясь вниз,но Федор схватил шатена за волосы, притягивая того в поцелуй. Только сейчас он коснулся его снизу. Дазай выгнулся. Казалось, что еще одно малейшее касание и он буквально начнет умолять Достоевского трахнуть его. Брюнет освободил кареглазого от давившей на него ткани брюк и сейчас, он кое о чем вспомнил. И достал тюбик из кармана. После, выдавиь в ладонь смазку, равномерно распределяя ее по пальцам. Осаму прикусил губу и покраснел. Русский коснулся Дазая, растирая смазку по его проходу. Тот ерзал и не знал куда себя деть. - Что такое? Тебе уже стыдно?- ухмылялся Достоевский. - И это ты говорил, что у меня негодный язык? Федор аккуратно ввел палец. Осаму зажмурил глаза, издав стон. - Ты слишком болтливый.- Федор медленно вывел палец из Дазая, вводя его снова, отчего тот выгнулся сжимаясь. Достоевский аккуратно добавил второй палец, и введя их до середины, дал шатену привыкнуть к ним. Из груди кареглазого вырывались тихие стоны и рваное дыхание. пальцы внутри него постепенно набирали темп, а войдя полностью останавливались. Брюнет согнул внутри Дазая пальцы, нащупывая простату, и, он согнул их именно на ней. - Аах..! Федор..!- шатен вцепился в простынь, извиваясь на ней. – мх.. ты.. - М?- пальцы Федора разогнулись, плавно двигаясь вперед, ускоряясь и заново сгибаясь. - Да ты..! Ах..!- Дазай сжимался на его пальцах, пульсируя и тяжело дыша.- Ты можешь уже.. - Чего?- вторая рука Федора легла на член шатена, сжимая его.- Да ты кончать собрался? Дазай почувствовал в себе третий палец. Его длинные и тонкие конечности из раза в раз касались простаты, заставляя шатена выворачиваться. - Да трахни ты меня уже.. – он заскулил. - Разве ты уже не собираешься кончить? - Да заткнись ты уже! - Пожалуйста, Федор..- Сказал он через некоторое время и его руки обвили шею брюнета. - О чем ты просишь?- Достоевский убрал со лба прилипшую от пота прядь челки шатена, опускаясь к его пылающим щекам. - Я хочу почувствовать тебя внутри. – хрипло прошептал ему в губы Дазай. - Я побывал там, если забыл.- он поднял руку, помахав ею. - Нет, ты все-таки подлец.- голова шатена откинулась на подушку. - Подлец? Пусть так.- рука брюнета опустилась между ног Осаму.- Но ты нехило так извивался на пальцах подлеца. Кареглазый снова почувствовал их в себе. - Это была подготовка, дружище. – поцеловав баристу в нос, продолжил брюнет. – И ты, вроде как готов? Дазай кивнул. - Раз готов, произнеси, чего ты хочешь? - .. Тебя.. Я хочу тебя. - Дазай потянулся к губам Федора. - Нет. – тот отстранился.- Повтори так, как говорил прежде. - Ты думаешь я помню, что говорил!? - Вспомнишь, если надо будет.- Федор ввел два пальцы, согнув их. - Да трахни ты меня..! Ах.. Русский улыбнулся и приподнял бедро Дазая, медленно входя. Тот прикусил губу и нахмурился, стараясь сдерживать звуки. Внутри было до ужаса тесно. Брюнет аккуратно поддался вперед, все еще держа Дазая за бедро. - Ты можешь.. войти дальше..- прошептал шатен. - Войду, как привыкнешь..- Федор наклонился к губам Осаму, оглаживая его шею. Бедра Дазая поддались вперед, отчего тот резко вздохнул.- Не торопись. - Я.. не получается...- его поясница выгибалась. - Утром тебе придется сожалеть о своей неугомонности.- поцелуй Федора лег поверх ключицы. Он плавно двинулся вперед, в Дазая, что прикусил плечо брюнета. Музыкант медленно вывел член из кареглазого, заставив того нахмуриться. - ? - Расслабься и жди. -Чего.. ах..!- этот легкий толчок почувствовался менее болезненно, чем первый. Осаму поддался ему навстречу. Постепенно Федор входил в него, пока не уперся до конца. Все это время Дазай пытался подавить в себе звуки, только поскорее бы прочувствовать в себе брюнета полностью. Хотелось больше, жестче и быстрее. И сейчас ему было плевать на грядущие боли, его не волновало это. Бедра Достоевского плавно набирали скорость, руки легли на талию Дазая, двигая и вжимая в себя. Шатен несвязно мычал в подушку и этого было мало. Хотелось слышать, как Дазай умоляет его прижаться посильнее, слышать его сбивчивые стоны, выбивающееся из груди дыхание в тон с толчками. Но он молчал. Он специально молчал. Эта мысль кричала в голове Федора, она заставляла его не сдерживаться. Заставляла ускоряться и оглушительно вбиваться в Дазая. Заставляла делать ему больно. - Ах.. мм..!- шатен до боли прикусил губу. Федор ускорился, желая слышать его громче. - Посмотри на меня..- его хриплый голос разлился возле щеки Дазая.- Я хочу слышать тебя. - Мм.. нет..- Осаму прикусил простынь, смотря Федору в глаза. Да..- он звучно ударялся о бедра Дазая. Тот замотал головой, на его глазах проступали слезы. Достоевский вошел до конца, хватая шатена за подбородок. Его тело дрожало, пальцы судорожно цеплялись за простынь. Рука Федора опустилась на шею, заставляя Дазая приоткрыть рот. Свободной рукой брюнет взял его член, сцепляя вокруг него пальцы. - Ах..!- тихо простонал шатен. Внутри него было горячо, он буквально пылал, все чаще и чаще сжимался на Федоре, пульсируя и слегка дрожа. Движения брюнета синхронизировались под дыхание Дазая, его ресницы задрожали.- Федор.. я.. Губы Федора судорожно целовали шатена. Он тоже был близок. Но он должен услышать Дазая. Хотя бы еще раз. - Прости..- прошептал ему в губы брюнет. - М?- еще один сильный и глубокий толчок. - Аах..!! Ах..! - его громкий и протяжной стон, похожий на хныканье, разлился по всей комнате. Шатен притянул Достоевского, вжимая его в себя и продолжая хныкать тому шею. Федор громко выдохнул напротив уха Дазая, обнимая того за плечи, бегло целуя их и прижимаясь к груди. Они просидели так ещё несколько минут, после чего, русский отправился в ванну.

***

Спустя час, неофициальные молодожёны уже сидели на кухне, попивая чай. - Я рад, что ты ушел от Вари. - обнял брюнета бариста. - Поверь, я тоже. Она была просто не выносима! Я все равно, рано или поздно бросил бы ее. - И ещё, спасибо, что не прошел мимо, когда увидел какого-то ненормального, что прыгнул с моста. Дост чмокнул его в щеку и крепко обнял. - Не за что, парень с набережной.-Прошептал он ему на ухо и улыбнулся.