Гроза и Моцарт

Покормив Грозу и взяв с неё честное собачье слово не сильно баловаться, Кирилл переоделся и вышел. Ещё проходя через сквер, Данилин написал Адаму, сообщая, что уже идёт. К тому моменту, когда он зашел в соседний двор, Котигора уже спустился к своему подъезду, радостно помахал рукой и направился навстречу. — Пойдем, моя машина стоит на стоянке за домом, — позвал Адам, подойдя. — Может, удобнее будет на такси? — спросил Кирилл. — Вдруг ты захочешь выпить. — Я и правда люблю сладкое, а с десертом пиво не очень хорошо сочетается. А вино или коньяк я не люблю. Так что между выпивкой и едой выберу всегда второе, — мотнул головой Котигора. Данилин не очень хорошо разбирался в автомобилях — свой ему ближайшее время не грозил, а облизываться на чужие не хотелось, но ярко-желтый не очень новый фольксваген жук даже ему примелькался уже давно. И когда Адам открыл именно эту машину, Кирилл даже присвистнул. — М? — вопросительно посмотрел на своего спутника Котигора. — Знаешь, а тебе подходит эта машинка. Я и её, и тебя с Моцартом приметил уже давно, — сел на пассажирское сидение Данилин. — Ты как давно приметил нас с Моцартом? Думаю, с того момента, как у тебя появилась Гроза, — завел авто Адам. — А я тебя приметил еще когда ты переезжал. С тремя сумками и несколькими коробками. Не буду врать — мое внимание привлекала изначально твоя шумная сестренка, что так громко спорила с отцом. Но тогда я тебя и заметил. — Ого… Я и не думал, что могу быть таким заметным, — растерялся Кирилл. Он и правда переезжал с тремя сумками и парой коробок, а потом еще пару раз довозил вещи в свою квартиру из родительской. А Алина в тот день была действительно шумной — она отмечала каждый недостаток нового двора, а затем и самой квартиры, не желая отпускать старшего брата. Только в тот момент Данилина потряхивало от одного предвкушения самостоятельной жизни и первой ночи в собственной, личной квартире, и никого кругом он не замечал. — Ты ведь с Моцартом первое время пытался к нам с Грозой подойти? — спросил Кирилл. — Не совсем. Первые дня три твоих прогулок с Грозой я к вам не направлялся — щенку нужно было освоиться. А потом пытался, пока не понял, что ты нас избегаешь. Пришлось подождать, пока ты познакомишься с Черчиллем и Тайсоном, чтобы тебе объяснили, что мой Моцарт — отличный партнёр по играм, — признался Адам. — Я не был уверен, что ты гей, поэтому понятия не имел, как с тобой по-другому познакомиться. — Я тоже не верил, что ты гей, — кивнул Данилин. — Но хорошо, что не только ты мне нравишься, но и я тебе. — Это просто чудесно, — кивнул Котигора. — Но как же мило ты приревновал меня к Маргарите! Хотя на мгновение мне показалось, что тебе понравилась моя сестра. Но это поставило последний крест на сомнениях. — Не жалеешь, что потерял ради этого аппендикс? — весело спросил Кирилл. — Я пока не готов ответить на этот вопрос, — рассмеялся Адам. — Повторишь этот вопрос через полгода? Тогда я уже буду точно знать, стоишь ли ты потерянного аппендикса. — Я свой просто так, бесплатно, потерял и не жалею, — фыркнул Данилин. — А ты еще торгуешься. — Эй! Я двадцать семь лет прожил с этим аппендиксом и успел за это время к нему привязаться, — шутливо возмутился Котигора. — Так что мне не так уж легко смириться с тем фактом, что я потерял его навсегда. Они выехали со двора, и Адам спросил: — Тебе совсем не любопытно, куда я тебя везу? — Думаю, что не в лес, чтобы расфасовать по разным пакетам, — пожал плечами Кирилл. — А так… Думаю, что ты выбрал кафе с хорошим выбором десертов. Но очень надеюсь, что там есть что поесть. Поужинать я не успел. — Какие экстремальные у тебя были, оказывается, свидания. Теперь мое приглашение в кафе кажется слишком скучным, — фыркнул Котигора. — Я люблю скучные свидания, — заверил Данилин и достал свой телефон, чтобы прочесть сообщение. — Я не жажду бегать по лесу от маньяка. — И на том спасибо, — кивнул Адам и замолчал, давая возможность спутнику ответить на сообщение. Гром не соврал — он внес свой номер в контакты, и сообщение так и пришло под подписью «Гром». Кирилл удивленно поднял брови, но ответил, что с ним все хорошо и чувствует себя неплохо. Заодно сообщил, что сейчас ему некогда общаться, ведь он едет на свидание. Данилин думал, что это заставит Олега отступить и осознать, что его внимание нежелательно. Только вот Гром отозвался сразу, пожелал хорошо провести время и сообщил, что их свидание будет интереснее и горячее. Хмыкнув, Кирилл спрятал телефон и спросил: — А ты часто ходил на свидания? — Реже, чем хотелось бы: новые знакомые из приложения больше интересуются параметрами моего члена и тем, есть ли у меня место для траха, чем моим внутренним миром, — отозвался Котигора. — То есть это не только у меня там проблемы с общением? Я спрашиваю про интересы, а мне отвечают про сексуальные практики, — кивнул Данилин. — Сильно сомневаюсь, что подобные господа нашли бы время хотя бы поговорить пару часов перед сексом. — Им это неинтересно, — согласился Адам. — А по мне это самое приятное. Узнавать парня, разговаривать, шутить. Тогда и секс из странной гимнастики с оргазмом превращается в момент близости. — Я рад, что в этом пункте мы так же совпадаем. Тем более я не силен в сексе — небольшой опыт у меня накопился за эти годы, — сразу предупредил Кирилл, краснея. — Эм… Я учту эту информацию. Но я и не ждал, что двадцатилетний парнишка будет суперлюбовником, — заверил Котигора. — Это нормальнее, чем обратная ситуация. И мы приехали. — Шоколадница? Тут же совсем нет ничего, кроме сладкого, — разочарованно сообщил Данилин, радуясь, что слишком личный разговор был окончен. — Нет, мы не сюда, тут просто хорошая парковка, а вот пройдем мы дальше. К тому же мне не нравятся их приторные десерты, — поспешил успокоить Адам. Кирилл думал, что знает все заведения в центре, слишком часто тут гулял вместе со своими друзьями и приятелями. Тут любили пройтись и однокурсники, взяв пиво и устроившись на лавочках набережной и внимательно посматривая по сторонам, высматривая стражей закона. Но небольшое уютное кафе, спрятанное во дворах, Данилин видел впервые. В пятничный вечер все столики любого заведения в центре были заняты всегда. В дешевых гудели студенты и подростки, в дорогих — золотая молодежь и парочки среднего возраста. Да и в Золотом гребешке людей было не мало: тут была и молодежь, и более взрослые люди. Но Котигора, как оказалось, зарезервировал столик заранее. При этом столик выбрал в глубине, у окна, но как бы в стороне от основной массы отдыхающих. — Хорошее место, — кивнул своим мыслям Кирилл, забравшись в удобное кресло. — И вид на сквер мне нравится. — Это ты еще не открыл меню, — довольно улыбнулся Адам. Данилин кивнул и открыл меню, первым делом посмотрев на цены, и с трудом сдержал разочарованный стон: позволить себе тут он мог салат и кофе и больше ничего. — Я пригласил тебя, значит, я за тебя и плачу, — предупредил Котигора. — И не надо со мной спорить. Я сам не так давно был студентом и имел ограниченный бюджет. — Можно подумать, что сейчас у тебя он неограниченный, — пожал плечами Кирилл. — Учитывая еще и больничный. — Разумеется, ограничение в бюджете у меня есть, но я могу себе позволить накормить симпатичного парня ужином, — покачал головой Адам. — К тому же я выбрал заведение. — Тогда на следующее свидание поведу тебя я, — посомневавшись, кивнул Данилин. Разговор потек неспешно, плавно. Котигора оказался внимательным слушателем и задавал вопросы, постепенно выясняя на кого учился Кирилл, как ему досталась в наследство квартира, узнавая какие книги и фильмы тот любит. Кормили в кафе и правда вкусно, порции были большими, так что Данилин домой ехал уже чересчур сытым и ленивым. И был рад, что Адам подвез его до самого дома. Когда машина остановилась, Кирилл потянулся к ручке двери, отстегнув ремень безопасности, а затем резко повернулся и поцеловал, быстро и мимолетно в щеку, скорее опасаясь любопытных взглядов соседей, чем смущаясь. — До завтра? — спросил Данилин. — До завтра, — радостно отозвался Котигора. Лишь у себя дома, принимая душ, Кирилл вдруг осознал, что сам не заметил, что весь вечер они говорили о нем, и ни разу разговор не коснулся самого Адама, а Данилину было многое интересно о Котигоре. Из душа он выскочил, услышав звонок. Кирилл ожидал, что это Липа решил расспросить о самочувствии лично, но звонил Гром. — Привет, Олег, — поздоровался Данилин. — Привет, — отозвался Гром. — Я рад, что твое свидание уже закончилось. — Я не собираюсь с тобой встречаться, — предупредил Кирилл. — Почему? Ты ведь свободный парень. Какое у тебя свидание? Первое? — принялся расспрашивать Олег. — Какая разница? — чуть раздраженно отозвался Данилин. — Ты мне нравишься, и я тебе тоже понравился, я знаю, — сообщил спокойно, даже мягко Гром. — Почему ты хочешь сразу скинуть меня со счетов? — Я бы не хотел обманывать Адама, мне было бы неприятно, если бы он за моей спиной встречался с кем-то еще, — пояснил Кирилл, успокоившись. — И сам я не хочу так поступать. Это не совсем честно. — Адам? Красивое имя, редкое, — отозвался Олег и попросил. — Хорошо, я понял тебя и уважаю твою позицию. Давай тогда договоримся. Если у вас ничего не получится, то ты мне позвони… Не думай, что это не вовремя или как-то тебя унизит. Я просто хотел бы получить свой шанс. И если тебе нужна будет помощь — тоже звони, даже среди ночи. — Хорошо, если у нас ничего не получится, то я угощу тебя кофе, — пообещал Данилин. — Но я бы сказал, что это маловероятно. — Это другой вопрос, — не стал спорить Гром, хотя в голосе у него явно звучало недоверие. — Просто не думаю, что ты так хорошо знаешь Адама, как тебе кажется. Только развивать тему Олег не стал, а попрощался и повесил трубку, не желая портить разговор ненужным спором. Кирилл вытерся и включил музыку, заварив крепкий кофе. Можно было бы, конечно, еще какое-то время подуться на Влада, но слова про редкое имя не давали покоя. Казалось, что Гром знает что-то большее, чем говорит. А Липа был единственным окном в тесный мирок геев, что был у Данилина. — Привет, — виновато потянул в трубке Липкин. — Слушай, ты ведь знаешь много геев? — спросил Кирилл, поздоровавшись. — Ну да, не всех, но симпатичных — большинство, — не стал спорить Влад. — Ты знаешь высокого брюнета по имени Адам лет двадцати семи? — спросил Данилин. — Адам, тот брюнет с выгула? — задумался Липа. — Нет, но я могу осторожно поузнавать. Может, что-то и узнаю. А что? У тебя кто-то появился? Ты ведь домой такого красавца затащил! Правда Ян мог помешать… — Ян не мешал, но мне любопытно, что из себя представляет Адам, — тихо, но твердо сказал Кирилл и спросил неожиданно. — А твоя вчерашняя охота увенчалась успешно? — Почти… Ты бы видел того шикарного блондинчика, что я подцепил… Так слюной бы и подавился, но не повезло, — тяжело вздохнул Влад. — Ты и упустил добычу? Не верю! — рассмеялся Данилин. — Помнишь пару месяцев назад я встречался с Леней? — спросил Липкин. Этот вопрос поставил Кирилла в тупик: запомнить все имена бывших Влада Данилин просто не мог. Их было так много, что Кирилл был уверен, что все мужские имена Липа уже перечислил пару раз как минимум. — Я его еще знакомил с тобой и друзьями. Стесняшка с ямочкой на подбородке и шикарной задницей, — попытался напомнить нужного Влад. Данилин лишь пару раз видел «парней» Липкина в живую. Обычно Липа быстро затаскивал выбранного парня или мужчину в постель, в кабинку туалета или в темную комнату и забывал, найдя нового. Но иногда ему попадались те, кто жаждал большего, и тогда, продолжая спать с кем попало, Влад начинал изображать влюбленность. Таких он и знакомил с друзьями, в основном с Кириллом. Тот не был пошлым и не крутился в клубных кругах. — Он еще застал тебя в Кубе с кем-то другим? — спросил Данилин, припомнив. — Он самый! — радостно отозвался Липа. — Его звали Лешей, — напомнил Кирилл. — Без разницы. Он оказался другом моей вчерашней лапы и рассказал блонди о том, какой я козел, до того, как я смог пригласить его, — вздохнул Влад. — Бывает. Есть те, кому, как мне, важны чувства, — вздохнул Данилин. — Ты же и без этого имеешь огромный выбор. Зачем ты кому-то врешь и делаешь вид, что что-то чувствуешь? — Я же не насилую их… Поверили мне — сами виноваты, — вздохнул Липа. — Жаль, конечно, что на юг я езжу с родителями. Ты бы знал, какие там есть горячие турки! Мне бы на неделю туда без присмотра… Я бы вернулся сытым, но бледным! Только бы пил и трахался целую неделю! Чувствую, что скоро мне придётся завести собаку или одолжить твою, чтобы найти кого-то симпатичного на ночь. В клубе я уже почти со всеми симпотяжками спал. Когда блондинчик меня послал, я подкатил к одному тридцатилетнему, но вполне себе удобоваримому мужику, а тот сказал, что мы уже трахались. — И не захотел повторить? — спросил Кирилл с любопытством. Влад казался Данилину окном в какой-то другой мир, мир, что был ему недоступен. Там все было проще и легче, веселее. Кирилл пробовал даже так же, но не смог. Спать с почти незнакомыми мужчинами было просто не его. — Он хотел, но я не захотел идти на второй круг, — слишком поспешно ответил Влад. Данилин понял, что друг ему врет, но выводить на чистую воду не стал. Смысла задевать самолюбие Липы он не видел, а тот факт, что на вторую ночь какой-то мужик не стал подбирать Липкина, задел бы того и сильно. Влад считал себя чуть ли не богом секса, кичась своим опытом и своей популярностью. — Ты поспрашивай, но осторожно, не хочу, чтобы Адам узнал, что я про него спрашиваю, — напомнил Кирилл, зная, что Липа, чувствуя себя виноватым, сделает, что сможет. — Разумеется. Не отдавать же мне лучшего друга в непроверенные руки, — заверил Влад. — У меня в среду родители уезжают на пару дней на дачу до понедельника. Я родителям сказал, что проведу это время с тобой и у тебя. После той вечеринки, что я устроил в прошлый раз, разбив плазму, они меня одного в городе не оставят. — Эта та вечеринка, на которую я не пришел? — спросил Данилин. — Угу. Пустишь меня к себе на несколько дней? — Хорошо, — не стал спорить Кирилл. У дедушки и бабушки Данилина дача была рядом с дачей Липкиных, и те знали Кирилла и считали, что тот хорошо влияет на их сына. И это было в какой-то степени правдой. Иногда Данилин думал, что отчасти поэтому Влад с ним и дружит — чтобы прикрываться его именем и иметь большую свободу для своих веселых приключений. Едва Кирилл переехал в свою квартиру, как Липа попробовал использовать её в качестве траходрома, но Данилин резко пресёк её, и к этому вопросу они больше не возвращались. Кириллу не хотелось слушать чужой секс или гулять часами, пока в его квартире кто-то другой трахается. Закончив разговор, Данилин включил себе сериал, размышляя, не слишком ли подло узнавать что-то об Адаме у того за спиной. Только Кирилл понимал, что Котигора может и соврать на прямой вопрос «Что с тобой не так?» А на первый взгляд Адам казался слишком уж идеальным.