Маленький секрет

Через пару дней должны были начаться зимние каникулы. Все предметы были уже сданы, и студенты беззаботно бродили по замку в предвкушение праздников. Только гриффиндорцы были немного взволнованы, ведь сегодня первая их игра в новом составе. Играть они должны были с пуффендуем, которые выиграли прошлую игру у рейвенко. Хотя у самого капитана команды не было мыслей, что они могут проиграть. Он видел, на что способна его команда и как мог, подбадривал их. До начала игры остался час, и вся команд направилась в раздевалку, что бы приготовиться к игре. - И так ребята, - начал Поттер, перед выходом. – Сегодня наша первая игра, и мы победим, ведь мы лучшие. Не смейте сомневаться в этом, это мой приказ, как капитана. За победу. - За победу, - повторили все остальные. Ребята разошлись. Джини решила подойти к Гарри. - Что с тобой? Ты какой-то грустный, - заботливо спросила девушка. - Тебе показалось, все хорошо, - Гарри улыбнулся ей своей обольстительной улыбкой, но она не повелась на нее. - Это из-за Гермионы, да? Поттер поднял на девушку взгляд, неужели это так очевидно, или Алекс проболталась? Он не знал, что ей ответить, поэтому молчал. У него и для себя не было оправдания. - Все образуется, вот увидишь, вы еще помиритесь, - она обняла его в знак поддержки, как иногда делала с братьями. Тут в раздевалку вошла Гермиона, увидев эту картину, она развернулась и хотела уйти, но ее заметила Джини. - Гермиона, - Уизли тут же отпустила Гарри. – Ты что-то хотела? Девушка нехотя обернулась к ребятам и выдавила из себя улыбку. - Хотела пожелать вам удачи, но вижу немного не вовремя. - Да, что ты такое говоришь Герм, ты всегда вовремя, - улыбнулся Рон, который пытался справиться с волнением. – Кстати, не знаешь, где Алекс? Она обещала прийти подбодрить меня. - Она не успевает заскочить к тебе, - виновато сказала Гермиона. – Но она просила передать, - девушка подошла к парню, поднялась на носочки и поцеловала его в щеку. - Не буду ничего передавать через тебя, - улыбнулся рыжий, заливаясь краской. – При встрече лично передам. - Не переживай все будет хорошо, - она пожала его плечо. Потом она добавила уже громче: - Желаю всем удачи. Мы победим. Гермиона направилась к выходу, но тут Гарри схватил ее за руку и развернул к себе. За ними наблюдала все сборная гриффиндора, всех интересовали отношения этих двоих. Поттер и Грейнджер посмотрели на ребят, и те сделали вид, что очень заняты. Потом они посмотрели друг другу в глаза, и несколько секунд просто молчали. - А меня наудачу не хочешь поцеловать? – игриво спросил Гарри. - Думаю, удача тебе не понадобиться, ты хороший ловец, - криво улыбнулась Гермиона в ответ. Поттеру ничего не оставалось, как отпустить ее, поскольку за ними наблюдали. Гриффиндорка еще раз всем улыбнулась, и вышла с раздевалки. Посплетничать о том, что они увидели, игроки команды не смогли, поскольку объявили выход. Мадам Хуч, как обычно для начала объявила правила, капитаны пожали друг другу руки, и игра началась. Квофл сразу же оказался к руках пуффендуйцев, и направился в ворота гриффиндорской сборной, но благодаря ловкости Рона Уизли удар был отбит. Трибуны взорвались аплодисментами. Гриффиндорские нападающие перехватили мяч и направились во вражеские ворота. Игра была захватывающая и, наблюдая за ней Гарри, чуть не пропустил снитч. Когда он заметил, золотой мячик летал возле гриффиндорских трибун, буквально над головой сестер Грейнджер. Долго не раздумывая он полетел за ним, но тот быстро переместился ближе к земле. Что бы словить мячик, ему пришлось стать на метлу, как в своем первом матче, но на этот раз он не проглотил снитч, и не упал с метлы. - Гарри Поттер поймал снитч, - закричал комментатор. – Гриффиндор победил. Спустившись на землю, гриффиндорцы подняли на руки Поттера и Рона Уизли, и начали скандировать речь о победе. Они понесли их в замок, где их уже ждала вечеринка. Ее приготовили, если победят то в честь победы, а если проиграю то, как утешение. Как говориться, нужно уметь проигрывать красиво. Но на самом деле никто не сомневался в победе львиного факультета. Ближе к вечеру, когда уже все были слегка выпившие, и уже не стесняясь, танцевали на столах, Гарри заметил, как Алекс тихо покидает гостиную, и тут же пошел за ней. Он давно хотел с ней поговорить. Долго девушку искать не пришлось. Алексия сидела на лестнице, возле в хода в гостиную. Парень сел возле Грейнджер, и увидел, как по ее щекам катились слезы. - Ал, что случилось? – обеспокоено спросил он. Девушка долго не отвечала, а потом подняла свои заплаканные глаза, вытерла слезы, и произнесла: - Ничего. - Алексия Грейнджер, - с нажимом произнес Гарри. - Его больше нет, он обещал быть всегда рядом, но его нет, - произнесла гриффиндорка, опять начиная плакать. - Кого больше нет? О чем ты говоришь? - Отец…он мертв, - девушка задыхалась, ей не хватало воздуха, у нее начиналась истерика. – Моего папы больше нет. Его…его убили пожиратели во вчерашнем налете на магловский Лондон. Гарри не знал, что сказать или сделать. Да и он понимал, что ничего не сможет изменить того факта, что его подруги потеряли отца. Ни одни слова в мире не смогут выразить, как ему жаль. Он даже отчасти начал винить себя, ведь он обрадовался, что его шрам не болел уже четыре месяца, и это его даже не настораживало. Если бы он поддерживал связь с Темным Лордом, он мог бы предотвратить это. - Не вини себя, - произнесла девушка, в который раз вытирая слезы. – Ты не мог знать о нападение, тем более, если он закрыл от тебя свой разум. Парень обнял девушку за плечи, и притянул к себе. - Мне… - Я знаю. Лучше пойди, найди Гермиону, ей сейчас нужнее твоя поддержка. - А как ты? - Я справлюсь, не переживай. Как говорил отец: « Силен тот, кто в горе не плачет». Он не любил, когда мы плакали. - Алекс… - Иди к ней я сказала, - крикнула девушка. – Это твой последний шанс все исправить. И не дай Мерлин ты этого не сделаешь. Ты должен ей признаться. Сзади открылся портрет и из него вышел слегка пошатывающийся Рон с Лавандой, они наверняка не просто прогуляться вышли. Увидев заплаканную подругу и опечаленного друга, Рон тут же перестал хихикать. - А что это вы тут сидите одни? – пьяно хихикая, спросила Лаванда. – Я думала, ты с Гермионой мутишь. - Заткнись, - рявкнула Алекс. – Если хочешь на рождественские каникулы прыгать на своих двоих копытах, сейчас же исчезнешь с поля моего зрения. Все трое посмотрели с удивлением на девушку. Браун решила все таки не испытывать свою судьбу и все таки вернулась обратно в гостиную. Гарри еще раз обнял девушку и еще сильнее сжал. Он хотел бы забрать всю ее боль себе. - Ты чего кусаешься? – спросил Рон. Алекс открыла рот, что бы ответить, но ни звука не слетело с ее уст. Она развернулась к Поттеру и уткнулась ему в плечо. - Что с ней? – смятенно спросил рыжий. - Иди Поттер, я сама расскажу, - она пнула Гарри в направление лестницы, что вела в низ. Он некоторое время поколебался, но тут перед его глазами стала картина, как Гермиона стояла на вершине астрономической башни и горько плакала. Не особо понимая, парень тут же бросился к астрономической башне. Алекс села обратно на ступеньку, и положила голову на колени. - Лекси, что случилось? – теплые руки парня легли на спину девушке, и поглаживали, от чего она еще больше содрогалась от рыданий. - Мой папа умер, - на этот раз она говорила это более спокойно, скорее даже отсутствующе. Больше ей не пришлось ничего говорить, Рон прижал ее к себе, и начал целовать ее в затылок, щеку, шею. Он пытался хоть, как-то облегчить ее боль, ведь он понимал, что забрать ее полностью у него не удастся. - Я хочу домой, обратно домой, - говорила девушка, но уже холодным голосом. - Это твой дом. - Нет, это не так. Даже если у меня появились здесь друзья, это не мой дом. Я хочу в Трансильванию, там все намного проще. - Ал… - Мы больше никогда не соберемся всей семьей. Хотя кого я обманываю, мы уже давно не были семьей. После того, как мы пошли в магические школы наша семья рассыпалась. Мы видим друг друга только летом, и то один месяц, ведь Гермиона уезжает к вам в гости, а это лето и вовсе дома не была. Но не подумай, я не виню вас, просто…мне не хватает ее, не хватает семьи. Магия медленно отбирает у меня все, людей, который я люблю, семью. Теперь я понимаю, слова своего преподавателя по ЗОТИ. Он говорил всегда, что магия требует жертв. Уизли не нашлось, что ответить подруге, он просто был рядом, и этого было достаточно. Поттер же мчался, что было силы в астрономическую башню, он боялся, что Гермиона сможет наделать глупостей. Хотя эта девушка и была невероятно сильной, смерть родителей всегда особенно трудно переживать. Ему делалось безумно больно, как только он думал о том, какого его подруге сейчас. Как только он поднялся наверх башни, и увидел свою подругу на краю, ее тело содрогалось от слез, у него внутри будто оборвалось, что-то. - Гермиона, - едва прошептал парень, от того, что в горле у него пересохло. В этой абсолютной тишине его слова прозвучали громко. Девушка медленно обернулась, у нее в глазах было удивление, она не думала, что он заметит ее исчезновение. Гермиона не плакала, ее взгляд был ясным, но глаза были красными, что свидетельствовало, что она все-таки плакала. - Гермиона, - еще раз повторил парень, не зная, что сказать. - Ты знаешь, - горько улыбнулась девушка, делая заключение. – У тебя случайно нет с собой, какого-то пледа, а-то я замерзла, - говорила в манере Луны, что очень насторожило Гарри. Парень быстро сократил между ними расстояние, и как только он оказался в зоне ее досягаемости, девушка быстро и сильно обняла парня. И только оказавшись в сильный руках парня, Гермиона заплакала. Только рядом с Гарри она могла быть слабой. Нередко говорили, в том числе профессор Трелони, что Гермиона лишена чувств, но Поттер, знал, что на самом деле его подруга очень ранима и чувствительна, хоть и не хочет этого показывать. Спустя некоторое время Грейнджер успокоилась немного, и подняла заплаканные глаза на парня. Гарри хотел сказать, что любит ее, что он рядом, но их внимание отвлекло сияние, которое охватило ночное небо. - Как красиво, - зачаровано проговорила гриффиндорка. – Такое чувство, что вселенная издевается. Мой мир рушиться, а вокруг ничего не поменялось, а даже наоборот появилось еще больше прекрасного. - Может, он не издевается, а пытается утешить тебя. - Если это так, то это не подействовало. Девушка снова выпустила иголки, отвернулась, от друга. - Миа, пошли в гостиную, ты уже совсем зазябла. - Я не хочу туда возвращаться, - резко ответила та. - Ну, хорошо, не хочешь в гостиную, тогда пошли в выручай комнату, тут холодно, - парень нежно положил руки ей на плечи, от чего Гермиона немного расслабилась. Девушка обернулась к гриффиндорцу, тот взял ее за руку и они пошли. По дороге они ни о чем не говорили, да и этим двоим, это не нужно было, они и так понимали друг друга. Подойдя к нужной стене, Гарри еще не успел ничего загадать, как появилось двери. Когда пара зашла туда, то увидели просторную комнату с дерева, но мебели было не много, только большая кровать, рабочий стол, комод и шкаф. В комнате так же был вход в ванную, она была словно частью комнаты, а не отдельной комнатой. На стенах висели картины, и фотографии. - Прости, я этого не загадывал, - сказал Поттер, смотря на просторную кровать. - Я это загадала, - Гермиона по-хозяйски прошлась по комнате, и села на кровать. – Это моя комната. Гриффиндорец присмотрелся к фотографиям, и увидел на них Гермиону с сестрой, ее родителей. Одно фото привлекло его внимание больше остальных, на нем его подруга была с каким-то парнем. Ему это не понравилось. - Кто это? – спросил Гарри, указывая на фото. Потом он заметил, что с эти парнем было еще пару фотографий. - Оскар, - отмахнулась подруга. - Оскар, - повторил тот. - Именно, - девушка дала понять, что они закрыли эту тему. Гермиона легла на кровать и смотрела на потолок. Гарри заметил это, и прилег рядом, так же уставившись в потолок. Он буквально телом ощущал, как его подруге сейчас плохо. Поттер решил еще раз попытаться сказать о своих чувствах. - Гермиона. - Что? - Ялюблютебя, - быстро сказал парень. - Прости, что? – девушка тут же поднялась и посмотрела на Поттера. - Я люблю тебя Миа, очень люблю. Она долго смотрела на своего друга, на ее лице очень быстро менялись эмоции. Девушка очень хотела верить в его слова, но она хорошо помнила их разговор две недели назад. - Гарри, - все же заговорила Грейнджер, - если это из-за… - Ты слишком много говоришь, - Гарри принял это, за согласие, и наклонился к подруге. Он немного задержался, когда их губы, разделяло призрачное расстояние. Гермионины губы невольно открылись, он сначала едва касался их, это было для нее настоящей пыткой, но потом постепенно Гарри начал углублять поцелуй, с напором, и привычной грубостью проникать языком в ее рот. При этом он не касался кожи подруги, это было одновременно очень мучительно и очень возбуждающе. Он был, как хищник, выжидал, дразнил, испытывал. С каждой секундой сердце Грейнджер стучало все сильнее, она растворялась в этом поцелуе, все казалось таким иллюзорным и нереальным, даже ее страх. С ней творилось что-то совершенно ей не подвластное: тело горело, нуждаясь в его прикосновениях, как в воздухе, губы пылали огнем, девушке не хватало воздуха, но отстранятся от парня, она даже не думала. Гарри заставил себя разорвать наш поцелуй. Они соприкоснулись лбами, тяжело дыша, восстанавливая сбившееся дыхание. Сексуальное напряжение повисло в воздухе. Не выдержав, Гермиона набросилась на него с новым поцелуем, на этот раз Гарри уже не церемонился, его руки властно и даже немного жестоко блуждали по телу любимой, вызывая приятную волну дрожи. Оторвавшись от губ, он начал жадно целовать ее шею, на что ее тело лишь выгибалось ему на встречу, а с ее губ срывались тихие стоны. Девушка и не заметила, как он уложил ее на кровать, ее ноги обвили его талию, желая, чтобы он был еще ближе, гриффиндорке катастрофически не хватало его. Грейнджер начала стягивать с него футболку, и Поттер на секунду перестал целовать ее шею, и после того как его футболка была отброшена в неизвестном направление, он жадно впился в ее губы. Этот поцелуй причинял почти физическую боль, он был будто изголодавшимся хищником, который боялся, что у него отнимут его источник пищи. Когда провел рукой по внутренней части ноги подруги, та резко отстранилась от парня, и широко открыла рот ловля им воздух, который в этот момент куда-то пропал. Гарри посмотрел ее в глаза, и прошептал странно осипшим голосом: - Я хочу тебя. Но если это только из-за… Она знала, что если бы сейчас захотела пойти на попятную, он бы ей не позволил. Но девушка и не думала об этом. Гермиона хотела его…она нуждалась в нем. - И кто сейчас много говорит? – легко улыбнулась гриффиндорка. - Я боюсь, - та сделала небольшую паузу, - я раньше никогда… - Я знаю, милая, знаю, - он подарил мне поцелуй полон нежности. – Обещаю, я буду нежным с тобой. Ты мне веришь? - Да, - твердо, и без раздумий ответила Миона, - больше чем кому-либо. Поттер поцеловал подругу с неприсущей ему нежностью, от чего та просто растаяла, все отошло на второй план. Все что гриффиндорка сейчас хотела – принадлежать ему. Она осматривала Гарри, он был идеален, почему она раньше не замечала, какой он красивый, и дело было не в его торсе, или его манящих зеленых глазах. Все крылось в мелочах, в его родинке под левым соском, незаметным шрамом на руке, все это очень притягивало Гермиону. Поттер провел вверх вдоль ноги, и медленно начал стягивать с Грейнджер платье. Девушка хотела ему помочь, но Гарри пресек ее попытки, и она позволила ему самому сделать это. Было заметно, что для него это так же мучительно, как и для нее, но он старался сдержать свое обещание. Когда он все же снял ее платье, он с животной страстью посмотрел на Гермиону, изучая изгибы ее тела. - Ты прекрасна. - Мне нужно было раздеться, что бы ты это заметил, - девушка, как-то выдавила шутку. Он опасно улыбнулся, и поцеловал Гермиону в губы, затем в шею, проводя языком по ямке на ключице, потом он добрался до груди. Быстро избавившись от мешающей ему части гардероба, он начал медленно поглаживать, а потом поцеловал. Староста резво выгнулась ему на встречу, это было для нее новое чувство, и оно ей очень нравилось то что она чувствовала. В то время руки Гарри блуждали у нее на животе, ей казалось, что на месте его прикосновений оставались ожоги. Хотя его кожа была приятно прохладна. Уже не имея возможности больше терпеть, Гермиона потянулась к его ремню. Поттер позволил ей сделать это самостоятельно, но из-за того, что руки Гермионы немного тряслись, ей удалось сделать это раза с четвертого. Когда они были полностью раздеты, и гриффиндорец уже был готов сделать это. Девушка сильно зажмурила глаза, предвкушая, что будет очень больно, ее всю трясло из-за страха и желания уже, наконец, почувствовать его внутри себя, но он не спешил. Поттер мягко провел рукой по щеке возлюбленной. Гермиона еще никогда не видела его таким, никогда не думала, что он способен на такое. Он открывался ей с новой стороны. - Открой глаза, - требовательно, но ласково произнес Мальчик-который-выжил. Она могла, не подчинится его словам. Открыв глаза, Грейнджер встретилась взглядом с парой зеленых глаз. В них было, что-то такое незнакомое, она не могла понять, что он испытывает. Подруга Поттера невольно расплылась в глупой улыбке от созерцания такого незнакомого, как оказалось парня. - Поцелуй меня. И в этот раз она подчинилась ему, и в этот момент он вошел в нее. Девушка не чувствовала боли, лишь необычайное счастье, она не хотела, чтобы это чувство когда-либо кончалось. Гарри начал двигаться, от чего Гермиона начала дышать все чаще, задыхаясь, ловля ртом воздух. Парень же целовал ее в шею, что придавало остроты ощущениям. В порыве страсти она прижимала его ближе к себе, царапала его спину, впивалась в него сладким упоительным поцелуем. В этот вечер Гермиона Грейнджер вступила во взрослую жизнь, и она определенно ей нравилась. Все было как в тумане, тумане наслаждения, страсти, блаженства. Все их действия сопровождались стонами, произношение имен друг друга. И что было самое удивительное, гриффиндорка не чувствовала дискомфорта, боли, и всего того что испытывает девушка при своем первом сексуальном опыте. Прежде чем все закончилось, девушка слышала, как он произнес с болью в голосе: - Я люблю тебя, моя Миа. Наутро Поттер не хотел просыпаться, ему казалось, что все, что происходило ночью, было сном, который он не хотел покидать. Но глаза ему пришлось все же открыть. Когда он перевернулся на кровати, таким образом, что будь он в своей постели, то точно бы упал. Оглядевшись, парень понял, что его сон был вовсе не сном, и тут же расплылся в довольной улыбке. Он повернулся, что бы поцеловать Гермиону, но ее не оказалось рядом. Гарри еще раз осмотрел комнату, ее нигде не было. - Она ушла, - парень опять грохнулся на кровать. – Вот черт. Собравшись с силами, он оделся и вышел с комнаты. Парень медленно брел по коридорам, думая, почему же Гермиона ушла, ничего ему не сказав. Он был намерен найти ее и поговорить с ней, нужно только взять карту Мародеров. Поттер видел, что подруга любит его, он чувствовал это ночью. Но почему же она тогда сбежала? Этому должно было быть разумное объяснение. Тут в него врезалась Камилла Уилкинсон. - Прости, - виновато улыбнулась она. - Ничего страшного, - он не обратил на нее внимания и пошел дальше. - Гарри, - окликнула она его, тот обернулся. – Тебя искал директор, просил, что бы ты срочно зашел к нему. - Хорошо, спасибо. Поиски Гермионы пришлось отложить. Гарри направился к директору, он знал, что это было что-то важное, ведь профессор Дамблдор две недели не появлялся в школе. Когда он поднялся в кабинет к директору, тот принял его радостно. - Здравствуй Гарри, проходи. - Здравствуйте профессор, вы хотели со мной поговорить о чем-то. - Да, точнее попросить. - О чем профессор. Старик ничего, не объяснив дал парню в руки какой-то камень на веревочке. Гарри в недоумение начал рассматривать его. - Что это? - Узнаешь, когда придет время, - загадочно улыбнулся тот. – А сейчас ступай. - Это все? – удивленно спросил избранный. – А как же наши занятия? - Точно, я совсем забыл. У нас будет еще одно занятие по твоем приезде в штаб-квартиру ордена. - Но… - Все потом. Ступай, тебе еще нужно собрать вещи.