Маленький секрет

Флеш-бэк. Джеймс уже был мертв. Из груди его жены вырвался пронзительный крик, как только она увидела тело мужа лежащее на лестничной клетке. Женщина понимала, что если с Темным Лордом не справился наследник основателей Хогвартса, то ей магллорожденой точно ничего не светит. Бросая разные заклинания в нежданного гостя, что только приходили Лили в голову, она бежала к спальне своего сына. Она должна была защитить его, пусть даже ценной собственной жизни. Волдеморт еще там, внизу, давал ей возможность убежать, апарировать, сказав, что не станет преследовать, если она отдаст ему свое дитя. Лили явно дала ему понять, что не собирается сдаваться без боя. Это была верная смерть, и она осознавала это. - Гарри, будь сильным, мальчик мой, - шептала женщина младенцу, что проснулся от шума, и слезы текли по ее щекам. – Помни, мама любит тебя, папа любит тебя. Тут послышался взрыв, и миссис Поттер инстинктивно закрыла собой дитя. Взглянув последний раз на Гарри, она медленно обернулась к Темному Лорду. Лили уже сталкивалась с этим человеком, и знала, что он не умолим, но она была готова сделать все что угодно. Сара однажды говорила ей, что больше всего ее отец ценит ум и преданность, а уже потом смотрит какая кровь у человека. Она была готова стать пожирателем, готова была убивать других, лишь бы ее сыночек выжил. - Умоляю вас, убейте меня, но не трогайте Гарри, - голос ее звучал куда более жалко, нежели она рассчитывала. – Пожалуйста, не трогайте его, он всего лишь ребенок. Как и ожидалось, наследник Слизирина только рассмеялся на эти слова. Его смех был настолько противным, что Лили поежилась, прикрывая свой живот руками. Это был неосознанное движение, но он все же привлекло внимание гостя. - Я же давал тебе шанс уйти, - говорил Ридл, спокойным голосом, напоминая тем самым Дамблдора. – Почему же ты осталась? Могла бы нарожать себе еще отпрысков. Но ты осталась, даже не смотря на то, что носишь под сердцем дитя. Почему? Лили подозревала, что вновь беременна, но не была уверенна до конца. Она знала, что сильные волшебники, а Волдеморт без спорно был одним из таких, могли видеть такие вещи. Но даже узнав наверняка, женщина не собиралась бежать. Как она будет после такого жить? Зная, что бросила своего сына умирать, зная, что муж умер, защищая их, а она трусливо сбежала. Бывшая Эванс, обернулась и еще раз взглянула на Гарри. - Нет ничего сильнее любви матери к первенцу, - сказала она, переставая плакать, принимая свою судьбу. Прежде, чем умереть она все же попытается бороться. Это, то чему ее научил Гриффиндор, чему она научилась у Сары. Как же ей в этот момент не хватало подруги. Та умела усмирить нрав Темного Лорда, не хуже своей матери. Рейвенкло умерла от рук последователей своего отца, когда отказалась присоединиться к нему. Умерли все, у нее больше никого не осталось. - Глупая ты маггла, - улыбнулся Волдеморт, наблюдая, как миссис Поттер наставляет на него палочку. – Ты все же решила умереть вместе с ним, что ж твой выбор. Жаль, конечно, будет убивать такую талантливую ведьму. Возможно, если бы не пагубное влияние Поттера, все сложилось по-другому. Эти Поттеры всегда все портят, они забрали моих любимых девочек. - Не они виноваты, что Сара с матерью не хотели видеть вас, - гриффиндорка больше не боялась, хотя бы, потому что уже не было смысла. – Вы были так увлечены делами семьи, что даже не заметили, как она развалилась. Саре не нужно было наследие, ей не нужно было поклонение. Ваша дочь не пылала ненавистью к магглорожденным. Ей нужен был просто отец, а не Темный Лорд. Поэтому вы навсегда останетесь одни. Эти слова невероятно разозлили мужчину. Он уже произнес половину заклинания, как вдруг понял, что не может убить беременную женщину. Проклятие древней магии даже он не сможет избежать. Он отразил несколько заклинаний, что успела запустить Лили, прежде чем он ее обезвредил. Волдеморт не знал, что ему делать. Никогда прежде он не миловал людей, так что это было для него в новинку. Он призвал своего друга, единственного человека которому он доверял. - Крейк, спрячь ее так хорошо, как только сможешь. Сотри ей память и заблокируй магию. Пусть живет обычной жизнью. Друг, не задавая лишних вопросов, кивнул головой, показывая, что все будет сделано. Том в последний раз посмотрел на женщину, прежде чем они с Крейком исчезли. - Надеюсь, ты довольна доченька, я проявил милосердие, как ты и просила, - сказал он в никуда, трансформируя обломок двери в мертвое тело Лили Поттер. Казалось бы, Гарри должен был сиять и прыгать от радости, от такой новости, а вместо этого у него от злости ходила челюсть. Люпин и Снейп не могли понять такой реакции парня. Сам же профессор ЗОТИ был готов расцеловать подругу за такую новость, ведь у него появился шанс все исправить. Он уже не надеялся на благосклонность Лили, но она была жива, и это было только важным. Миссис Грейнджер знала причину такой реакции подростка, но ничего говорить не стала, только неодобрительно покачала головой, давая понять Гарри, что это была очень глупая затея. - Думаю, после такой новости тебе нужно отдохнуть, - мягко говорила женщина. – Том обещал мне вернуть Лили в течение несколько дней, и я ему верю. - Но…, - хотел было возразить гриффиндорец. - Ты и впрямь, как отец, и это не комплимент, - немного грубее сказала Сара. – Я сказала, тебе нужен отдых, - голосом, что не терпит возражений, произнесла она. – А я сейчас наведаю дочь. Поттер понял, что спорить будет глупым решением, поэтому повиновался женщине. Вот только, как покинул кабинет Снейпа, он пошел совершенно в противоположную сторону. Ему сейчас нужно было срочно найти Асторию. Нужно было остановить тот план, что они начали, если он хочет увидеть мать. Слизеринки нигде не было, словно она провалилась сквозь землю. Даже карта Мародеров не помогала, а потом он вспомнил, что выручай комната, не отображается на карте. Гарри быстро направился туда, и начал кричать, что его могло услышать ползамка. Реакция Астории не заставила себя долго ждать, и перед ним появилась дверь. Парень вошел, и увидел немного шокирующею для него картину. На кровати, что была чуть ли не в половину размера комнаты, лежала Джини Узли и слизеринка. Не то, чтобы он не знал об их отношениях, к которым их подтолкнула Алексия Грейнджер, но увидеть это собственными глазами было странно. Девушки даже не смутились появления парня, но все же прикрылись одеялом. На мгновение Поттер вовсе забыл, зачем явился. Глупые подростковые мысли полезли ему в голову, но парень героически от них избавился одним воспоминанием о своей любимой, которая обязательно скоро очнется. - Ну и чего ты так орал? – мелодичным голосом спросила Астория. – У нас, что пожар? Если нет, то это могло подождать до утра. - Я хочу отменить наш план, - не заботясь о приличии, сказал парень. Гринграс тут же села на кровати, будто ее ужалили. Девушка смотрела на Поттера укоризненным взглядом. Она так долго выбивала у родителей поддержки, а тут вдруг нужно все отменять. Казалось, что она сейчас раздерет его. - Я же говорила, Гарри, - ее голос в отличие от внешнего вида был спокоен, вот, что значит истинная змея. – Если мы это начнем, обратного пути не будет. Прости, я не могу отозвать паука. Гриффиндорец тяжело вздохнул, и крепко сжал кулаки. Он не хотел потерять возможность увидеть мать, из-за смерти Темного Лорда, но Сара сказала, что все будет хорошо, и он почему-то верил ей. В глазах женщины была искрение раскаяние, которого тот не понимал. - А что случилось? – спросила Уизли, которая не понимала о чем ребята говорят. - Ничего, - отмахнулся Поттер. – Простите, что потревожил вас. Когда он стал направляться к выходу, Астория не удержалась от колкости: - Может, все-таки останешься с нами? - Заманчиво, но вы не в моем вкусе, - изобразил парень наигранное разочарование. - Конечно, твой тип не высокий, тощий с каштановой гривой, - знаем-знаем, - засмеялась Гринграс. Гарри оставил девушек, и все же решил направиться в башню гриффиндора, ему нужно было отдохнуть, и переварить все то, что он узнал. Рейвенкло возвращаясь с больничного крыла, где вылечила свою дочь, от яда, что был так хорошо знаком ей с молодости, она встретила сына своего друга. Она не стала его отчитывать за то, что он не послушал ее, лишь улыбнулась его сходству с Джеймсом. Сара очень скучала по нему, чувствуя вину. То, что они натворили, было ужасным, вот только расплачиваться приходиться ей одной. - Иногда я думаю о том, что мы наделали, - призналась женщина, когда вернулась в кабинет Северуса, и наколдовала себе бокал вина, чувствуя острую надобность выпить. – Но тогда мы не думали о последствиях. Я намного хуже отца, он хотя бы не скрывает своего естества. Мы просто не могли потерять друг друга с Джимом… - Я же тебе говорил, что этот чертов Поттер…, - мужчина не смог договорить, поскольку получил тяжелую пощечину. - Еще одно скверное слово о Джеймсе, и клянусь Мерлином, я вырву твой язык и скормлю Нагайне, - ее голос звучал невероятно жестоко. В данный момент она пугала профессора куда больше, чем Волдеморт, когда либо. – Просто помолчи, и послушай. Я не знаю, переживу ли я эту неделю, и мне нужно рассказать настоящее пророчество кому-то. Тебе я доверяю, Северус. - О чем ты говоришь? В смысле не переживешь? – напрягся профессор, он не мог потерять свою единственную подругу еще раз. - Мы обнаружили это пророчество с Джимом, когда дежурили в отделе тайн, - словно не замечая вопросов Снейпа, говорила Сара. – В нем говорилось, что сын огня сольется с дочерью льда, и станут они самым большим проклятием всадников, обрушая на их свою мощь. Их союз либо погубит магический мир, либо спасет. На первый взгляд ничего такого, если не брать в счет, что тут говорилось о наших с Поттером детях. Если бы об этом узнали всадники, одни из самых древних существ, что ходят по земле, они бы убили меня и Джимми. Мы не могли потерять друг друга. Мы были эгоистами, что отправили на смерть столько людей, развязали войну, что сейчас идет. А все для того, чтобы не потерять друг друга, наших супругов. На глазах у женщины появились слезы. Она словно вновь погрузилась в дни минувшие. Сара не смогла сдержать слова, не смогла защитить своих друзей. Северус хотел обнять ее, утешить, но у него не нашлось сил, чтобы сдвинуться с места. Он знал, что Рейвенкло и Поттер не святые, это доказывают их игры со слизирином, когда они учились. Но чтобы это двое развязали войну, чтобы спасти, друг друга и своих еще на тот момент нерождённых детей, казалось нереальным. Некая ревность закралась в груди мужчины. Джеймсу всегда все доставалось так легко и просто, а он старался, и у него ничего не получалось. Декан змеиного факультета просто не понимал, чем тот заслужил такую преданность со стороны Сары. Он ненавидел его за то, что Поттер, заносчивый придурок, украл у него любовь и дружбу. Только благодаря умению профессора скрывать свои эмоции, он не высказал всего этого подруге в лицо. - Ничего не скажешь? – придя в себя, и смахнув слезу, спросила миссис Грейнджер. – Что ж, пожалуй, так будет лучше, не хотелось бы ссориться напоследок… - Что значили твои слова о том, что ты можешь не пережить эту неделю? – перебил ее Северус. Как бы он не злился на нее, он любил ее, как сестру. Он был готов ради не на то же на, что она была готова ради Мародеров. - Мне нужно будет престать перед всадниками, и их орденом, - говорила Сара. – Я должна буду ответить за все содеянное, так как я темная, это будет суд поединком. Мерлин, как же я завидую Джеймсу, он мертв, а мертвые не чувствуют ничего. Все эти годы я убивала себя каждый день, а на утро все начиналось по новой. Раз за разом я переживала все события того месяца, теряла всех по очереди. Все бросили меня, а ведь обещали быть рядом. Остаток ночи профессор Снейп пытался убедить ее, чтобы она не делала опрометчивых поступков, но та была не преклонная. На прощание она попросила лишь присмотреть за ее детьми, единственном, что у нее осталось дорого в жизни. Прежде чем встретиться с всадниками, что так долго искали с ней встречи. Искали ее смерти, и смерти всех наследников Мерлина, что являлся по одной из легенд дедушкой Салазара, Годрика, Хельги и Ровены. Наступало утро, а вместе с ним приходили новые проблемы. В школе стоял запах смерти, который могли учуять лишь немногие из волшебников. То, что грело, было куда более опасным, чем все чем сталкивался магический мир до этого. Всадники были недовольны, что у них не вышло убить девушку, что в этот момент мчалась по коридорам Хогвартса навстречу своей любви. Поскольку было ранее утро, и все студенты за исключением единиц, спали, Гермиона Грейнджер направилась в спальню для мальчишек в гриффиндорской башни. После того, как она очнулась, это была первая мысль, что ее посетила. Как только она увидела своего парня, что был таким умиротворенным, когда спал, не смогла сдержать улыбки, а затем подошла к нему и поцеловала. Поначалу Гарри был немного сбит с толку, но потом учуял родной ему запах, и привлек ее к себе. - Мерлин, скажи, что это не сон, и с тобой все хорошо, - молил Поттер, когда оторвался от девушки, проводя нежно по ее щеке рукой – Как же я переживал за тебя. - Я тоже, - Гермиона тут же стала серьезной, и высвободилась с его объятий и села рядом. – Скажи, что ты не наделал глупостей. Пожалуйста. - Как я мог, - улыбнулся тот. – Ты же знаешь, я сама осторожность. - Гарри, это не смешно, - гриффиндорка легонько ударила его в плечо. – Я же знаю тебя, и то, как ты любишь влезать в неприятности. Парню было приятно, что она о нем печется, но сейчас это было лишним. Гермиона была рядом, цела и невредима, он скоро увидит мать, - кажется, жизнь налаживается. Осталось только победить Темного Лорда. - У меня для тебя есть новость, но вот только место для нее не подходящее, - легко поцеловав в губы девушку, сказал Поттер, оглядываясь на спящих однокурсников. – И к тому же я ужасно хочу есть. - Буду ждать тебя в гостиной, - все же улыбнулась Гермиона, отметая плохие мысли. Все были рады видеть свою старосту в хорошем здравие. Почти каждый гриффиндорец подошел к ней и выказал свою радость ее возращению. Такое внимание смущало Грейнджер, теперь она понимала, о чем говорила ее сестра. Это, правда, утомляло очень. Даже слизеринцы увидев, как парочка вошла в большой зал одобрительно улыбнулась, и начала аплодировать. Это все начал Малфой, из-за чего и получил злобный взгляд Грейнджер, что только вызвало еще более широкую улыбку. - Гарри, а где Уизли? – спохватилась гриффиндорка, когда не обнаружила возле себя чавкающего друга, и его сестру. Не было такого дня, чтобы рыжий пропускал завтраки. Он может пропустить урок, но не завтрак. Поттер заметил, что на них пристально смотрит новый директор Хогвартса, поэтому решил соврать в целях безопасности. - Джинни, наверное, еще не вернулась со свидания, - это было правдой, - а, вот где ее братец понятия не имею. Возможно, в попытках забыть твою сестру, нашел себе новую пассию. Гермиона поверила его словам. Девушка была рада, что ее друг начал понемногу отходить от отъезда Алекс. Эти двое сильно сблизились за это время, Гермионе иногда казалось, что Рон даже влюбился в ее сестру, но его похождения с Камиллой опровергали это. И вот сейчас Уилкинсон сидит за столом своего факультета, что-то обсуждая с подругами, а это значит, что Уизли нашел себе другую девушку, что не могло не радовать ее. Возможно, на этот раз это будет достойная его девушка. Ведь даже не смотря на то, что Алексия была ее сестрой, Грейнджер знала, что та не принесет другу ничего кроме боли. К сожалению, она лишилась способности любить из-за глупого случая в школе, когда ее однокурсник перепутал что-то на зельях. В больнице Св. Мунго говорят, что этот процесс необратим. - О, наша принцесса вернулась, - ехидно произнесла Сантана, когда студенты шли на зельеварение. Гарри тут же было хотел поставить нахалку на место, но Гермиона обернувшись к девушке, жестом остановила гриффиндорца, давая понять, что сама разберется. - И я тебя рада видеть, Сантана, - как всегда спокойно говорила Грейнджер. – Прости, что разочаровала. Но на следующий раз запомни, чтобы меня убить, яда мало. Студентка рейвенкло рассмеялась. - Это было не моих рук дело. Ты же знаешь, яд не мой стиль. Все, кто стали свидетелями этого разговора недоумевая смотрели то на одну то на другую. Обе зарекомендовали себя среди общих масс, как тихие, спокойные девушки, что интересовались только учебой. Для Гарри их разговор тоже был в некотором смысле открытием его возлюбленной с новой стороны, которую он еще не знал. - Знаю, к моему сожалению, - Гермиона, казалось бы, забыла, где они находиться. – Твой стиль это элегантно втаптывать в грязь, и причинять боль. Ты действительно надеешься вернуть Оскара? - Вот только не нужно осуждать меня, сама не святая. Или ты забыла, из-за кого мы расстались? – не скрывая своей ненависти, говорила рейвенкловка. - Ты пыталась убить моего брата, - обвинительно кинула сестра Оскара. – Нам что с Лекс, нужно было тебе грамоту выписать? Конечно, мы сделали все, чтобы он больше о тебе никогда не слышал.

***

Рону не нравилось в Румынии, для него тут все было чужим и не понятным. Люди говорили на странном языке, ходили в странной одежде. Поначалу они с Невиллом подумали, что это просто магглы, но когда все же добрались к Трансильвании, поняли, что и маги тут ничем не отличались от магглов. Не смотря, на славу, что ходила об этой школе, что тут строгие правила и свои законы, ученики тут ходили без формы, и каких либо понятных Уизли и Лонгботому знаком отличия. Еще и этот знойный климат. - Мне тут нравится, - сказал Невилл, как только увидел девушек, что были одеты в шорты и топы. - Не забывай для чего мы тут, - напомнил Рон, но не смог удержаться и провел взглядом группу девушек. Студенты косились на незнакомцев и едва сдерживали смешки. Ученики Хогвартса не сразу поняли причину их смеха. А все было из-за того, что они все еще были одеты в школьную форму, и дорожную мантию. Парни долго блуждали замком, что навевал ужас от одного лицезрения его стен. Они так же стали свидетелями некоторых боевых тренировок старшекурсников, и поняли, что слухи об этой школе были правдивы. - Десмодес, - сказал Рон, поймав какую-то маленькую девочку при выходе на задний двор. – Алексис Грейнджер. Девочка, хоть и посмотрела на него, как умалишенного, но все же указала в сторону, от которой доносился непонятный шум. Когда они пришли туда, то увидели, как их подруга безжалостно и без правил бьется с каким-то здоровым парнем. По размерам он напоминал Виктора Крама, но это явно был не болгарин. У парней отвисла челюсть, когда они увидели, как их подруга летит в их сторону, и щурит глаза от боли, по приземлению. - Рон? Невилл? – удивленно говорит Алекс, когда открывает глаза и видит их лица. – Что вы здесь делаете? Что-то случилось? Уизли помог подняться девушке на ноги, и она порывисто обняла их. - Гермиону отравили… - Как отравили? Она жива? – перебила девушка, не дав договорить Рону. - Жива, за ней сейчас присматривает Снейп, - ответил Невилл. - Гарри попросил вернуть тебя в Хогвартс, - добавил Уизли. Грейнджер напряглась, в этот момент подошел парень, с которым она дралась, и положил свои руки ей на талию. - Что-то не так, Лекси? – поинтересовался тот. – Кто это? - Рон, Невилл, знакомьтесь это мой лучший друг Дин де Мопассан, - представила она парней друг другу. – Дин, это мои друзья из Хогвартса Рон Уизли и Невилл Лонгботом. - Приятно познакомиться, - улыбнулся Дин. - Вы…? – рыжий с намеком посмотрел на руки воспитанника десмодеста на талии своей подруги. -Нет, - слишком быстро ответила Лекси. - Больше нет, - добавил парень. – Мы просто друзья. - Я не вернусь в Англию, - неожиданно категорично заявила девушка. - Алекс? – удивленно произнесли оба гриффиндорца одновременно. - Что? Я не вернусь в Англию, и не нужно на меня так смотреть. Хогвартс не мой дом, и никогда им уже не станет. Мое место тут, тут мои друзья и семья. Мне неуютно там, меня все время что-то сковывает. Не поймите меня не правильно. О Гермионе есть, кому позаботиться, и я уверенна с ней будет все хорошо, а от моего возвращения все будет только хуже.