underwater...

      

Сон или жизни?

После ухода твоего −

Я выбросил свою душу на изнанку,

Так забери же меня з собой…

Волны не спасают меня.

Только душат меня, не давай посмотреть на тебя.

Ведь жизнь убегает – не давая пройти испытания,

Которые и сама дала…

                     Штрих появляется один друг за другим, следуя от самого тёмного, переходя к полутени. Резкие и массивные скольжения грифеля с каждой линией вырисовывают не понятную фигуру, от чего я устало отбрасываю графит на край стола. Беря этот несчастный листок бумаги, медленно и с неприятным шелестом сминая круговыми движениями ладоней и выбрасывая куда-то на пол.        Стук дождя громче и громче, от этого свист ветра приносит резкую и тупую боль моим барабанным перепонкам, поэтому я встаю, дабы закрыть окно, и это прекратить. Внутри комнаты полумрак, над столом светит только одна большая, настольная лампа, излучая тёплый свет. Тёмные и массивные шторы трепетались от сильных порывов стихии, добавляя мотивации запереть окно. Через некоторое время, я встал со стула, на что он не очень приветственно скрипнул идя вперёд, отодвигая весь мусор, который был под ногами. Выйдя, наконец, на балкон дождь ливнем стал падать на меня. Потому я с облегчением выдохнул, руками опираясь об поручень, прикрывая блаженно глаза.        На улице давно был ноябрь. Холодный и сырой, мрачные ночи, заставляют снова учится всматриваться во тьму. От этого на душе оседал некий осадок, каковой липкими когтями пожирал, мою душу. Предстоящие экзамены и сессии вызывали это состояние ещё больше, пусть и не впервые. Поднявши голову и открыв глаза, зрачку уже было легче осваиваться к отсутствию любого источника света, поэтому стал разглядывать в мгле силуэты. Из-за большого дождя, почти ничего не было видным, но память подкидывает картинки, могу вспомнить хоть что-то. Большой дуб, давно был без листвы, а только устало водил свои большие, сухие ветви за ветром. Дождей с каждым днём всё больше, этот месяц совсем не отличается от остальных. Не такой красивый, как октябрь без тёплых дней, а наоборот они пасмурные и совсем без лучей солнца. От золотистой листвы уже ничего не осталось. Только местами, можно увидеть деревья с жёлтыми или красными листьями, что одинарно весели на ветках.        Мысли с каждым новым потоком ветра улетели вместе с ним, от чего в голове была успокаивающая пустота. Усталость стала накрывать меня гигантской и быстрой волной, держать собственное тело в горизонтальном положении стало труднее. Не понимаю, как у Юнги получается так долго сидеть в студии и хорошо работать над каким-то проектом. Это заставило хихикнуть, вспоминая, что торчу здесь день третий или четвёртый, без передышки. Осознавая, что если бы не лоточки хёна с едой под дверью, то я был бы голодным. За эти дни, он не беспокоил меня. Только приносил еду, не задавая никаких вопросов, слов и действий. Но в глазах парня светилось неспокойствие и понимание, что было в каждом быстром взгляде на меня.        Понимание — это то, что я ясно читал в его зрачках, даже солнца для этого не нужно, чтобы узреть насколько сильно, понимание смешалось с заботой и тревогой. Безграничное понимание, связанное с любовью, уважением. За это я и благодарен Юнги.        Уйдя с балкона полностью мокрым, так как сильно погрузился в свои мысли. Футболка не приятно липла к телу, а с носа тоненькой струйкой вниз скатывалась вода, я пытался убрать пальцами её, но все попытки не увенчались успехом. Закрыв окно на глухо за собой, не впуская больше ветра и капель дождя, пытаясь оставить такую же обстановку хотя бы на пару дней. С моих волос ручьем котилась вода на паркет и это меня мало заботило. Переведя свой взгляд на стену, в частности на часы, было давно за двух часов ночи. Моя усталость шептала, чтобы я торопился убраться и шёл в тёплый душ (который явно мне не помешает в данную минуту) и в постель.        Самое главное — это переодеться и не так сильно разносить воду по комнате. Первым делом снял шорты, те были заменены на такие же, только в сером цвете. Я рад, что везде у меня лежит какая-то одежда, хотя иногда это затрудняет в её поисках. Следом скинул из себя футболку, оттого я довольно вздохнул, но не стал искать другую, я перешёл к уборке. Приседая, ещё и ещё убирая всю бумагу, которую, благополучно сам и выбрасывал за те несколько дней, что был здесь, собрав её и выбросил в мусорное ведро. Теперь наступила очередь стола, на котором, к слову, творился хаос. Карандаши, разные ластики, маркеры, кисточки и куча всего лежало на нём. На это я лишь устало посмотрел и быстро махнул рукой, позволяя лени победить. Рука потянулась к лампе, выключая её, после выйдя с комнаты; глухо закрывая за собой двери. В квартире была тишина, лишь со стороны кухни светился свет. Он ждёт меня, всегда ждал и этот раз не исключение. Знает, что я не люблю сидеть один в такую погоду, ведь могу совсем пропасть в себе, а присутствие Юнги, меня сосредотачивало и окутывало некой защитой. Поэтому не теряя времени, я пошёл принимать душ.          Тёплая вода стекала по телу, на что кожа отвечала появившимися мурашками, но через пару минут привыкая к температуре расслабилась. С каждой секундой глаза закрывались от усталости и бессонных ночей. Ладонью еле нащупав мочалку с полки и поднёс её к струям воды, слегка намочил её, чтобы гель лучше пенился, следом беря бутылочку с запахом винили, немного налив на неё. Поставил обратно бутылочку, начиная жамкать мочалку и после таких манипуляций – появилась пена. Поднося к шее, начиная резко натирать кожу, опускаясь к низу. Вместе с этим, поток воды всё смывает, грязь, мысли, которые мучили мой разум все время. Такая вещь, хорошо помогает мне, очистится. Мозг, который последние дни не переставал думать, затих от того, боль в черепе стала не так ощущаться.        Через минут пятнадцать, заканчивая наносить крем для лица и бриться, я снова стал прежним Чимином, от этого удовлетворённо выдыхая воздух. Одевая, длинную сероватого цвета футболку старшего и уже мои чёрные домашние штаны, выключив за собой свет, пошлёпав на кухню.       Зайдя в неё, всё также издавая громкий звук тапочками, первым дело я скривился в лице от яркости света. Но с секунд пять позднее, я смог увидеть хёна. Тот тихо сидел на стуле, читая что-то в своём телефоне. Я оперившись об дверной косяк, наблюдал за ним, опустив свой взор далее, заметил, что около Юнги стоят две чашки, вдыхая аромат – мой любимый фруктовый чай. От этого запаха на моём лице появилась лёгкая улыбка. За весь месяц, который мы живём вместе, более подробно узнали друг друга: вкусы, привычки, детальнее исследовали хобби, некие планы на жизнь. И стало легче не только дарить подарки или что приготовить на ужин, а ещё банально прямо поговорить.       Движение, прикосновения, объятия, поцелуи – всё это как или иначе ты узнаёшь хорошо при совместной жизни, но у каждого по-своему. Кто-то живёт в браке лет тридцать и не знает, что для второй половинки важны твои прикосновения, ведь у неё такой язык любви. Поэтому может мы и встречаемся не так уж и много, но видимо я его хорошо знаю. Не скажу, что идеально, но отлично да.        − Ты как? — хриплый голос, прозвучал в мою сторону. На это я лишь дёрнулся, пытаясь сосредоточить свой взгляд на любимом. Той внимательно осматривал меня, только сейчас к моим ушам донёсся звук постукивания пальцев об стол за которым он сидел. Ладони парня, легко спустилась на мягкую обивку стула, тот стоял напротив в манере, чтобы я сел рядом. Кивая немного заторможено, снова шлёпая тапками, садясь ровно туда, где две секунды назад была рука Мина.        − Устал? – подвигая мой стул ближе к себе, протягивая в мою руку тёплый чай.        − Да. – тихо прошептал я. Говорить было трудновато после стольких часов молчания. — Устал. – немного громче добавил я.        − Вижу. − в такой же спокойной манере, ответил старший. Всё с таким же пониманием, как море во время штиля, я безмолвно пил чай, довольно закрывая глаза от тепла расплескавшемуся в моём желудке. Рука Мина лежала на моей спине, поглаживая свою же футболку, между нами, снова поселилось молчание. Время от времени разгоняясь звуками с улицы или того, как я прихлёбываю свой чай. Голова хёна, была на моём плече, уткнувшись в шею, холодным носом. Я лишь всё также вымучено улыбался и положил свою головушку на его, допивая едва ли тёплый чай. С каждой миллисекундой он, крепче обнимал меня за талию от мягкости и легкости меня совсем разморило, и я уснул.                            

****

                           Тихая мелодия будильника распространилась по спальне. Приоткрыв глаз, я и не помнил, как оказался здесь. В комнате царил мрак, шторы на глухо закрывали окна, так как хён не любил просыпаться с первыми лучами солнца. Хотя сейчас это было роскошь. Высунув руку с тёплого одеяла, беря телефон с тумбочки, поднося на уровень своих глаз. Семь тридцать отображалось на дисплее, пора вставать на это я лишь устало выдохнул, кладя смартфон на место. Поворачиваясь обратно на бок, укутываясь в одеяло. Там за мной уже внимательно смотрели пара лисьих глаз.        − Доброе утро. – сипло сказал я, смотря в сторону хёна своими полусонными глазами.        − Доброе. – также ответили мне. – Как себя чувствуешь? – рука возлюбленного, освободилась из одеяла, поэтому в данную секунду покоилась на моей щеке. Большой палец, старшего ласково поглаживал мою кожу от чего не удержавшись, я довольно сомкнул веки.        − Мне лучше, спасибо за заботу. – довольно проурчал, забираясь на Мина, крепко прижимаясь и утыкаясь носом в шею любимого. На что он хрипловато посмеялся, так же обнимая меня в талии и укрывая поверх спины одеялом.        — Вот это мой Рыжик. А то ночью было страшно смотреть на тебя.       Я на это лишь кивнул, немного приподнявшись и смотря в его глаза, ладошкой аккуратно поглаживая по щеке. Сейчас, кажется, что мы не виделись вечность. Мин водил руками по спине, спускаясь к ягодицам оглаживая их. Тяжело выдохнув, осмотревши лицо парня — бледная кожа, немного напряженные черты лица, но в то же время заспанное и такое родное, аккуратный носик и губы. Невольно затаив дыхание, смотря на них, даже не собираясь скрывать свой взор.        Уста Юнги манящие, завораживают так, что не могу перестать ни смотреть, ни думать о другом. Композитор увидел, что мой взгляд застрял на этой зоне лица, поэтому наклонился ближе к мои, немного смеясь из моей реакции утягивая в поцелуй. Боже мой, это заставляет полностью пробудится ото сна, и ластится к телу партнёра. Кажется, что низ моего живота скручивается в миллиард раз сильнее, чем когда в космосе появляется звезда. Ленивый и совсем не спешный, губы любимого то нежно целовал мои, то перерастая к более страстному покусывая к появлению маленьких ранок. С каждым движением старшего, я готов растаять, мои руки поглаживали плечи, нетерпеливо опускаясь к острым ключицам от чего мелко дрожали. Язык хёна, давно исследовал, полость рта играясь с моим языком, позже посасывая его и снова переходя в танец. Вследствие этого я прижимался к нему теснее. После пары таких действий, он резко поменял нас местами, отрываясь от губ. Ниточка слюны, которая потянулась в след за ним, почти сразу порвалась, пока мы переводили дыхание. Взгляд Юнги метался по моему телу, отчего тот резко закрыл глаза. Да бы немного унять пыл.        − Нам нужно собираться. – посмеиваясь с него, проговорил я, аккуратно убирая за ухо прядь, что покоилась на лице Мина.        − Я знаю. – немного раздражённо проговорил он, слезая с меня.                            

***

                                   На улице всё также было пасмурно и иногда срывался маленький дождик, от чего в помещении было прохладно, и я укутываюсь в тёплый ворот свитера больше, чем когда-либо. Сидя уже на парах, слушая не интересную лекцию, пытаясь записывать хоть что-то, но на долго меня не хватает. Оттого, на полях я просто хаотично вожу ручкой в разные стороны оставляя такой же рисунок. Переведя взгляд на Тэ с Чоном, они время от времени поглядывали на меня, поэтому наши взгляды встречались на это снова оборачивали голову в исходное положение. Обижаются и волнуются знаю, пропал ничто не сказал им од того тяжело смотреть в их глаза. Благодаря Юнги, те были в курсе дела, что не позволяло слишком сильно сойти с ума.                      − И ничего не хочешь нам сказать? - рассержено сказал Тэ, перекрывая мне путь после лекции. Повернувшись назад, стоял Гук точно с таким же настроением.        − Да хён, мы очень переживали, — активно кивал головой Чонгук к своим словам.       Я на это лишь покачал головой, Техён быстро закрыл двери за собой. Подойдя к столу повернувшись лицом к ним, руками крепко держа сзади мебель ища некой опоры, которая была так сейчас мне нужна, внимательно смотря на друзей. Выражение их лиц было обеспокоенно-злое, я на это лишь глубоко вздохнул.        − И? – привлек моё внимание Ким, после некого беззвучия.        − Ну я … - стал запинаться, громко вдыхая и выдыхая. Истерика подошла как-то очень быстро, заставляя фаланги ещё больше сдавливать стол до боли, да бы привести себя в сознание. – я пытался нарисовать картину… - начал с далека я. Эти четыре слова, звучали так глупо, что сердце обливалось кровью, понимая, что заставил близких волноваться о себе.        − Ты ебанулся скажи мне?! – подорвался он. – Я, блядь, так испугался за тебя! – встал ТэТэ со стула, на котором сидел за пять минут до этого.       На это я лишь опустил голову и глаза, не пытаясь, что-то сказать против или как-то спорим с ним, ибо знал, что тот прав.        − Ты вообще видел Юнги-хёна?! Он так волновался, три дня ты никуда не выходил, сел там и всё, забил на всех и вся! – горячо продолжал он, Гук взял его за руку, и для безопасности немного отвёл Техёна от меня.        − М…мне ж-жаль… − только и смог в конце пролепетать я.       Ком в горле не давал вдохнуть такого нужного сейчас холодного воздуха, если бы у меня было б хоть немного таланта, то всё было по-другому.        − И всё!? – также крикнул тот на меня, отчего я задрожал. Ким лишь развернулся, быстро выйдя с аудитории громко хлопнул дверью.        − Хён… − не громко начал Чонгук, парень явно был в замешательстве, смотря прямо на то место, где вихрем секунду назад прошёлся его любимый человек.        − Иди к нему. – только и смог сказать я.       Прошло пару минут, как младший покинул помещение. Поднимая голову вверх уже в аудитории, никого не было. Взяв телефон в руку, пять минут до следующей пары, тяжело выдохнувши на это, ушёл из университета.              

***

                     Листки падали одни из последних, река совсем серая, растворяясь в таком же небе. Снова все будут волноваться за меня, но видеть и слышать мне никого не хочется. Я правда думал, что он поймёт и не будет так сильно категоричен, зря взялся за эту идею с картиной, Хосок слишком сильно надеется на меня. Резко мелодия звонка убивает некое спокойствие, которое было до этого, от чего птицы на ближних ветках деревьев улетели. Приняв вызов, поднося немного небрежно к своему уху, закрыв глаза и вслушиваясь в голос, что звучал из трубки смартфона.        − Чимин?        − М? – прошептал я в трубку.       Веду себя как истеричка, вроде, что в этой картине, но мысли, связанные за последние мгновенья меня, убивают.        − Всё хорош...?        − Нет. – перебил своего парня. Старший этого не любит, знаю, но тратить наше время не хочу.       Со стороны хёна поселилось молчание. Но через несколько минут послышался ответ Юнги.        − Мне прийти?        − Да, я был бы этому очень рад.        − Где ты?        − На том месте. – я знаю, что он поймёт меня, всегда понимал.        − Скоро буду.       Вызов был завершён, потому я спокойно выдохнул.        Смотря всё также на воду, она имела хорошие успокаивающие свойства, забирая всю грязь, которая копилась внутри моей измученной души. Как ей? А есть ли ей показаться слабой, как и я сейчас? Глупо думать о воде как о живом объекте. Но ведь часто и в нашем окружении есть такие люди, которые «чистят» нас, каково им? Есть ли им кому-то выдохнуть расслаблено в спину? Или они насколько привыкли быть сильными, что некому и открыть своё сердце? Как тогда им помочь, если они молчать? Как много умерло людей в молчании и в собственном стыде?        Время всё также шло, когда я оторвал свой взгляд от воды, осматриваясь около себя, то хён уже был не далеко от меня.        − Давно стоишь? – охрипло сказал я.        − С пол часа. – спокойно ответил он. – Ты был глубоко в мыслях, и я решил, что ты должен сам меня заметить.       На это я только слабо кивнул, снова кладя голову на собственные колени. Хён сел около меня, даже через закрытые глаза, я чувствовал его взгляд на себе.        − Чонгук всё рассказал. – перевал тишину он, поглядывая на меня.       Давно смеркалось, солнце садилось рано из-за этого на сердце становилось тоскливее. Ветер начинал завывать с большой силой, чем час назад.        − Ох… - перевёл взгляд я на Мина.       Рука любимого поднялась к голове поглаживая немного запутанные из-за ветра волосы, глаза снова заставили меня их закрыть, чтобы не было видно в их нарастающей печали. Желание заплакать било пуще прежнего ключом, как молодой источник из земли. Ладонь Юнги холодная, оттого было приятно, и могло утихомирить мою внутреннюю агонию.        − Не против если я обниму тебя? – стал заботливо ворковать парень со мной.       Я на это устало улыбнулся, положительно кивая ему в ответ. Кажется, что в ту же секунду как я дал согласие, тело возлюбленного прижимало меня к себе, закутывая меня в свою кожанку. Запах одеколона, прокатился по моим носовым рецепторами как успокоительная волна. Через пару минут, я прекрасно понял, насколько сильно я промёрз и сам уже ближе прижимался к телу Юнги-хёна, и поместил свою голову на плечо Мина.        — Вот так, мой маленький Рыжик. – мурлыкал старший. Заставляя держать улыбку на моём лице. – Я сейчас скажу то, что ещё должен был сказать сегодня утром. – на это лишь с моей стороны был заторможенный кивок, пытаясь сосредоточится на словах молодого человека.        − Чтобы ты там себе не надумал, и как не казалось всё плохо, это не поменяет того фактора, каким тебя видят другие. С каждой неудачей, наверняка процент твоей веры в себя, падает на уровень Марианской впадины. Но это ведь совсем не так, ты до ужаса талантлив и прекрасен в этом деле, стоить отдыхать. Понимаю, что ты можешь сказать мне на это, те огромные надежды только в твоей голове. – замолчал тот, сжимая моё тело, полушепотом продолжая, набирая в лёгкие воздух. – Я знаю каково это, малыш, увидев твои глаза вчера, будто смотрел на себя только два года назад. – ладонь поглаживала мои волосы, потом аккуратно перейдя к спине. Фалангами пальцами, оглаживая все линии моей спины, что ещё больше успокаивало меня, заставляя вслушиваться в речь.        − Тогда я так много взял на себя, никого на то время не было со мной. Первый курс, совсем не знакомые люди, которых я ужасно боялся. Оплата учёбы здесь, призывало к очень быстрому поиску заработка. И музыка, к которой я жил попросту не хватало сил и времени, что ещё больше меня угнетало и прибивало ко дну. Если и была возможность, то ничего не вышло, заставляло задумываться талантлив ли я вообще? В этот период, мы и познакомились с Хосоком, даже не представляю, как он меня выдерживал. – осипло посмеялся он. А я лишь жадно слушал все слова, пытаясь анализировать всё, что давал Юнги мне.        – Знаешь Рыжик, это всё пиздецки тяжёлый путь, который ведёт к чему-то большому в своей степени гениального. Будем называть это какой-то проверкой, что стоит пройти нам вместе. – руки возлюбленного взяли меня крепко за плечи, немного отстраняя меня от своего тела, смотря прямо в глаза. Так решительно наблюдали за моими зрачками. – Поэтому, ты не один. – горячо завершил свою речь старший.        Вокруг было темно, ветер усиливался как мне казалось по секундам, но холода совсем не чувствовалось. Сколько вообще прошло времени от последних слов сказанными Юнги? От осознания этого я всё больше и больше покусывал свою щёку изнутри, от пары раз таких манипуляций почувствовался металлический вкус крови на языке тот добавлял трезвости.        − Рыжик ты…        − С-спасибо – едва ли пошевелил своими губами я.       Слёзы скатывали одна за одной это было не много удивительно для меня, но, чтобы я не пытался сделать, не выходило остановить подкравшеюся истерику. Через несколько минут, прозвучал первый всхлип и Мин тут же крепко прижал меня к себе, поглаживая руками мою голову защищая в столь трудный момент своим теплом от всего.                                                        

***

       Целая неделя быстро перетекла в обед субботы, поэтому есть шанс хорошо отоспаться и не спешить с утра пораньше. Из-за приоткрытых штор солнце, своими лучами заглядывало в комнату, что было впервые за эту неделю. От того на душе стало теплее, радостнее. Одеяло небрежно лежало на мне, согревало от прохлады, закутывая в себя ещё больше, не давай покинуть с толь нагретое место. Поворачивая макушку в сторону, где спит Юнги никого не было, вытягивая ладонь медленно оглаживая простынь, была холодной, что не похоже на возлюбленного. Сосредоточившись на звуках, не громкое бряцание со стороны кухни, явно сдавали геолокацию хёна.        Жить с кем-то вместе странно, жить с Юнги-хёном ещё больше удивляет меня, даже сейчас. Вспоминая старшую и немного средней школы, я жаждал жить один. Хотелось быть самим: своя кухня, мебель, одежда и главное правила, не требуя ни с кем их обсуждения. Но сейчас это как-то ушло назад, нет представления быть без него. Если и случится так, что мы расстанемся, я смогу жить нормально, но хочу ли этого? Нет, совсем нет. Мне нравится проваливаться в наши с ним отношения, спокойные как гавань утром – это рисует новые крылья, вдохновляющее понимание и уважение к себе и к нашей любви. Быть и делить с ним все моменты жизни и разделять нечто интимное по-особенному интересно.        Например, Мин не любит с утра много шума, но очень любит обниматься за столом, поглаживая мою спину, молчаливо попевая свой холодный кофе. Старший как два в одном: от прикосновений, которые могут не прекращаться до самой аудитории, только под злое шипение Хосок-хёна, что они опаздывают (это правда звучит страшно, уверяю) до осторожного переплетения наших рук с тревожным взглядом, будто я бросаю того. То, как парень может чувствовать и читать меня и остальных как книгу, заставляет задуматься законно ли это? За что мне такой прекрасный человек?        Жмуря глаза от недовольного бурчания живота, я стал невольно выплывать из своих раздумий, заставляя себя сесть на кровать сонно потирая глаза, пытаясь привести в порядок сознание.        Вода отрезвляет очень хорошо, в данную секунду даже слишком. Сон сразу улетучивается где-то в стенах ванны. Уходя из неё, вдыхая аромат чистой одежды, я, лениво переставляя свои ноги по очереди иду в сторону кухни.        В ней пахло чем-то жареным, даже немного пригоревшим. Юнги, что-то бурчал себе под нос, помешивая венчиком нечто с бледно-жёлтым оттенком, но с этого места не разобрать, что это. Его недавно покрашенные белые волосы, были мокроватыми по всей их длине, от этого хаотично свисали, сползая на лицо Мина. Они так чудесно выглядели под стать бледной кожи старшего, хотя не скажу, что с мятным цветом было хуже. Белая кофта, которая была немного великоватой с подтянутыми руками, свисала на нём, а также обычные чёрные спортивные штаны. Аккуратно подойдя к парню, приобнимая за талию окольцовывая своими руками, втыкаясь носиком в загривок хёна, который стал покрываться мурашками. Мазнув носом между плечом и затылком, игриво поднимаясь наверх, кусая за ухо, после тут же целуя в то места, где был укус.        − Доброе утро. – зевая сказал, рассматривая те блинчики, что сейчас переворачивал музыкант на сковородке.        − Доброе. – ответил мне с довольной улыбкой, красиво выкладывая последний блин. Беря баночку с каким-то вареньем выкладывая сладость, маленькой ложечкой, что была рядом, сверху на блинчики.       В такой же спокойной обстановке мы кушали, прерывая свою трапезу разговорами про обыденные темы и нахваливая блинчики хёна (это ну правда, пальчики оближешь). Солнце было высоко, от этого небо голубоватым, а не серым, как обычно, в такую пору. Это побуждало меня держать улыбку на лице и всматриваться в окошко на такой редкий, но безумно красивый день. Но необычное шуршание со стороны моего молодого человека привлекло моё внимания.        Переведя взгляд на Юнги, я понял, что парня что-то тревожит, или он чего-то не договаривает. Не выдерживая этого, я решил спросить первым.        − Хён, всё хорошо? Может, ты хочешь о чём-то поговорить?       Глаза возлюбленного, нервно мотнулись на меня, а сам устало оседая на своём стуле, смотря прямиком на меня.        − Да, ты прав. Нам с тобой нужно обсудить важную тему.        − Я слушаю тебя. – лишь мог, растерянно пролепетать я, не ожидая этого.       Тот подвинулся к столу ближе, протягивая мою руку к себе, нежно целуя мои фаланги, заставляя пунцоветь щёки.        − Ты прекрасно знаешь, как ты мне нравишься, как я влюблён в тебя. – на это спокойно и осознано киваю, ведь мы часто стали говорить это друг другу. Юнги-хён с такой же улыбкой, продолжал свою речь. – Так вот, после того дня на речке, ты больше не рисовал, что беспокоит меня. Зная как тебе дорого это занятие.       На это я грустно кивнул, понимая к чему он ведёт и так глубоко внутри боялся этот разговор, но мы ведь вместе. Рука возлюбленного не на минуту, не покидала меня, ещё с большим рвением гладила, передавая свою энергию.        − Юнги... ты… - я редко, называл его по имени, но эта ситуация, требовала этого.        − Да, я хочу, чтобы ты попытался снова. Маленькими шажками, не знаю, как объяснить тебе рисовать картину, но уверен с этим ты справишься на много лучше меня. – посмеялся тот неловко, от чего я тоже не удержался хихикая. – Поэтому, давай, ты попробуешь? В первую очередь для себя, я прошу тебя об этом.       Вокруг снова поселилась тишина, пальцы не покидали меня, а лисьи глаза безмолвно ждали ответа, ведь я глубоко внутри понимал, что тот прав, глубоко выдыхая, я ответил, только:        − Хорошо, я попробую. – кивая и ему и в первую очередь себе, соглашаясь на это.                             Через некоторое время после обеда, когда мы уже были убаюканными фильмом и Юнги засопел рядом, я долго думал о словах Мина и всё-таки решил попробовать, как он сказал с маленьких шажочков. Выключая планшет, оставляя гаджет на столик, я несмело встал, над кроватью. Не забыв, укрыть хёна тёплым пледом, не удержавшись сглаживая пряди; невесомо целуя в кость нижней челюсти, и вот я выхожу на носочках. Не спеша идя к своей мастерской. Некий страх вызывал во мне колебания и резкое желания всё бросить в эту же секунду. Останавливаясь около двери, моя рука потянулась к дверной ручке, заставляя набрать в лёгкие воздуха и открыть её. С комнаты пошёл холодный кислород, как и в тот день, когда я там был. Переборовши все за и против, я, обещавши себе и Юнги-хёну преодолею страх. По этой причине начну с толь маленького, и что всегда можно сменить или переделать и всё будет хорошо. Главное не отпускать из виду, что я всегда могу закончить и вернутся к любимому в постель.        Бесшумно зайдя в помещение, прикрыв за собой двери, просто начал с хорошего, взяв ароматизированные свечи, которые всегда были у меня из-за некого чувства эйфории и вдохновения, как только вдыхал, лёгкий цитрусовый запах. Потому разместил их по столу и по всех горизонтальных поверхностях, попутно убираясь, чтобы лучше было настроится. Подойдя к окну, раздвинул занавески, чтобы последние лучи солнца могли оказаться здесь. Ставя рядом с окном мольберт, позже уходя на поиск подходящего холста, на это понадобилось больше времени, чем планировалось, но всё такие успешно креплю его. Взяв, стул, который до этого был в сторонке пододвигая к себе садясь на мягкое сиденье, осматривая всё, что в комнате. Тревога, почти пропала, но не знание, что рисовать так и никуда не исчезло.        Останавливаясь в таком же положение, следующее минуты, часы, смотря на белую подложку не двигаясь. Желание задаться, кричало и било табличками «SOS», но в голову пришла идея, тело на автоматическом уровне стало замешивать краски. Кобальтовый с небесным соединялись, добавляя в них титановых белил. Плоской кисточкой окрашивая весь холст играясь с контрастом оттенков, рельефом и прибавляя белой краски по верхнему плану картины. И в конце сего получилось то, что я хотел, красивая светло-голубой фон. Положил свои орудия труда, задув свечи по мастерской, я ушёл в ванну с довольной улыбкой, ведь у меня стало получатся.                                          

***

       Повсюду снова был шум, а о тёплых, спокойных выходных остаётся лишь мечтать. Сидя на второй паре по восточной живописи. Дни были всё холоднее, а ночью уже был мороз, показывая, что зима скоро наступит, как и начало сессий. Первые зачёты, стояли в начале декабря. От чего мне было грустно, обычно в такие дни мы собирались у Техёна с Чонгуком. Готовясь к всем предстоящим тестам, веселясь и быстрее заканчивая со всем материалом, но я снова один. Возможно, я немного преувеличиваю и у меня под боком всегда есть Юнги-хён, но он в этом смыслит так как и я в музыке. Поэтому мы будем только мешать друг другу, и старший снова пропадает в студиях, так что беспокоить больше положенного, чем едой и не частыми объятиями, моя совесть не позволяет. От этих всех мыслей у меня снова стала болеть голова и я попытался хоть как-то       сбросить этот балласт, вникая в слова профессора, который ходил по кафедре то с лева на право, то с права на лево, отчитывая нам свой предмет. Рука на автомате пыталась, что-то записать и даже когда на экране показывали картинки с представителями восточных архитектур я успевал сделать не большую зарисовку, но разум не переставал кипеть и обдумывать, и сравнивать своё сейчас и когда. То, что, я был долгое время без друзей, большего всего в средней школе, ведь в старшей появился Техён и мы стали дружить. Может, именно это ему надоело, я пытался пару раз подойди, но он общался с другими парнями и мне оставалось только поджать губы, уйти. Об этом сильно и не было с кем поговорить, всё что я мог тускло наблюдать с далека за их ели слышным разговором. Не могу понять, что я сделал не так и эти мысли заставляли нервно выдохнуть горячий воздух и перевести свой взгляд на тетрадку, может я и вправду на столько виноват? При всяком диалоге с Юнги о этой теме, он пытается донести мне, что кто-то один не может быть виноватым в ссоре. Я и вовсе перестал говорить об этом, лишь отклоняю его предложения как-то повлиять на данную ситуацию, как-никак я большой мальчик и должен сам решать свои проблемы, а именно со своими друзьями.       Злость время от времени вырывается, наружу как сейчас. Не понимание ситуации меня злит и чертовски расстраивает, в связи с этим мой желудок затягивается в ужасный спазм, что тревожит меня время от времени из-за последних событий. От такого роя мыслей я не с первого раза услышал, как меня зовут, только торможено глазел, на источник звука.       − Чимин-щи? – грубый тембр голоса пытался явно достучатся до моего сознания. Это был Хан Джон Су. Резко осмотревшись по всей аудитории, я понял, что пара давно закончилась и только я остался. – Идёшь?       − Да, спасибо. – я стал быстро собирать свои вещи, мгновенно подойдя к нему немного запыхавшись. – Я слишком сильно утонул в своих мыслях, ещё раз спасибо Джонсу-щи. – приветливо улыбнулся ему, не торопя идя с ним к столовой.       − Ничего бывает, странно, что Техён-щи лишь просто посмотрел на тебя и ушёл обедать. – выдал тот, на что мои губы в безмолвии вытянулись в трубочку «о».       Мы перекинулись, ещё пару репликами о предстоящих экзаменах и разошлись к своим компаниям, ну как я взял себе еды и ушёл к своему любимому окну, где почти никто не ходил.       Положил свой рюкзак на выступ около окна и сам в пол метре сел от него, подтягивая к себе горячий бутерброд с курицей, тот был моим любимым, но совсем не жевался как обычно. Слова Джонсу, слишком въелись в мою голову и там звучал только один вопрос. Заслужил ли я это? Или мы стали чужими? Почему он не сказал? Написал бы… Точно переписка, вдруг я не увидел СМС от Тэ и всё будет, как всегда. Мои руки быстро полезли по карманам джинсовой куртки, наконец найдя телефон, включая мобильную сеть. Искра надежды была такой привлекательной, что сердце грохотало, ещё чуть-чуть и выпрыгнет из грудной клетки. Но чуда не случилось, ни одного сообщения, от этого меня накрыла волна растерянности, разочарования и гнева, оттого глубоко внутри, что-то щёлкнуло. К следующей паре оставалось пятнадцать минуть.       Интеллект пытался осознать всё, что я хочу сделать, а тело пылало, пальцы мелко подрагивали, когда я стал в очень быстром темпе складывать свои вещи, закидывая в рюкзак лоток с не доеденным обедом. В одночасье, ища людей, которых называл «друзьями». Буря внутри бушевала как ураган, как большая метель и жаждала справедливости, слов чего угодно, лишь не этой липкой пустоты, которая как яд. Отравляла каждый миллиметр моего тела, разума, действий, реакций хотелось отдать сполна ему это. Моё естество прислушивалось к любому шороху, как будто хищник на охоте. И вот, наконец услышав хихиканье Кима, я пошёл на звук и вышел на безлюдный коридорчик. Ярость бушевала во мне пуще прежнего, руки всё также дрожали, но это всё равно никак не останавливало на пути к ним.       Дойдя, уже к тому окну, где была не большая компания. Среди них две девочки, вроде на год младше и Чонгук с Техёном и парень на курс старше, они о чём-то весело разговаривали, что больше подталкивало моё сердце в бешеном темпе гнать кровь по венам. Я только подошёл к ним, пытаясь немного уменьшить свою злость, так как понимал, что кроме нас троих никто не причастен.       − Кхм. – прокашлялся я, чтобы на меня наконец обратили своё внимание.       − Да? – радостно стал отвечать Тэ, на что все повернулись в мою сторону, но увидев кто стоял перед ним, резко улыбки спали с их физиономий. На что я ожидающе хмыкнул, смотря также на них.       Чонгук был немного в растерянности, на это хлопал глазами, было как привычка, мне всегда, казалось, это милым ведь похож на большего ребёнка.       − Как у вас всё мило. – с напущенной смазливостью стал говорить я, прищуривая свои глаза, просматривая каждого из них, так как внутри эмоции требовали своего выхода.       Пара уже началась, в силу этого трое человек поспешило уйти, и мы остались абсолютно одни.       − Ты так быстро мне нашёл мне замену, сразу бы сказал, что не хочешь общаться я понял бы, но зачем строить этот цирк с волнением?! – мой взгляд упёрся прямо в его удивлённые и даже немного тревожные глаза. Чонгук пока только стоял с боку, наблюдая.       − Что…? – заторможено смог произнести друг, бывший друг.       − Я настолько ничего не значу для тебя, скажи? – немного подошёл к нему, тот чуть не вжался в стенку край окна, а Гук поспешил встать впереди своего парня. Поэтому, я удивлённо посмотрел стоящему передо мной в глаза.       − Будешь бить лицо своему, хёну, а Чонгука? – от этого мне стало так смешно, что я стал громко смеяться и вытирать свои слёзы рукавом той же джинсовки. – Двое против одного, это не честно вообще-то.       Оба парней находились в замешательстве взаимно переглядываясь, что немного забавляло меня.       − Чимин, о чём ты? – серьёзно произнёс Техён.        Мои глаза нервно бегали по лицу Кима. Зрачки увеличивались, дыхание спирало, что превращалось в какофонию из всего, что я слышал. От этого на моём лице появился оскал, что перерастал в тревогу и осознание, вырвать хотелось прям тут. Я осматривался, но возле себя всё стало резко плыть, звуки становили приглушёнными. Сзади Гук, пытался заговорить со мной, но я только медленно смотрел на его движения и мимикой.        − Чим… что с тобой? – в лице море эмоций – не понимания. Если бы я сам знал в чём дело, но злости и ярости было слишком много.       За окном выл ветер, дождь шумно спускался на улице всё быстрее и быстрее.        − Что со мной?? – истерически спросил я. – Ты смеёшься с меня, скажи?! – громче стал говорить впоследствии по пустому коридору пошло эхо. То, что я мог сказать, наверное, было последним и я умру тут и сейчас.       Сзади Чон быстро, что-то печатал по клавиатуре и потом вовсе пряча гаджет в карман. И подойдя к нам, он встал снова впереди Тэ, неторопливо подходя в мою сторону.       ТэТэ был в такой растерянности, на его лице читалось грусть?        − Хён… − продолжал говорить Чонгук, робко смотря в мои глаза, аккуратно подойдя. – Дыши, Чимин-хён, успокойся прошу тебя. – также шептал тот. – Успокойся и мы обо всём поговорим, клянусь тебе.       Сначала движения младшего показались мне странными. Два больших карих глаза смотрели на меня, тревожно и изучающее. С каждым моментом, мне становилось не по себе, ещё больше, что-то уверяло мой ум в смерти. От страха закрыв ладонью глаза, я попятился назад. Тело горело, казалось, ярость и обида вырвется драконом и испепелит всё на своём пути. И резкая пугающая тишина, где сознание терялось в ней. Снова открыв глаза, я пугающее вдыхаю и выдыхаю, смотря на парней. На их лицах творился шок. Чонгук, что-то кричал я уже не слышал, падая в безмолвную бездну.                                    Отлепив веки, в которых пробивались лучи. Такое сильно раздражало меня и на это недовольно зашипел, но ещё оставаясь в темноте. Где-то около меня послышалось шуршание, уши навострись и воспринимая все звуки, что были рядом. В голове было совсем тихо и это очень даже пугало. В памяти будто провалы, что заставляет ещё больше, беспокоится в голову пришла только одна мысль – смерть. От этого мои глаза в миг открылись, и я резковато поднялся, следовательно этому в глазах в миг потемнело, потому оставил на потом резкие действия. Втягивая запах медикаментов, немного кривясь в лице. Наконец сумевши сфокусировать свой взгляд, что было ненадолго.        Впереди стояли белые кушетки. Это был медицинский кабинет при нашем факультете. За окном, которое как раз было напротив меня, солнце немного одаривало весь кабинет, заставляя, жмурить глаза и немного греться. За последние две недели, оно снова появилось и сейчас с каждым падающим лучиком по всей комнате, становилось не так волнительно, что я даже немного удобнее уселся, на что она скрипнула не сильно приятно для ушей.        − Чимин…? – хрипло, даже немного сонно, суетливыми нотками звучал любимый голос.       От этого я повернулся на звук. Перед до мной стоял Юнги. Мои глаза пытались, сфокусировать на нём, но ничего явно не получалось, так как всё продолжало плыть.        − Не напрягайся, рыжик – аккуратно сел возле меня, на что кушетка снова проскрипела. Рука хёна, заботливо покоилась на моём бедре, поглаживая его, успокаивая и показывая тем, что он рядом. От этого тревожность совсем улетучилась.        − Я взял нам на эту неделю больничный. – спокойно говорит любимый, подтягивая меня за бедро к себе, прижимая к крепкому телу. Только, я хотел спросить зачем, на что Мин сразу меня перебивает, продолжая говорить.       − Представь, как я испугался. Гук пишет в панике и говорит, что тебе плохо и они с Тэ в растерянности нужно, чтобы я пришёл прям сейчас. А когда, я наконец вылетаю из аудитории с горем пополам нахожу вас, то ты вовсе не реагируешь на слова и падаешь замертво на руки успевшего Чонгука тебя подхватить. Оттого, не спрашивай зачем и что ты в порядке.       Я на это лишь тоскливо опустил голову, прижимаясь к плечу хёна. Мне было откровенно плохо и желание кого-то видеть заставляло меня стыдится. Именно от того концерта, что я сделал и кроме как согласится и побыть некоторое время дома       − Как скажешь. – активно, кивал я, обнимая молодого человека, довольно выдыхая аромат безопасности и заботы, когда фаланги пальцев Юнги, бережно массажировали кожу моей головы, от чего я стал совсем спокойным.                            

***

      −Хён… - устало выдохнул. – Зачем ты полез туда? – мой голос звучал обиженно, что было достаточным редким явлением. Но сейчас, я просто не могу держать эмоции при себе.        Я знаю, что он пытается сделать для меня всё, но зачем это. Глубоко вздохнул, устало кладя свою голову на стол.       Старший поговорил с Чонгуком и Тэ, и они через пару часов должны прийти к нам в гости, так как я уже второй день на больничном. В четверг, как оказалось у меня было, что-то вроде как панической атаки, к которой были причастные переживания и усталость и выгорание. Поэтому я лишь додерживался режима Юнги, так как он слишком сильно смотрел за мной и моими движениями. Уверен был бы я на его месте всё также происходило, но это не делает мою жизнь проще.       − Мой любимый, Рыжик. – Юнги подошёл ко мне, бережно оглаживая уже давно высветленные волосы. – Мы оба знаем, что тебе это нужно и стоить это решить, ведь так?       На, что я только покивал головой, поднимая её над столом. Возлюбленный, стоял около дверей, тут же нежно улыбаясь мне. Подойдя и садясь за него, беря мою ладонь в свои руки, бережно потирая своими немножко шершавыми пальцами.       − Так, что не волнуйся и я как обещал сразу приду в три и мы пойдём по магазинам, м? – на что я только радостно покивал, концентрируясь на своих ощущениях, довольно принимая ласку от Юнги-хёна. Он явно этим пользуется, но ничего не могу поделать с этим, я слишком жаден к мягкости и нежности Юнги.       Он только посмеялся с этого, фалангами подзывая меня к себе на руки на, что я шустро встал, немного зацепляясь об столешницу, это совсем не обращало моё на внимания. Удовлетворённо обнимая парня, мягко целуя в подбородок и чуть ниже, от этого старший нервно сглотнул, пальцами левой руки поднимая мою голову. Взгляд глаз хёна немного потемнел, а правая рука со скользнула к моей талии, окутывая большой ладонью прижимая к себе.       − Хён… - шёпотом протянул я, слегка ёрзая на нём, отчего тот спустил и левою держа уже обеими кистями руки мои бёдра.       − Чимин-а… - понизив голос Мин, что вынуждало моё тело покрываться мурашками от него такого, наши лбы столкнулись и мы только томно дышали. – Мне нужно собираться и до делать некие дела, но ещё так продолжим, я возьму тебя на этом чёртовом столе. – горячо закончил тот, посматривая на меня и гладя всё также ласково по щеке.       − В первый раз, что-ль. – посмеиваясь сказал я, смотря в зрачки напротив, как под гипнозом.       На, что только услышал раздражительное: «Ц», также смеясь из реакции любимого.                                                 Юнги ушёл ровно десять минут назад, хоть мы и встретимся через пару часов, мне совсем не хотелось, чтоб тот уходил. Оставалось самое худшее в этом дне – встретится с парнями, что оказывало на меня давление. Никогда б не подумал, что такое может у нас случится, жизнь такая и с этим ни хрена не поделать. Должны прийти через пол часа, потому я пошёл на кухню готовить чай для них, что могло б скрасить первые минуты молчания, может и часы. После пятнадцатиминутного бегания от кухни к маленькой гостиной, я наконец со всем справился, уходя в спальню меняя совсем заляпанную кофту на другую, относя её к грязной одежде.       После всех маленьких приготовлений, садясь на кресло в ожидание гостей, посматривая в телефоне ленту новостей и отвечая некоторым клиентам о их картинах, которое те хотели б заказать родным перед Новым годом. Но вот по истечению времени, послышался стук входную дверь. На этот звук я быстро подскочил, внутри связало всё огромным узлом, что не давал вдохнуть, поэтому по дороге к коридору я пытался глубоко вдохнуть и думать о чём-то светлом, как и учил Юнги. Это затея казалась для меня в эту секунду не правильной и желание сбежать и спрятаться, шептал мой инстинкт, но я понимал, что бежать некуда и всё в порядке.       Наконец дойдя к двери и без раздумий, открыл её, сталкиваясь с Тэ и Чонгуком к лицу к лицом. Которые как мне казалось, тоже немного нервничали и в руках судорожно игрались с ручками подарочного пакета. Минут пять, только пялились друг на друга, на что Гук прокашлялся, прерывая тишину.       − Привет, хён. – его голос пытался, быть дружелюбнее, а рука толкнула в бок Техёна, на что тот шикнул, но сразу понимания намёк своего парня.       − Да. – прокашлялся Ким. – Привет, Чимин-а. – прокашлялся Тэ, протягивая ко мне свою руку, на что я пожал своею.       − Привет, проходите. – отошёл в бок ближе к стенки, пропуская их в квартиру, сразу закрывая дверь.       После того как ребята разулись и Чонгук вручил мне пакетик, где были сладости, я ушёл на кухню взяв пару тарелочек выкладывая стол. Придя в помещение Тэхён и Чон, шептались о чём-то, но только мне стоило пойди ближе, то они в миг умолкли, только время от времени переглядываясь между собой. От этого мне стало не по себе, но я только приулыбнувшись и садясь напротив их. По началу, мы молчаливо пили чай, не зная с чего начать разговор. Уровень неловкости зашкаливал и в который раз убеждался, что это была плохая идея, и всякая такая секунда оставляя негативный осадок. Но тут уже Тэ прерывает её, обращая наше внимание к своей персоне.       − Как ты себя чувствуешь? – неуверенно поинтересовался тот, смотря прямо в мои глаза.       − Уже лучше, спасибо. – искренно улыбнулся им двоим, лихорадочно помешивая свой напиток маленькой ложечкой. Ким на это мне также улыбнулся и от этого жеста вся эта неправильность стала улетучиваться из комнаты.       − Мы сильно испугались за тебя. – добавил Чонгук от себя, смотря на меня с такой надеждой, что вызывало где-то внутри меня, грусть и сожаление.       От Тэ послышался всхлип, что заставил в моём горле образоваться большему комку и смотреть, тот быстро пытался вытереть из своих немного смуглявых щёк слёзы, но они падали быстрее чем парень вытирал. Подведясь уже на ноги и садясь рядом, крепко обнимая любимого друга и утирая его влажные дорожки пока в самого стали капать слезинки, Тэ на это тихо стел хихикать.       − П-прости нас, Чим-Чим. – хлюпал носом и протягивая руку к Чонгуку, что сзади меня обнял нас, на что мы уже дружно в троих смеялись и плакали. Но это всё было к лучшему, я чувствовал это.                                                                      Парни посидели с нами больше, чем стоит. Ведь хён успел прийти вместе попить чай и поговорить. Время от времени посматривая на меня победной улыбкой с гордостью, на что я только стеснительно хихикал, слушая все истории Тэ. Теперь идея влюблённого не кажется дурацкой и вовсе не похожа на пытку, но он всё равно их ворчливо выгнал под: «Хватит с Рыжика эмоций, брысь домой». Это невольно вызывало смех и провожаяя гостей, но Чонгук пообещал, что зайдут в среду проверить моё состояние. Как только, дверь закрылась за парочкой, и я облегчённо вздохнул, так как больше никакой тяжести не было. Юнги крепко обнял меня сзади в коридоре, улыбаясь своей десневой улыбкой, утыкаясь в шею и нашёптывая на ухо:       − Мой маленький, ты такой молодец, я так горжусь тобой. – на что я ластился к нему от приятной похвалы. Початок форми       После наших нежностей мы решили всё-таки прогуляться, так как зима брала свои узды правления. Рождество и другие праздники совсем были не за горою.       Одевшись тепло, спустя пол часовых сборов, мы медленно гуляли улицами снежного Сеула, что было редкостью, но первые дни декабря порадовали такой красотой. Маленький снежок спускался на улице что, вынуждал влюбиться в него. Быстрая темнота несла за собой, прекрасный вид на ночной город. Лампочки и вывески магазинов, светились, переливались разными цветами как в сказках или мультиках, даря собой чудесное рождественское настроение. Холодный ветер или непогода вовсе не мешали этому. Много ребят веселились в такое время, ведь пошёл первый снег – снег надежды и мечты. Рука хёна крепко держа мою, вызывая на моём лице довольную и счастливую улыбку, побуждая время от времени пялится на него.       Он также рассматривал всё вокруг, спокойным и размерным взглядом. Немного дурацкий шарф, был ему очень к лицу, хоть и ворчал на меня, когда просил надеть ткань, но всё равно послушал. Чувство любви и благодарности смешивались во мне, только стоило моему взгляду впасть на любимого. Рядом с ним моё сердце млеет и звёзды намного ярче. Даже эта зима – она первая совместная и поэтому такая особенная для меня.       − Рыжик? – гортанный голос окутал мои уши.       − М? – еле слышно, смог сказать я, не спуская с возлюбленного свои глаза.       − Прекрати глазеть на меня. – сипло посмеялся, приостанавливая ходьбу, как и я за ним, подходя ко мне ближе, опаляя меня тёплым воздухом.       − Ты слишком красивый, не могу прекратить, любоваться тобой. – мои холодные руки поднялись к лицу держа за щёки, уже сам припадая к манящим губам.       Бережные поцелуи, которые балансировали из горячим дыханием от этого, ладони сжимались крепче на плечах старшего. На это мгновение, всё стало таким не важным для меня. Парень жарко расцеловывал всё моё лицо от чего я не громко хихикал и вовсе открыл глаза, усерднее дыша пытаясь снова вернутся в прежние состояние.       На нас падал пушистый снег, рядом приглушённо шептались люди или же просто обходили, от этого становилось неловко. Продолжая всматриваться в глаза, те, что сверкали отдавали своё тепло, внимание и ласку. Было хорошо, оттого я снова зажмурился. Совесть вынуждала меня покраснеть.       − Когда тянулся за поцелуем совсем стыдно не было, а сейчас краснеешь, а Рыжик? – хмыкнул тот, отходя от меня на полтора метра, снова беря за руку. – Идём, а то всё скоро закроется.       Я на это лишь покивал, идя за хёном стараясь сильно не задуматься о происходящем, просто наслаждаться моментами жизни. Но багровость так и сияла на моём лице ещё некоторое время.                                   Находясь уже в торговом центре, мы пока просто осматривали магазинчики в которых было много разных деталей к подступающим праздникам, что забавляло меня. Всё пахло корицей и цитрусом, без сладкого в эти дни никуда. Людей было не сильно много, но и были те, что, выбирали всякий товар. Пока мы просто глазели на все витрины, украшенные к праздникам. Мой внутренний ребёнок ликовал и пищал, хотелось быть везде и сразу, но это точно не сегодня. У нас был не большой список покупок, которые мы должны купить. Сильно много позволить не могли, но порадовать себя не сильно дорогим, думаю можно.       Спустя тридцать минут покупок и блужданий по торговым помещениям, в наших пакетах был некий декор для дома, даже маленькая ёлочка, которая была по хорошей акции с не большими игрушками к ней. Оставался последний и самый дорогой пункт, но в то же время он был желанный и заставлял глупо улыбаться. По улицам города, часто видно парочек в парной одежде, что не могло не вызывать восхищение, поэтому решив, что нам тоже это нужно. Сейчас мы идём выбирать парный новогодний костюм с Юнги.       Зайдя внутрь магазина, шагая сразу к нужному отделу, мы стали внимательно рассматривать разные виды костюмов. Пёстрые цвета бросались в глаза, чем притягивало и раззадоривало меня. В Корее в данный момент, мода на парную одежду для парочек. По моему мнению это было и будет всегда, поэтому никогда не станет антитрендом, а вроде есть изюминкой нашей страны, как дорамы или к-поп. К такому стилю хотелось быть ближе, ведь было с кем. Сначала это вызывало у меня, возмущения и не понимание, а сейчас хожу по одну из торговых центров выбирая костюм тот, что видел по рекламе – ирония жизнь.       Свет в магазинчике было приглушенным, что не могло не радовать, в самом помещении было тихо, этим разрешая спокойно и не спеша выбирать, то зачем я сюда пришёл. Интерьер не был ничем особенным как в других схожих бутиках. Тёмно-персиковый цвет не сильно выделялся, чтобы покупатель не отвлекался на внешние факторы, а сосредоточено выбирали одежду для покупок.       Смотря на бесчисленное количество, прикусывая нижнюю губы в тщательных поисках и раздумий, того, чего нам носить с Юнги-хёном. Ведь я хочу, чтоб это одевалось и радовало нас, не только в новогоднюю ночь. С намерением того, что старший будет таскать просто не только для меня. Как бы он не вешал бы мне лапши на уши, что будет надевать всё купленное мною, деньги уйдут на это не маленькие. Не хочу позже это кому-то отдавать.       Выбор этих костюмов был колоссальным, Мин уже прошёлся пару раз по всему зданию вдоль и поперёк, пока я щупал, пытаясь найти тот самый. В таких мелочах я слишком дотошный. Стоило б так выбирать вуз, где я буду учиться, там и пять минут было много. Зато сейчас я тратил в миллион раз больше времени, пару консультантов подходило к нам, предлагая помощь и советы, но я − отказывался, хотелось, чтобы это заслуга была только моя. Ощущение будто хочу сделать какое-то открытье, чем просто найти для нас вещи. И вот после часового пересмотра одеяний нашёл ту самою. Обычные клёш штаны в обоих костюмах, в которых фокус был на свитера. Один из них был красным (уже знал, чей он будет), а второй был чёрным, при этом мягкие, совсем не хотелось переставать их трогать, слишком уж прекрасно. Главное, что забавляло, это их дизайн: с правой стороны ближе к ключицам, были милый медведь, которые нежно улыбался, держа новогодний леденец в своей не большой лапе. На противоположной стороне снизу, такой же отзеркаленный мишка, он смотрел вверх на своего друга и махал ему. Между ними было уйма разных звёздочек, снежинок, что не делало его пустым.       − Юнги! – в пол голоса крикнул я, подзывая Мятку, который смотрел в противоположную сторону. – Иди, сюда.       На что старший, быстро подошёл, облегчённо-устало выдыхая, заставляя меня захихикать.       − Наконец! – в тихой манере, ответил мне любимый. – Я уже думал, то мы будем здесь жить. – угрюмо закончил тот, на что я не сильно толкнул в плечо, показывая на костюмы, которые нашёл с минуту назад. – Как тебе? – стал смотреть на н внимательно, чтобы точно разобрать, нравиться или нет.       Он замолчал, беря убор в руки, трогая детально сканируя своим лисьим взглядом.       − Думаю, это один из лучших тут и цена не такая большая, даже сдача будет. – волнуясь дополнял я, ожидая хоть каких-то слов от Мина.       − Да, Рыжик, очень красивый мне и вправду понравилось, но есть ли тут твой размер? – его глаза хитро, смотрели на мои, жмурясь, что-то задумал. – Может пойдёшь примеришь?       Я лишь растерянно кивнул, беря два похожих костюма, бережно вкладывая на свою руку, идя в крайнюю пустую раздевалку. В большей степени меня волновал сам свитер, так как после слов парня, что он мне как будто маловат. Что принуждая меня снова немного начать нервничать.        Последние дни были волнительны и нервные, такой поход по магазинам хорошо расслабил меня, за что я бесконечно благодарен своему возлюбленному. Уже будучи в кабинке: снимая курточку, вешая её на один из свободных крючков, затем стягивая толстовку. Немного поёжившись от холода, сразу напяливая бережно на своё тело вещь с лёгкой улыбкой смотря на себя в зеркало, оценивая свитер. Он был восхитительно пушистым, немного большим, что могло не радовать, так как давало надеть под себя маечку. Поправив волосы, мне было приятно видеть прежнего Чимина в зеркало, без кругов под глазами и в хорошем настроении, вместе с Юнги-хёном. Стоп. С кем?       Быстро повернувшись назад, я видел парня, от чего стало немного пылко и душно, давно ли он тут? Порывисто поправив ворот, всмотревшись в глаза композитора. Этот оценивавший взгляд – звавши моих демонов, чтобы те поддержали любую его идею, желая тут же спуститься на колени и… Лихорадочно махая головой сторон в сторону, возжелая избавиться от таких скверных мыслей, я решил первым заговорить:       − Хён? – осторожно, прозвучало из моих губ, будучи под очень изучающим взглядом Мина.       Тишина. И стал сильнее прикусывать нижнюю губу, терзая её. Я будто в рос в этот пол, не желая, терять такой взгляда любимого. В животе всё болезненно скрутило, от чувств, зрачки любимого, сделавшись полными и до ужаса глубокими. От этого прикрыв веки на мгновение, уже в следующей картинке был прижатый к шершавой стенке кабинки, с увлечённым сминающим мои губы хёна.       Широкие ладони блуждали везде, оглаживая ткань того самого свитера, спускаясь то к джинсам то обратно, возвращая руки на мой торс, заставляя дрожать и подчиняться. Поцелуй сбивал меня, и я только и мог, крепко держаться за плечи и скулить в рот старшего. Язык во всю был в моём рте, играясь с моим в диком танце. Холодные пальцы, вынуждали зашипеть, но эти звуки топил в себе возлюбленный. Минуту спустя, они стягивали из меня свитер, вынуждая отодвинуться друг от друга, глубоко дыша. Он уже был на полу, а голова юноши собственнически блуждала по моему торсу, осыпая поцелуями каждый миллиметр кожи, полизывая её, не забывая оставлять, маленькие засосы, что возбуждало меня, машинально теряя любые мысли и стеснение.       − Юнги… - не громко проскулил я. – Мы не можем тут… − пролепетал я, острый ум, взял немного контроля над этой ситуацией, хотя тело отзывалось на ласку старшего и вовсе не хотело прекращать.       Тот, отойдя от меня, такой возбуждённый и красноватый, мы глазели один на одного некоторое время, пока тот поднимал и выворачивал свитер, забирая костюм в руку приоткрывая шторку.       − Я пойду оплачу их, а ты жди меня на входе. – быстро протараторил тот, спеша оставить меня одного.       На это я резко, мелко вздрагивая стал одеваться, вылетая из раздевалки, подходя к двери магазина. Мне будет стыдно. Похуй.              Крепкие руки хёна, едва ли не тащили меня за ним. Это было странно, но в то же время пылко и жарко, что вынуждало кадык нервно дёргаться от всех эмоций. Внутри моих голосовых связок застрял звук хныканья с протестом закончить начатое тут и сейчас, но уже было поздно, поэтому я был невольной куклой в руках своего парня.       Везде звучали какие-то звуки, разные новогодние песни слов которых я не мог хорошо разобрать, разговоры и смех людей также присутствовал в этой какофонии, но от этого моему внутренней страсти не было легче. Пыл патокой разливался в крови, вызывая по коже мурашки, что заставляли меня тихо выдохнуть и облизать губы, прикусывая их от чего ощущая немного железный вкус на языке, но всё это не было сильно важным. Моя чувствительность в такие моменты сводила меня с ума. Внизу таза было ещё хуже, так как джинсы не сильно прикрывали мой стоящий член, поэтому левой рукой пытался поправлять половой орган, что хоть как-то прикрыть данное безобразие. Попытки отвлечь себя, уходили и вовсе на нет, стоило мне хоть как-то посмотреть на затылок Юнги. Немного смокшие волосы, напряжённые мышцы шеи. Такой сладкий аромат его одеколона, в котором я нуждался всей своей клеточкой и сознанием утонуть в этом, утонуть в нём.       Всё кругом было в некой дымке позволяя скатываться на обрывах сознания граничивши с похотью и страстью, вынуждая и з разу в раз облизывать пересохшие губы. Но всё это резко обрываться, когда Мин впихивает меня в какую-то кабинку, прижимая снова к стене и сам жмётся своим телом к моему, пока я отвлечённо рассматривал, где мы. В голову не могло прийти ничего умного, так как я буквально таял от хищного взгляда на себя хёна. Тот тоже разглядывал, не то место, там, где мы находимся, а меня. Лисьи глаза изучали свою жертву из-за этого кадык на шеи партнёра несколько раз дёрнулся и так же опустился. Я бы мог глазеть на него такого в целом вечность, но половой орган неприятно давил внизу, на что я, жмурил глаза, громко выдыхая горячий воздух.       Закрыв глаза полностью снова, собирая все увиденное в понятную кучу я смог сообразить, где мы – это фотобутка. Юнги тем временем вышел куда-то, услышав в конце зашторивание штор, которые служили как дверцы, на глухо. При открыв глаза, видя, что осталась только маленькая лампочка правее от меня была источником света. От этого свет был тусклее, что добавляло интимности к этому моменту.       Смотря прямо в зеницы, так же, как и он на меня. Я немного дрожал от всех чувств внутри, что было не впервые для меня, губы парня стали шевелиться.       − Минни… - тихо шептал, хриплый с нотками возбуждения голос. – Мой, хороший и отзывчивый Минни. – пальцы рук поглаживали мой подбородок, а после и вовсе повернул пальцами мою голову немного в бок, от чего дальше я уже сам подняв немного вверх и лучше отодвигая её для поцелуев.       Мокрые поцелуи стали оставаться на моей шеи, язык хёна плавно рисовал не понятные узоры на коже, заставляя прижмуриваться и приглушённо хныкать на такой вид ласки. Внутри пылало магмой, я не стерпел, стал тазом тереться об его бедро, слепо идя на нитке возбуждения и пошлости. Оттого мысли, что в любой момент, нас могут найти, побуждая член под жёстким хлопковым материал дёргаться, выделяя более и более предэякулята. Вынуждая зашипеть, поэтому меня сразу же затыкали мои грубым, властным поцелуем – тот, что мы так любили в такие моменты страсти, между нами. Юнги никогда не церемонился во время секса с поцелуем. Он как дьявол высасывал из меня душу, поднеся моё сознание и тело на самый пик наслаждения, что делало меня рабом губ возлюбленного, ведь я продам за это душу, лишь бы он не переставал меня так целовать. Пока я блуждал своим умом где-то за границами этой вселенной, то мои джинсы наконец сползли с моих ног, громко падая бляшкой на пол. Что вновь заставило сфокусироваться, отвечая на пылкий поцелуй Мина. Он довольно рыкал, на мои действия, проводя кончиком языка по зубам, вертаясь к губам. Устав быть просто «принимающим», моя рука приподняла низ футболки, горячими пальчиками поглаживая, холодный, но напряжённые мышцы живота, следовательно в поцелуе я услышал, тихо выдох от возлюбленного. Он также мазал меня своими губами, но уже с менее пылом, ожидая моих дальнейших действий. Не заставляя долго ждать старшего, ладонь стала скользить ниже, поцелуй прервался. На что Юнги прижался ко мне своим возбуждением, расцеловывая ключицы, покусывая их, принуждая меня мелко дрожать. Не останавливаясь, кисть руки трепетно и быстро стягивая спортивные штаны хёна. Кладя ладонь на большой и возбуждённый член любимого, в который раз я ощущал набухшие вены и напряжённую кожицу на нём. На, что бёдра мелко двинулись вперёд, рвано выдыхая на это действие. Пока я был занят эрекцией парня, то он мял мои ягодицы и также не забывал ласкать мой детородный орган. Оставляя на тазу этим самым отметки на моём.       − Ох хён… - рвано выдохнул я, держа пальцами его возбуждение, двигая рукой с средней скоростью по нему, немного играясь с головой полового члена.       − Да маленький? – трепетно ответил тот, отодвигаясь от меня, приподнимая мою голову вверх, осматривая всё ли в порядке. Глаза композитора всё также горели диким возбуждением, но следует мне что-то сказать, он всегда это отодвигает назад, волнуясь обо мне.       Но даже смотря на меня, руки парня покоились на моей плоти прижимая её мстя на все мои дразнилки, задача быть не громким, казалась невозможной, вырисовывая в глазах звёздочки от оголённого экстаза, чего не хватало, как бы было с членом в себе, но это сейчас не было вероятным. Сейчас это звучит так пошло, требующий в этом, придвигаясь ближе к голове Мина, начиная томно и горячо, шептать любимому на ушко:       − Я… я… не могу больше. – тихо проскулил я, прижавшись к горячему телу своего бойфренда. − Юнги…- жалко заскулил, пока тот неспешно мастурбировал мне, большим пальцем водя, около уретры, смазка от этого скапывала из головки, что выбивало у меня дых. – Хочу…, хочу твой член в себе, глубоко-глубоко. – стал облизывать его ухо, покусывая кожу, которая была в близи.       − Блядь, Чимин… - громко выругался тот. – Ты же знаешь, что я не смогу войти в тебя сейчас, маленький. – в голосе, было слышно недовольство, которое смешалось с лаской и нежностью. Горячая ладонь, поднялась к моему лицу, поглаживая щеку, утешая. После такого драгоценного момента, пальцы Юнги спустились в извиняющемся жесте, на мой напрягшийся живот. Под подушечками, мускулы становились более напряжёнными, посылая ещё больше разрядов вниз. Накал прямых мышцей живота, так резко ощущался, что принуждало судорожно вздыхать, откидывая затылок ближе к парапету. Вновь на вверх, раззадоривая ещё больше. Ладошка хёна нашла бусинки, забавляться с ними. От чего вынуждая невольные звуки из моего рта.        На это хён, довольно посмеялся, сминая губы захватывая всё моё внимание на это. Он довольно терзал их, немного покусывая, сменяя на свой юркий язык, пока снизу рука была под боксерам, большим пальцем проводил по возбуждённой плоти. Это заставляло мои ноги подкашиваться, с последующими движениями по головке, ткань нижнего белья становилась мокрей от эякулята, что принуждало меня шикать. На что Мин, в конце концов, стянул к коленам уже и их заставляя, довольно выдохнуть. Холодный воздух, сразу чувствовался, но это лишь добавляло контраста. Душа моя, крепко держал меня за тазовые косточки, вжимая в себя. Через секунду меняя нас снова местами, от чего я вновь был между стеной и любимым. Как было в магазинчике, в который раз содрогаясь от всех чувств, я опустил на самый пол вместе с бельем, сил для провоцирования и вовсе не было, хотелось быстрее кончить, поэтому решил быть послушным для своего молодого человека.       Когда с одежды нам ничто не мешало, наслаждаться друг другом, наши руки ласкали крайнюю плоть друг друга, также целуя, стимулируя, оставляя засосы разными узорами, шепча взаимно разный милый и горячий бред, прижимаясь и греясь об одно совместное возбуждения, дыша им. Ладони двигались одновременно, начиная не сильно быстрого темпа, пытаясь нанести природную смазку по всему члену, для лучшего скольжения. Везде пахло сексом, а со стеночек будки доносились разные звуки, но с каждым рывком, я всё больше и больше терялся. Дорогой сильнее вталкивал меня к поверхности, поэтому был я хорошо зафиксирован. Наши соски тёрлись между собой, что давало пущий эффект. Поцелуи стали короткими, так как наш темп с минутой становился больше, и я только прислушивался к хриплым не громким стонам. Невольно подталкивая меня к черте всех мои сил.       И вот наконец оргазм ходил рядом, а я и вовсе терял рассудок от этого, левая рука Юнги крепче прижала меня к себе оставляя отметины на ягодицах, отодвигая мою ладонь от его члена, тесно прижимая их вместе. Правая рука стала, по новой стимулировать плоти. Он делал это безжалостно и божественно, что натянутость была во всех клеточках и атомах моего сознания. Поэтому я инстинктивно стал закрывать глаза и вовсе не смотреть на старшего.       − Блядь, не смей, Чимин, слышишь, смотри на меня. – грубо, сказав тот, убирая руку, тянувшись к моему лицу, возвращая в прежнюю позицию. – Хочу, смотреть на то, как тебе хорошо маленький, хорошенький мой. – уже снова вернувшись надрачивать наши членов, грубо водя по ним. Закусив губы, я лишь прижался к лбу хёна и не уведя свои зрачки так как он просил. Весь красноваты, усталый с ярким диким взглядом, с штанами и бельем, что до сих пор, покоилось на полу.       Резкая тишина. Лишь моё тело содрогалось от толчков спермы на ладони Юнги, рот был безмолвно открыт, губы совсем стянуло, но такая пытка была этого достойна. Будто пробивало не понятной волной, сбивая заставляло стонать громче обычно, но на это было слишком всё равно. С второй волной в глазах стояли планеты и неизведанные созвездия, и галактики, ладонь будто бы сама, сплелась с пальцами композитора, двигаясь вместе по достоинству Мина, который все еще не кончил. Через минут пять, плоть стала пульсировать в моей ладони, а Юнги ели слышным и протяжным стоном стал кончать на мои руки, немного попадая семенем на колени, продолжая вжиматься в моё плечо.                                                        

***

      Снова за окном свистит ветер, ведя за собой мокрый снег, который глухо падает на землю. На улице, давным-давно ночь, но конец декабря и завершение не только месяца, но и этого года вышла большая и полная луна. Она озаряла своим бледным свечением, все окрестности и заглядывала к каждому в гости через окна. Поэтому сквозь тёмные шторы просвечивал свет было восприятие, что будто ранее утро. В комнате царила молчаливая атмосфера, но любой шорох с кровати, безбожно уничтожали её.       Открыв глаза снова, я лишь недовольно скривился, выдыхая тёплый воздух. Сна совсем не было, что не даровало ничего хорошего, так как днём ждала сессия. В голове фантазия вырисовывала свои картинки сменяя их мокрыми снами, от произошедшего в торговом центре. Изображения были такими реальными, что заставляло меня из раза в раз выдыхать кислород, вдыхая в себя холодный поток, пытаясь хоть как-то привести себя в норму. Не думал, что при сексе в людном месте, мысли повторить это вспять не будут оставлять меня в покое. Вспоминать об этом также приятного, горячо и смущающее как из каких-то пылких фильмов для взрослых. Мои глаза снова опустились в надежде ещё раз отправится в царство Морфея и подремать несколько часов.       Но мозг стал активнее вспоминать все детали прошлого, руки молодого человека снова покоились на моей талии, сжимая и вызывая наяву мои вздохи. Тот жадно и грубо двигал своей рукой по моему члену, наказывая смотреть в его глаза. Когда я только открывать рот и прогибаться, не думая ни о чём другом. На лбу от этих дум появилась испарина, а кадык нервно дёрнулся, пока я сжимался на левом боку в позе эмбриона. Хуже в этой ситуации, то, что Юнги рядом нет. Он уехал на пару дней с Хосоком на свадьбу сестры, так как сам Хоби был очень взволнован, по моим наблюдениям даже больше, чем сама невеста, хён не мог бросить своего лучшего друга в таком замешательстве, поэтому они уехали вместе. Я бы тоже хотел уехать вместе с ними, но проект был назначен на конец января следующего года, часики не просто тикали, они прям уплывали как каникулы или праздника. Благодаря этому, на нашей постели я сейчас сам, как девственник представляю нашу, дрочку и не могу уснуть. За окном слышно декабрьский ветер, тот завывал с каждой последующей минутой, нагонял слякоть сильнее и сильнее. Ум не мог прекратить снова и снова показывать все те картинки в моей голове, от чего не стерпев открыв глаза в который раз утыкаясь в потолок. Зрачки двигались туда-сюда, через пару секунд, пальцы поднялись, нервно убирая тоненькую волосинку со лба.       Садясь уже на край кровати, свисая свои ноги на тёплый махровый ковёр, он щекотал мои пятки, но это лишь вызывало приятные эмоции. Опять оперившись руками об уже прохладное одеяло, что было свалено на середину постели в крупную гору. Взгляд впал прямо на стену, на ней были наши фотографии с любимым и разные другие постеры. Минуты стекали одна за одной и мой взгляд вовсе размылся в похабных думах. На что я громко и устало издал странный звук, упав на постель, но почти сразу же встал вовсе с места.       Найдя свои домашние тапки, кои были разбросаны в непонятных направлениях, и во множественный раз обещаю себе ставить их на место. Выйдя уже из коридора, нажав на включатель, каковой был рядом от дверного косяка, я прищурил свои глаза, шаркая в мастерскую. Где-то глубоко внутри меня, горела или светилась красная лампочка, показывая тот самый момент, что я ловил ещё из осени. Муза сама звала меня, ведя за руку, игриво смеясь.        Зайдя в комнату, в полной темноте, уже более живым шагом шагая к большой лампе, включая её. Свет она излучала тёплый, но не яркий, от этого мои зеницы были в порядке. Мольберт стоял также, на том самом месте, но в комнате царила уже вовсе другая атмосфера, что заводила моё художественное нутро. Взяв на столе, палитру, выдавливая на её поверхность масляные краски. Но потом и вовсе вспомнил, что не было грунта, он был важен для роботы с этим материалом. Найдя эту баночку на одной из своих полочек, подойдя к своему начинаю, убирая полотно, что уже было покрыто цветом и ставя на холст держатель последний заготовительный в таком же размере, что был и тот. Беря ладонью самою большую кисточку нанося этот грунт на саму картину, быстрыми движениями, хорошо прокрашивая полотно. Пока поверхность подсыхала, я ушёл искать все предметы, которые были мне нужны в дальнейшем. Взяв не большой набор с 6 маслянистых красок, кисти и не большую баночку масла. Выложив всё это на стол выдавливая пигменты на стекло.       Проходили минуты и часы моей работы, но сон и вовсе улетел от меня. Стрелка часов давно перешагнула за четыре утра, но я всё также прорисовывал детали меняя большие кисточки до супертонких. Но это того стоило, сначала были видны лишь пятна, но сейчас смотря на них, я был ужасно доволен собой и с чувством, что я могу продолжить вечером, так как слой пигмента должен был высохнуть. Вытерев руки от цвета, я положив ткань на стол, уходя набирая воду, чтобы вымыть кисти.                                          Новый год давно уже прошёл, январь был холоднее и снежнее декабря. Праздники заканчиваются с каникулами быстро как один быстрый день. Но это время с Юнги было лучшем во всех праздниках, что я встречал в своей жизни. Поцелуи под ёлкой и тихие, спокойные вечер, что окутывал, даря только положительные чувства и ощущение заботы и любви в обе стороны, до сих пор заставляют меня улыбаться на парах. Гук и Тэ даже сейчас не понимают, почему я так мечтательно хихикаю. Но это быстро сменяется волнением, художественный конкурс будет через неделю в центре города, где расположена известная галерея, приглашённые гости и выберут с двадцати художников победителя. Полотно было давно готовым его видели все друзья, кроме самого хёна. Он и не уведет холст, только на самом конкурсе посмотрит, я хотел бы что это было сюрпризом.              Дни шли быстрее и быстрее, я не заметил, как на порог пришёл конец января и то, событие, которое я так нервно ждал. С вечера аккуратно упаковал картину, чтобы по дороге не оставить царапинки, или как-то повредить её. Отвезёт меня туда Гук с Кимом, так как Юнги должен был решить все свои вопросы по работе и приедет ближе к началу.       На улице кружил снег, тихая и морозная погода, давала некой спокойности, внутри всё трепетало, мои пальцы потирались друг от друга или же тревожно щипали кожицу вокруг кутилы ногтевой пластины. Улицы были полу пустые, так как сегодня была суббота и многие сидели дома с родными. Красивые белые дома, множество проводов, что шли ото всюду и не понятно, где заканчивались, они и похитили большую часть площади. С окна машины всё это можно рассматривать и всмотреться, на весь ближний фасад округ себя.       Последний раз, когда я смотрел на своих друзей, то они о чём-то шептались между собой около машины, но тут меня отрезвел звук закрывающих дверей с передней части транспорта Техёном.       − Чимин…? – послышалось мне по левую сторону от себя. Это был голос друга, моргая глазами пару раз, судорожно поднимая голову на вверх. Тот смотрел через зеркало водителя прямо на меня. На что тот хмыкнул, сочувственно кивая головой в мою сторону.       − Волнуешься из-за этюда, да? – продолжил он, на что я лишь покосился на холст, и снова кивнул. – Ты же знаешь, хён тебя никогда не осудит и не…       − Знаю. – наконец заговорил я, перебивая ТэТэ. – Просто сам знаешь, нервничаю.       На что парень выдохнул, разговор закончился так же быстро, как и начался, ибо Чонгук сел в машину, и мы наконец рушили.                            Здания чередовалось одно за другим. Семьи, друзья или просто не знакомые люди прогуливались центром, пока идёт пушистый снег. Автомобилей на проезжей части мало, поэтому Гук спокойно управляет транспортом, внимательно смотря за дорогой. Внутри приятная молчаливая атмосфера, что немного притупляет мои переживания и навязчивые мысли. Но даже в этом всё равно не могу забыть о Мятке, а именно о его реакции. Как он на это посмотрит, будет ли стыдно то, что он увидит перед собой? Там не слишком пошлая сцена, она просто пылающая, словно сам Асмодей поднялся с преисподней и нарисовал это моими руками. Однако это лишь моё впечатление понравится ли возлюбленному в душе не ебу. Всё, что мне оставалось беспокойно кусать губу, терзая их, как и свои думы. Каким образом я мог забыть о разрешении Мина на показ этой картины здесь, но и чего придумать по теме не мог.                                          ... Голова вынырнула над поверхностью воды, глаза неприятно щипало, слёзы стекали одна за одной по щекам, поэтому я не мог ничего разглядеть. В груди отвратительно жгло, боль была такой же, как и душевная в день его смерти. Всем телом овладел адский огонь, что ело и плоть, и мысли. Зрачки были совсем затуманены от чего не мог понять, где я. Впрочем, услышавши протяжный звук, стал барахтаться в беспокойных водах реки. Поворачиваясь, я увидел размытое пятно, видимо то был человек, который, что-то кричал. Всё это время бултыхался, проваливался под воду, сначала было ужасно холодно, но сейчас будто в лаве утопаю. Судьба послала последний шанс на спасение, но он мне нужен, ведь то, что было им, лежит в сырой земле. Я отплыл ещё дальше на глубину снова вбирая в себя жидкость…                                          Я уже был внутри галереи, художники с организаторами бегали туда-сюда, проверяя всё в последний раз и убеждаясь во всех тонкостях и деталях. Отстраненно наблюдая за этим, я просто опёрся об стенку недалеко от своего полотна. Место это было и правда волшебным, большое помещение в стиле классицизм. Что уже собой предполагало колоны с аккуратным орнаментом и прямые линии, что подчёркивало небольшие детали. Всё было симметрично друг другу тут и проявлялся дух этой эстетики. Зрительный простор – и такая же натуральная мебель, полностью отображение данного вида, было очень уместным.        Снова отвлекаясь в свои раздумья, я не заметил, как во всю перебирал низ своей атласной рубашки. Услышав издалека негромкие шаги Тэ, я лишь спокойно выдохнул, готовясь к диалогу, не поворачивая к нему головы. Это черта мне в нём нравится, когда нужно он всегда ведёт себя, бесшумно просто разделяя со мной переживания и внутренних демонов. Через какое-то время ладонь парня, как и ожидалось − была на моём плече, Тэхён стал утешительно поглаживать по нему, говоря вполголоса.       − Ему понравится, уверен в этом. Вспомнишь мои слова, когда он руки твои расцеловывать тебе будет. – макушка ТэТэ повернулась в мою сторону, в связи с этим я сделал также, он продолжил речь. – Ставлю 1000 вон, что Юнги-хён первый и купит твоё творение. – на что мы в конце уже немного истерично захихикали.       И он оказывается пиздецки прав.                            Конкурс уже начался как пол часа, я был в середине списка, но только и делал, выглядывая в окна своего возлюбленного. Но вот Мин торопливо заходит в помещение, быстро закрывая за собой двери, я сразу поднял руку, чтобы он быстрее нашёл меня. Минуты не прошло, как только любимый оказался передо мною, а за ним же приблизились и гости, поэтому волноваться попросту не было когда.       − Здравствуйте, дорогие гости! Я Пак Чимин, − немного остановился в своей речи, подойдя к полотну, взяв за низ тканей, что скрывала за собой картину. – Художник, как и все здесь, меньше слов моё произведение «Semper Amemuus» - после последний фразы, я легко сдёрнул покров, что тяжело и глухо упал на блестящей пол.       Сквозь время услышал удивительные вздыхание и пару вопросов по концепции к этюду. На холсте в переднем плане показано два парня, целующимся на чёрном или даже немного угольного цвета фоном с выразительными сероватыми бликами на них показывая, что сзади шторы с их округлым рельефом. Те двое молодых человек и были мы с Юнги-хёном. Которые страстно целовались, выдыхая друг на друга жаром и чем-то диким. От этого танца, на моём подбородке стекла капли слюны, что падали и оставляли тёмный след на одежде. Тело молодого человека впирало меня в стену, потому я лишь подчинялся ему смотря в глаза, как и он в мои. Опустив взор немого ниже, можно заметить ладонь парня, что уже по-собственнически задрала ткань кофты на мне, показывая низ моего живота, тем самым сжимая за бока.       Толпа ушла к следующему конкурсанту я и не смог вспомнить всех вопросов и ответов на них, я смотрел лишь на одного человека. На любимого, что также гипнотизировал полотно, широко рассматривая и переводя взгляд на меня, то на картину. Его похвала будет стоять всех даров мира для меня это лучше вина и слаще мёда, лишь бы нравилось ему одному. Хён подошёл не громко, но я всё также следил за любым движением. Молчание Мина и бегающие зрачки, заставлялся внутри всё сжаться, оставалось только стоять истуканом и смотреть на него, боясь и выдохнуть. После пару минут молчание, он почти что стал шептать мне.       − Я тебя люблю, знаешь, да? – теперь он снова смотрел на меня не убегаю никуда, лишь просто остановился за миллиметр и смотря прямо в мою душу. Всё, что я мог это кивнуть на слова сказаны им и улыбнутся. – До сих пор не понимаю, за что небеса подарили мне тебя, я и вправду спас родину в прошлой жизни. – улыбнулся так ярко и тепло, что я готов был уже рад расплакаться и вовсе всё равно выиграю я деньги или нет.       Юнги снова шагнул ко мне преодолевая путь, крепко прижимая к себе, я лишь довольно зажмурился, теснясь к его теплу так и оставаясь в любимых объятиях.                            

***

             Тэхён чертяка такая выиграл свой спор и теперь довольно ест сладости с Чонгуком на мои деньги, но этюд на ближайшее два года оставался для выставок, хоть и Юнги-хён и выкупил её, внеся не малую заставу. Но она всё равно должна быть там, по условиям конкурса, так что ничего не поделать. Любимый, ещё пару дней или месяцев бурчал мне об этом. Смеясь с этого оставалось лишь только целовать Юнги в щёчки и ластится к нему, подсмеиваясь над этим.                     Дни летели по часам, зима плавно заканчивалась весна, наступала с минутами быстрее и быстрее, воздухе пахло чем-то новым, прохладным, но было не, таким как зимой. Тёплое время несло этим лёгкое настроение и некий покой в душе. Картинка что на холсте, что на улице не могла не радовать меня, даже приближение сессии никак не пугало меня, я был окрылён совсем другими заботами. Март уже заканчивался, что означало скорый приход апреля – год как мы познакомились, а в июне будет год сначала отношений. События, что принесли много перемен в мою жизнь. Поэтому, я б хотел хорошо провести и спланировать этот день для нас двоих. Идей не было, что меня вводило в потерянность, но желание сделать, что-то значительное для любимого, давало сил держатся какого-то рационализма.              Дневной ветерок легко поднимает вверх мои волосы, от чего я в какой раз буду ходить как одуванчик, но это совсем не портило настроение. Наоборот это делало легче, вдыхая вкусный цветочный аромат и закрывая глаза греясь на солнышке. Сидя на лавочке, спрятанном на территории института это делать одно наслаждение. Лучи с каждым днём становились теплее и теплее. Апрель радовал своей погодой, отличие от марта, что вовсе не отличался свои холодной погодой, как и зимой. Но второй месяц весны дарил не плохие планы, так как скоро жаркое лето и свобода от учёбы, работа оставалось, про это нет настроения думать в такую прекрасную обстановку. Вокруг меня не было много шума, так у многих студентов была первая пара, к счастью, это доля миновала меня сегодня и было только к третьей. В любом случае просто так бы меня здесь не было что есть правдой, так как я ожидал Хосок-хёна.       Он должен мне помочь с сюрпризом для Юнги, на самом деле Хоби не впервые, он моя палочка-выручалочка. Мысль об этом заставила захихикать, тем же прокручивая свою шею, разминая её ведь за эти пол часа, не плохо так затекла. Ещё в прошлом месяце, на день рождение любимого помог с подготовкой и идеей, в целом я и не знал, что он настолько романтичен и сказал в качестве нытья на себя ж в кафе. Идея делать с глины разные блюдца, хёну очень понравилась и сейчас мы до сих пор увлекаемся этим вместе.       В том же кафе в понедельник я снова был кислым, идей также не было, на что я в который раз жаловался Хосоку, и он опять спас меня. То, что мы задумали, было правда очаровательным и я очень горжусь нами. Хоть и времени было мало, но не стоило сильно зацикливаться об этом, точно больше не станет. Не громкие шаги сзади заставили, открыть глаза и повернутся назад, выискивая глазами друга и вот он, немного опаздывает от чего и бежит. Белая футболка с чёрным джинсовым костюмом, даже странно, что он настолько бывает при параде и вот шум от друга был уже в метрах от меня.       − Извини. – сгорбился тот, держась рукой об спинку лавочки, пока я быстренько потягивался и вставал. – Хух, чуть все лёгкие не выплюнул пока бежал, к тебе, прости с горем пополам от крестился от препода.       − Всё окей. – хихикнул я, подошёл к нему, доставая телефон, смотря на время. – Но стоит поторопиться, мы должны всё закончить сегодня. Парень кивнул на это, и мы быстро ушли на пирс.              

***

              Вечер этого дня был очень тяжёлым, но не готовится к ближайшим экзамен мне не разрешало собственное чувство отличника и поэтому в пол второго ночи я заканчивал одну композицию их оставалось несколько, но это было не так критично, что бы не спать, ведь с утра я должен быть бодрячком, хотя и хён, тоже был пока в студии, последние время это было чем-то обычным и оставлял осадок грусти на душе, что мы стали мало проводить вечера друг с другом. За тяжёлым вдохом, я продолжал штриховать яблоко, после десяти минут в таком темпе, услышал не громкий стук в свою дверь.       − Да? – я отложил всё по правую сторону, смотря вперёд. Вот он, усталый такой, в тоже время спокойный, цвет этой толстовки был очень даже кстати ему. Я при улыбнулся ему, вставая на свои ноги.       − Ты закончил? – тихий хриплый голос, проговорил ко мне. – Не помешал? – Юнги, уже зашёл в комнату, подойдя к нему, крепко обнимая того. Запах его всё такой же родной и от грусти совсем не остаётся места. Крепкие руки любимого, обнимают меня в талии, прижимая к себе зарываясь в шее. Мои же пальцы были на его крепкой спине, легонько поглаживая по измученным мышцам рук, уверен они у него от нагрузки побаливают как никогда.       − Всё хорошо. – протяжно сказал я. – Соскучился по тебе очень. – продолжая ластится к Юнги, бодая аккуратно его своей головой, получая на это не громкий смех. Такие моменты, одни из лучших в моей жизни.                     Утро наступило как всегда очень быстро и неожиданно. Хоть глаза были закрыты, я уже не спал, но не решался показывать это, ведь шорохи со стороны Юнги, были странными, обычно активничать с ранняя моя фишка, сейчас это пугает. Сиплый голос оказался почти, что надо мной, взбудораживая меня.       − Рыжик, я знаю, что ты не спишь. – его горячие дыхание опалило кожу моего подбородка, а тяжесть тела своего бойфренда я почувствовал, почти одновременно. Это вызывало приятное напряжение внизу живота. Приоткрыв веки, как будто по команде, моё сердце пропустило пару болезненных ударов, от такого вида Юнги. Домашний, чёрные волосы, которые после сна, были в небольшом хаосе, длинная ночная футболка и пижамные штаны, глаза совсем сонные, но внутри зрачка волнами развивается игривость, что больше заставляло протрезветь свой разум, не сдержанно выдыхая.       Пока я пытался собраться с мыслями, композитор не терял времени, откидывая в сторону плед, под которым я спал в летнее время. В комнате всё также было темновато, но упёртые солнечные лучи, пробивались через них, но так страшно как бы было, без них. Фигурные пальцы приподняли край моей майки, стали томно и тягучее поднимать её на верх. Смотря на это, я только мог закусывать нижнюю губу и просто играть по его правилам. Снова он оказался на против моих уст, целуя, сначала медленно, пытаясь играется, но после моих выдохов в его рот, он сорвался. Теперь Юнги жадно вылизывал мой рот, не пропуская и миллиметра, ладони мяли мои соски, пока я оглаживал его живот и мышцы пресса под футболкой. Через мгновение, любимый поднял свою голову, давая мне время на отдышатся, а сам спустился вниз, целуя грудь, не долго задерживая на ней. От всех этих манипуляций, в штанах становилось тесно, но только успев я об этом подумать, как длинная ладонь руки моего парня накрыла его, не сжимая, тем же продолжая свою ласку.       − Ох… хёён… - в конце вся фраза осталось длинным стоном, а таз подвинулся вперёд на такую ласку, пытаясь самому сделать их резче, но уже обе ладони остановили это и вернули в исходное положение.       Кажется, всё что я хочу, чтобы эта пытка стала интенсивнее и ничего в мире мне не нужно как эта близость, которая есть сейчас, один воздух – для двоих, одни стоны – только для нас. Большой палец оттянул хлопковую ткань моих штанов, поглаживая кожу лобка. Глаза парня сузились, наклонив свою голову Юнги, провёл своим языком по тому же месту, смотря прямо в мои глаза. Блядь. Как это выглядит, мысли теряются где-то в глубинах мозга, тело только мелко за дрожало.       − Какой отзывчивый. – парень поднял свою голову в верх, продолжая осматривать меня, пока я ж пытался, хоть как-то держать себя в руках. – Рыжик, продолжать? Или пойдём на занятия? – лукавит тот, на что только отрицательно помахал головой в стороны.       Губы Юнги, сделались в ухмылке, пока фаланги пальцев бродили туда-сюда по моему половому органу, на что я только всхлипнул, умоляющее смотря на него.       − Закончить, да? – скорчил надувающее губы, плавно убирая руку.       − Нет-нет. – торопливо, ответил я. – Пожалуйста, продолжай, я очень хочу продолжить. – с горем пополам, мог выговорить, ибо речь продолжала путаться, на что Юнги довольно хмыкнул, больше не останавливаясь.       В этот раз, ладони сняли с меня штаны откидывая их на край спального места. Он склонил голову, покрывая поцелуями правое бедро, поднимая всё выше и выше к члену. Вместо с поцелуями он оставлял и засосы, рисуя на мне какое-ту картину, известную лишь ему. С моей груди вылетали лишь стону и густой горячий воздух, я не много поднялся, следя за каждым движением любимого, закидывая голову стороны в сторону. Чертовски прекрасно. Язык широко водил от основания члена к головке, немного выдыхая горячий воздух на неё, что заставляло выгибаться от этого. Наконец, губы Мина сомкнулись около полового органа, вбирая каждый миллиметр, опускаясь к мошонке, и снова сминаясь с него.                                          Май не предвещал беды. Тёплая погода с солнцем сменялась на морось, всё вокруг цвело и пахло. Что не могло не радовать взор, хоть и первые экзамены выжимали всю энергию. Солнце проскакивало своими лучами сквозь тучи, попадая в окно рассеиваясь мягкими лучами по мастерской. Но это никак не спасало от духоты, что стояла перед ливнем. Форточка была открыта, это не спасало, ибо на улице был штиль.       С каждым движениям кисти по холсту, становилось душнее, но уйти сейчас я не мог, ведь сдача дышала мне в спину. Как бы я не старался делать всё наперёд, каким-то чудом заданий не делалось меньше, поэтому доделать эту церковь надо сегодня. На фоне тихой мелодии, я работал ещё час, почти заканчивая свою работу. Не громкие звуки угля по холсту, сменялись одним за одним, от чего раскидывался приглушённым эхом.        Через пару минут такой идиллии, коридором послышались быстрые шаги, что уже не сулили ничего хорошего. Раскрываются двери, синхронно поворачиваясь на шум, я вижу Гука, что был взъерошен, нервно дышал, грудная клетка двигались нервно, а друг пытался, что-то сказать.       − Подожди, отдышись, потом говори. – я отошел от своего места, взяв бутылку воды, что стояла на тумбе, отдавая парню в руки, который нервно кусает свои губы и пытается снова прийти в норму, молча берет в руки и быстро выпивает содержимое.       Немного помедлив с расспросами пока тот успокаивал своё дыхание и явно свои нервы, я просто стоял молча и смотрел окно. Погода была прекрасной, деревья были давно в листве всё так и кричало о весне и скором начале лета.       Но очевидно что-то случилось, ибо нет Тэ, а это уже делает всю ситуацию странной. Нервное глубокое дыхание, и без зрительного контакта, ещё более поддерживает мою теорию, от чего нервный ком парализует моё горло, и я просто пытаюсь сам не поддаться тревоге и дождаться слов от Чона.       − Тэ... он... – я присел к Чонгуку, внимательно смотря в его глаза, которые стали набираться слёз. Взяв его за руку, молча смотря на него. – Он изменил мне? – вопросительно перевёл взгляд на меня, также сжимая мою руку.       Я лишь пару раз открыл рот, тут же закрыв его. Глазами бегал по лицу собеседника, чтобы найти какой-то намёк на шутку, но видел только боль. Сама новость, звучала тяжело, ибо я так хорошо знал Кима. Но слова парня, стоящего напротив меня, говорили обратное. Для Гука это предательство, для меня же не понятие как вести себя, когда два лучших друга на разных берегах и стоит разобраться во всем этом. Что будет дальше не могу представить, но стоит поговорить об этом с Юнги-хёном.