Детективное агентство "Анна и её духи". Новое поколение. История третья.

— Мы с Колей познакомились, когда впервые выполняли совместное задание. Он ведь официально работал в органах, поэтому ему было легче в некотором роде. Мне же называться Эрнестом Апполоновым при родителях-колхозниках было поначалу дико. Хотя физиономия моя как ни странно отдавала благородством и утонченностью, детство моё прошло среди коров и лугов, как и у моих предков. Сейчас это в принципе не важно, но именно тогда я стал играть роль изгоя-художника с сомнительным происхождением, что дало мне возможность беспрепятственно выполнить то, что от нас требовалось. В тот раз мы разыграли комбинацию успешно, выяснили то, что нам было нужно, и вышли на человека, которого мы искали. Коля оказался человеком прямолинейным, глубоким, умеющим быстро реагировать и не боящимся рисковать. С того момента мы работали в связке почти постоянно. Апполонов улыбнулся, посмотрев на Юру. — Вы с ним похожи как две капли воды. И судя по тому, что я про вас знаю, вы переняли и его внутренние качества. Да, я присматривал за вами, можете не удивляться. За вами и за Юлей. И очень расстраивался, когда она ушла из дома. Впрочем, я смог помочь ей, напомнив кое-кому о том, что ваш отец говорил о своих детях! — Да что же произошло в конце концов?! — воскликнул Юрий. Он хотел уже услышать всё своими ушами и успокоиться. Или разозлиться. Или… чувствовать хоть что-то, кроме неизвестности. — Сейчас! — успокаивающе поднял ладонь вверх мужчина. — Я и веду к самому главному. Вы просто должны понимать, как все произошло. Так вот, мы работали и дружили много лет. На счету вашего отца было много великолепно спланированных и проведенных операций. Его работа давала ему неплохую базу и возможность действовать незаметно. Чаще всего мы выполняли задания в других городах, но однажды нам выпал Затонск. — Что-то подобное могло происходить в Затонске? — удивился Трегубов. В Затонске? В их маленьком, тихо существующем городе? — О, это чудный городок, — усмехнулся владелец квартиры. — В нем скелетов в шкафу хватит на небольшую армию. Но сейчас не об этом. Ну так вот, вводные данные следующие — во время разборки старых полицейских архивов был найден протокол допроса политической преступницы конца девятнадцатого века. Дело её было весьма любопытным, нужно сказать. Речь шла о разработках британского ученого Брауна, который проводил исследования на военном полигоне Затонска в 1888 году некого газа, который можно было применять для массового поражения противника. Допрашиваемая была обвинена в работе на британское, как бы ни было забавно, правительство, предательстве Родины и укрытии документов с результатами исследования. Довольно долгое время она отрицала любую связь с искомыми документами, говоря, что не имеет представления, куда делась папка. Лишь в последних протоколах, когда ей окончательно стало понятно, что наказание за её деяния было неминуемо, заключенная стала торговаться. — Торговаться? — удивленно спросил Трегубов. — В такой ситуации можно торговаться? — Да, — криво улыбнулся Апполонов. — Можно, если на руках есть козыри крупнее того, что было нужно жандармам. Так вот, она пошла ва-банк, сказав, что той папки, о которой её спрашивают, у неё нет, но зато есть другая — с тем, что Браун вообще никак не афишировал. В процессе его работы он получил еще одно вещество, побочное можно сказать. Эффект его был совершенно удивителен — полная потеря воли, впадение в транс и сильная внушаемость. Поскольку ему на тот момент это было не нужно, Браун продолжил работу над своим исследованием, но будучи ученым скрупулезным, все данные о побочном веществе систематизировал и записал. Как раз эту папку обвиняемая спрятала в Затонске перед тем, как её арестовали. Апполонов сделал паузу, а Маша, которая не могла больше терпеть, подпрыгнула на диване и спросила: — И дальше? Дальше что? — А дальше всё, — развел руками Эрнест, довольно посматривая на хорошенькую девушку. — Жандармы отправились в указанное дамой место, но папки там не обнаружили. Ва-банк не удался.