Инструкция по эксплуатации психолога

      Пару лет назад Сяо Чжань даже не мечтал, что когда-нибудь сможет работать в СМС, он был штатным психологом в реабилитационном центре для детей-инвалидов на окраине Нью-Шанхая. Еще учась в магистратуре Международного Университета Психологии, он начал подрабатывать в этом центре, а когда закончил, то перешел на полный рабочий день. Тяжело ли ему было изо дня в день видеть особенных детей? Конечно, но он всем сердцем мечтал им помочь. Зачастую от таких детей отказывались родители, и он хотел подарить им хоть немного любви и внимания. За годы работы они стали как одна большая семья. Через несколько занятий с Чжанем, детишки начинали потихоньку раскрываться, они заново учились доверять окружающему миру и людям. Не меньшую радость Чжаню доставляли и домашние животные, особенно кошки. Пару раз в неделю он заглядывал в приют для бездомных животных, помогал сотрудникам выгуливать собак, приносил корм и мог часами возиться с котятами. В один из таких визитов он и приметил короткопалого симпатичного котенка, которого назвал Орешек и вскоре забрал к себе.       И если на работе все складывалось хорошо – его обожали как коллеги, так и подопечные, то в личной жизни было не все так гладко. Последний раз на свидании он был еще в университете, но дальше держания за ручку и робкого поцелуя не зашло. Позже он узнал, что был не один такой скромный у этой девушки, и решил больше никогда с ней не видеться. Его однокурсница Ян Цзы пару раз звала его посмотреть фильмы, но по странному стечению обстоятельств ни на один они так и не попали. А после окончания магистратуры по реабилитационной психологии все его время стала занимать работа и волонтерская деятельность в приюте.       Лет через пять, на очередной встрече с однокурсниками, Ян Цзы подсела к нему и предложила попробовать свои силы в психосоциализации киборгов. Она рассказала, что в главный офис Сyber Multiplication Company как раз требуется психолог, и она может замолвить за него словечко, если, конечно, сам Сяо Чжань не против. Причем требовался не просто психолог с опытом работы, а руководитель отдела клинической психологии. В первый момент услышав, что он принят, Чжань испугался, но, увидев свою будущую зарплату и рабочее место, принял решение не сдаваться и идти до конца. Самым сложным оказалось не убедить руководство маленького реабилитационного центра отпустить его, а объяснить своим подопечным, почему он должен уйти. Детишки с надеждой в глазах смотрели на Сяо Чжаня, а он обнимал их, обещал не забывать и как можно чаще заходить в гости.       Старая квартирка Сяо Чжаня находилась достаточно далеко от нового места работы и ему, как руководителю одного из крупнейших отделов, была предоставлена служебная квартира в здании напротив. Двухуровневые апартаменты с индивидуальным выходом на крышу поражали воображение, но Ян Цзы уверила его, что у других сотрудников условия проживания ничуть не хуже. Но ничего в этой жизни не дается просто так – возглавив отдел клинической психологии в СМС, Сяо Чжаню пришлось отказаться и от походов с друзьями по барам, и от волонтерской работы. Последние два года он буквально жил на работе, даже кошку пришлось отвезти маме.       Релиз двухсоток планировали на первое января 2200 года, реклама и промоакции шли весь последний год, а его отдел перешел на круглосуточный режим работы. За месяц до старта продаж Чжань вообще перестал приходить домой и поселился в одной из комнат отдела. К новому году им было необходимо протестировать и откалибровать несколько сотен тысяч новых киборгов, а ведь была еще и текучка – психосоциализация киборгов, от которых отказались или обменяли как раз на новые двухсотки.       Только к концу второго квартала в его отделе наступила относительная стабильность. Большинство из тех, кто хотел новую модель, уже приобрел ее, а старую сдал. Сейчас же они в основном занимались оценкой психоэмоционального состояния старых моделей. Исключением стало сегодняшнее утро и встреча с Ван Ибо.       

***

      Глубоко погрузившись в свои мысли, Сяо Чжань забыл про Ибо, а тот и не спешил напоминать о себе. Кроме Чжаня в отделе сегодня должен был находиться и Юй Бинь, но в свете последних событий руководство отпустило молодого психолога отдохнуть. Поэтому в огромном отделе на двадцать третьем этаже никого, кроме Сяо Чжаня и Ван Ибо не осталось. В задумчивости Чжань сел писать отчет о случившемся, а Ибо, не имея другого приказа, остался стоять у входа и перешел в режим ожидания.       Чжаня беспокоила эмоциональная нестабильность молоденького киборга, но он решил не отображать это в своем отчете и отделался уклончивым «в пределах нормы». Он прогонял в памяти события сегодняшнего утра: внезапные срывы голоса киборга на слове «хозяйка», мелькнувшая надежда в глазах после слов Чжаня о желании помочь, и вид побитой собаки после телефонного разговора с Лю Хайкуанем. Его так и подмывало в графе «Отношения с хозяином» напечатать: ведет себя, как преданная собачонка: и побоев огрести не хочется, и убежать не может. Но решил ничего не писать. В качестве персональных рекомендаций он указал психотерапию и персональные занятия с наставником, а лучше – переезд в семью наставника для более тесного контакта.       Выпив три кружки кофе и отправив отчет руководству, Чжань решил приготовить себе рамен. Только он залил лапшу кипятком и в предвкушении сел рядом, как краем глаза уловил движение у входа. Он развернулся и ойкнул, Ван Ибо стоял по стойке смирно и сжимал в руках кружку с утренним кофе.       – Ибо! А я совсем забыл про тебя, – извиняюще улыбнулся ему Чжань. – Иди скорее сюда. Сейчас есть будем.       Если бы Сяо Чжань спросил у киборга хочет ли тот есть, то Ибо, как и утром, ответил бы, что нет – его все еще тошнило и от еды, и от ситуации в целом. Но Сяо Чжань не спрашивал, а констатировал факт, поэтому Ибо придется есть. Этот человек постоянно что-то говорил Ибо, улыбался, а один раз даже дотронулся до его руки, когда забирал остывший кофе. В этот момент Ибо не удержался и резко отдернул руку, отчего кружка упала на пол. Чжань кинулся вытирать лужу, а киборг в нерешительности застыл.       – Прости, прости меня, Ибо, я не должен был тебя касаться, – как специалист по социализации Чжань знал, что проникать в интимную зону человека не допустимо, особенно на ранних этапах реабилитации. Но в этот раз все вышло случайно, ведь всего-то и требовалось, что сказать Ибо поставить кружку в раковину, а не хватать того за руки. От досады на самого себя Сяо Чжань закусил нижнюю губу, а потом коснулся языком родинки под ней. Ибо, как и положено хорошему киборгу, следил за движениями человека перед собой. И когда Чжань дотронулся до родинки, Ибо сглотнул набежавшую слюну. Этот человек вызывал у него странные мысли и желания. Ибо хотел доверять ему, быть рядом, смотреть на его солнечную улыбку, а, возможно, даже и дотронутся до нее. Но в тоже время не стоило забывать, что перед Ибо враг, желающий стереть все его воспоминания и передать в другую семью. Этого он не мог простить Сяо Чжаню. Рано или поздно Ибо докажет, что должен быть только в семье госпожи Мэн, и Чжаню не останется ничего другого, как вернуть его назад. Пока же Ван Ибо будет послушным киборгом и понаблюдает за противником. Приняв это решение, Ибо улыбнулся про себя и подумал: «Ты труп, Сяо Чжань, тебе меня не переиграть!».       А Сяо Чжань даже и не подозревал, какие мысли сейчас вертелись в голове киборга. Он досадовал на себя из-за своей забывчивости и некомпетентности. Дойдя в самобичевании до седьмого круга ада, Чжань вдруг понял, как может помочь Ибо – он заберет его к себе домой и станет личным наставником!       – Ибо, садись и ешь, – приказал Чжань.       – Господин Сяо, это действие невыполнимо, – Ибо решил не откладывать в долгий ящик и начать изводить Чжаня прямо сейчас.       – Почему, Ибо? – казалось, психолог и вправду не понял, отчего же Ибо не может начать есть.       – Этой еде присвоен статус хозяйской, – механическим голосом ответил Ибо, усмехаясь при этом внутри.       – Мне кажется, ты что-то путаешь, я не прописан в твоих хозяевах, а раз так, то ты можешь приступать к еде.       Сяо Чжань отлично понимал, что в «глупого, но исполнительного киборга» можно играть вдвоем, также он знал, что сейчас Ван Ибо начнет проверять его на прочность и если Сяо Чжань не пройдет проверку, то прощай доверие киборга. А нет доверия – нет пользы от терапии, нет пользы – нет и Ван Ибо. Никто не позволит Чжаню долго возиться с вышедшим из строя киборгом – проще утилизировать, чем пытаться помочь. Политика компании нацелена на получение прибыли, а не на возню со слишком эмоциональным девайсом.       – Завтра специалисты из IT-отдела проведут твою диагностику и внесут меня как твоего хозяина второго порядка, – Сяо Чжань продолжал болтать, заваривая второй рамен.       – А почему не первого? – Ибо удивленно вскинул бровь. Вообще-то ему было все равно, куда там впишут надоедливого Чжаня, подчиняться-то он все равно не собирался.       – Глава третья пункт второй краткого руководства. Хозяевами первого порядка могут быть только люди, купившие киборга или получившие его в дар. Даже полицейские будут у тебя прописаны, как хозяева второго порядка.       Эту ценную информацию Ван Ибо обязательно должен запомнить, вдруг да и пригодится в дальнейшем.       – Господин Сяо, чем мне заняться? – Ибо решил прощупывать этого человека дальше.       – Хочешь порисовать, Ибо? Я дам тебе фломастеры и бумагу, а ты нарисуешь на ней что-нибудь.       – Уточните приказ, что я должен нарисовать? – в этот момент Ибо просматривал на внутреннем экране статью о психологических тестах по рисункам и гадал, какой же выберет Чжань.       – Мммм, дай подумать. Может, фантастическое животное?       «Ха!» – ликовал внутри Ван Ибо. – «Будет тебе, Сяо Чжань, фантастическое животное. Такое нарисую, что в кошмарах его видеть начнешь!».        Ибо рисовал быстро и четко, как принтер. Из той же статьи он выхватывал примеры уже кем-то нарисованных тварей, отсекал ненужное, а оставшееся переносил на бумагу. Финальный результат не был творчеством киборга и, следовательно, не мог отразить внутреннее состояние Ибо. Чжань, как и все, был уверен, что творчество – исключительная прерогатива человека, поэтому ему было интересно, как Ибо справится с поставленной задачей. Работая в центре реабилитации, он частенько в качестве теста просил вновь поступивших детей нарисовать диковинных зверей. Детишки с радостью соглашались, не подозревая, зачем это надо. В случае же с Ибо, Чжань на 99% был уверен, что киборг найдет в интернете информацию о тесте и попытается его испортить, оставался только один вопрос – как?       Тайком наблюдая за увлеченно рисующим киборгом, Чжань подметил, что у Ибо все же есть мимика и, когда он увлекается, то перестает полностью ее контролировать: то вскинет бровь, то облизнет губу, то слегка прищурится. Обычно микрореакции свойственны только людям и ученые уже много лет бились над тем, чтобы «научить» этому и киборгов, но ничего кроме бездушной маски те не могли изобразить.       Минут через двадцать Ибо закончил и, как медаль на параде, вручил рисунок Сяо Чжаню.       – Поздравлю, Ван Ибо, из твоего рисунка я многое понял.       – И что же вы поняли, господин Сяо? – Ибо не такой реакции ожидал от Чжаня. Как минимум удивления, а как максимум – испуга, но никак не поздравлений. Поэтому он не смог не поддаться на провокацию со стороны психолога.       – Глядя на него могу сказать следующее: во-первых, судя по вымени, у тебя нездоровая фиксация на сексе. Во-вторых, такие большие и четко прорисованные ресницы говорят о том, что ты слишком много значения придаешь своему внешнему виду. В-третьих, эти длинные волосы животного уж слишком явно указывают на твою сексуальную ориентацию. Ты гей?       – Нет…не знаю, – Ибо был готов услышать все что угодно, но явно не вопрос о его сексуальных предпочтениях. Ведь он так старался – и рога рисовал, и клыки, и броню с шипами. А агрессивно торчащий огромный хвост был вообще отдельной гордостью киборга.       – Но вот хвост… Хвост меня несколько смущает, – в задумчивости протянул Чжань, Ибо же возликовал. – Судя по тому, какой большой хвост и как он торчит, ты хочешь заняться со мной сексом. Это так, Ван Ибо?       – Не знаю, – Ибо растерялся. А ведь он хотел всего лишь продемонстрировать своим рисунком, что решительно настроен вернуться домой.       – Но если говорить серьезно: единственное, что я понял, так это то, что ты умеешь пользоваться интернетом и искать в нем информацию.       – А хвост?       – А хвост можно трактовать по-разному. Когда в следующий раз захочешь пошутить надо мной, то готовься лучше.       Остаток дня они провели в тишине. Киборг сидел на диване и дулся, хотя внешне это почти не проявлялось, разве что брови были чуть более сведены к переносице. Сяо Чжань же заполнял стостраничную форму-запрос, обязательную для всех наставников. За эти несколько лет работы глава отдела клинической психологии ни разу им не был – считал, что не сможет уделять должное внимание подопечному. Хотя тот же Юй Бинь постоянно брал киборгов на попечительство и ходил с ними по барам девчонок клеить.       – Ибо, кто тебе больше нравится: кошка или собака?       – Собака.       – Тааак, отлично, пишем «кошка»!       – А какой твой любимый цвет?       – Зеленый.       – Превосходно! Розовый! – на этих словах Сяо Чжаня Ибо даже рот открыл от возмущения. Зачем спрашивать, что нравится Ибо, если ты все равно напишешь совершенно другое?       – Перестань обижаться, Ван Ибо, я все вижу, – Сяо Чжань смотрел на Ибо и улыбался. – Это надо для опросника.       – Киборги не обижаются.       – Да-да, проходили. Они коварно мстят.       – Что за опросник? – вопрос вырвался раньше, чем Ибо успел погасить любопытство.       – Я хочу попробовать стать твоим личным наставником.       Ибо застонал про себя, он-то надеялся ночью порыться в документах Сяо Чжаня в поисках компромата, но не учел, что одного его никто не оставит в отделе. Хотя, возможно, дома Сяо Чжань расслабится и Ибо сможет задеть его посильнее. Поняв это, киборг решил на все сто процентов воспользоваться выпавшим шансом.       

***

      Квартира Сяо Чжаня производила впечатление абсолютно нежилой. Паутина хоть и не свисала с потолка, но пыль по углам и пустой холодильник свидетельствовали о том, что хозяин редко бывает дома.       – Где кошка? – первое что спросил Ибо, заходя за Чжанем в дверь.       – У мамы. Я редко бываю дома, там ей лучше. Но если мне разрешат взять тебя, то мы обязательно привезем ее обратно.       Ибо кивнул. Неожиданно, но это «мы», так легко сказанное Чжанем, понравилось ему. К тому же через кошку можно будет подобраться к психологу поближе. Идея пожить с Чжанем нравилась ему все больше и больше.       – Когда-нибудь, Ибо, я тебе приготовлю мое фирменное блюдо – курочку по-сычуански! А пока довольствуемся замороженной пиццей, – на словах о готовке выражение лица Чжаня стало мечтательным. Киборг на секунду им залюбовался, но тут же одернул себя: как бы мило не выглядел Сяо Чжань, он если и не враг, то и не помощник.       Ночевать Ибо предстояло в жуткой, по-девчачьи розовой комнате.       – Если захочешь – перекрасим ее в зеленый, – оправдывался Чжань, роясь в шкафу. – Мне эта квартира уже такой досталась. Кажется, нашел! И даже твоего размера!       С этими словами Сяо Чжань вытащил с верхней полки розовое нечто. Ибо подумал, что такой ужас Чжань сам никогда бы не купил. Скорее всего, подружка постаралась. Госпожа Мэн тоже любила этот оттенок неоново-розового.       – Жаль только у меня нет запасных домашних штанов, сегодня тебе придется побыть в своих. Но завтра я куплю тебе новые. А пока примерь футболку.       И, чтобы не смущать Ибо, Сяо Чжань вышел в коридор. С Ибо он все время забывал, что киборги не люди, что им несвойственно смущаться, бояться или обижаться. Пару минут из комнаты доносились неясные звуки, но потом они стихли, и Чжань робко приоткрыл дверь и заглянул. Увиденное поразило его до глубины души: в центре комнаты стоял слегка взъерошенный Ибо в розовой футболке. Этот цвет невероятным образом сочетался со светлыми волосами киборга, смягчая черты его лица. Принт добавлял образу еще большей милоты. Два кролика: один черный, другой белый стояли, взявшись за лапки. У черного кролика на голове была повязана красная ленточка, у белого – голубая.       – Вау, Ибо! Тебе так идет, – Чжань не смог сдержать эмоций. – Пожалуйста, оставь футболку себе в качестве подарка от меня.       – Господин Сяо Чжань, а ваша девушка не будет против? – если бы не детектор лжи, показывающий больше 90% правды, то Ибо решил бы, что Чжань решил так изощренно поиздеваться над ним.       – Какая девушка? У меня нет никого. И хватит уже этого «господина», чувствую себя стариком.       – Как же мне тогда вас называть?       – Можешь Сяо Чжань или просто Чжань, как тебе больше нравится. Когда мы одни можно опустить формальности.       – Хорошо, Сяо Чжань.       Утро следующего дня для них выдалось суматошным. Сначала они посетили специалистов IT-отдела, где Ибо удалось уложить в диагностический модуль только пообещав, что память стирать ему не будут. Но, даже несмотря на это, киборг заметно нервничал и дергался. И Чжаню пришлось все два часа, что шла стандартная программа тестирования, провести рядом с ним. Затем их вызвали в конференц-зал для прохождения собеседования. Чжань должен был еще раз подтвердить, что хочет стать личным наставником Ибо. Все члены комиссии были в курсе, что вчера вытворял в торговом павильоне Ван Ибо, и как могли отговаривали Сяо Чжаня от такого решения. Но он был непреклонен в своем выборе и ему разрешили попробовать. Обычно на социализацию давали три месяца, но, учитывая особые обстоятельства, Сяо Чжаню дали полгода. Но, если время выйдет, а результата не будет, то Ибо ликвидируют.       На протяжении последнего года комиссию по наставничеству возглавляла Ян Цзы. Это с ее легкой руки Сяо Чжаню одобрили дополнительные три месяца. Поэтому после подписания всех документов Чжань подошел ее поблагодарить.       – Киборг, – Ян Цзы даже не посмотрела на Ибо, – подожди своего наставника в коридоре. Когда же Ибо вышел, она поднялась из-за стола, подошла к Чжаню и начала что-то говорить, водя пальчиком по его груди. Дверь в зал Ибо закрывать специально не стал. Во-первых, не было такого приказа, во-вторых, ему было интересно, что эта женщина хочет от Сяо Чжаня. Они стояли не очень удобно, Ибо видел только лицо Чжаня, женщина же стояла к нему спиной. Киборгу только оставалось догадываться, что она говорила психологу. Чжань же не обращал внимание ни на Ян Цзы, ни на ее пальчик, а просто был рад, что ему доверили Ван Ибо. Поза и жесты выдавали заинтересованность Ян Цзы в Сяо Чжане, это чувствовалось даже с другого конца зала. Когда же они закончили говорить и пошли к выходу, Ибо заметил и учащенное дыхание, и расширенные зрачки у женщины. Реакция же Чжаня на нее была спокойной и отчего-то киборга это радовало. – Ибо, сейчас заглянем в отдел, попрощаемся с ребятами и за кошкой. Ты согласен? – выйдя из зала, Чжань моментально переключился на киборга. – Госпожа Ян дала мне две недели отпуска. Надеюсь, за это время мы сможем немного сблизиться.