Концентрация
1 июля 2022 г., 16:51
Карею кажется, будто он в этом месте давно. Смутное ощущение дежавю. И нельзя сказать, что это неправда. Воспоминания из детства, когда он играл с отцом да братьями в таком же светлом и теплом лесу до сих пор свежи в памяти. И пусть сейчас ему не вспомнить ни название того места, которое тожественно объявил отец, ни свой возраст тогда. Эти места похожи, что почти закрадываются сомнения, невольно ищешь глазами знакомые виды. Изо рта вырывается легкий смешок. Руки сжимают длинный меч. Звук удара металла о камень возвращает в реальность.
Разница только в том, что тогда ему было весело.
Помпом, прекрасное место, что по своей сути напоминает монету. С одной стороны, обращенной к яркому солнцу, находится город. Удивительной теплоты место, которое не хочется покидать, к которому быстро привязываешься. Карею хотелось бы оказаться сейчас именно там. Услышать стук металла, доносящийся из небольшой кузницы, с владельцем которой так приятно иногда пропустить пару кружек. Почувствовать запах трав, которым пропитана лавочка ведьмы. Заглянуть в магазин в смутной надежде, что ушлый продавец сделает скидку на бронзовые доспехи. А потом окунуться в тепло, когда очередь дойдет посетить дом Магнолии, зарыться в светлые волосы, ушами поймать звук счастливого смеха, глазами увидеть знакомую улыбку.
Щеки невольно вспыхивают, но терять концентрацию здесь довольно опасно.
Но предостережение почти никогда не работает в таких случаях. Было бы наивно рассчитывать на силу фразы "нельзя терять концентрацию", если помнить насколько часто приходится произносить её в голове. Мысли лезут сами собой, стоит перед глазами возникнуть невинному образу солнечной девушки. Их встречи похожи на что-то волшебное, на что-то семейное, родное. То, чего ему так не хватало, как последний кусочек пазла к незаконченной картине жизни, даже если это звучит слишком мрачно. Магнолия не оценит. Казалось, будто встретились они не неделю назад, а знали друг друга с момента, как научились понимать речь. В этом доме его всегда ждали, приди он хоть ночью, хоть в раннее утро. Различался лишь вид своеобразного...Удовольствия, когда очаровательно сонная девушка спешила открыть ему дверь, поправляя чуть спутанные светлые волосы, улыбаясь так нежно, будто ждала его всё это время. Это было по-своему мило, комфортно, уютно, очаровательно, прелестно... Но он не смел её беспокоить в такое время слишком часто.
Это было бы слишком для моего сердца.
Потерял концентрацию. Дерьмо. Слева раздается громкий рык. Боль разносится по телу. Рука молниеносно совершает удар, откидывая врага на приличное расстояние. Серый волк преграждает дорогу, громко рычит. Встряхивает голову. Игнорируя боль, Карей несется вперед, выставляет вперед щит. Больно. На оглушенного волка обрушивается меткий удар, прямо в голову. Бой окончен.
Черт, прокусил бинт…
Перед глазами снова муть, которую только недавно удалось разогнать. Кровь разливается по всем сторонам, пачкая новые доспехи, длинный меч, собственное лицо. Ногу простреливает пульсирующий спазм, сильная боль распространяется по каждой клеточке мозга, её становится уже сложно игнорировать. Слишком много повреждений. Назад нельзя, а вперед — то ещё испытание. И даже забавно, что с ним происходят такие страшные вещи, когда он задумывается о настолько прекрасных. Вид нездоровой иронии, которой болеют рыцари, которым уже нечего терять. Даже сложно понять, стоит ли воспринимать это как честь или как проклятие, настигающее всех почторычарей?
Да, это место похоже на монету. Одна сторона залита теплым солнцем, а звучит как нежный шепот в тихой ночи, тайные встречи и запах цветов, предназначенных для одной единственной. А вторая залита лишь тьмой, холодом, собственной и чужой кровью. Лес полон опасностей с которыми приходится сталкиваться. Здесь собирается множество разбойников, которым всё равно на понятия чести, морали, законов. Жизнь в их глазах стоит не больше, чем за неё готовы заплатить родственнички, с которых настойчиво требуют выкуп за похищенного ребенка. Цену определяет спрос. Она теряет ценность в тот самый момент, как на жертву наводится острый клинок.
Волков здесь больше, чем где бы то ни было. Даже удивительно, что никого сверху не беспокоит эта проблема. По телу растекается раздражение, чего такого важного они там делают, что им не хватает времени отдать пару приказов, послать больше рыцарей или хотя бы усилить охрану? Злобные звери, тут и там снующие в поиске свежей добычи. От мала до велика эти существа терроризируют каждого, кто ненароком оказывается на их территории, хоть на немного меняет привычный путь, уходит за пределы защищенного города. Хуже могут быть только бандиты самых разных мастей. Разница только в том, что волков Карею не так уж и сложно понять, да и на людей они нападают пореже. Волки лишь выживают, они такие же существа, как и все остальные. Единственное, что им нужно — выжить, их не интересует мораль, честь, законы. Да и не должны интересовать. Это не их природа. И это намного проще, чем разбираться в мыслях человека, сознательно выбравшего путь подлости, жадности и насилия.
Ногу снова пронзает невыносимая боль.
Карей двигается дальше, почти до крови прикусывая губу. Нет времени на то, чтобы жаловаться, распускать сопли. Ему известно, что происходит в таких местах с теми, кто готов впасть в истерику от бумажного пореза. Наверное, у каждого опытного рыцаря в памяти должна найтись хотя бы одна подобная сцена. Здесь нельзя терять времени, любое промедление смертельно. И даже страшно представить, какого это: потерять близкого человека среди бесконечного леса, окруженного волками да бандитами, и не иметь возможности оплакать любимого человека пускай всего на секунду?
Надеюсь, Магнолия никогда не испытает этого чувства. Никогда.
По телу пробегают мурашки, эффект подобен ведру ледяной воды. Неосознанно ноги несутся быстрее, руки сильнее сжимают рукоять окровавленного меча, а взгляд затачивается, каменеет. Боль не тянет назад, она толкает вперед. Перед глазами всплывает образ девушки, которой он поклялся сохранить свою жить. Девушки, с которой ему хотелось провести каждое мгновение, что даровано ему судьбой, с которой хотелось разделить свою жизнь.
Она никогда не должна испытать схожих чувств.
***
Вид приближающихся зданий Помпома, возможно, самое прекрасное, что Карей видел за всю свою жалкую жизнь. По крайней мере, так кажется, когда несколько разных ранений туманят твой разум, мешают мыслить трезво. Пелена затмевает весь взор, заставляя сильно присматриваться, лишь бы различить в дали очертания знакомого города. Дома. Может и кажется, сейчас это последнее, что волнует Карея, когда улыбка сама лезет на окровавленные губы. В груди так теплеет, подобно свежему чаю разливается по затворкам души нечто светлое, яркое. Свет кажется слишком ярким, но он идет и идет, почти захлебываясь в собственной крови, руки нервно трясутся. Бывало и хуже, но ощущение страха никогда не уходит насовсем, ему всегда кажется, что это последняя вылазка, последняя ошибка. Он уже дома, всё хорошо. Оставляя кровавые следы за собой, Карей идет дальше. Такие моменты, вероятно, стоит ценить подобно тому, как он ценит любое мгновение проведенное с очаровательно милой Магнолией. Глаза щипят слезы, стоит только представить её лицо. Взволнованное, напуганное, но строгое и очаровательно хмурое, когда она ищет, чем обработать, перевязать обретенные раны. В такие моменты кажется, что нет на свете человека добрее, нежнее, чем она. Перед глазами пролетают мгновения, ему видится, как Магнолия снова смеется. Нежно, как звон колокольчиков. Сидит перед ним на кровати, держит за грубую руку и громко смеется над глупой остротой. Не потому что смешно. Потому что счастлива, что он вновь вернулся живым. И сам он смеется. Не потому что смешно. А потому что счастлив, что смог найти в себе силы подняться, кровью и потом пробить дорогу обратно, домой. Карей падает прямо перед порогом, издав один громкий стук. Немного неловко, но приходится мириться. Такие моменты как никогда ценные, яркие, светлые. Две стороны одной монеты: теплый Помпом и окружающий его лес, наполненный чернью, кровью и невесть чем ещё. На лицо лезет улыбка, когда он слышит скрип двери, чувствует нежные руки на своем лице. В глазах плывет, почти не удается различить, что происходит, все превращается в размытые пятна, что отдаленно напоминают горячо любимый силуэт. В глазах темнеет, но он знает, что найдет в себе силы проснуться. Такие моменты особенные. Ведь слыша отдаленные крики, шепот, стук чужих ног, закрадываются самые разные мысли. Ну, до того как усталость навалится с новой силой и в голове не останется ничего. Мысль, что посещает рыцарей, которым есть, что терять. Карей вновь и вновь будет идти в этот лес, снова и снова погружаться, встречаться с обратной стороной места, которое всем сердцем полюбил. Ему неважно, сколько придется пережить переломов, сколько раз он будет находить новые шрамы, сколько раз ему придется видеть перед глазами силуэт смерти, что ожидает его за каждым поворотом. Не имеет значение, сколько раз придется пережить каждый подобный момент, снова и снова смотреть в глаза врагу, что стоит на пути. Если Магнолия будет в безопасности, если удастся сохранить место, что стало ему даже больше, чем дом, то это не имеет значения. Ты же вновь спасешь меня, Магнолия? Я обещаю, что не позволю плакать над моей могилой, что никогда не испытаешь боль утраты.Я обещаю, Магнолия.
