Caught On Your Rod

      Такемичи всегда мечтал о возвращении в океан. Вернуться к коралловым рифам, огибающим Окинаву и острова Рюкю. Ощутить свежее течение Тихого океана и увидеть мигрирующих рыб, а также оседлых рыбок коралловых рифов. Наконец-то избавиться от этого зверства под названием ноги и стопы, которые сводило судорогой, когда он слишком много бегал, и появлялись мозоли, если он обувал неподходящую обувь. Какой вид эволюционировал так, чтобы страдать, одев что-то не то? Очевидно, люди. Большие глаза, мерцающие в воде, отражали свет так, что казалось, будто в них бьются волны, следя за шальной рыбой-попугаем. Он был далеко от своей стаи и плавал среди более мелких рыб. Искуственное течение привело его к куску коралла, который нужно было почистить. Рыба-клоун плавала рядом с Такемичи, осматривая его черные локоны, которые, казалось, напоминали ей об анемонах, которых они называли своим домом. Он поднял перепончатую руку с пальцами темно-синего цвета и маленькими чешуйками, переходящими в более светлый оттенок, который выглядел так, будто кто-то смешал персиковый цвет кожи с блекло-голубым. Рыба-ястреб плавала вокруг его запястья, не обращая внимания на острые когти и шипы, упираясь в плавник на предплечье. Такемичи всегда нравились пугливые рыбки, он восхищался их живучестью. Они не умели драться, чтобы спасти свою жизнь, но когда нужно было прятаться и принимать поспешные решения, они всегда казались лучшими. Ему хотелось быть таким же. Может быть, если бы он был чуть более осторожным, чуть более предусмотрительным и умел чуть лучше прятаться, то не оказался бы в столь затруднительном положении. Такемичи очень хотелось вернуться к коралловым рифам. Но, как бы ни было, несмотря на то, что тот был рядом с ним, а почти все рыбы были в пределах его видимости, знакомые кораллы в глубине души, вызывали лишь тоску. Это была не свобода. Ошейник из стекла и золота на шее служил тому напоминанием. Он был тем, кем страшили своих малышей матери и отцы, предупреждая их о том, что с ними будет, если их когда-нибудь поймают. Если кто-нибудь увидит, кто они на самом деле. Морские твари, прячущиеся среди людей. Такемичи был плененной русалкой. Запертой на суше, в аквариуме, созданном для имитации дома. Он повернул голову к стеклу и осмотрел комнату, в которой находился аквариум. Перед стеклом в темноте, куда попадал лишь аквариумный свет, сидел один из его похитителей. Расслабившись на роскошном черном диване, положив ноги на стеклянный журнальный столик, на него смотрели темные глаза, напоминающие Такемичи о бездне. Наблюдали за ним. Когда-то Майки и Такемичи были друзьями. Еще в средней школе, в то время, когда они были детьми и ничего не знали о мире. Он и весь Томан были близки, ввязывались в драки и спасали своих. Тогда никто, кроме Такемичи, не знал, кто он такой. Когда Такемичи был свободен. Теперь же, похититель и пленник. Хозяин и его драгоценность. Банда и ее бесценное дарование. Томан и их русалка.

***

"Мичи". Дракен прислонил одну руку к стеклу, вторую убрав в карман. Зоркие глаза обшаривали аквариум, ожидая появления того, второго. Он заметил большой плавник, исчезающий за большим куском коралла. Черноволосый прищурился, пытаясь понять, куда он делся. Перепончатая рука шлепнула по стеклу, за которым находилось лицо Дракена, заставив того подпрыгнуть от неожиданности и лишиться нескольких лет своей жизни. Большие голубые глаза смотрели на него с весельем, а бледные губы растянулись в острозубой улыбке. Такемичи потешался над ним. "Эй! Мучи, как только ты вылезешь оттуда, я тебя убью!" крикнул Дракен, отчего Такемичи согнутся вдвое. Его чешуйчатое плечо затряслось, а лицо скривилось от смеха. Дракен не слышал его, но знал, как звучал голос Такемичи, когда тот выходил из воды. Высокий парень глубоко вздохнул, пытаясь унять бешено бьющееся сердце, и взглянул на своего друга. Такемичи выглядел по-другому, когда был в этой форме. Давно исчез цвет кожи, присущий людям, на смену ему появился светло-сине-серый на животе и груди, и темно-сине-серый на спине. Большие жабры располагались чуть ниже грудной клетки, а небольшой темно-синий спинной плавник начинался от первого шипа на спине и доходил до четверти хвоста. Темно-синяя чешуя украшала кончики пальцев и поднималась к локтям, а затем исчезала в коже. Более светлые чешуйки венчали его шею и украшали щеки, придавая им чешуйчатый румянец. В районе талии чешуйки менялись, их становилось все больше, пока они не доходили до таза. Там, где должны были быть ноги, вместо них был двухцветный хвост, соответствующий светло-темной гамме тела Такемичи, состоящий из мышц и жира и защищенный шипастыми грудными плавниками, способными нанести серьезный удар. Он был длинным, а хвостовой плавник - широким, предназначенным для свободного плавания и быстрого набора скорости. В целом, Такемичи выглядел как человек, находящийся на середине превращения в рыбу. Между его пальцами и между шипами плавников тянулась перепонка, а на каждом пальце красовались острые когти. Дракен смог лично убедиться, насколько они опасны. Несколько лет назад в аквариуме появилась новенькая акула. Она не знала своего места в пищевой цепочке. При попытке укусить Такемичи, эти когти, которые обычно срезали, когда он был человеком, пронзили животному жабры. Не настолько, чтобы убить, но достаточно, чтобы оставить напоминание о том, кто был главным хищником в аквариуме. Мысль была весьма интересной. Такемичи, который не умел бить на суше и плакал при малейшей мысли о возможном конфликте, в водах океана был высшим из хищников. "Ой." Такемичи перестал смеяться и уставился на Дракена большими голубыми глазами. Дракен помрачнел: "Майки сегодня приведет гостя". На этот раз мы постараемся обойтись без крови на стекле". Он видел, как Такемичи обдумывал слова. Тот отпрянул от стекла, словно оно лично причинило ему какой-то вред. Не дожидаясь объяснений или извинений, он уплыл. Оставляя за собой пузырьки и несколько рыбок, разбежавшихся в разные стороны. "Прости, Мичи, но такая вот работа". Такемичи не шелохнулся, полностью исчезнув в коралловом рифе. Почесав затылок, Дракен решил остаться у стекла до прибытия остальных. Большинство руководителей Томана наверняка будут здесь, особенно на совещании, проходящем в этой комнате. Драккен снова заглянул в аквариум, на мгновение уловив взгляд Такемичи, прежде чем тот снова скрылся. Да, он был зол. Он уже это видел. В уголках глаз Такемичи выступили слезы, губы сжались, и он снова прильнул к стеклу. Отказываясь смотреть на кого-либо. Чифую, возможно, получит взгляд, может быть даже Мицуя, у Коко и Инуи будет больше шансов, а для всех остальных это будет его спина. А если появится Майки, то Такемичи точно спрячется и постарается остаться незамеченным. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что между Майки и Такемичи рос разрыв. То, что Па-чин сделал замечание по этому поводу, было доказательством. Дракен видел, как расстояние между ними становилось все больше и больше. Такемичи и Майки по-прежнему любили друг друга и, несомненно, сделали бы все, чтобы защитить своего друга, но тут были замешаны и другие эмоции. Для Майки это были собственничество и жажда. Такемичи, знал он об этом или нет, был самым большим сокровищем Майки. И не только из-за его статуса русалки. Дракен и почти все остальные могли поспорить, что даже если бы Такемичи не был русалкой, на нем все равно был бы этот золотой ошейник. Однако Такемичи хотел того, чего Майки не позволял. То, что Такемичи будет хранить от Майки в течение долгого времени. Это было то, что было у него до того, как Майки снова нашел его. "Йо, Дракен-кун, как там Такемичи?" Баджи, командир первого отряда и один из руководителей, поздоровался, войдя в тускло освещенную комнату. Чифую, у которого теперь были черные волосы, подчеркивающие его глаза, стоял прямо за ним. Он не сводил взгляда с аквариума, который был единственным источником света в огромной комнате. "Он злится". Чифую поморщился, а Баджи надулся. Скрестив руки, клыкастый проворчал: "Сколько мы уже это делали, подумаешь, он привыкнет". Дракен пожал плечами, глядя на аквариум: "Думаю, дело не только в этом". Чифую подошел к аквариуму и прошел вдоль него. Пытаясь найти своего друга, который прятался либо за кораллами, либо в них. Такое длинное существо, как Такемичи, могло прятаться в самых маленьких местах, что даже для человека было бы затруднительно. "Партнер", - позвал Чифую, пытаясь понять, добьется ли он какой-нибудь реакции от своего друга. Ничего. "Я знаю, что ты расстроен, но после этого давай поедим рамена. Мы можем разделить порцию. Прошло уже много времени с тех пор, как мы делали это в последний раз", - снова попытался Чифую. В средней школе они с Такемичи часто так делали. Он не соврал, когда сказал, что прошло много времени. Майки нравилось держать Такемичи в местах, где он знал, что сможет контролировать, кто и что будет контактировать с Такемичи. Другими словами, в пентхаусе в здании Томана, окруженном другими зданиями Томана. Чифую и другие руководители хотели бы посочувствовать тому, как жил Такемичи. Его держали в ловушке, словно животное в зоопарке, и использовали лишь для показухи. Черт, на нем даже был ошейник. Чифую хотелось отчаянно ненавидеть ситуацию, в которой оказался Такемичи. И все же, когда бирюзовые глаза отыскали вытянутую фигуру Такемичи, лежащего на одном из больших аквариумных кораллов и машущего своим великолепным и длинным хвостом в такт течению. Все это смылось в канализацию вместе с завораживающей красотой, которую он хотел сохранить для себя и для Томана. Это было нечестно. Далеко не справедливо. Но, глядя на своего друга, похожего на существо из сказки, Чифую не мог заставить себя переживать. Эти чешуйки, темно-синие сверху и светло-голубые снизу, отражали воду и свет. При каждом движении каждая из них выглядела как отдельная волна. Плавники и перепонки разных цветов, от приглушенных красных до ярких желтых, выглядели необычно на сине-серых позвоночниках. По словам Такемичи, для мелких рыб эти цвета были очень похожи на кораллы, которыми они питались или в которых прятались, а для крупных рыб они выглядели как мелкие. Это была техника охоты, которая была основана на том, чтобы обмануть слабое зрение рыб. Однако, когда речь шла о крупных хищниках, таких как акулы или другие русалки, цвета становились более приглушенными, сливаясь с цветом воды. Чифую не доводилось наблюдать подобное зрелище, но он видел, как большие и маленькие рыбы обманывались яркими цветами. Рядом с его ухом раздался свист, заставивший Чифую на долю секунды подпрыгнуть. Повернув голову, он заметил, что большинство руководителей и их заместителей уже в сборе. Тот, кто свистнул, был Хаккай, во всей своей шестифутовой красе. Голубые волосы все еще коротко подстрижены, но не выбриты, как это было еще в средней школе. Глаза цвета индиго следили за Такемичи, наблюдая, как плавники и хвост отгоняют любопытных рыб. "Это зрелище никогда не надоест". "Нет, не надоест. Это тоже было правдой. Ни один руководитель или заместитель не был шокирован видом Такемичи в его истинной форме. Возможно, они были необъективны, потому что любили Такемичи еще до того, как узнали, что он русалка, но кого это волнует. Не их. "Всем приготовиться, гости на подходе". Властный голос Дракена, глубокий и строгий, эхом разнесся по комнате. Командиры и Заместители направились к своим местам. Некоторые решили встать рядом с диваном, на котором будет сидеть Майки, а некоторые расположились вокруг накрытых столов. Чифую наблюдал, как Пах и Пех-ян делают себе коктейль в баре, а Мицуя сделал себе и Хаккаю кофе. Баджи занял свое место за диваном, ему всегда нравилось видеть выражение ужаса на лице гостей, когда они разговаривали с Майки. Такемичи остался лежать на коралле. Голова утопала в чешуе и плавниках, а хвост продолжал мерно покачиваться в воде. Звук открывающихся дверей, и первыми вошли Коко и Инуи, а за ними несколько руководителей Мейджи. Все они, тупоголовые и напоминающие скорее вощеных горилл, чем людей. Выглядели так, словно их обсыпало дерьмом и они вспотели. Некоторые из них таращились на расположенный перед ними аквариум от пола до почти потолка. Растянувшийся почти от стены до стены. Присмотревшись, они увидели, что аквариум фактически проходит сквозь пол и опускается на нижний этаж под ними. Все кораллы, которые они видели, были либо прикреплены к стеклу, либо из большого кораллового слоя на дне. Коко улыбнулся при виде их изумленных лиц, гордость бурлила в груди, когда он взглянул на невозмутимого Инуи. Однако взгляд светло-голубых глаз был устремлен на аквариум. В поисках своего спасителя. "Вот это зрелище!" похвалил лидер, Кусакабе Тони. Зеленые глаза наблюдали за тем, как одна из самых больших песчаных акул по кличке Кроха плавала в воде. Зубы выглядели устрашающе, а маленькие глазки всегда были начеку. На ее теле были шрамы, длинные и вертикальные. На одном из грудных плавников отсутствовал кусочек, и Тони стало любопытно: "Что, черт возьми, могло сделать это с таким зверем?". Движением руки Коко заставил их сесть на диван, стоявший напротив аквариума. Двое из людей Тони предпочли встать позади своего лидера, а двое других сели рядом с ним. Они не были глупыми. Все знали о жестокости Томана и о том, как он поступает с теми, кто ему не нравится. Что заинтересовало Тони, так это то, что он никогда раньше не слышал об этой комнате. Мейджи не были первой группой в этой комнате, Тони знал это. Это было слишком роскошно. Аквариум был слишком захватывающим экспонатом, чтобы не рассказать о нем. "Наконец-то, Майки здесь". Кто-то объявил, и Тони потребовалось все, чтобы не обернуться. Он видел фотографии, слышал рассказы, и истории, так что простите его за то, что он был напуган. Звук медленных шагов заставил его стиснуть зубы, он не привык быть человеком, испытывающим страх. Он видел это у своих жертв. У своих людей. Однако сам он очень редко испытывал подобные чувства по отношению к другим. Он не ожидал, что мужчина, более маленький и хрупкий на вид, окажется тем, кого он боялся. Тусклые глаза даже не взглянули на него, сосредоточившись исключительно на аквариуме напротив него. "Он сердится?" спросил Майки, все еще не удосужившись взглянуть на гостей. Дракен, человек, которого Тони подозревал в роли лидера, устало вздохнул: "Да. Ты должен был ожидать этого, Майки. Ты же знаешь, он ненавидит, когда ты так поступаешь". Если Майки и был обеспокоен, то никак этого не показал. Вместо этого, темно-синие глаза, напоминающие Тони о космосе, сосредоточились на нем. На секунду возникло ощущение, что мужчина застрял во времени. Подобное ощущение бывает, когда человек смотрит на смерть. В этом не было сомнений. Этот человек мог убить его, словно он был вчерашним делом. Не имеющим отношения к настоящему и пустой тратой времени. Тони чувствовал, как холодный, мертвый груз осел в желудке, словно якорь в море.

***

По правде говоря, не было никакой необходимости в том, чтобы эти люди перед ним разговаривали. Майки уставился на него со скучающим выражением лица, от которого все они начали потеть. Все в этой комнате знали, что означало, стоило только пригласить сюда кого-то, кроме них самих. Эта комната и комната под ними были предназначены только для них. Майки оглянулся назад, на аквариум, куда разрешалось входить и выходить только им. Разноцветные рыбки плавали среди разноцветных кораллов, анемоны колыхались под действием искусственного течения, а акулы кружили по всему огромному аквариуму. То поднимаясь, то опускаясь. Острые глаза уловили легкое движение головы, скрывшейся за коралловой насыпью. Похоже, он был не единственным, кто это заметил. Уголком глаза он заметил, как один из людей Тони насторожился. Глаза широко раскрылись, брови нахмурились. Словно их присутствие в этой комнате и так не было признаком гибели, так еще и то, что они увидели его самую ценную драгоценность, стало еще одной причиной. Слегка подергав пальцем, он перевел взгляд на Нахою, и персикововолосый юноша выхватил пистолет и пустил пулю. "Какого черта?!" закричал Тони, вставая и нащупывая что-то в своей куртке. Его люди последовали его примеру, увидев, как один из Томана ни с того ни с сего выстрелил, и они схватились за свое припрятанное оружие. Однако им в затылок уперлись стволы автоматов, остановив любое движение. Майки раздраженно вздохнул, провел пальцами по волосам и по-детски простонал: "Вы, ребятки, очень надоедливые, знаете ли". Уголком глаза он заметил, как любопытная голова снова высунулась наружу, заставив его улыбнуться. "Ты знаешь, почему ты здесь?" спросил Майки, не глядя ни на Тони, ни на его головорезов. Он был слишком сосредоточен на зрительном контакте со своим Мучи. Тони шумно сглотнул: "Нет. Я не знаю, почему мы здесь". Он услышал, как кто-то фыркнул, скорее всего, Баджи, который дико ухмылялся. Еще одно движение рукой, и Коко шагнул вперед, его ухмылка обещала, что любое его слово Тони не понравится. "У тебя цепкие пальцы, не правда ли. Ты брал более 10,000, 000 йен каждый раз, когда к тебе приходил новый груз, который ты должен был доставить нам". Всех беспокоила не столько сумма денег. Сколько то, на что эти деньги предназначались, заставило их вздрогнуть. "Из-за вас наш аквариум вынужден ждать новые кораллы и рыбок". . . . "Что?" Майки взмахнул рукой, и один из людей Тони упал. Пуля попала ему в затылок. Все люди Тони запаниковали, не зная, что именно заставило Томан начать действовать. Майки даже не смотрел на них, к большому раздражению Тони. Он посмотрел в ту сторону, куда глядел Майки, и чуть не схлопотал инфаркт. На него смотрела пара самых голубых глаз, которые он когда-либо видел. Расширенных от любопытства. Тони не верил в то дерьмо, которого никогда не видел. Он видел призраков, он видел убийц, он видел монстров, которые прячутся в шкафах, но он никогда не видел ни одну из них. Слухи никогда не интересовали его. Как и легенды. Однако сейчас, в этот момент, Тони хотел бы вернуться в прошлое и поставить на то пари, которое он заключил в школе. Прямо перед ним была русалка. Большие глаза, способные видеть в воде днем и ночью, напомнили ему океанские волны. Постоянно в движении. Его кожа выглядела совсем не так, как ее описывали в сказках. Она не была загорелой или персиковой, а его волосы ничем не напоминали морские волны. Это существо было похоже на то, что можно увидеть в фильме ужасов про пиратов. Глаза слишком большие, чтобы их можно было назвать милыми, а радужная оболочка была намного больше, чем у человека. Рот был немного широковат, и Тони мог разглядеть острые зубы. Пальцы были шишковатыми, с острыми когтями, которые выглядели так, словно ими можно было с легкостью выколоть глаз. Майки улыбнулся: "Русалки от природы любопытные существа. Всегда хотят узнать больше о том, о чем не знают". Длинное существо выплыло из своего укрытия почти полностью. Опасения были забыты, едва его взгляд остановился на нем. Оно рассматривало их, как загадки, коими они были. "Люди, разумеется, входят в список". Майки подошел к стеклу, не обращая внимания на то, что его Мичи все еще не смотрел на него, но эй. По крайней мере, он выглянул. "Кораллы и рыбы, которых мы ждали, были для него, чтобы ему было чем заняться в этих стеклянных стенах. Что-то новенькое", - резюмировал Коко. Тони сглотнул: "Я... я все верну! Я не знаю, кто из моих людей взял их! Но ты получишь все назад!" Майки закатил глаза: "Я знаю, что получу. Твои легкие и печень, может, и не продадут за много, но почки и глаза - точно". Тони не успел больше ничего сказать, как ему в лоб угодила пуля. Громкий хлопок заставил Такемичи отступить обратно в кораллы, уступая место человеческому осознанию, а не животному. Майки горько усмехнулся, его рука все еще лежала на стекле, пока Па-чин и Пех-ян подзывали своих людей, чтобы убрать беспорядок. "Мичи, давай поторопимся и пойдем домой". Русалка метнулась к поверхности резервуара, куда в данный момент направлялся Дракен. Для них была сделана лестница, чтобы они могли подняться в верхнюю его часть, которая обычно была доступна Дракену или Баджи. Людям достаточно сильным, чтобы перенести Мичи вниз, во всей его семифутовой красе. Когда он высохнет, а короткие человеческие ноги заменят длинные плавники, он снова приобретёт свой обычный размер. В тот момент, когда тело Такемичи покинуло соленую воду, уже можно было заметить изменения. Его глаза менялись с каждой секундой, становясь все меньше, но по-прежнему широкими, а чешуя растворялась в уже меняющейся коже. Исчезло ощущение скользкости на серо-голубой коже, вместо него появились ощущения гладкости кожи, переходящей в загар. Правда, дольше всего менялся хвост, но это потому, что он представлял собой кусок плоти, а не чешую и плавники. Юноше дали халат, потому что одежда просто не шла в комплекте с трансформацией. После примерно семи минут высыхания и привыкания к ходьбе Такемичи получил тапочки и кусочек конфеты. "Готов?" спросил Майки, протягивая одну руку за другой. Такемичи надулся, все еще недовольный, но уже не настолько, чтобы отказать ему в ласке. Он улыбнулся, обнажив теперь уже тупые зубы: "Да". Пусть золотой ошейник и тяготил его шею, пусть жажда свободы разрывала его внутренности на части, но пока Майки и Томан будут улыбаться, Такемичи будет считать плен лишь незначительным затруднением.