Маленький хранитель

      Они приехали. Уставшие, но возбужденные ученики ручейком вытекали из поезда на перрон, подтягивались, встряхивали ноги и шли. Лишь малыши растерянно следовали за общим потоком, не зная куда, в сущности, они идут.       — Первокурсники! Прошу, подойдите сюда! — Какая-то девушка махала рукой, подзывая к себе детей, рядом с ней стоял юноша, который пока не произнёс ни слова, лишь его глаза, внимательно наблюдающие за потоком людей, косвенно указывали на его вовлечённость в процесс.       — Так хорошо, эм, точно все тут? Чарльз, посчитай, пожалуйста. — Они подождали ещё пару минут, чтобы убедиться, что все точно вышли. За это время вся толпа с перрона незаметно исчезла. Возле поезда осталось лишь человек восемь, малыши и их сопровождающие.       — Пойдёмте. — Наконец сказала девушка, и вся группа двинулась в сторону леса.       — Поступление в школу волшебства должно быть особенным, не так ли? Поэтому наш маршрут, немного отличается от обычного, он гораздо более зрелищный. — Их вывели к берегу озера, где уже стояли подготовленные лодки.       — Садитесь по четыре человека, не волнуйтесь, как только все устроятся, они поплывут сами. — Том выполнял указания с некоторым внутренним недоумением. Их сейчас явно развлекали — толпу детей, которую будто бы привели в зоопарк, а не школу. И что самое необычное, он чувствовал себя полноценной частью этой толпы, особенно когда перед их глазами предстал сказочный замок. Ему предстояло учиться, есть и спать в нём, в этом великолепном месте. Он не мог оторвать глаз, как и все остальные, минут пять ни единый звук не нарушал это благоговейное состояние, лишь после некоторые оживились и начали шептаться.       От берега до входа в школу они вновь шли возбуждённым ручейком, с каждой минутой приближаясь к замку. Его размеры по-настоящему впечатляли, а ещё архитектура, атмосфера и магия. Том чувствовал её всем телом как нечто игривое, тёплое, иногда слегка колючее. Она было повсюду и на её фоне так легко было потерять его ангела, присутствие которого для Тома теперь слегка расплывалось. Ему нужно будет стать ещё более чутким к потокам, окружающим его. Он не мог потерять своего хранителя из вида.       У входа их встретил мужчина лет тридцати, брюнет. Пара лишних килограмм, голубые глаза и широкая улыбка с ямочками создавали образ некого добродушного весельчаки. Он отправил отвечающих за них старшекурсников на ужин, пересчитал детей и повёл их внутрь.       — Совсем скоро вы присоединитесь ко всем остальным, но прежде вам предстоит пройти распределение, не переживайте наш магический артефакт подберёт для вас самый подходящий факультет. За разные достижения можно получить очки факультета, как и потерять их, если провинились. Тот факультет, который собрал больше всего очков — выигрывает в соревнование. Так что обязательно старайтесь на парах. — В конце монолога они уже кучкой толпились у огромной двери, за которой стоял гул множества голосов. Мужчина заглянул внутрь, что-то проверяя. Ребята в это время, по его просьбе, спешно строились по парам, и наконец двери открылись.       Огромный зал уже производил сильное впечатление, но по настоящему завораживал потолок, выглядящий точь в точь как небо на улице, и множество парящих свечей, что украшали «небо» ещё большим количество сияющих звёзд. Не понятно было, как толпа малышей, с раскрытыми от восхищения ртами и задранными головами, не повалилась там же как домино. Удивительно, что никто не споткнулся и ни в кого не врезался.       Перед учительским столом было достаточно места для группы первокурсников, а ещё табурета и сомнительной старой остроконечной шляпы на нём. Шляпы, которая запела. Это пока что одна из самых абсурдных вещей, с которой Том успел повзаимодействовать в волшебном мире. После восхваления себя, волшебный артефакт проронил несколько слов касательно факультетов. Если в двух словах: Гриффиндор для благородных храбрецов, Пуффендуй — верных трудяг, Когтевран — учёных, Слизерин — амбициозных хитрецов. Такая характеристика выглядела слегка однобоко, но передавала суть.       — Эйвери Эдмунд. — Первого к табурету вызвали уже знакомого Тому блондина, который выглядел слегка нервным, но старался этого не показывать. Огромная шляпа легла ему на голову, полями почти полностью закрывая лицо мальчика от посторонних взглядов. Он просидел на табурете пару секунд, прежде чем шляпа возвестила о своём вердикте.       — Слизерин! — Под стройные, но не бурные аплодисменты мальчик проследовал к столу под зелёными знамёнами.       — Баурман Деррек. — Тот вздрогнул рядом с Томом, неуверенно поймал его взгляд и стал пробираться вперёд. Шляпа и тут не думала больше пяти секунд.       — Гриффиндор! — Деррек облегчённо улыбнулся и быстрым, чуть пружинистым шагом подошёл к «красному» столу. Ага, Том начинал понимать. Два факультета были, очевидно, противопоставлены друг другу, возможно, даже враждовали. Лестрейндж, хотя, чтобы он занял определённую сторону, выбрал. Проблема в том, что Том объективно не мог поступить на Гриффиндор. Он не храбрый, благородный воин. Однако у него всё ещё оставался выбор, вряд ли шляпа совсем уж не учитывала пожелания детей. Реддл мог бы убедить её, что его место — Когтевран. Он всегда тянулся к книгам, хоть и тут его стремления были корыстны. В знаниях тоже заключалась сила и власть. Он мог выбрать третью сторону, но было ли это ему нужно?       — Лестрейндж Уильям. — Том ненадолго отвлёкся от мыслей, обращая внимание на знакомую фамилию. Толпа ждущих первокурсников исхудала уже почти на треть, вскоре настанет и его очередь.       — Слизерин! — Кто бы сомневался, куда ещё могли отправить хитрого засранца. Он поймал взгляд почти ухмыляющегося мальчика и позволил потоку мыслей вновь захватить его.       Когтевран… Том чувствовал, что его невидимый защитник, наверное, обрадовался бы такой развязке. Тихая жизнь на тихом факультете, он бы мог спокойно продолжать общаться с Дерреком, не обращать внимание на слизеринцев, быть вне всего, что происходит. Просто, скучно, но надёжно и безопасно. Том не мог выбрать подобное. Зелёный факультет отражал его природу, обещал реализацию его амбиций, ему уже даже гарантировали протекцию, что означало неплохой старт. Удивительно, что Баурман оказался выгодным знакомством, не сложись так обстоятельства, не взбреди какая-то глупость в голову Лейстреджу, и Том не оказался бы в таком выгодном положении.       — Реддл Том. — Но благодаря всему этому он мог практически не сомневаться в своём выборе. С Дерреком было удивительно легко и просто, с подобной лёгкостью кто-то проживал каждый свой день, не стремясь к недостижимому, не противостоя судьбе, не задумываясь о невозможном. Может быть, Том надумывал, но ему казалось, что он выбирает не факультет, а дорогу в жизнь. Где-то эти незримые дороги даже пересекались между собой, но расходились в стороны куда больше, чем казалось на первый взгляд. Он выбрал:       — Слизерин! — Шляпа не задержалась на его голове слишком на долго. Зелёный стол хлопал вяло и настороженно поглядывал в его сторону, но все сразу же перестали обращать на него внимание, как только Лестрейндж и Эйвери поприветствовали его. Он не смотрел на красный стол, сейчас происходящее здесь важнее. Тем более, когда маленький аристократ решил представить его остальным первокурсникам и посвятить тех в некоторые детали.       — Вальбурга Блэк — Он указал на девочку с чуть вьющимися чётрыми волосами и действительно цепкими тёмными глазами. Кажется, она была не очень довольна всем этим представлением и не скрывала этого, что значило, что они с Лестрейнджем были примерно на одном уровне. Тот, кто ниже принимал правила игры, но эта девочка могла возразить или проигнорировать происходящее, она могла действовать самостоятельно.       — Ну, что ты? Не смотри так страшно. Том принял правильное решение и, судя по всему, попал сюда не за красивые глазки. Может, стоит дать ему небольшой шанс? — Девочка лишь закатила глаза.       — Не втягивай меня в это. — Вот и разобрались…       — Амелия Лидс и Джон Хобарт. — Двое лишь кивнули. У мальчика были веснушки и это, пожалуй, была самая примечательная деталь. Очевидно, они были на ступеньку ниже, и на первый взгляд в них действительно не было ничего особенного.       После все быстро вернулись к прерванным занятиям: сплетням, тихим разговорам. Том был не более чем камушком, брошенный в озеро, взволновавшим воду лишь на пару секунд, прежде чем та снова стала неподвижной, тихой гладью.       — Слизерин! — Неожиданно выкрикнула шляпа, и вот теперь Том наблюдал за упавшим валуном.       — Ты вообще слышала это? — Возмущенным шёпотом делилась Вальбурга с сидящей рядом девочкой.       — Элис Сноу! На Слизерине. Да она просто. — Та обратила внимание на движущуюся в сторону стола девочку. С русыми волосами, убранными в косичку, карими глазами, ничего особенного кроме небольшого родимого пятна над бровью. Она выглядела смущённой и робко улыбалась новым сокурсникам.       — Просто посмешище. — Вынесла вердикт Вальбурга. Однозначно, радушный приём. Новенькая села за стол напротив Тома, он с ней оба были на самом краю, в самом низу, но его представили, с ним говорили, от него не пытались отодвинуться. Нервничающая и ещё не понимающая, что вокруг происходит, Элис зацепилась за его взгляд, она почти решилась заговорить с ним, но речь директора прервала этот порыв.       На столах, наконец, появилось еда, и голодные дети сразу оживились. Том больше не смотрел в сторону девочки. Можно было, конечно, проигнорировать и прямые вопросы от неё, но он предпочёл просто не давать поводов той заговорить с ним. Ещё одно правило в новой игре, которое ему нужно соблюдать. Он не был дураком, чтобы не понять, что девочку ему стоит сторониться. Они были в одинаковом положении, но ему повезло. Однако, любая его ошибка могла столкнуть его в бездну. Наверное, кому-то со стороны было действительно весело наблюдать за его походкой по канату над пропастью.       Еда позволяла немного расслабиться. По крайней мере, воспитанные люди не говорят с набитым ртом, можно было наконец спокойно поесть. О, тут было так чертовски много еды: мясо, овощи, пироги, котлеты, картошка, сок, чай, какие-то пирожные. Том не смог бы позволить себе такого ещё лет десять, если бы оказался просто маглом со странностями. В приюте еда была однообразной, не особенно вкусной, но хотя бы насыщала. Вот и очередной плюс его нынешнего положения в противовес к минусам…       После их забрали из-за стола двое старост — Оливер Рутланд и Араминта Блэк. Ещё одна, теперь не удивительно было, что Вальбурга вела себя так надменно и уверенно. Хотя Том мог сказать, что девочки раньше не особо контактировали, лишь знали друг друга в лицо, возможно, несколько раз разговаривали.       Первокурсники, разбившиеся на пары, рядком шли по коридорам. Элис Сноу, тихая и нервная, в одиночестве болталась в середине процессии. Тому в пару достался веснушка-Джон, который не спешил заводить знакомство и с умеренным любопытством вертел головой. Что же, он был не против подобного соседства. Пока что это было самое большее, на что он мог рассчитывать.       Они передвигались по слегка мрачным коридорам, потом спустились. Здесь немного пахло землёй, стало на пару градусов прохладнее. Их тени, крупные и чёткие, плясали по потолку и стенам. Атмосфера могла бы быть жуткой, если бы не куча людей вокруг: сами первокурсники, старосты, другие слизеринцы, идущие в том же направлении.       Они шли минут семь по прямой, мимо дверей и других коридоров, пока не упёрлись в тупик. Староста стукнул палочкой по каменной кладке, и стена раздвинулась, почти также как та, что скрывала вход на Косую аллею, открывая взгляду потайную дверь. Она была старинной и громоздкой на вид, из тёмного дерева, вся покрытая искусной резьбой: сотни змей удобно расположились на дереве, лишь изредка в рисунке проглядывались листочки или цветы, остальное пространство было заполнено тонкими, длинными, переплетающимися между собой холоднокровными. Эту дверь создавал кто-то явно неравнодушный к змеям, впрочем, Том его понимал.       — Салезар Слизерин, — Произнёс староста, часть рептилий зашевелилась, дверь щёлкнула и отворилась.       — Пароль в первый день всегда один и тот же, чистая формальность. Уже завтра его поменяют, и будут менять каждые две недели. Информация будет вывешена на доску объявлений, обратите внимание на неё завтра прежде чем покинуть гостиную, иначе будете долго топтаться у закрытой двери. — Они прошли внутрь. Тут было достаточно уютно, несмотря на какую-то общую мрачность. Мягким светом горел камин и подсвечники, каждый из которых освещал небольшой клочок пространства, тогда как некоторые незначительные части комнаты оставались в полумраке. Около камина и в некоторых местах по периметру комнаты располагались мягкие на вид зеленые диванчики и кресла. Пол покрывал толстый чёрный ковёр, у стен располагались шкафы из тёмного дерева, полки которых были заполнены книгами, на стенах висели живые картины: в большинстве своём просто пейзажи, из которых изливались тихие, умиротворяющие звуки природы и пара портретов.       Как уже было замечено — удивительно уютно. Змейки особенно тщательно обустроили своё безопасное место. Том мог предположить, что гостиная являлась максимально нейтральной территорией. Отдыхающим здесь ученикам вряд ли хотелось бы наблюдать за каким-нибудь скандалом. Интересно, где тогда решались разногласия, возникающие внутри факультета? Очень уж сомнительно, что таковых не было.       Первокурсники столпились рядом с камином, ожидая декана. Старшие с интересом поглядывали на них, но по большей части занимались своими делами, большинство просто проходило мимо, направляясь к спальням. После долгой поездки и плотного ужина, многих клонило в сон, да и завтра ранний подъём — первый день занятий.       Наконец, в дверях показался тот самый чуть полноватый добродушный мужчина, который встречал их у входа и помогал на распределении. Он окинул их группу взглядом: ласковым, но слегка оценивающим и начал говорить:       — Приветствую вас на факультете Слизерин. Я — Гораций Слизнорт, ваш декан и профессор зельеварения. Дверь в мои покои первая, которую вы найдет, как только выйдете из гостиной и пройдёте пару метров по коридору, так что если у вас есть что-то очень важное и срочное, всегда можете обратиться ко мне. Расписание вам раздадут завтра утром, и первое время старосты будут провожать вас на все занятия, так что не отставайте от основной группы, иначе, рискуете заблудиться. Хогвартс действительно поражает своими размерами. Про пароли вам уже сообщили… А вот и доска объявлений. — Слизнорт указал на весящую возле камина доску метр на два, на которую в правом нижнем углу был прикреплён единственный клочок бумаги, в остальном она пока что была абсолютно чиста.       — Отсюда можете узнать об основных событиях, проходящих как в самом Хогвартсе, так и внутри факультета. На какие-то организационные вопросы, возникшие у вас, могут ответить старосты или просто ваши старшие, им не сложно уделить вам пару минут. А сейчас, думаю, вы все устали и вам пора расходиться по комнатам, спокойной ночи. — Хор сонных голосов был ему ответом. Мужчина скрылся, и дети перевели взгляд на старост, как главных авторитетов.       — Коридор справа — комнаты для мальчиков, слева для девочек. С нынешним количеством людей, поступивших на первый курс, у вас есть четыре комнаты, две на каждую группу, они рассчитаны на двух человек, но если кто-то очень хочет жить втроём или в вчетвером, можно договориться и ваши вещи перенесут. Комнаты достаточно большие, чтобы в них поместилось ещё несколько кроватей. — Впрочем, Том видел, что сейчас никто не станет использовать подобною возможностью, он уже знал, что их распределение по комнатам будет соответствовать их распределению на пары, как бы явно Вальбурга не показывала, что не рада тому, что Элис Сноу в итоге досталась отдельная комната. Она бы могла оставить её себе, но тогда её подруге пришлось бы жить вместе с девочкой, что, видимо, тоже было недопустимо. В этом незримом соревновании гордость и надменность уступали брезгливости.       Интересно, если бы не вмешательство Лестрейнджа его новоиспеченный сосед Джон попытался бы сбежать от него в другую комнату? Сейчас-то мальчика это, кажется, совсем не волновало. Хотя Том бы не отказался от отдельной комнаты, но лучше уж иметь соседа, чем быть изгоем, он мог смириться с небольшим неудобством, когда оно так явно указывало на то, что он не Элис Сноу, не последнее звено в этой цепи. Хоть Том и был невероятно близок к краю.