Кейл и Кайла. Схожие цели

      Кейл наблюдал за изменением выражения Тунки. Сначала он непонимающе моргнул несколько раз, после чего медленно нахмурился, как будто вспомнил, что произошло. На самом деле Хенитьюз не был бы удивлён, будь всё именно так. Всё же Чхве Хан хорошенько отделал Тунку. Эта громадная туша взлетала в небо, варвара кидали по арене, как какую-то тряпичную куклу. Но даже так он смог так быстро прийти в сознание. Истинный монстр. — Я проиграл.       Однако он был спокоен, сказав это. Хенитьюз добавил: — Это была битва воинов.       Сначала Тунка непонимающе уставился на Кейла, после чего улыбнулся. С такой улыбкой он выглядел крайне уродливо. В смысле, ещё более уродливо, чем обычно. Его лицо, что изначально было похоже на лицо орка, после избиения выглядело как лицо мутанта. Он был полон синяков, ссадин и ран. Лицо представляло собой кровавую отбивную, крайне непривлекательную, которой даже бедняк побрезговал бы.       Кейл отвернулся, не желая видеть настолько уродливое лицо. В то же время он услышал голос Тунки, который говорил Пелии: — Сегодня появился новый воин!       Кейл видел людей, которые приближались к ним, услышав громкий голос Тунки. На их лицах было предвкушение. Казалось, они не смотрели свысока на своего лидера за потерю сознания, и не имели какой-либо враждебности по отношению к Чхве Хану за избиение их лидера. Хотя мастер меча определённо был готов к тому, что ему придётся сразиться с теми, кто будет несогласен с поражением предводителя. Воин.       Это был крутой титул, несравнимый с этими глупыми магами. И сегодня появился человек, заслуживающий его носить. — Сегодня вечером у нас будет праздник! Приготовьте всё необходимое!       Воины снова начали топать ногами, выражая радость. Во время поединка они болели за Чхве Хана и Тунку. Хотя их называли варварами из-за подобных действий, Кейлу было всё равно.       Конечно, наверняка найдутся солдаты, чей боевой дух упадёт из-за проигрыша Тунки, а также лидеры, которые затаят обиду на команду Кейла. «Но это не моя забота.»       Ему просто нужно было взять то, ради чего прибыл сюда. Как только он сделает всё необходимое, они с Кайлой уедут из этого королевства. Кейл слышал Тунку, который говорил Чхве Хану: — Воин! В следующий раз я обязательно убью тебя! Мухахахаха!       Кейл обернулся и увидел, как мастер меча, стоящий рядом с Кайлой, хмурится. Даже в романе Чхве Хан испытывал сильную неприязнь к Тунке. Сейчас же, судя по тому, с какой силой он сжал ножны меча, варвар раздражал его ещё сильнее. Но к счастью кровопролития не произошло, потому что Кайла отвлекла мечника. Заговорила о чём-то, а после захихикала, прикрыв губы кулачком. Чхве Хан расслабил пальцы, которыми стискивал ножны меча, и улыбнулся, глядя на дворянку.       Тунка же тем временем обратился уже к Кейлу: — Я разрушил её меньше, как и договаривались!       Это означало, что теперь они собирались пойти посмотреть на Волшебную Башню. Они с Кайлой уже всё обговорили и сошлись на том, что с Кейлом пойдут котята, Раон, Чхве Хан и Бикрос. А также Билос и Ханс. Сама же девушка останется в лагере, вместе с волчатами и Розалин, под присмотром Лихта. Феникс защитит её в случае чего.       Кейл похлопал бледного Билоса по плечу. — Билос. — Да, сэр. — Иди и собери всех за пределами лагеря.       Билос, казалось, смутился, но подчинился. Хотя прежде, чем уйти, указал на стоящего поблизости мужчину: — Конечно. Но сначала мне нужно кое-кого вам представить.       Кейл посмотрел, на кого указывал Билос. Каштановые волосы и карие глаза, наряду с самым обычным лицом, не привлекали внимания. Он казался обычным и посредственным настолько, что из-за этого выглядел уникальным. — Молодой господин, это господин Хароль, один из лидеров. В настоящее время он является верховным главнокомандующим всей фракции. — Приятно познакомиться, молодой мастер Кейл. Меня зовут Хароль.       У жителей Королевства Вайпер не было фамилии. Кейл протянул руку к Харолю. — Приятно познакомиться. Я Кейл.       Хароль осторожно пожал Кейлу руку и тихо прошептал: — Думаю, молодой мастер Кейл тот, кому наш лидер Тунка пообещал продать Волшебную Башню.       Кейл ничего на это не ответил и только улыбнулся, отпустив руку Хароля. — Для меня большая честь познакомиться с вами. Думаю, с этого момента нам будет о чём поговорить.       Хенитьюз мягко ответил: — Полагаю, вы правы.

***

      Стоя перед Волшебной Башней, нельзя было не признать, что сооружение было впечатляющим. Башня, насчитывающая двадцать этажей, была вторым по высоте зданием на всём континенте. Самым высоким зданием была колокольня имперского алхимика. "Всё лучше, чем я ожидал."       Разрушения, которые Тунка причинил Волшебной Башне, оказались не столь значительны, чем Кейл ожидал. Лишь несколько внешних стен были разрушены. По сравнению с этим все окна и внутренности были в полном беспорядке.       Кейл отвёл взгляд от Волшебной Башни, посмотрев на Тунку. — Ты тоже идёшь?       Этот вопрос заставил Тунку нахмуриться. — Ты думаешь, я сумасшедший? Зачем мне идти в это грязное место? Хароль поможет тебе.       Сказав это, Тунка посмотрел в сторону Бикроса, Хиллсмана, детей-волков и Лака. Всё потому, что он чувствовал сильный запах от них. Затем он также посмотрел на двух котят на руках Кейла. Такого же взгляда удостоилась Кайла, с непонятной задумчивостью смотрящая на Башню.       Тунка посмотрел в сторону Чхве Хана, который разговаривал с Розалин, но нет-нет, да поглядывал на дворянку, что держала на руках чёрного котёнка. — Ты интересен, потому что слаб.       Кейл, естественно, проигнорировал Тунку, однако тот продолжил говорить: — Слабак, который странно выглядит сильным.       Однако больше Тунка не смог продолжать говорить. Всё потому, что Чхве Хан неожиданно на него посмотрел. Тунка широко улыбнулся взгляду мастера меча, и пошёл к нему. — Что? Ты хочешь драться?       Чхве Хан вздохнул, и начал игнорировать Тунку. Куда больше его интересовало то, чтобы леди Кайла не споткнулась, глядя в сторону Башни и перемещаясь чуть дальше, шагая спиной вперёд. Видя, как она щурится, задумчиво почёсывая за ушками своего котёнка, мастер меча хотел бы узнать, о чём она думает.       Немного понаблюдав за взаимодействием Тунки и Чхве Хана, Кейл посмотрел на Билоса и Хароля, разговаривающих друг с другом. Затем он начал гладить котят на руках, тихо напевая: — Давайте поймаем крысу, давайте поймаем крысу. Сколько крыс?       Передняя лапа Он шевельнулась, хлопнув по руке Кейла один раз.       Кейл добавил ещё более тихим голосом: — Только не делайте ему больно. Жизнь драгоценна.       Хон фыркнул, после чего дважды постучал передней лапой, и завилял хвостом. Котята предвкушали охоту, понимая, что ловля крысы может оказаться веселее всех тех игр, которые им предлагала Кайла. Хотя глядя на то, как девушка о чём-то говорит с волчатами, очень хотелось узнать, что заставляет детей-волков так улыбаться, окружая дворянку. Впрочем, они смогут всё узнать, когда вернутся.       Хароль и Тунка вскоре подошли к Кейлу. Тунка указал на Хароля и дружелюбно сказал: — Наш Хароль проведёт тебя. Пелия тоже пойдёт с вами.       Совершенно очевидно, для чего с ними идёт Пелия. Она будет охранять Хароля. Кейл кивнул и спросил: — Вы убрали трупы магов в Башне? — Я оставил там несколько штук.       Кейл знал, что ответ будет таким, и сохранил невозмутимое лицо. Нельзя сказать, что его сильно беспокоило то, будут ли у них на пути трупы или нет, однако идти по телам не хотелось. Даже хорошо, что Кайла приняла решение остаться в лагере. Пусть её одежда и обувь подходили для путешествий, вести за собой сестру в место, где ужасное зловоние из-за пролитой крови и начавших разлагаться тел, не хотелось совершенно. Пусть лучше побудет за пределами Башни.       Тунка наблюдал за спокойным поведением Кейла, после чего добавил: — Эти ублюдки не нуждаются в упокоении души. Я планирую избавиться от них, когда в королевстве больше не останется магов. От них не останется никаких следов.       Вопреки своему обыкновенному громкому голосу, на этот раз Тунка говорил тихо. Однако Кейл не обратил особого внимания на его слова. Ему было безразлично, что варвар будет делать с оставшимися магами, которые наверняка примут предложение кронпринца, Альберу Кроссмана, и воспользуются убежищем. Их примут в Роан, и там они обретут новую жизнь, которую посветят королевству. Только вот прежней вольности они не получат.       Затем Кейл спросил Тунку: — Можно войти?       Он опустил двух котят на землю. Пока входная дверь остаётся открытой, они втайне самостоятельно будут исследовать Башню. Он был уверен, что они сделают всё, что необходимо.       Бикрос и Чхве Хан приблизились и встали позади Кейла. Увидев Бикроса за своей спиной, Кейл удивился. Однако Молан с отвращением смотрел лишь в сторону избитого Тунки. Это связано с тем, при каких обстоятельствах произошла первая встреча двойняшек Хенитьюз, а также из-за нетерпимости шеф-повара к грязи. Кровь для него тоже была грязью, а ведь Тунку валяли по земле, но тот даже не потрудился утереть лицо, чего уж говорить про умывание. — Хароль. — Да, — названный посмотрел на Тунку и обратился к Хенитьюзу: — Молодой мастер Кейл, я буду сопровождать вас.       Дверь Волшебной Башни открылась, и Кейл нахмурился, небрежно сказав Харолю и Тунке, которые смотрели на него: — Такое сильное зловоние.       Первый этаж Волшебной Башни. Как только дверь открылась, Кейл увидел труп в золотой мантии, которая символизировала Мастера Волшебной Башни, а также разрушенные устройства внутри. Совершенно очевидно, что это самое малое, что члены не-магической фракции сотворили с внутренним убранством, и всё же...       Кейл с отвращением обратился к сумасшедшим, которые были причиной всего этого: — Оставьте дверь открытой, чтобы проветрилось. Терпеть не могу этот запах.       Затем он сказал Тунке: — И прикройте труп. Я слабый, поэтому не могу долго смотреть на мертвеца.       Тунка фыркнул, но всё же кивнул солдатам, охранявшим вход.       Хенитьюз посмотрел на бледную, но спокойную Розалин, перевёл взгляд на Кайлу. Та встретила его взгляд абсолютно спокойно, и пусть улыбка была слабой, падать в обморок она не собиралась. Убедившись, что всё будет в порядке, даже если она не пойдёт внутрь, он оставил её и остальных позади, а сам вошёл в Волшебную Башню.       Чхве Хан и Бикрос последовали за ним.

***

      Кейл ушёл, а Кайла вместе с компанией прошла в палатку, которую им предоставили по распоряжению Тунки. И пусть взгляды, которые их сопровождали, были далеки от приветливых, она не придавала этому значения. Всё её внимание было обращено на детей, которые рассказывали ей о тренировках в деревне Харрис. В присутствии Кейла они не решались об этом говорить, сомневаясь, что достигнутых успехов достаточно, чтобы о них рассказывать. Но его сестре, которая внушает доверие одним своим взглядом, хотелось довериться; поведать о своих успехах, поделиться неудачами и получить в ответ поддержку.       Палатка была большая, мало чем уступая той, которую занимали вожди. Однако в ней практически ничего не было. Стол, стулья, графины с водой и стаканы. Весьма скудная обстановка намекала, что до возвращения Кейла им заняться будет нечем, что было не слишком-то хорошо. Десять мучающихся от безделья детей — это страшно. Особенно когда дети не совсем обычные и обладают нечеловеческой силой. Розалин ничем помочь не сможет, не используя магию. Вся надежда на Лака, но и он казался расстроенным от того, что его не взяли в Башню. — Как насчёт игры?       Стоило поступить предложению, как волчата заинтересованно повернули головы. Будь у них ушки, как у зверят, они точно встали бы на макушке торчком. Даже обладая огромной силой, они всё ещё остаются детьми. Даже Лак, выглядящий лет на 18-20, но являющийся всего лишь тринадцатилетним подростком ещё не вышел из того возраста, когда можно интересоваться играми. — Сыграем в музыкальное яблоко, — Кайла вытащила из сумочки указанный фрукт, показывая его детям. Как хорошо, что она догадалась взять его на случай, если захочет перекусить. Вообще яблок у неё четыре, но для игры хватит и одного. Тем более роль у него условная. — Нас здесь тринадцать, правильно? Нам нужно тринадцать спичек или зубочисток.       Когда необходимое количество оказалось воткнуто в яблоко, превращая его в этакого ежа, Кайла опустилась прямо на пол. Благо сидеть не на голой земле, а она не в юбке. Дети последовали её примеру, с нетерпением ожидая правил игры. — Теперь, как мы будем играть. Пока я зачитываю считалку, мы передаём яблоко сидящему рядом соседу. Как только я замолкаю, тот, у кого в руках окажется яблоко, должен вытащить одну зубочистку и спеть песенку. Можно загадать загадку, рассказать стишок, или какую-то историю. Игра продолжается до тех пор, пока зубочисток не останется. Победителем будет тот, кто знает больше всех песен, загадок и стихов. Согласны? — Да!       Как ни странно, интересно было не только детям, но и Лаку с Розалин. Последняя так и вовсе узнала о такой игре впервые; всё же во дворце играть было некогда. Когда твоё окружение плетёт интриги, а жизни угрожает опасность, приходится быстро взрослеть. Поэтому магесса смеялась, подпевала, слушала истории и вместе со всеми думала над загадками.       Победительницей стала девочка Нима, которая знала много загадок. С кандидатурой не спорили, хотя Розалин тоже хорошо справлялась. Однако магесса решила уступить первое место волчице, которая радовалась победе вместе с семьёй. Ей вручили сочное яблоко из запасов Кайлы. Обидно никому не было и все посмотрели на Хенитьюз в ожидании. Эта игра была хороша, но играть в неё второй раз будет не интересно, так что дети ожидали новой игры. — Хорошо-хорошо, — девушка хлопнула в ладоши и поднялась на ноги, наблюдая за тем, как дети повторяют за ней. Кайла улыбнулась и окинула взглядом их компанию. — Хм, нас нечётное количество. Не возражаете, если я буду ведущей? — Мы не против! — Давайте! — Отлично. Давайте разделимся на две команды. В команде должно быть одинаковое количество участников. Кто с кем хочет?       Дети поделились самостоятельно, а Лак и Розалин разделились сами, присоединившись к разным командам. Так было честно. — Замечательно. Теперь слушаем правила. Игра называется "Крокодил". Не обращайте внимания на название, суть будет иная. Команды придумывают себе название, и чем забавнее, тем лучше. Дальше, капитаны команд отходят туда, где их не услышат, и придумывают какое-нибудь слово. Это может быть тот же самый крокодил, или дракон, или тигр и так далее. Не говоря этого слова, нужно при помощи пантомимы показать его. То есть если это тигр, становитесь на четвереньки, рычите, показываете клыки. Команды могут задавать наводящие вопросы, но капитаны должны молчать. На вопросы можно отвечать либо "да", либо "нет". Задавать вопросы по одному, чтобы капитаны успевали реагировать. Это игра, конечно, но давайте не будет превращать всё в балаган. Иначе к нам заглянет тот чудак, с которым дрался наш Чхве Хан. Все вы сильны, а значит вполне можете привлечь внимание этого одержимого битвами дурака. Договорились?       Волчата помнили Тунку не только благодаря битве с мастером меча. Они помнили, в каком виде двойняшки Хенитьюз вернулись после той прогулки; мокрые, покрытые каменной крошкой и дрожащие от холода. Пусть никто напрямую ничего не говорил, но дети были сообразительными, так что поняли всё самостоятельно. — Мы поняли. — Сделаем всё, как вы сказали, молодая госпожа Кайла. — В таком случае начнём.       Игра началась. Команда Розалин, «разноцветные тефтельки» противостояла команде Лака, «любители мясных запеканок». Как ни старались издавать как можно меньше шума, хохот и звонкие голоса сдержать было нереально. Тем более Лак, изображая виверну, обегал команды, размахивал руками-крыльями и норовил схватить детишек. Те повизгивали, уклонялись и хохотали, когда ловкие пальцы братца проходились по бокам. Как ни странно, Кайле тоже доставалось, так что она не сразу обратила внимание на то, что ей стало жарко. — Кайла? Ты в порядке? — спросила Розалин, увидев, как Хенитьюз утирает испарину со лба, хотя подвижная часть игр закончилась минут пять назад. — Да, всё хорошо. Просто жарковато стало.       Кайла чувствовала нарастающий жар, так что отошла к столу, где стоял графин с водой. Однако это не помогло, что её не на шутку обеспокоило. Но что беспокоило сильнее, так это тревожный клекот Лихта. [Тому мальчишке лучше поскорее вернуться!] — Ты имеешь в виду… Кейл? [Разумеется! Ваша кровь в тот раз связала вас обоих со мной. И если его нет рядом с тобой… сила нарастает] — Так уменьши её! […] — Лихт? [Не могу] — Что значит не можешь?! — Кайла не на шутку взволновалась, не обратив внимания на то, что произошло со столом, за который она держалась. От того места, где она сжала пальцами столешницу, поднимался дымок, что привлекло внимание остальных. [Если уменьшу сейчас, на восстановление температуры огня уйдёт немало времени. И тебе будет хуже] — Хуже, чем сейчас? [Да. Сейчас ты горишь, а в случае, если я снижу температуру, будешь замерзать]       Хенитьюз проглотила нецензурную брань, готовую сорваться с языка, и взяла графин с водой. Не тратя время на раздумья, она вылила содержимое на голову, чувствуя мимолётное облегчение. Пока вода не начала испаряться. Неужели всё настолько серьёзно? Почему в таком случае раньше не было проблем с температурой? Лихт справлялся, а теперь не может? — Кайла? — Роза... мне надо... холод... воды...       Магесса, увидев, что стало с краем столешницы и сопоставив то, что ей уже было известно, тут же повернулась к волчатам. Те смотрели обеспокоено, но вместе с тем были готовы начать действовать. — Нужна ванна и холодная вода. Девочки, присмотрите за Кайлой. Лак, мальчики, идём.       Вернувшийся Кейл поразился тому, что Кайла лежит в лохани с холодной водой прямо в одежде. Видя, что щёки двойняшки покрыты нездоровым румянцем, он сделал шаг ближе и открыл рот для вопроса, когда в голове раздалась трель: [Наконец-то, человеческий ребёнок. Подойди ближе и возьми её за руку. Левую]       Приблизившись, Хенитьюз глубоко вдохнул, ощутив, как то, что свербело внутри всё то время, пока он был в Башне, наконец-то унимается. Беспокойство за Кайлу не мешало заниматься делом, однако нервировало, заставляя вновь и вновь думать о том, что с сестрой, как она себя чувствует и не докучает ли ей кто. Однако сейчас, держа в руках нежную ладонь двойняшки, он был абсолютно спокоен. — Что случилось? — Лихт, — прошептала Кайла, облизнув губы и сглотнув. — Помнишь в гостинице, когда были в городе Посыль, ты подумал, что я решила порезать вены и схватился за кинжал? Наша кровь упала на медальон. — Помню. — Как я поняла из объяснений Лихта, пока мы вместе, температура стабильна, и благодаря его пламени нам холода нипочём. Однако если мы разойдёмся... будет вот это. Температура моего тела неуклонно росла, достигая максимума. Спасибо Розалин и детям, не позволили мне сгореть. — Это как-то связано с тем, что ты подопечная феникса? — Ага. Только сомневаюсь что-то, что смогла бы восстать из пепла, как они, — усмехнулась Кайла, глубоко вдыхая. На щеках всё ещё оставался румянец, но не столь болезненный, каким был несколько минут назад. — Согласно словам Лихта нам нужно снова повторить ту процедуру со смешением крови. Я ношу тот медальон с собой, так что со мной ничего не происходило, когда мы расставались. Однако действует это недолго. Чуть больше двух месяцев. — Нам нужно повторить и обагрить кровью тот медальон? — Да.       Хенитьюз выбралась из лохани, подождала, пока вся влага испарится — из-за чего в палатке была настоящая парная и пришлось откидывать полог — и достала из кармана медальон.       Сделав порезы на левых ладонях, двойняшки взялись за руки и сжали, наблюдая за тем, как их кровь обагряет камень. Украшение начало светиться, вбирая в себя силу жизней брата и сестры. Как только был достигнут предел — всё же имея маленький размер он не мог вместить большое количество энергии — сияние прекратилось. У Кейла порез зажил благодаря [Энергии Сердца], а о ране Кайлы позаботился феникс, устранивший полученный урон. — Теперь ты будешь в порядке, даже если я уйду? — спросил Кейл, глядя на то, как сестра надевает медальон. — У тебя планы на вечер? — Да. Нужно сходить в Башню и отловить одну крысу. — Хорошо. Я буду ждать тебя здесь. — Не пойдёшь на праздник, устроенный в честь воина Чхве Хана? — усмехнулся Кейл, усмиряя сердце. Всё теперь будет в порядке, и вернувшись, он вновь увидит её. Целой и невредимой. — Нет, — сморщив носик, Кайла проверила ладонь брата и улыбнулась, не увидев пореза. — Я дождусь тебя здесь. У меня рядом с Башней голова болела, а уж внутри мне точно будет не по себе.       Глядя на неё, Хенитьюз вздохнул. И не противился, когда сестра прильнула к его груди, прислушиваясь к сердечному ритму. Обхватил её руками, втянув носом аромат духов, который действовал успокаивающе не только на него. К счастью Кайла останется не одна, а значит даже если ей станет нехорошо — чего очень не хотелось бы — она не останется в одиночестве. Как минимум Розалин и дети-волки будут с ней.