Я сбежала, чтобы ты меня нашёл

Месяц Эда и Серкан наслаждались обществом друг друга, проводя вместе почти всё время. Они посетили все самые известные и малоизвестные достопримечательности Стамбула, поужинали как в самых изысканных ресторанах, так и в самых непримечательных. Им было абсолютно без разницы, какое место это было: они редко отрывались взглядами друг от друга. Иногда они были близки к тому, чтобы перейти все границы где-то в общественном месте, что Анил или Абдулла демонстративно откашливались, напоминая, что они не одни. Хотя они и часто видели то, как сильно пара любит друг друга, прекрасно понимали, что Болаты иногда настолько растворялись в друг друге, что им нужно было напомнить, где они находятся. За что пара была им очень благодарна каждый раз. В один из дней телефон Эды зазвонил, и Серкан заметил, как она застыла в ужасе. Мужчина не понимал, кто это может быть, но повернув телефон к себе, он прочитал знакомое имя — Дженк. — Позволишь мне? — поинтересовался Болат у жены, и она с трудом кивнула. Перед глазами девушки так и стояли события, произошедшие в её последний день в Америке, и она никак не могла с этим справиться. Серкан ответил на звонок и поставил громкую связь, о чём почти сразу пожалел, — Алло? — Кто это? — прозвучал голос на другом конце трубки, — неужели сам Серкан Болат? — Он самый. Что тебе нужно? — злобно поинтересовался Болат. — Да хотел поговорить с твоей жёнушкой. Узнать, каково это не давать три года мужчине, которого любила, но раздвинуть ноги, чтобы выскочить замуж за обеспеченного дядьку, — усмехнувшись, говорил абонент, — сколько у вас там разница в возрасте? Лет 10? — Семь, — через зубы ответил Серкан, — если бы ты был мужиком, у твоей девушки не было бы проблем с доверием к тебе. Ты правда думаешь, что она тебя любила, если даже не могла тебе доверять? Но тебе, наверное, даже и представить сложно, что я женился на Эде спустя неделю, потому что влюбился с первого взгляда, — спокойно говорил Болат и послал воздушный поцелуй жене, которая успокоилась, когда услышала слова мужа. — Ну, конечно, влюбился. Просто она девственница, вот и всё. Я бы тоже хотел попробовать с ней, — также не унимался бывший, и Болат услышал, что собеседник пьян. — Короче, можешь возвращаться к своим девкам, с которыми ты был, пока Эда ждала тебя в Бостоне. Мы с Эдой в курсе твоих похождений. А пока ты будешь трахаться с первыми встречными, которые тебе дадут, я буду заниматься любовью с самой прекрасной женщиной на планете. Верность — это не слабость, Дженк, — поучал Болат, — а если ты ещё раз позвонишь Эде или, не дай Аллах, попробуешь подойти к ней, тебе будет сложно пересчитать количество переломов. Уж поверь, не стоит связываться с Болатами, — закончил Серкан и повесил трубку. Брюнетка порывисто кинулась ему на шею и начала одаривать его лицо поцелуями, шепча, что никого, кроме него она не любила никогда. После разговора с Дженком он снова осознал, что Эда ничего не делая, закрыла ему доступ к другим женщинам. Он вообще не обращал внимание на противоположный пол. Не то чтобы он планировал изменять ей, но однажды на встрече с Денизом Карсу по вопросу ухудшения показателей Анкары, тот обратил внимание на красоту двух девушек. Болат перевёл незаинтересованный взгляд в сторону представительниц, которые активно пытались привлечь внимание мужчин с обручальными кольцами, и сразу же отвернулся, фыркая. Дома его ждала самая прекрасная жена: заботливая, умная, а ещё и сама страстная в постели. Оказалось, что Эда Йылдыз, открывшая для себя мир секса, быстро прониклась любовью к этому процессу и, кажется, иногда была даже более голодной, чем её буквально ненасытный муж. И так некогда известный своими похождениями Болат стал абсолютно недоступен для прекрасной половины человечества. — Любимая, что мы с тобой говорили про дресс-код? — поинтересовался Серкан над ухом жены, подходя к её стулу в общем зале. Девушка закатила глаза, потому что Болат щепетильно относился к её гардеробу на работе. В обычной жизни он был не против даже ультракоротких юбок, но на работе просил сохранять субординацию. И не потому что ревновал девушку, хотя это тоже, а находил и так безумно сложным концентрироваться на работе, когда она рядом, а её мини-платья делали эту задачу практически невозможной, — ты что опять закатила глаза? — прошептал он, опаляя своим горячим дыханием шею девушки, на что она закусила нижнюю губу и схватилась за столешницу, потому что даже сидя не могла контролировать себя. — Даже если так? — передразнила она, — накажешь меня? — В мой кабинет! Живо! — прикрикнул он, и весь зал перевёл на них взгляд. Никто из коллег не мог представить, для чего Болат зовёт свою жену в офис. Подчинённые знали его с безжалостной стороны, поэтому они скорее боялись за психику брюнетки. Эда ухмыльнулась, прекрасно зная, какой эффект её слова произвели на мужа и встала, прекрасно отыгрывая роль того, что она провинилась, чтобы никто не понял, что планирует сделать босс. Они поднялись на второй этаж, и Серкан закрыл дверь на замок после того, как пропустил жену внутрь. Она хотела развернуться, чтобы видеть мужа, но он прижал её спиной к своему торсу. Она тихо простонала, когда почувствовала эрекцию мужчины, и призывно потёрлась свои ягодицами. Болат быстро подхватил девушку и проследовал к столу, опуская её животом на стол. Девушка нагнулась, но не расставила ноги, что за неё сделал мужчина, раздвигая эти длинные ноги своей одной ногой. Он спустился рукой от талии девушки, за которую держал всё это время, к изнемогающему от желания лону девушки и выругался, — какая же ты чертовка, Эда Болат, — прошептал он, закусывая ухо девушки, когда не обнаружил нижнего белья на жене. Болат поднял и без того мало что прикрывающую юбку девушки и опустился на колени, проникая своими пальцами внутрь девушки, а второй рукой играя с клитором, превращая Йылдыз в комок всхлипывания, стонов и царапин на дорогой дубовой столешнице его рабочего места. Она выгнулась в спине, содрогаясь от нахлынувшей разрядки, буквально через несколько минут умелых манипуляций любимого и схватилась за край поверхности, пытаясь хоть как-то справиться с оргазмом. Мужчина не дал жене времени прийти в себя и расстегнул брюки, проникая в неё на всю длину своего истосковавшегося по близости с женой члена. Истосковавшегося за пару часов, потому что утром они принимали очень горячий душ вместе. Эда, всё ещё слишком чувствительная после оргазма, болезненно вскрикнула, когда почувствовала толстый орган внутри себя, но достаточно быстро подстроилась бёдрами под грубый безжалостный ритм мужа. Он аккуратно намотал волосы на свой кулак и потянул за них, поднимая девушку к себе, приникая ещё глубже и задевая всё больше нервных окончаний внутри неё. Пара слилась в страстном поцелуе, пока Серкан, как обезумевший, вколачивался в миниатюрное тело жены. Его толчки стали менее скоординированными, когда он почувствовал первые спазмы мышц брюнетки, и она добила его, когда воскликнула своим хриплым голосом имя мужа, приближая его освобождение минут на 5. Они кончили одновременно, облокачиваясь на стол. Тело Эды было покрыто следами рук мужа: ягодицы от его шлепков, талия от того, как он сжимал её, пока выбивал из неё любовь к неподчинению, а грудь, которую он оголил, разорвав блузку жены где-то в самом начале, от того, как он не мог перестать наслаждаться тем, как она идеально помещалась в его ладонь. Они учащённо дышали, пытаясь хоть как-то угомонить колотящееся сердце. Мужчина пришёл в себя первый, вышел из брюнетки и развернул её лицом к себе, усаживая на стол и снова припадая к губам любимой. Один Аллах знает, сколько они целовались, но прервал их настойчивый стук в дверь и голос Селин, которая предупредила о том, что новый заказчик уже ожидает внизу. Болаты быстро поправили одежду, Эда стерла с губ мужчины следы своей помады, а Серкан заботливо достал из своей тайной комнаты рубашку, чтобы девушка не вышла в чём мать родила. — Может быть мне стоит всегда носить мини, чтобы ты всегда меня так наказывал, — ехидно сказала она. — Тебе стоит просто попросить, — рассмеялся он. — Нет, тогда не будет такого азарта, — доставая из кармана его пиджака свои трусики, сказала она. Брови Болата полезли наверх от этой картины, и он уже хотел отменить совещание. — Кажется, нам стоит попробовать ролевые игры, любимая, — передразнил Болат, легонько шлёпнув брюнетку, чтобы она поторапливалась. Супружеская пара спустилась к конференц-залу, и Болат, пропустив жену первой, был близок к убийству от того, как нагло клиент осматривал девушку. Эда тоже заметила этот пристальный взгляд и демонстративно поправила цепочку рукой, на которой находилось её обручальное кольцо. Серкан, заметив этот жест жены, хотел уже провести совещание с Эдой, сидещей на его коленях, чтобы этот мужчина голубых кровей наконец-то перестал сверлить взглядом её жену. Сеймена перестал волновать дизайн дома сразу после того, как руководитель огласил, что Эда будет заниматься ландшафтом. Скользкий тип, безумно скользкий. Болат чувствовал это всем своим нутром, и как бы Эда не старалась сместить фокус внимания с себя, ей никак не удавалось, потому что мужчина буквально прожигал в ней дыру, одаривая её слишком слащавыми комплиментами. Когда всё-таки совещание было окончено, чета буквально подорвались со своих стульев, чтобы быстрее выпроводить мужчину голубых кровей. — Я очень рад сотрудничеству с ArtLife, — тянул зеленоглазый, пристально смотря в глаза брюнетки, — госпожа Эда, вы не хотели бы посмотреть территорию перед тем, как делать чертежи? — Мы с господином Серканом обсудим этот вопрос и сообщим вам, всё-таки у меня есть уже анализы земли и 3D-картина всего участка, — Эде было очень сложно сохранить профессионализм, и она буквально выдернула свою руку из плена большой шершавой руки. — Господин Серкан, вы прямо держите своих сотрудников под неусытным контролем. Неужели госпожа Эда не может съездить со мной посмотреть землю? — не унимался блондин. — Вы правы, господин Сеймен. Я очень пристально слежу за своими подчинёнными, а ещё больше слежу за своей женой, — Серкан собственнически положил руку на тонкую талию. Он всегда был против проявления чувств на публике, но уже не знал, что сделать, чтобы отвадить принца от его феи. Точнее он знал, что он мог бы сделать, но не горел желанием оставлять синяки на клиенте, — хотя я и доверяю Эде, как себе, но вы сами видите, какая она у меня красивая и добрая. Так что, если нам понадобится осмотреть ландшафт, мы обязательно это сделаем. Болат понимал, что он звучит, как подросток, когда так говорит о своей жене, но он ничего не мог поделать. Да, Эда была безумно красивой женщиной, но она ведь несколько раз старалась намекнуть на то, что не заинтересована в подобной компании. Она половину совещания демонстративно крутила своё обручальное кольцо. Конечно, учитывая, что Семейн приехал из Дубая, чтобы осесть в Стамбуле, только недавно, не дало ему понимание, что Серкан Болат не просто бизнесмен, а ещё и глава мафии Турции, но Серкан не мог позволить чужому мужчине раздевать его жену глазами прямо у него перед носом. Аллах, угораздило же его жениться на такой красивой женщине. — Госпожа Эда, вы что замужем? — всё также не отрывая взгялда от брюнетки, спросил он, и Серкан закатил глаза. Вот на что рассчитывает этот мужчина? — Да, господин Сеймен. Мы с господином Серканом не только тандем на работе, но и в жизни, — притворно улыбаясь, заверила брюнетка. — Какой неприятный мужчина, — пробурчала себе под нос девушка, когда принц наконец-то удалился. — Он мне кажется каким-то скользким. И это не только потому что он старательно не замечал то, что ты замужем, — пояснил он, когда Эда усмехнулась на его первое предложение, — нам нужно будет быть вдвое внимательными с ним. — Мне кажется, ты немного преувеличиваешь, — пожала плечами Йылдыз. — То есть он тебе понравился? Как хорошо, что ты весь день под охраной, — насупившись, сказал Болат. — Ты такой милый, когда ревнуешь, — оставляя быстрый поцелуй на губах мужа, сказала она, еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться от его детских повадок. Серкан расплылся в улыбке, когда почувствовал любимые губы. Всё, что нужно было сделать Эде, чтобы получить от него всё, что захочет — прикоснуться своими губами к его, и он положит весь мир к её ногам, — не переживай, единственное имя, которое я буду кричать во время оргазма, будет твоим, — прошептала она ему на ухо и легонько прикусила мочку уха. Серкан сильнее сжал талию девушки, когда услышал эти слова и простонал хриплое «Эда». Как она это делает? Ещё месяц назад она была девственницей, а сейчас вытворяет такие вещи. Мужчине снова понадобилась вся своя выдержка, чтобы не взять её на столе его конференц-зала, но он всё-таки отыгрался за поведение любимой, увлекая её в поцелуй, который быстро прервал и молча вышел из кабинета. Спустя две недели, лежа в кровати, Серкан решил узнать отношение Эды к детям. Она ему уже говорила, что хочет детей, но никогда не обозначала хотя бы примерные сроки. Хотя мужчина и понимал, что они вместе только два с половиной месяца, его уже на протяжении двух недель преследовал один прекрасный сон, в котором главными героинями были две самые красивые женщины планеты — его жена и его дочь, которая в его сне была возрастом чуть старше нескольких месяцев. Они лежали на кровати, он занимался своим привычном делом — играл с волнистыми волосами, а она что-то рисовала изящным пальцем на груди. Серкан каждый раз пытался разгадать её послания, и он правда мог иногда прочитать её «эскизы». Несколько дней назад она рисовала какой-то цветок, название которого Серкан не знал, пока не пришёл в цветочный, чтобы по памяти найти что-то похожее. Оказалось, это был диантус, и он принёс домой букет таких размеров, что одного охранника пришлось отправить за новой вазой. Эда просветила его, что этот цветок означает любовь и восхищение. Только Эда Болат могла оставлять такие послания для него и так безудержно радоваться, когда увидела букет в руках своего мужа. — Эда, любимая, — тихо окликнул Серкан, надеясь, что девушка пока не уснула, она подняла на него свои шоколадные глаза, и он автоматически расплылся в улыбке, — я хотел у тебя узнать. Ты говорила, что хочешь детей, и мне интересно, понимаешь ли ты, ну, как сказать, через сколько? — от того, как мялся Серкан, задавая вопрос, она чуть не расхохоталась в голос, но смогла сдержаться, чтобы не обидеть мужа. — Я не думала об этом, Серкан. Мне кажется, когда мы оба будем готовы к такой ответственности, так сразу, — опять не дала чёткого ответа госпожа Болат, и рыжеволосый, который не любил неопределенность в своей жизни, громко вздохнул, — а ты как относишься к детям? — Я бы очень хотел детей с тобой. После нашего первого занятия любовью я вспомнил, что мы забыли о защите, и мозг подбросил мне парочку картинок: тебя беременную, тебя с малышом, много детей в нашем саду, а сейчас я уже вторую неделю вижу один и тот же сон: как ты укачиваешь нашу дочку, — признался мужчину, и заметил на щеках жены слёзы, — любимая, ты почему плачешь? Я что-то не так сказал? — судорожно гадал архитектор, анализируя каждое сказанное слово. — Я никогда не думала, что ты скажешь мне такое. Ты меня уже два месяца удивляешь, — всхлипывала девушка, и Болат переместил её к себе на торс, так чтобы он мог оставлять поцелуи на её милом личике. — Любимая, ты самое ценное, что есть в моей жизни, самое лучшее, самое прекрасное, и я готов ждать твоего согласия стать мамой, сколько ты пожелаешь. Если бы была возможность, я бы уже завтра стал отцом нашего ребёнка, но я не буду на тебя давить, — одаряя жену поцелуями, сказал мужчина. — Серкан, я тоже хочу детей от тебя, — прошептала девушка, — я должна была завтра делать укол, но давай проконсультируемся с врачом насчёт этого вопроса, может быть, есть какие-то ограничения, — сердце Серкана замерло. Удивительная женщина. Болат накрыл губы брюнетки поцелуем, и, несмотря на то что они были практически измождены, он не мог не заняться любовью с ней. На следующий день первым делом пара отправилась в клинику, которой владел отец Эды. Её гинекологом была одна из самых известных врачей страны, но для Йылдыз-Болат окошко всегда было у любого специалиста в этой больнице. Серкан нервно постукивал ногой по плитке в комнате УЗИ, пока доктор Дефне скрупулёзно проводила осмотр. Эду одновременно умиляло это желание её мужа стать отцом и раздражало его нетерпимость. — Госпожа Эда, господин Серкан, пришли ваши анализы на генетическую совместимость и вероятность хромосомных мутаций у будущего ребёнка. Никаких предрасположенностей нет, поэтому я не вижу поводов вам не пробовать. Но должна вас предупредить, что после контрацептивного укола способность к зачатию может не вернуться в течение полугода-года. Советую вам расслабиться и просто жить, как раньше. Точно сказать вам, будет ли такая отсрочка у госпожи Эды я не могу, но если вы почувствуете сильные головные или абдоминальные боли или снижение либидо, обязательно обратитесь ко мне. Также если будет сбой цикла или что-то подозрительное, мой номер у вас есть, — чётко рассказала женщина, и Болат кивал на каждое её предложение. Брюнетка наблюдала за ним и представила Серкана с большим блокнотом в очках, чётко записывающего каждое предложение. Ему только оставалось остановить врача со словами «Помедленнее, я не успеваю». — Госпожа Дефне, можно вашу визитку? — спешно поинтересовался мужчина, который по своей природе был ипохондриком, и Эда была уверена, что если она в скором времени забеременеет, он просто с ума сойдёт со своей опекой. — Я уже говорил тебе, что влюбился в тебя, как сумасшедший? — поинтересовался Болат, прижимая жену к себе, как только дверь в кабинет закрылась за ними. — Говорил, но мне приятно это снова услышать, — лучезарно улыбаясь, ответила она, целуя мужа в уголок губ. — А ты мне что ничего не скажешь о своих чувствах? — поинтересовался Болат, показательно надувший губы. — И я влюблена тебя, как подросток, дорогой муж. Когда я тебя вижу, мои руки автоматически тянутся к тебе, а губы хотят снова почувствовать вкус твоих. Ты заставляешь моё сердце трепетать и делаешь самой счастливой на планете, да что уж там, в целой вселенной, — оставляя в конце каждого предложения поцелуи на разном участке лица мужа, признавалась брюнетка. Болат стоял с самой широкой улыбкой на лице, когда слушал свою жену, снова погружаясь в их иногда хрупкий, но всё равно самый счастливый мыльный пузырь. Иногда твой счастливый пузырь лопается спустя всего лишь ночь, как в их первый раз, а бывает — спустя четыре с половиной месяца после того, как они впервые сходили к врачу по поводу планирования беременности. Всем пузырям суждено когда-то лопаться, особенно, когда ты жена главы мафии Турции и одного из самых известных бизнесменов, а ты кажешься со стороны девочкой без рода и фамилии, как и говорила Селин Атакан. И вот снова Селин Атакан стала причиной, почему лопнул счастливый пузырь Эды и Серкана Болата. Стал причиной, почему Эда оказалась в больнице, а Серкан оказался в суде, пока его жена боролась за жизнь. Стал причиной, почему команда охраны Эды получила такой выговор от Дона, что одни из самых безжалостных мужчин страны, потупили глаза в пол, поражаясь своей глупости. Стал причиной, почему охрана семейной пары была удвоена, а в больнице — утроена. Стала причиной, почему Стамбул и Анкара временно остались без капо, а потом на смену Денизу Карсу временно или нет, встал Ферит Шимшек.

flashback

Эда заходит в архив и не может никак найти документ, который искала примерно полдня и ей пришлось даже спуститься в тёмное помещение на минус первом этаже, чтобы найти хотя бы печатную копию, на скан она уже не рассчитывала. Весь день у брюнетки кружилась голова и было какое-то плохое предчувствие, но отгоняла непрошеные мысли, ведь у них с Серканом было всё прекрасно. Свет предательски не хотел включаться, позволяя только тусклой лампочке в самом дальнем углу гореть. Она подошла к стеллажу, на котором было написано «2020 год. Третий квартал», и заметила, что в углу как будто прошла какая-то тень. Девушка лишь пожала плечами, убеждая себя, что не могло такого быть. И в следующую секунду всё вокруг стало нечётким, а в ещё через мнгновение — и вовсе почернело. Лишь на секунду её поразила сильная боль в голове и по всей площади тела ниже тазовых костей, а грудь стала тяжёлая. Но она практически сразу перестала что-либо чувствовать. В ту же секунду сердце Болата предательски заныло, и он перевёл взгляд в сторону стола Йылдыз, за котором не было обворожительной брюнетки. Последний раз, когда он проверял её, она уже покинула своё место, поэтому Серкан решил поинтересоваться у Абдуллы, где жена. Мужчина не смог дать вразумительного ответа боссу, и Серкан сорвался со своего места, пытаясь найти пропажу. Она была найдена в почему-то запертом архиве, лежащей без сознания под стеллажом. На груди девушки разместилась коробка, которая, вероятно весила килограммов 30, а ноги были прижаты тяжёлой кострукцией. Болат сначала хотел поднять стеллаж самостоятельно, но быстро вспомнил правила оказания первой помощи, набрал Мустафу и вызвал скорую, которая была при клинике Йылдырымов, вместе со службой спасения. Они показались спустя пяти минут и оперативно освободили девушку. Болат залез вместе с женой в карету скорой помощи и только сейчас до него дошло окончательно, что случилось. Во время спасательной операции явно в его голове подскочил адреналин, потому что он оперативно помогал спасателям и походил ко всем вопросам с холодной головой. Даже с более холодной, чем Мустафа, который увидел, в каком состоянии была его единственная дочь. В машине он позволил большим каплям слёз неконтролируемо скатываться по его щекам, пока девушке делали какие-то процедуры. Он не осознавал, что делают врачи, он мог только кричать о том, чтобы Эда его не оставляла и просить вернуться к нему, одаряя её руку, которую сжал, как бы пытаясь передать его возможность к существованию любимой жене, поцелуями. Она не слышала его, по крайней мере не подавала вида, и эта тишина была самой страшной в его жизни. Уже в клинике ей диагностировали многочисленные переломами, ушибами рёбер и внутренним кровотечением, которое быстро успели установить. Но, когда после проведённой операции, Серкан услышал: «госпожа Эда и ребёнок будут жить», всё тело мгновенно похолодело, понимая, что он мог потерять не только лучик солнца в его жизни, но и продолжение его бесконечной любви к фее. Архитектор кинул быстрое приказ разыскать виновного в этом. Он мог бы, конечно, подумать, что Эда была просто неаккуратной, но его натолкнуло на мысль о том, что у этого происшествия было заинтересованное лицо, когда он всё-таки вспомнил, что все стеллажи были прикручены к потолку и полу, чтобы таких случаев не случалось, а дверь в архив никогда не закрывалась на ключ в рабочее время. Да, для того, чтобы зайти в архив, нужно было приложить пропуск, но дополнительно закрывалась дверь только после вечернего обхода охраной. Пока госпожа Болат приходила в себя после перенесённых травм и шока, Пырыл прислала ему видео того, как Селин пытает рыться в его ноутбуке. На записи было отчётливо слышно, как рыжеволосая отчитывает pr-директора, и Болат сделал погромче, чтобы понять причину ссоры девушек. — Как тебе не стыдно, Селин? — поинтересовалась Сызгин, которая осталась единственным начальником в офисе после того, как Серкан уехал в госпиталь, а её муж был дома, следя за недавно родившимся малышом Джаном, — пытаешься удалить записи с компьютера Серкана? Во-первых, ты никогда не догадаешься, какой пароль, а, во-вторых, у него стоит дополнительная облачная система, ты не сможешь её хакнуть, — спокойно сказала рыжеволосая, складывая руки на груди. Она не могла поверить, что её некогда подруга могла подстроить покушение на жизнь жены босса, но она не намеревалась идти ей навстречу. — Ты ведь мне поможешь? — ехидно улыбнувшись, сказала Карсу. — Ни за что на свете, — помотала головой Пырыл. Селин в секунду подлетела к ней, хватая её за горло и прижимая к стене. — Да что ты такое говоришь? Разве тебя не бесит, как Эда устанавливает тут свои порядки, когда Серкана нет, разве тебя не бесит, что он перестал фокусироваться на работе, а постоянно кричита направо и налево «Эда! Эда!», да он помешался на ней, а она крутит им, как хочет! Я лишь покажу ему, что мир не крутится вокруг его дражайшей Йылдыз, — скрипя зубами, говорила блондинка, но рыжеволосая ни на йоту не испугалась. Она лишь пыталась вспомнить, когда началась эта маниакальная озабоченность Селин Серканом. До появления Эды на горизонте, она была достаточно счастлива с Карсу, а тут началось какое-то помешательство. — Селим! — хрипло прокричала рыжеволосая, и перед Атакан как будто материализовался широкоплечий парень, который был одним из охранников Серкана, которому было поручено следить за офисом, вдруг, что заметит. Он быстро выпустил Пырыл из хватки и аккуратно заломил левую руку пиарщицы, — Селим, эта девушка виновата в состоянии Эды. Можно посмотреть по камерам, — когда охранник услышал эти слова, его голубые, как море, глаза в секунду стали чёрными. Эда Болат была прекрасным человеком, и человек, который позволил себе так поступить с ней, должен был заплатить по счетам. — Спасибо, госпожа Пырыл, я знаю, что делать дальше. — Вы не имеете права! У вас нет никаких доказательств, — кричала Селин, которую уводили под руку. Серкан, который смотрел видео, ударил стену так, что будь его удар чуть сильнее, стена бы точно обвалилась под его натиском, и сразу же сполз вниз. Почему он не уволил её раньше? Ведь было столько поводов. И теперь его любимая женщина лежит без сознания и борется не только за свою жизнь, но и за жизнь их маленького комочка, который уже развивается в её организме. — Господин Серкан, госпожа Эда приходит в себя. Я думаю, что ей будет важно увидеть вас, когда проснётся, — произнёс хирург, который дежурил рядом с госпожой Болат всё это время. Мужчина дёрнулся со своего места, силы снова заполнили накаченное тело, и он кинулся внутрь палаты, практически падая на колени рядом с любимой. — Серкан? Серкан? — шептала Эда с закрытыми глазами, мечась по кровати, насколько ей это позволяли обе загипсованные ноги и специальная повязка на рёбрах, — Серкан! — во весь голос закричала она, и мужчина прижал её к себе, аккуратно чтобы не задеть провода, которыми она была буквально увешана. — Эда, любимая, я здесь, я здесь, открой глаза, — тараторил мужчина, немного потряхивая жену. И она распахнула свои заплаканные глаза, когда услышала голос любимого, — вот так, любимая, я рядом, всё хорошо. — Серкан, — всхлипывала девушка, — ты здесь, мне снилось, что ты бросил меня. — Тш, малышка, не плачь, я здесь и всегда буду рядом, — поглаживая жену по волосам, шептал он. Его сердце разрывалось от её состояния, и он был готов ко всему, чтобы Селин и её соучастники, если таковые были, получили максимальное наказание. Дверь палаты распахнулась и показался доктор Демир. Он улыбнулся уголком губ, когда увидел, как некогда пытавшийся в порыве злости разгромить больницу Серкан Болат нежно обнимал и успокаивал свою жену. Всё-таки журналисты были не правы, когда писали о том, что Болат женился не по любви, а по надобности. — Госпожа Эда, пусть всё останется в прошлом. Как вы себя чувствуете? — поинтересовался мужчина невысокого роста чуть старше пятидесяти. — Я не чувствую ног, а в целом нормально, — рассказала девушка. — Мы вкололи вам обезболивающее, поэтому вы не чувствуете ног. У вас перелом обеих ног, ушибы рёбер и многочисленные ушибы по телу. Нам нужно провести несколько тестов, чтобы подтвердить или опровергнуть сотрясение. Но вы не переживайте, все лекарства никак не навредят ребёнку. Но вам нужно перестать волноваться и соблюдать все наши назначения, потому что у вас была угроза выкидыша, — отчитался врач. — Какому ребёнку? — тихо переспросила Эда, — я что беременна? — Да, поздравляю вас, срок — 6 недель. Я предполагал, что вы знаете, потому что в вашей карточке написано, что вы планируете беременность., — немного неловко сказал седовласый. — Спасибо, доктор, — снова всхлипывая, сказала она, — Серкан, у нас будет малыш, как мы и хотели. — Да, фея, — чмокнув жену в нос, сказал он. Доктор заметил, с какой нежностью Болат смотрит на свою жену и поспешил оставить их одних, чтобы они могли разделить эту новость наедине, — ты снова делаешь меня самым счастливым человеком на планете. Конечно, лучше бы мы узнали о ребёнке не при таких обстоятельствах, но главное, что вы живы. — Серкан, мне кажется, я видела какую-то тень, когда была в архиве. Неужели кому-то могло быть на руку падение стеллажа? — Я знаю, кто это был, мы накажем её самым строгим образом, — заверил Серкан, не желая волновать жену, называя конкретное имя. Но когда Эда Болат довольствоваться полумерами? Её удивление, сменившееся на глаза кота в сапогах, сразу показали мужчине, что она ждёт разъяснений, — это Селин, — выдохнул мужчина, — команда сейчас занимается сбором доказательств, а Селим находится с ней в офисе мафии, где мы обычно держим наших врагов.

flashback end

Эда провела в больнице два месяца, потому что Серкан безумно волновался за здоровье жены и их ребёнка, поэтому он сам практически поселился в палате любимой, покидая её только для того, чтобы решить срочные вопросы своих бизнесов или дел мафии. В мафии сейчас было много проблем, но происшествие сплотило всех: пришлось уволить Дениза, который всеми путями пытался оправдать свою жену, а, значит, доверять ему Болат больше не мог. Фериту хотя и была предоставлена любая нужная ему поддержка, чтобы возглавить города, которыми раньше руководил Карсу, было сложно влиться в процесс. Но все члены мафии Анкары и Стамбула достаточно радушно приняли нового капо, не понимая, почему Дениз, которого буквально насильно женили на Атакан, так бьётся за снятие обвинений с блондинки. Доказательств со стороны Болатов было настолько много, что ни один судья бы не скостил ей срок. Ближе к заседанию люди мафии поймали Карсу, и он, как раньше и его жена, был заперт в офисе мафии, дожидаясь вердикта Дона. Селин Карсу приговорили к огромному компенсационному штрафу и пятнадцати с половиной годам заключения. После оглашения приговора Серкан отправился в больницу, чтобы забрать жену домой. Больше ей ничего не угрожало, гипсы уже сняли, и она, с трудом, но могла передвигаться. Когда Болат зашёл в палату, рядом с Эдой сидела Айсун и Мустафа Йылдырым. Они активно общались, но заметив мужчину, в секунду прекратили и склонили голову. — Мустафа, Айсун, что за формальности? Я понимаю, что это нужно делать в офисе, но сейчас-то зачем? Вы моя семья, — отчитал тестя и тёщу он, — что вы обсуждали? — Я сказал, что срок Эды позволяет просмотреть пол. Не факт, что мы сможем сказать точно, но уже можно попробовать, — ответил врач. — Эда, что ты думаешь об этом? — поинтересовался Болат. Он безумно хотел узнать, но мнение брюнетки здесь превалировало. — Я подумала, что можно сделать точное УЗИ чуть позже и устроить праздник, позвать мою тётю и Мелек, Энгина с Пырыл, Ферита и Джерен, может быть ещё кого-то, и узнать вместе с ними. Что ты думаешь? — спросила она, даже не делая глаза умоляющими. — Как пожелаешь, — легко ответил Серкан, целуя её в макушку, — а теперь нам пора собираться домой. Ты ведь хотела вернуться уже достаточно давно? — ему даже пришлось поймать жену, потому что она буквально подлетела со своего места, когда узнала, что может выписываться.