Нежность

Совместное утро, начинающееся с пробуждения в одной кровати, было редкостью, но такой любимой и желанной, что они оба прилагали всё больше усилий, чтобы такое начало дня редкостью не было. Однако как бы они не старались, в связи с целой кучей обстоятельств, виделись они все реже и реже, хоть и пытались добиться обратного. В детстве было легче. Их разделяла всего лишь одна жалкая стена и дверь, да и те не были особыми преградами, чтобы проводить с друг другом время хотя бы под покровом ночи. Они тратили эти драгоценные часы отнюдь не на сон, а на друг друга. И хоть иногда они весь день ходили вялые и полумертвые из-за недостатка сна, зато они оба были счастливыми. Они оба любили мечтать и даже обсуждать это в слух, о том, как все будет в будущем. Что вот они окончат школу, а потом универ. Устроются на работу, все дела. И даже несмотря на это, все равно будут друг с другом. Хоть им и препятствовало всё, что только можно. Начиная от собственных мыслей в голове о том, какие они неправильные, и заканчивая ежедневной рутиной забот и проблем, которых у них выше крыши. А ещё было общество и родители. И если первые две проблемы они были ещё как-то в состоянии разрешить, банально забив на первое ещё по окончании школы, а второе решая каждый день, ведь из этого жизнь всех людей и состоит... То вот последние две... Они выросли на принципе, который им вбили ещё с пелёнок — их семья, сама по себе чертовски отличается от стандартов общества, так что, соответственно, у них не было абсолютно никакого желания под это самое общество прогибаться, и они просто творили, что хотели. В рамках закона, конечно. Они никогда не подчинялись правилам и свободно шли наперекор, показывая средние пальцы всем, кто говорил что-то против, но... Не всегда то, что окружающие считали ненормальным, было нормой для них. Например, их запретные отношения, о которых никому нельзя было знать. Ни в коем случае. Может, только парочке близких им людей, которым они могли спокойно доверять. Хах... Если бы ещё эти люди были... Каждое такое, редкое утро, начиналось с нежных поцелуев в скулы и виски, с ласковых оттягиваний волос и очаровательных рыжих косичек, которые Ди с мягкой усмешкой заплетал Хэви, пока тот тщетно старался открыть глаза. Бывало и так, что раньше чем Ди просыпался именно Хэви, что сразу после пробуждения спешил на кухню, дабы приготовить свой фирменный ароматный кофе, заряда которого Ди хватит на весь рабочий день. Каждое такое редкое утро у них начиналось с игривого закусывания губы и ухмылок, с тихого шепота на ухо и ловких пальцев, зарывающихся в волосы по самые корни. Когда у них было ещё немного свободного времени до выхода и начала нового тяжёлого дня, когда они снова будут вдали друг от друга. Несмотря на начало новой, взрослой жизни, они были не в состоянии жить друг с другом, так как несмотря на полную независимость от родителей, рушить с ними отношения из-за своих отношений, не очень-то и хотелось. Тем более, учитывая то, сколько всего те для них сделали. Бывало так, что каждое такое, редкое утро могло начаться у них отнюдь не с кофе и косичек и не ограничиться только поцелуями и томными взглядами, словно бы они как в типичном сопливом сериале для девчонок, которые они смотрели чисто от балды и скуки, дабы потом с искреннем весельем пародировать эти охи-вздохи намыленных актрис. У них все такое наигранное, а у Ди и Хэви... Настоящее... Так с чего же, иногда их утро могло начаться, если не с рыжих косичек и кофе в постель? С любви.

***

Этим утром раньше проснулся Хэви. Он уже было хотел по привычке пойти приготовить кофе, как вдруг в его голове что-то щёлкнуло, и он медленно повернул голову назад, уставившись прямо на тихо сопящего Ди, что уткнулся носом в подушку, слегка приоткрыв губы и выдыхая через рот. Влюблено улыбнувшись, Хэви аккуратно убрал выбившуюся прядку светлых волос за ухо, нежно поглаживая кожу за ним, параллельно играясь с колечками металлического пирсинга. На его движение Ди поморщился во сне и очаровательно причмокнул губами, отчего Хэви еле сдержал удивленный смешок и совсем не мужской писк умиления, прямо как тогда, когда он видел на своем пути дружелюбного кота. Сглотнув, Хэви медленно опустил взгляд ниже, на автомате пересчитывая каждую веснушку на открытом участке коже голого плеча, выглядывающего из под одеяла. Всю заднюю часть шеи прикрывали густые кудри блондинистых волос, что снова были жутко спутаны и наверняка опять безумно выбесят своего хозяина. По словам самого Ди, он бы уже давно к херам отрезал их, так как те откровенно уже достали, если бы не Хэви, что просто обожал эти очаровательные белые кудряшки, чем-то напоминающие крупные рыжие кудри их мамы. И потому, по просьбе брата, Ди свои волосы не трогал, отчего зачастую и страдал, ведь те сильно отросли. Но явно не сильнее, чем у Хэви, что схватив свою резинку с прикроватной тумбы, в спешке собирал волосы в небрежный пучок и случайно натыкаясь на аккуратную и крепко державшуюся косичку Ди, которую тот заплел ему ещё прошлым утром и которая до сих пор стойко держалась. Усмехнувшись, Хэви снова бросил мимолётный взгляд на умиротворённое лицо брата и уже собирался было по традиции пойти приготовить кофе, как его неожиданно схватил за руку Ди, медленно оттягивая того назад. — И ты тупо кинешь меня? — хрипло спросил Ди, явно ещё не проснувшись и смотря на Хэви снизу вверх полусонным взглядом. Мягко усмехнувшись, Хэви осторожно опустился на корты у подножия кровати и, притянув к себе Ди за затылок, тихо фыркнул: — А ты, кажись, не особо-то и кофе хочешь. Закатив на это глаза, Ди требовательно потянул Хэви обратно в кровать, с недвусмысленным намерением пытаясь стянуть с того нижнее белье, поверх которого Хэви ещё ничего не успел надеть. Удивлённо улыбнувшись, Хэви без какого-либо сопротивления залез к нему в постель, устроившись сверху и уперевшись на колени по бокам от бедер блондина. — У кого-то сегодня хорошее настроение? — фыркнул Хэви, когда Ди вновь притянул его ближе к себе, начав нежно целовать шею и потираться стоящим членом об чужой живот. — Просто мы с тобой уже давно не спали. А ты тут в одних трусах, прям передо мной... Весь такой досту-у-пный, — ехидно ухмыльнулся юноша, притянув Хэви для поцелуя. «Ничего не сказал про утреннее дыхание... Хах, значит точно хорошее настроение», — фыркнул про себя Хэви, тем не менее ласково отвечая на первый нежный поцелуй этого утра. Определенно, лучшего утра за эту рабочую неделю. С годами, их с Ди подростковая импульсивность сменилась спокойствием и нежностью, ведь по большей степени, их жизнь уже устаканилась и стала куда стабильнее, нежели то, что было, когда они были моложе. Даже когда они были детьми, проблемы все равно имели место быть, начиная с банальной ревности, которую они уже, к счастью, переросли, и продолжая постоянными подростковыми самокопаниями, фанатом которых оказался не только Ди, но и Хэви. И все свои дикие эмоции и гормоны те выплескивали именно в сексе, превращая занятие любовью в самое настоящее безумие, от которого они ещё долго не могли отходить. Сейчас же, подобное повторялось все реже и реже, и Ди не мог не отпустить шуточек на этот счёт, что мол, они с Хэви стремительно стареют. Хэви смеялся в ответ, и ехидно шутил на эту тему, отчего настроение становилось только лучше. Но даже несмотря на их «старение», хотя им было всего то по двадцать пять и двадцать семь, они любили эти моменты единения. Каждый поцелуй становился все более горячим и страстным, и когда раздался их первый общий стон, Ди уже успел в спешке стянуть с брата трусы, откидывая те куда-то в сторону, проглотив ехидный комментарий про рисунки котиков на боксерах двадцатипятилетнего парня. Сжимая в руке горячую пульсирующую плоть, Ди не отрываясь наблюдал за сменой эмоций на лице Хэви, то и дело облизывая губы и ощущая, как стремительно у него краснеет шея. А Хэви не отставал и, тем временем, во всю хозяйничал в чужих пижамных штанах, искренне недоумевая, как тому в них только не жарко. Стягивая с худых ног штаны, Хэви поспешил как можно скорее отправить их в путешествие к своим трусам, пока Ди тихо смеялся, вновь запутавшись своими длинными пальцами в рыжих локонах. И вот, вновь новые поцелуи и горячее дыхание, рваные движения рук по горячим членам и эти постоянные, тихие стоны, сопровождаемые немым признанием в любви. Почти никогда не произносимые слова, но такие очевидные, что в их произношении не было никакого смысла. Новые укусы на шее и плечах горят и ноют, но так приятно, что новые метки не вызывают ничего, кроме счастливой улыбки и тяжелого вздоха. А эта приятная теплая нега, растекающаяся по всему телу как сладкая патока, просто сводила с ума... Последние рваные вздохи и шепот, быстрые движения рук и горячая грудь, прижавшаяся к такой же горячей груди напротив, задевающая колечки пирсинга в сосках. Сдавленный стон в унисон и липкая сперма на руках, размазанная также и по прижатым вплотную животам. И все это, сопровождается тихим смехом и мягкими поцелуями в губы, одним дыханием на двоих и многообещающими взглядами голубых и зелёных глаз.