Твоя судьба: тень в душе

Подушка будто камень, под одеялом жарко, а без одеяла по телу проходится холодок. Сиро извелась, вертелась на футоне, то перекладывала его поближе к окнам, то перемещала по периметру или в центр номера. Каору, молодая женщина в кимоно с бабочками и с традиционным пучком тёмных волос, любезно проводила её в номер два часа назад. По крайней мере, так помнилось, ведь в тот момент стрелки на часах собрались на цифре двенадцать, а теперь сдвинулись ровно на два часа. Хотя память могла подвести. Сиро поняла: не уснёт. Встала, сбросила отельный халат, обнажив в лунном сиянии хрупкое тело. Свет включать не стала. Просто натянула неизменное платье под школьную матроску, спрятала в кармане мобильник и немного денег. Ключи лязгнули в замке, дверь приоткрылась, и девушка выскользнула в коридор, освещённый серебристым светом ночных ламп. Где-то вдали хлопнула дверь и послышалось стариковский бормотание и перестук трости. Очевидно, тот самый пожилой господин из кофейни. И по спине будто прошёлся ледяной взгляд. Так показалось на мгновение. «В бильярдной, что ли, был…» Сиро на мгновение наморщила лоб, а после — расслабилась. Бояться нечего. Её здесь нет. Хотя на мгновение показалось, что она следит за ней из-за вот того угла. Тогда в кафе тоже так показалось, но там Сиро была не одна, а значит, в безопасности. «Глупости…» Сиро передёрнуло. Призраков не бывает. Она одна в этом длинном коридоре, где пол застелен паркетом, а с потолка и из окон льётся тусклый свет, в котором еле-еле разглядишь таблички с иероглифами на строгих дверях номеров. Вдох, выдох… Вдох, выдох… Сиро бойко застучала каблучками. Надо спуститься к Каору-сан за стойку и отдать ключи. Ночной воздух выветрит страхи и очистит сознание. Можно вернуться в кафетерий. Наверняка там будет Сора и его куриный салат, политый соевым соусом. Нужно прогуляться, развеяться. И нет никакого призрака, все глупое воображение. Сора… Сиро покраснела, вспомнив его тренированное тело и добрый взгляд. Интересно, заметил ли он, что она боится того, чего нет? Понял ли, что она явно не в себе? Она ничем себя не выдала? Хотелось надеяться. Тогда, во время разговора, она почувствовала её присутствие. Потому и огляделась по сторонам. Заметил? Возможно. Понял? Вряд ли. Как бы то ни было, девушка уже спустилась по более освещённой лестнице, и вскоре ключи звякнули, коснувшись стойки регистрации, а Каору-сан с беспокойством спросила, все ли в порядке и не подвёл ли номер. *** — Шики, а Шики, ты почему хандришь? Тору перекинула через остренькое плечо пышный черный хвостик, стянутый алым бантом, как у школьницы, и сверкнула хитренькими глазками. И без того острое личико девушки ещё больше заострилось, а изящная рука скользнула по щеке преданного самурая призрачного типа. — Не беспокойтесь, Тору-сама. Слуга в порядке. Шики накрыл рукою в перчатке хрупкую девичью кисть. Губы погибшего самурая дрогнули в ухмылке. Другая рука крепче сжала ножны с катаной, изукрашенные драконами на китайский манер. — Ты не слуга. Ты друг! — Перестаньте. Вы привязали мою душу, а значит… Он не договорил. Многозначительно замолчал и крепче сжал ножны. По пальцам прошлись золотистые искры. — Ну… Тору вздохнула. Опять как всегда. Шики будто нарочно провел грань. Слуга и госпожа, живая девушка и призрак, получивший фальшивую плоть. Соре в этом плане повезло. Сакура активно с ним заигрывала и буквально лучилась жизнью без границ. Но с другой стороны, когда Тору больно, Шики всегда погладит свою юную госпожу по макушке и поцелует в лоб, как её заботливый отец-якудза. Итак, Тору и Шики неторопливо гуляли по ночным улицам, обсуждая и сдвигая границы между собой. Сити остался за спиной, поздний автобус довёз до гостевого квартала, и парочку обступили яркие реканы, резала взор ночные бары с кислотными неоновыми вывесками, а где-то в стороне маячила улица красных фонарей с её лав-отелями и проститутками разной цены. Тору крепче сжала руку Шики, а после — обвила своими ручками и нежно прильнула. Так они похожи на влюблённых, и с Шики не будет заигрывать ни одна жрица любви. Такое сближение личных границ — отличный вариант для прогулки по этой яркой части городка. — М? Взгляд упал на незнакомку в платье под матроску, разглядывающую яркие афиши на стенах захудалого ночного кинотеатра. Хотелось крикнуть: «Да тут дерьмо крутят! Поищи что получше!» Но что-то остановило. Тору достала тёмные очки и водрузила на нос. Не дай бог заметят, проблем не оберешься. Сквозь веки запульсировала энергия, а в следующий миг всё вокруг взорвалось голубым с золотыми прожилками. Взорвалось для Тору. Для остальных мир не сменил краски. Всё так же неслись по трассе машины, сверкали кислотным вывески, а вдали возвышался неоновый сити. Шики крепче сжал её руку и прошёлся взглядом по незнакомке. Симпатичная, беззащитная и хочет умереть. А ещё она меченая и очень напоминает кого-то. «Мда, не повезло…» — Хочет умереть… Голос Тору пропитан презрением. Очки убраны в чехольчик, на лицо натянута улыбка. Парочка неторопливо просеменила мимо. — Мимоза… Она точно умрёт… Тору прошептала это на ухо Шики, скрыв шёпот за нежным поцелуем в щеку. *** Она здесь. Сиро почувствовала это и оглянулась. Она совсем одна, а где-то в подворотне шевелится тёмный дымчатый клубок. — Нет… Почему сейчас? — Нет… Зачем? И что причина? Парочка из стройной брюнетки в джинсовой комбинезоне и мужчины в чёрном спортивном костюме прошла совсем рядом. Похоже, это осталось для них незамеченным, но Сиро чётко видела, как тень в подворотне отшатнулась и впиталась в кирпичную кладку. Призрак всё же существовал.