Моя жена зомби №1

Гао Фэй, Чэнь Хао, Дэн Сяои, Чжоу Цюань и Кун Цзысюй мигом почувствовали, что сидящий перед ними Му Ифань как-то изменился. Теперь от него веяло спокойствием и уверенностью, что сильно отличалось от его предыдущего образа, будто они узрели его брата-близнеца. В то же мгновение солдаты покинули машину и придержали дверь для Му Ифаня. Му Юэбинь вышел следом и прошествовал за племянником к главному зданию. Заметив прибывших, дежурившие у входа стражники немедленно провели их в гостиную на первом этаже. Едва они пересекли порог, как столкнулись с давящей атмосферой. Му Ифань тяжело вздохнул. Во главе круглого стола восседал хмурый Чжань Госюн, по правую сторону расположились Чжань Бэйтянь и его мать Ян Фэнцин, а слева — Чжань Лэйпин, второй сын старого комиссара. Почему он узнал маму Чжань Бэйтяня и его дядю? Конечно потому, что они выглядели точь-в-точь как их оригиналы из реального мира. Му Ифань не решился долго задерживать взгляд на мужчине, так что он повернулся к Чжань Госюну. Не спеша приблизившись к старику, он протянул правую руку в качестве приветствия. — Почтенный Чжань, здравствуйте. Меня зовут Му Ифань, старший сын адмирала Му Юэчэна. Из-за того, что мой отец сейчас занят, я пришел вместо него. Надеюсь, вы простите меня. Чжань Госюн слегка прищурился, стоило парню приблизиться. Спокойный вид и окружающая его аура заставила старика несколько раз пробежаться по нему глазами. Неужели это тот самый человек, который целый день заливался смехом и играл с ним в вэйци, лишь бы задобрить его? Если бы не имя, он бы подумал, что стоящего перед ним человека подменили. Даже Чжань Бэйтянь не мог отвести глаз от Му Ифаня, и чем больше он смотрел, тем темнее становился его взгляд. Чжань Госюн ожидал, что Му Юэчэн не посетит обед лично, так что не гневался, лишь холодно зыркнул на Му Юэбиня. Подняв ладонь, он мягко пожал руку Му Ифаню и жестом попросил сесть. — Присаживайтесь. Поздоровавшись со всеми присутствующими, Му Ифань с Му Юэбинем заняли места напротив. Подчиненных семьи Му провели в столовую, остался лишь солдат, прислуживающий за столом. Му Ифань не спрашивал, в чем причина встречи. Он принял чашку чая и сделал маленький глоток. Му Юэбинь вообще не собирался говорить. Еще перед выходом племянник предупредил его, что берет все на себя и сам будет вести переговоры. Единственное, что требовалось от дяди — прийти на обед и насладиться едой. Видя, с каким безразличием Му Ифань цедит чай, Чжань Госюн слегка нахмурился. — Думаю, вам не помешало бы расслабиться, — проворчал он. — Цель нашей встречи в том, чтобы вместе пообедать и поговорить о делах наших семей. — Верно, самое время все обсудить, — парень отставил чашку. — Мне бы хотелось знать, почему ваш внук стремится ранить моего брата каждый раз, когда они встречаются. Если Ихань действительно спровоцировал его, нелицеприятно выразился о нем или же оскорбил семью Чжань, тогда я попрошу его извиниться перед вашим внуком, даже если ему придется встать на колени на главной площади города. Но перед этим я надеюсь получить от вашего внука удовлетворительное объяснение его поступкам. Что его так разозлило? Пока он не поделится причинами, наша семья Му никогда не перестанет искать ответы. Он незаметно перевел дыхание. — Конечно, вы считаете Чжань Наньтяня вежливым, неконфликтным человеком, который никогда не выходит из себя. Должно быть, это мой брат сморозил глупость, вот они и сцепились. Однако давайте вспомним, что Му Ихань был одним из управляющих большой компании, как он может быть таким невежественным, чтобы нарываться на драку? Если бы все было именно так, Mu Technology Group давно бы развалилась под его управлением. Но посмотрите только, наша компания процветает, показывая, что он не такой безмозглый, как вы думаете. Чжань Госюн и Чжань Лэйпин не изменились в лице. Они и правда чувствовали себя немного виноватыми за тот инцидент. Вновь и вновь они пытались узнать, что тогда произошло, на что Чжань Наньтянь отвечал «Му Ихань первым начал», не вдаваясь в детали. Сперва они верили Чжань Наньтяню, верили, что он не способен навредить человеку без видимой на то причины. С течением времени они так и не смогли дать ответа семье Му, чувствуя себя в какой-то степени виноватыми. Однако они все еще не усомнились в его словах, что именно Му Ихань сболтнул лишнего, и это привело к подобному исходу. — Я отец Наньтяня, — произнес Чжань Лэйпин. — Позже я дам отчет о поступках моего сына, просто нам нужно еще немного времени. И я хочу попросить прощения за то, что он ранил Му Иханя. Он встал и поклонился Му Ифаню и Му Юэбиню. — Мне жаль. Хоть уже прошло немало времени, я займусь поисками лучшего доктора, чтобы от его ран не осталось ни шрама. Му Ифань переглянулся с дядей, но промолчал. Чжань Лэйпин вернулся на свое место, и его извиняющееся выражение как ветром сдуло. — Между моим сыном и Му Иханем действительно существует некоторое недопонимание, но, может, вы поведаете нам, что случилось с моим старшим братом, Лэйганом? — его глаза горели яростью. — Хоть наши семьи и связывает гордиев узел, ведь мой сын ранил Му Иханя, но это не поставило его жизнь в опасное положение. Вы же, семья Му, так сильно ранили моего старшего брата, что он почти достиг точки, откуда не возвращаются. Если бы вы не пришли сегодня на встречу, миру между двумя семьями настал бы конец. Что ж, вот почему мы здесь собрались. Сердце Му Ифаня сжалось, и он неосознанно скользнул взглядом к Чжань Бэйтяню. Лицо мужчины сохраняло отстраненное выражение, а из-за черных бездонных глаз невозможно было понять, о чем он думает. Ян Фэнцин зло уставилась на них. Блеск прищуренных глаз Чжань Госюна становился все более ужасающим. Атмосфера вокруг как бы намекала, что представители семьи Му не смогут выйти отсюда живыми, не предоставив им удовлетворяющее объяснение. Сохраняя спокойствие, Му Юэбинь хотел было взять слово, однако Му Ифань его опередил. — Позвольте узнать, какая способность у генерал-лейтенанта Чжаня? Какова его сила? Чжань Бэйтянь уловил его намерения и тут же произнес: — Третий уровень, способность грома и молнии. — Дядя, — парень повернулся к Му Юэбиню, — что у тебя за сила и какого уровня? — Недавно достиг второго уровня, у меня стихия дерева, — ответил тот. Му Ифань вновь посмотрел на Чжань Лэйпина. — И как же особенный с древесной способностью второго уровня мог ранить человека с силой грома и молнии третьего уровня? — Не важно, насколько мала вероятность подобного, — парировал мужчина. — Человек способен одолеть противника, сильнее него самого, если тот будет застигнут врасплох. — Тогда я вынужден спросить, есть ли на теле генерал-лейтенанта ранения, оставшиеся от древесных атак? Обычно они не так заметны, как другие отметины, например, маленькие отверстия от деревянных пуль или следы удушения лианами. — Нет, — честно признался Чжань Лэйпин. — Но не исключено, что моего брата ранил не твой дядя. Возможно, это сделал кто-то из ваших солдат. Наговорив столько, неужели ты надеешься избежать ответственности и не хочешь признать очевидное? Чжань Госюн похлопал Чжань Лэйпина по плечу, призывая его успокоиться. — Господин Му, — произнес он, — что еще вы пытаетесь доказать, кроме непричастности вашего дяди к ранению моего старшего сына? — Отношения между нашими семьями почти достигли точки, где нет нужды уклоняться от ответственности и не признавать вину. Однако мой дядя настаивает, что не ранил генерал-лейтенанта в битве, и я склонен ему верить. Конечно, как и сказал генерал-майор Чжань Лэйпин, это не исключает нашей причастности. Возможно, что в нашей команде есть пара человек, желающих зла генерал-лейтенанту. Также не исключено, что его ранил кто-то из вашей семьи. Заметив, как Чжань Лэйпин порывается что-то сказать, он быстро перехватил инициативу. — Не думаю, что есть нечто удивительное в том, что кто-то из нашей команды желает ранить генерал-лейтенанта. Но если на него напал человек из семьи Чжань? Может, вам стоит поразмышлять об этом? — он выдержал небольшую паузу. — Кроме того, я не пытаюсь спровоцировать вас. Это необязательно, я бы даже сказал — бесполезно. У нас нет злого умысла по отношению к семье Чжань. Конечно, это не исключает существования людей, решивших устроить засаду и ранивших генерал-лейтенанта. В любом случае, семья Му не хотела бы, чтобы кто-то воспользовался ею ради своих целей. Му Ифань повернулся к Чжань Госюну. — Почтенный Чжань, я уже и так много наговорил. Вам стоит высказать то, что лежит на душе.