Прости меня, моя любовь

Перед тем, когда весь лагерь собрался у костра, Юра с Володей договорились тихо уйти и побыть вместе у ивы. Весь день они особо не пересекались, вожатый был с детьми, а Юра помогал с костром. Несколько раз они встречались в столовой взглядами и во взгляде Володи было столько боли, что младший хотел кричать. Так больно видеть, как любимый человек еле сдерживает слезы. Так больно знать, что вы живёте в тысячах километров друг от друга. Так много слова "больно"... - Ир, это... Можно мне уйти с костра... - Юра подошёл к вожатой отпроситься, т.к Володя сказал это сделать, чтобы его потом не искали всем отрядом. - И какая же причина? - Мы хотели зарыть капсулу времени. Все равно тут делать нечего. - позади он услышал знакомый голос. Володя. - Да. И грустно так... Я сюда больше не приеду... Хочется чего-то особенного, не как обычно. - Ты из-за этого весь день никакой ходишь? - спросила Ира. - Угу. - И когда ты его вернёшь? - В час ночи он будет у себя в палате, обещаю. - сказал Володя. - Хорошо, можете идти. Давыдов слегка подтолкнул младшего в спину и они ушли. До ивы они шли в тишине. Володя шел впереди и светил на дорогу фонарем, а Конев шел сзади. Вдруг послышались всхлипы. Старший повернулся и увидел, что Юра плачет, закрывая рот рукой, чтобы не сорваться на крик. - Юра... - старший положил фонарь на землю и сел, потянув Конева за собой. - Юр, ну ты чего...? - он стирал слезы с его глаз, но они все шли и шли. - Володь... Я не хочу уезжать... Не хочу... - он обнял Давыдова, заплакав навзрыд. Такой, с виду, безответственный, слегка холодный и немного скупой на эмоции человек, плачет, даже истерит, в плечо вожатого. - Юрочка... Тише... Тише, все будет хорошо, обещаю... - Я не приеду сюда больше... Никогда... - Юра уже почти кричал. - Тише... Все будет хорошо... Все будет хорошо... - вожатый поглаживал его между лопаток и целовал в висок. Так они просидели около часа, потому что Юра заснул. Пусть сон был некрепкий, но сейчас он ему нужен. Все это время Володя стирал появляющиеся слезы с глаз и хотел застрелиться. Он не хотел испытывать все это. Нужно было тогда оттолкнуть Юру и жить спокойно. Но он не смог... Ведь это Юра. Его Юра... Юрочка... Как много эмоций в этом имени. Как много боли... - Юр, пойдем к иве... - спустя час младший проснулся и Володя помог Юре подняться. - Угу. - Конев потёр влажные глаза и, взяв вожатого за руку, парни направились туда, куда шли. Придя на место, Володя расстелил плед и парни сели на него. Вожатый сел в позу лотоса и Юра, уперевшись в его живот, принял положение полулёжа. - Я взял для капсулы тетрадь, ручку, чтобы написать послание нам... В будущее... А ты? - Ноты и лилию, которую ты... Подарил мне... Володя взял свою тетрадь и хотел в ней что-то написать, но Юра забрал это и красивым почерком написал: «Что бы ни случилось, не потеряйте друг друга» Посмотрев на это, Володя добавил: «Что бы ни случилось, не потеряйте себя» Написав это, на эти строчки что-то капнуло. Юра посмотрел на Володю и увидел, что он плачет... - Володь, не надо плакать... Пожалуйста... - младший обнял его, погладив по спине. - Юра... Как же я буду скучать... Как мы друг без друга...? - Мы справимся... - голос дрогнул. - Пообещай... Не мочить руки в кипятке... Ты не заслуживаешь этого. - И ты, Юр, береги руки... Ради меня... - Обещаю... Парни не хотели плакать в этот вечер, но что-то пошло не так... Они плакали тихо, обнимая друг друга и переодически целуя друг друга в виски. - Ладно... Давай закопаем капсулу. Мы же за этим пришли. - Володя усмехнулся и встал, вытерев глаза и надев очки. - Угу. - Юра вытер глаза, а потом снял с себя и Володи галстуки, связав их. - Это мы тоже уберем. Без лишних вопросов Володя открыл капсулу, Юра положил туда галстуки и вожатый закопал это. Из кармана он достал небольшой нож и выцарапал над капсулой, на коре ивы "Ю+В" "Ю+В"... Как же много это значит... *** - Володь, а поцелуй меня по взрослому. Как в лодке... - Юр... Я... Мне стыдно говорить об этом, но... Я могу не сдержаться... Ты понимаешь... - Ну и что? Я полностью тебе доверяю. - Я не хочу пачкать и портить тебя. Это неправильно. - Неправильно это то, что ты так считаешь. Все у нас правильно. Пожалуйста, Володь. Давай попробуем. Вожатого по 100 раз уговаривать не надо. Он впился в губы Юры, пробираясь руками под его футболку. Конев начал стягивать с него шорты и тогда старший последовал примеру, стянув футболку. Володя никогда не разрешал Юре трогать руками его живот. Там была его эрогенная зона и Конев понимал это. Ну а что если...: - Володь... Можно поцеловать живот? - Юр, ты же знаешь... - Знаю. Поэтому хочу. - Ладно, хрен с тобой. Юра поцеловал его теплый живот, а Володя запрокинул голову назад, стянув боксеры с него, а потом и с себя. Дальше все проходило как в тумане, но Юра точно понимал - ему это нравится. И именно поэтому, когда все закончилось, он опять заплакал. Он понял - этого больше не будет. - Я тебя никогда не забуду, Юр... никогда... - Я тебя никогда не увижу...! Никогда... - Юрочка... Прости меня за все, пожалуйста... - И ты меня прости... Оставалось ещё 2 часа, прежде чем Володя должен вернуть Юру в палату. И это время они потратили на простой разговор по душам. Затрагивали больные темы каждого. Много плакали. Много обнимались. Но на душе стало легче. И это только временно... Вернувшись обратно, Володя заснул быстро, а Юра не спал всю ночь. Он плакал... Как же много слез было пролито за один вечер. Он никогда не плакал столько, как в последние несколько часов. А утром все было как в тумане. Опомнился он только тогда, когда за окном автобуса он увидел Володю, который, еле сдерживая слезы, шептал: «До свидания, Юрочка, до свидания» И все... Моральная боль сковала все тело и Юра снова плакал. Чуть ли не навзрыд. Они разошлись... «Что бы ни случилось, не потеряйте друг друга» «Что бы ни случилось, не потеряйте себя» «Я тебя никогда не забуду» «Я тебя никогда не увижу» «Володь... я не хочу уезжать... не хочу...» «Юрочка... Прости меня за все, пожалуйста...» «Прости меня, моя любовь...»