***
— Надеюсь, это Грейнджер. Ему двенадцать, и он с наслаждением смакует эти слова. Она омерзительна и существенно ниже него по положению в магическом сообществе. Он знает это, потому что так говорит его отец, а его отец никогда не ошибается. Забыв про жалость, Драко разглагольствует о своих надеждах на её скорую смерть, тем самым желая эпатировать публику и в то же время зарекомендовать себя образцовым последователем чистокровных ценностей Салазара Слизерина. В точности как велел отец. И Драко не станет подводить своего отца, даже ценой безразличия к судьбам невинных сверстников.***
«Надеюсь, это Грейнджер». Ему восемнадцать, и он в отчаянии думает об этом. Визенгамот объявляет свидетеля в его защиту, в зале раздаются удивлённые вздохи. Это Поттер, чьё участие, несомненно, окажет влияние на решение суда. Но Драко подготовил речь, вот только публика, на которую она рассчитана — отсутствует. Вместо живого выступления приходится писать письмо.***
«Надеюсь, это Грейнджер». Ему восемнадцать, и он скрещивает пальцы под столом. Новый учитель зельеварения, выпускник Хаффлпаффа, хочет «встряхнуть межфакультетские отношения» и назначает партнёров для занятий на год. Драко мучительно надеется оказаться в паре с кем-то компетентным, чтобы пережить предписанный судом восьмой год обучения и похвастаться высокими оценками. Он застревает с Дином Томасом.***
«Надеюсь, это Грейнджер». Ему двадцать два, и эта мысль пронзает его мозг из ниоткуда, когда Пэнси обещает подыскать для него пару. Она только что объявила о своей помолвке с Дином и отводит Драко в сторону. — Ты не можешь пойти на нашу свадьбу без сопровождения, Драко, это будет неловко. Я найду тебе девушку. Его сводят с младшей сестрой их старого друга. У Драко с ней нет абсолютно ничего общего. Однако он обнаруживает, что Грейнджер как раз таки имеет с ним много общего. Совершенно забыв про своих партнёров, они сидят в баре и обмениваются впечатлениями о прочитанных книгах, заодно избегая танцпола. Он не единожды вызывает у неё улыбку и ровно четыре раза — смех.***
«Надеюсь, это Грейнджер». Ему двадцать три, двадцать четыре, сейчас двадцать пять, и он ощущает дурацкий прилив надежды каждый раз, когда его друзья говорят: — Я познакомлю тебя со своей подругой. — У вас так много общего! — Она невероятно образованная ведьма! Это никогда не бывает она.***
«Надеюсь, это Грейнджер». Ему двадцать шесть, и на этот раз безмолвное желание весьма апатично. Дин только что рассказал, что в последнее время одна их подруга задавала Пэнси любопытное количество вопросов о Драко. — Я попросил её присоединиться к нам сегодня вечером, — говорит Дин. Драко хмурится. — Но это наш с тобой вечер в пабе. Ни Пэнси, ни… кого бы то ни было ещё. Дин смеётся и допивает своё пиво одним глотком. — Извини, приятель, но она занятая ведьма, в ближайшее время это её единственный свободный вечер. А вот и она! Драко оборачивается и видит приближающуюся Грейнджер; на её лице неловкая и одновременно решительная улыбка. — Не облажайся, — предупреждает Дин перед уходом. — Привет, Драко. — Грейнджер. — Надеюсь, ты не против. Дин сказал, что вы заглядываете сюда регулярно, и я могу присоединиться. — Вовсе нет. Рад встрече.