Stardust

– Вообще, я никого не пускаю домой, кроме Тэхена, конечно, – усмехнулся Чимин, заметя вошедшего на кухню кота, – но есть исключения. – Как приятно слышать, что я стал исключением в этом роде. Кот стал ластиться к ногам Юнги, начиная тереться о них и громко мурчать. – Ты уже тут был, – нахмурился Пак и тихо шыкнул, отворачиваясь спиной к парню, – возьми Булочку на руки, он просит, кажется ты ему понравился, к сожалению. Юнги, сидевший только что с серьезным лицом, выпадающем минимальные эмоции, расплылся в улыбке, когда на руках трехцветное чудо стало мять его, передвигая лапками. Мягкий пушистый кот стал ещё громче издавать мурчащие звуки, головой поддаваясь на встречу рукам Мина, который легонько поглаживать его. – Какой милашка, в отличии от хозяина, ты не шипишь на меня, – начал разговора с животным Юн, – я тебе понравился? Разрешил стать вторым папочкой? На этой фразе Чимин беспардонно давится чаем, который совсем недавно разлил по кружкам. – Что ты сейчас сморозил? Папочкой? У нас не гейская семейка, господин Мин, – начал возмущаться хозяин квартиры, явно грозя пальцем, – я не разрешаю. Я категорически против – Ну-ну, солнце, господином будешь звать меня только лёжа подо мной, умоляя. Ок? Почему именно на этом моменте. Тэхену нужно было зайти в комнату – неизвестно, но перед ним он явно больше никогда не очистит свою репутацию. Заспанный и немного помятый Ким, который явно только недавно открыл глаза, все ещё укатанный в плед и, кажется, не до конца соображающий, проходит дальше, прикрыв дверь на кухню. – Я не знаю кто из вас там парочка, голубки, но если я сейчас не выпью воды и таблетку от похмелья, то я явно сдохну, – Тэхен потянулся в холодильник за бутылкой очищенной родниковой воды, с которой у него начинался каждый день, и сделав несколько глотков продолжил, – а это уже не в ваших интересах, весь романтик прервется из-за воняющего разлагающегося, – снова пауза, в которую, вероятно происходит загрузка происходящего вокруг, – меня, я полагаю. А вообще, – Ким переводит непонимаюший взгляд на своего сожителя, а после на Юнги, – какого хрена он тут забыл? – мимика Тэхена страшно-прекрасная вещь, все же, скормить такую рожу нужно ещё суметь, – воняет слащавой романтикой. Чимин, – парень подозвал того ладонью, – презервативы в аптечке, мне с Чонгуком ещё долго, кажется не пригодятся, а вот вам... короче, я пошел, – Ким явно говорил это, не скрывая от гостя, даже, быть точнее, не пытаясь скрыть, – я у себя, если будете готовить что-то, то я, так и быть, составлю вам компанию, если нет, то умру в одиночестве, прощайте. После сказанных слов Тэхен спокойно, как ни в чем не бывало попросил на себе плед, укутываясь лучше и поплеся мелкими шагами обратно в постель, явно возвращаясь к занятию, которое ему нравилось, наверное, больше, чем сон и еда – просмотру аниме или чтению манги. – Аптечка, значит, – усмехнулся Юнги, продолжая поглаживать животное, – думаю, это пока рано, ты же у нас правильный, до свадьбы ни-ни. – Твои извевки, как всегда, на высоте, Мин Юнги, – юноша сымитировал смех, наигранно прикрывая рот рукой, – очень смешно, – и сразу вернулся к обычному своему выражению лица. Атмосфера на кухне была достаточно расслабленной, несмотря на то, кто там находился прямо сейчас. Несмотря на то, что происходило между парнями в последнее время, сегодня что-то произошло, будто бы звёзды сошлись где-то в созвездии, ведь парни вели спокойный диалог, попивая чай, обновляя напиток кружку за кружкой. – Слушай, предлагаю вина, – слегка оживился Юнги, после чего потёр ладонями, – настроение поднимется, да и темы будут поинтересней. – Тебя всегда на алкоголь тянет, я не понимаю? – Да, а что? – Да так, ладно, давай. У меня как раз есть бутылка, надеюсь, ты пьешь красное полусладкое. – Вообще предпочитаю дорогое, изысканное, чтобы бутылка не меньше полутора тысяч баксов стоила, – съязвил блондин. – Тогда идёшь нахуй, у меня бутылка, долларов за 100, уже не помню, – Пак демонстративно стал убирать вино обратно, сделав при этом лицо, мол ничего не поделаешь. – Да ладно, ладно. После бокала вина разговора действительно стал более активным, стирая границы дозволенного между ненавидящими друг друга парнями. – Чимин, у тебя улыбка такая красивая. Знаешь? – после очередного стеба, над которым сам Пак озорно смеялся, кинул в его сторону Юнги. – Снова дразнишь, ах ты... – не придавая этому значение, он продолжал смеяться, не в силах отойти. – Действительно красивая... Юнги придвигает стул ближе к расслабленному парню, что сидит и так достаточно близко от него и поправляет свой красный кардиган, застегнутый на все 4 пуговицы и свободно спадающий с хрупких плеч. Он понимает, что снова под действием алкоголя, снова совершает ошибку и снова, черт возьми, может спугнуть. Но делает. Мин кладет свою ладонь на чужую, накрывая ее полностью и начинает поглаживать недлинные пальчики, на которых красовались тонкие кольца. – Что ты делаешь? – Чимин все ещё в отличном настроении, все ещё улыбается, на удивление старшего парня. – Не видишь разве, глажу твою руку, – ничуть не смущаясь спокойным голосом отвечает Юнги, хотя сердце внутри заходится в бешенном ритме, – может попробуем? – взгляд неподдельно искренний и немного настораживающий. – Попробуем что? – Чимин и правда не понимает или же делает вид, что ничего не понимает, как говорят, быть умным – во время притвориться тупым, – Я тебя не понимаю. О боги, кажется Юнги сейчас сгорит, вспыхнет, запылает красным. – Стать парой. – Так мы и так уже пара, нас двое, а два – пара. В голове Мина проносится мысль, а точно ли он хочет чего-то с настолько долгодогоняющим человеком.

***

Мин младший сидит у себя в комнате, достав излюбленный винил и медленно попивая вино. Уже который день он пугает себя мыслями о русоволосом парне чуть ниже его ростом. Он такой раздражающий. Видеть его (и знать, что ничего не можешь сделать, что он не твой) каждый день сносит крышу. Почему именно он? Почему не какая-то красивая девушка, которая понравится отцу в роли невестки? Почему не одна из благородных милых девушек, на которые хотел женить его отец, чтобы потом получить наследника? А может потому что Юнги всегда себя обманывал и на самом деле сам не желал отношений с этими воспитанными до тошноты идеальными девушками, схожими друг с другом как две капли воды. Может потому, что видел Чимина на первом курсе поющим в студии и тайно подслушал, пока никого не было. Быть может и потому что ещё раньше Тэхен часто упоминал какого-то Пак Чимина с прекрасным голосом и характером, показывая совместные фото по пути с курсов. Быть может все совсем не так. Но почему тогда он так плотно засел в голову. Почему его запах всплывает в рецепторах перед снов, почему, закрыв глаза, он видит его образ. Почему? Так много вопросов и так мало ответов. Или же ответ слишком близко, чтобы увидеть. Юнги делает ещё один глоток из бокала, пишет что-то на листке и звонит Хосоку, которого пару дней не видел точно. – Хо? – прочистив горло начинает разговор Юнги, дождавшись того, как друг снимет трубку. – Чего тебе? – Кажется я понял, – тихо усмехнувшись ответ Мин, ожидая чего угодно, но не того, что последовало. – Чтож... Юни совсем вырос, повзрослел и теперь может встречаться с мальчиками, – тихий смешок и дрогнувший голос, который выдал Чона с потрохами, – Я отдаю тебя ему, но не думай, что я так сдамся, я всего лишь жду его ошибки. – Что? – Юнги не верит своим ушам, поэтому взволнованно решает переспросить, – Ты чего? – Ты все правильно расслышал, ты мне нравишься, как парень, но дружить с тобой мне также нравится. Только вот, если Чимин сделает что-то не то и обидит тебя своими словами или поступками, когда вы будете вместе, я сдержу свое слово и заберу тебя себе, – на том конце трубки послышался звонкий смех, так свойственный Хосоку, – но и ты люби его, я видел как Чонгук его оберегал в тот вечер, кто знает, быть может он ждёт твоей ошибки. – Чон Хосок, ты настоящий придурок раз признаешься так! – Да, я полностью согласен. Но вообще, я думал, что ты гомофоб до недавних пор. – Хо, ты настоящий идиот.

***

– Я имею ввиду попробовать стать хорошими родителями для Булочки. А также, не знаю... Кажется,я мог бы стать неплохим парнем, а может быть и мужем, – Юн усмехается и поднимает взгляд на непонимающего всего Чимина, – ты мне нравишься, кажется. Только ты не делай поспешных выводов, обдумай, я понимаю, что все это неожиданно, учитывая наши с тобой взаимоотношения... – Нет, Юнги, притормози. Я парень и ты парень, ты понимаешь что вообще несёшь? . – Вполне, Тэхен вон тоже парень, но его же интересуют другие представители мужского пола, так скажем, почему я не могу? Чимин отводит глаза и начинает потихоньку закипать, поддаваясь эмоциям, которые переполняли его сейчас точно. – Ты не понимаешь, это же совсем другое, Тэхен – это Тэхен, а ты и я – это... – Что "это"? Что "другое"? Чимин, слушай, ты можешь не верить мне, сомневаться в моей искренности и в словах, – Юнги тяжело вздохнул, – я это пойму, я бы сам сомневался и злился, если бы был на твоём месте. Но пожалуйста, не отвергай меня сразу, – на глазах парня появились слегка заметные капли слез, которые норовили скатиться вот-вот, – я правда... правда хочу ухаживать за тобой, видеть твою улыбку и... держать за руку не потому что мы выпили, а потому что просто хочу, – Юнги поправил волосы и пытался вглядеться в карие глаза напротив, найти в них что-то, – Чимин... пожалуйста, дай мне шанс и я, обещаю, исправлюсь. Последние слова повисли в воздухе, оставляя за собой молчание и упавший камень с души. – Юнги... – Пак вновь опускает глаза и говорит тихо, настолько, что сам еле слышит то, что произносит, – я не гей... не знаю, может я похож на него, да, возможно, мне говорил отец об этом, должно быть, – он тяжело сглатывает и понимает, что дальше сказать слова будет сложнее, – тогда я должен был его послушать и перестать краситься, наверное, носить подобное, но, Юнги, я не гей. Мне нравятся девушки, нравится их фигура, грудь. Возможно, я бы дал тебе шанс, если бы это было нене так. Забыл бы прошлое, увидел бы в тебе что-то иное, но я не могу так, не хочу. Чимин обхватил второй рукой большую ладонь проникшего Мина и сожалеюще кивнул. – Извини... Я правда, не... – Не извиняйся, – повысил тон Юнги, вырывая из приятного тепла руку, – молчи, просто молчи... Заткнись! – из глаз все же начали катиться влажные горошинки кристальных слез, – Я не хочу слышать это. Юнги встал и быстрым шагом направился в коридор, в котором быстро надел обувь и вылетел из квартиры объекта своей влюбленности. Кровь шумела внутри, виски пульсировали, а сердце предательски болело от услышанного. – Мин Юнги, ты идиот! Идиот! Идиот! В это время из своей комнаты на шум вышел обеспокоенный Тэхен, услыша доносившиеся с кухни крики сквозь не до конца закрытую дверь и хлопок двери. – Вы опять поссорились? – кажется, совсем неудивленно спросил друга Ким. – Он мне признался...