Notes about Binhwan

Ханбин помнит, как они впервые встретились. Их познакомила Соён и Ханбин спустя сорок минут общения понял, что Чжинхван в неё влюблён. Влюблённость Чжинхвана была обнажённо явной, он даже не пытался её скрыть. Ханбину это казалось невероятно смелым. Потому что фрэндзона Соён для Чжинжвана была такой же очевидной как его влюблённость и такой же крепкой как ром с колой в стакане Ханбина. К удивлению Ханбина они с Чжинхваном поладили. Ханбин спросил его в тот же вечер: - Почему ты относишься ко мне так нормально? Чжинхван в последний раз затянулся истлевшей сигаретой. - Это чувства. Я ничего не могу сделать с чувствами Соён к тебе, так же как с моими чувствами к Соён. Я думаю, что ненавидеть тебя не правильно, ты ведь не выбирал тех, кто может влюбиться в тебя. Ханбину такое поведение казалось, каким то инопланетным. Во взгляде Чжинхвана, когда он смотрел на него, не было ревности, злости, на самом деле взгляд Чжинхвана был практически нечитаем для Ханбина. Но вот есть же это внутреннее понимание того, кто какие чувства к тебе испытывает. Чжинхван излучал доброжелательность, так казалось Ханбину. Может, дело было во внешности? В отличие от Ханбина внешность Чжинхвана не была агрессивной. Если Ханбин часто смотрел на людей так, что после его считали мудаком, то взгляд Чжинхвана был ясным и спокойным. Он весь был, каким то хрупким, с маленькими ладонями, тонкими запястьями. Со светлой копной волос и яркими губами с крохотной улыбкой. Ханбин подумал, что его сбивает с толку мягкая внешность Чжинхвана. Не может же человек быть таким? С каменным лицом смотреть, как его любовь выпрашивает поцелуй у другого. И хотя Соён для Ханбина не представляла любовного интереса, он всё же решил, что за Чжинхваном стоит наблюдать. Спустя два месяца наблюдений Ханбин понял, что влюблён в Чжинхвана. Всё это было так нелепо и комично. Ханбин что, в ебучей дораме с любовным треугольником? Это накатывало постепенно, как волна. По мере их сближения, по мере того, как Ханбин узнавал все эти большие и маленькие детали о Чжинхване и будто составлял мозайку. Их с Соён недоотношениям почти полгода, с Чжинхваном они знакомы чуть больше 60 дней. Ханбин понятия не имеет, какой кофе пьёт Соён, но спустя две встречи запомнил, что Чжинхван любит американо с карамельным сиропом. Чжинхван комплексует из-за своего роста, любит толстовки, натягивая рукава до кончиков пальцев, цепляет на запястья, кажется все браслеты, которые хранятся в его квартире и не ест острое. Ханбину хочется рассмеяться до слёз, когда он видит искорки боли в глазах Чжинхвана, который наблюдает, как пьяная Соён целует шею Ханбина. Он запивает горький привкус собственной боли, менее горьким крепким ромом. Ханбину кажется, что воздуха в вип-комнатке этого дорогого клуба недостаточно, когда Соён шарит ладонями по его торсу и Ханбин видит как Чжинхван отводит от них взгляд, поднимаясь с диванчика. Он грубовато отталкивает Соён и идёт следом. Чжинхван в переулке возле входа. Ханбин видит, как дрожат его руки, когда он пытается поджечь сигарету. Хочется отменить всё, что было до, хочется стереть чувства Чжинхвана. Хочется крикнуть «Я здесь! Посмотри на меня! Полюби меня, потому что я могу полюбить тебя в ответ! Я уже…». Вместо этого Ханбин толкает Чжинхвана к стене, сигарета падает на грязный асфальт. - Ударь меня! Скажи, что ненавидишь меня. Забери её, заставь её влюбиться в себя. Ты сможешь. Так почему ничего не делаешь?! Чжинхван молчит и смотрит в глаза Ханбина, читая в них отчаяние и какую то злость. Это так странно. Почему он просит о таком? Какое ему дело? Чжинхван спрашивает последнее. - Какое тебе дело? Ханбин сжимает его плечи. Он вспоминает внимательный, нежный взгляд Чжинхвана, когда тот смотрит на Соён. Такой же взгляд у Соён, когда она смотрит на самого Ханбина. - Ты прав, это не моё дело. Ханбин убирает руки. Забирает зажигалку и поджигает Чжинхвану новую сигарету. Они стоят молча, каждый перебирая в голове важные и не очень мысли. Ханбин варится в этом ещё почти 90 дней. Они с Чжинхваном близки, Ханбин в моменты, когда они наедине, почти чувствует себя счастливым, если они оба не вспоминают Соён, её чувства к Ханбину или чувства Чжинхвана к Соён. А потом появляется старшекурсник из университета Чжинхвана. Он как то плавно вливается в их общую компанию и так откровенно залипает на Чжинхвана, что Ханбин в полной мере осознаёт, что такое ревность. Обжигающая, полосующая внутренности острыми когтями, ослепляющая. Ханбин хочет сбросить его руку с узких плечей Чжинхвана, хочет сломать ему пальцы за все эти маленькие прикосновения, но знает, что не имеет права. Они снова в вип-комнате клуба, где впервые познакомились с Чжинхваном. - Я люблю тебя! – говорит Соён в качестве завершения тоста на дне рождения Ханбина. Ханбин смотрит на Чжинхвана и чувствует, будто всё вокруг него рушится. Чжунэ выходит за уходящим Чжинхваном. Соён удивляется, когда Ханбин срывается следом. Они снова в привычном переулке. Здесь были выкурены десятки сигарет и не сказаны сотни важных слов. Ханбину казалось, что они с Чжинхваном будто прячутся здесь, от их шумной компании, скрываясь в крохотном переулке от Соён и от самих себя. - Съебись, - почти рычит Ханбин Чжунэ. - Какого хрена? – вспыхивает Чжунэ, но Чжинхван кивает ему. Ханбин провожает его злым взглядом и подходит к Чжинхвану, стоящему спиной. Он понятия не имеет, что сказать. Не знает, что может сделать. Из-за чувств Соён он чувствует себя грязным, будто это запрещает ему касаться Чжинхвана лишний раз. Ханбин понимает, что Соён не виновата, она добрая и бывает милой, но Ханбин злится, потому что она выбрала его. -- Какое тебе дело? Ханбин испытывает дежавю. Этот вопрос уже звучал здесь однажды и Ханбин тогда не сказал правды. Чжинхван продолжает: - Почему ты так волнуешься об этом? О моих чувствах, о моих мыслях? Почему ты печёшься о том, что мне может быть больно видеть вас вместе? - Я.., - Ханбин протягивает руку, но Чжинхван оборачивается первый. - Просто живи, встречайся с Соён. Я ведь даже не пытаюсь вас разлучить, если ты вдруг опасаешься этого. Так какое тебе дело до меня? У Чжинхвана покрасневшие глаза, но он не плачет. Ханбин думает о том, какой он красивый. Ханбину кажется, что он думает об этом постоянно, даже когда не видит Чжинхвана. - Мне плевать на Соён. Чжинхван смотрит на него удивлённо. Ханбин думает, что вероятно это разрушит то, что у них есть сейчас, но всё равно хватает Чжинхвана за плечи и наклоняется, чтобы их лица были на одном уровне. - Мне плевать на Соён. Мне важен ты, мне важно то, что ты чувствуешь. Я не хочу причинять тебе боль, но я ничего не могу сделать для того, чтобы Соён выбрала тебя. - И не знаю, что я могу сделать для того, чтобы ты выбрал меня, - едва слышно добавляет Ханбин и отводит взгляд. Чжинхван удивлённо выдыхает. Они молчат довольно долго, Ханбин напрягается и убирает руки с плеч Чжинхвана. - Я не понимаю… Что это значит? – Чжинхван говорит тихо. - Ты важен для меня. Больше, чем кто либо, - Ханбин чувствует лёгкую дрожь внутри, но говорит ровно. - Ты… Это ведь потому что мы друзья?- Чжинхван говорит это будто просто, чтобы что то сказать. Ханбин уверен, что сейчас в его голове куча мыслей. - Нет, Чжинхван. Ты важен мне, потому что я влюблён в тебя. Ханбин замечает, как Чжинхван вздрагивает, будто пугаясь этих слов. - Я не знаю, что сказать тебе, - голос Чжинхвана звучит потеряно. - Ничего. Если не знаешь, значит не нужно ничего говорить. Ханбин запускает обе руки в итак взлохмаченные волосы и отворачивается. Мимо переулка проезжают автомобили, двери клуба открываются, впуская людей и выпуская на улицу грохот музыки. Мелкие, едва ощутимые капли дождя падают Ханбину на лицо. - Ханбин. Чжинхван зовёт его в тот же момент, когда Ханбин говорит: - К чёрту! Он оборачивается, в два шага преодолевая расстояние между ними. Его рука ложится на шею Чжинхвана так правильно. Ханбин целует. Напористо и глубоко. Вкладывая в поцелуй всё желание, которое консервировал в себе месяцами. Целовать Чжинхвана оказывается в десятки раз лучше, чем он себе представлял. Его губы прохладные и чуть горчат от выкуренной недавно сигареты. Ханбин чувствует, как становится жарко. Чжинхван отвечает. Осторожно и неуверенно, но отвечает. Ханбин так увлечён его губами, что даже не удивляется этому. Он приходит в себя только когда Чжинхван касается его щеки холодными пальцами и от неожиданности резко отстраняется. - Извини, если это было слишком, - Ханбин не знает, почему ему сложно дышать, - Но я не сожалею, что поцеловал тебя. Чжинхван поднимает руку. Ханбин успевает испугаться, что поцелуй был ему настолько неприятен, что теперь хочется вытереть губы. Но Чжинхван лишь чуть касается кончиками пальцев своей нижней губы. - Мне нечего тебе сказать сейчас. Но если ты дашь мне время, то я смогу с этим разобраться и буду знать, что тебе ответить. Ханбин кивает и уходит. Он не возвращается в клуб, не зная, что Чжинхван туда тоже не вернулся. О том, что Чжинхван улетел на летнюю практику в Японию, Ханбин узнаёт спустя два дня от Соён. Ханбин чувствует разочарование, злость, грусть, на фоне болтает Соён и шумит проезжая часть. Не вовремя вспоминается, что Чжунэ однокурсник Чжинхвана, а значит они в Японии сейчас вдвоём. Горечь оседает на языке и где то под рёбрами. Ханбин в этот же вечер говорит Соён, что между ними ничего никогда не будет. Она плачет, но Ханбин чувствует еле ощутимое облегчение. Начало августа на удивление прохладное, но Ханбин рад. Сеул плавился от жары предыдущие два месяца и это будто долгожданная передышка. В дверь звонят, и Ханбин вяло плетётся открывать, натянув после душа только спортивные штаны. Чжинхван за его дверью в тёмно-синей толстовке, с отросшими светлыми волосами, собранными в хвост и с яркой улыбкой. - Привет. У тебя с волос вода капает. Ханбин молча смотрит. Чжинхван, который должен быть в Японии на летней практике стоит сейчас в его прихожей. - Привет. А ты почему тут? - У меня был месяц практики весной, так что на лето осталось всего два месяца, - Чжинхван нервно теребит браслеты на запястье. - А, точно, - Ханбин думает, что возможно ему стоит ударить себя. - Извини, что уехал не предупредив. И что не писал после. - Всё нормально, - Ханбин мягко улыбается и наконец, приглашает Чжинхвана внутрь, - Проходи. Хочешь что-нибудь? Кофе? Чая у меня, кажется, нет. - Всё это надеюсь потом. Мне нужно сказать тебе всё сразу. Чжинхван глубоко вдыхает и на выдохе говорит: - Пока я был в Японии, думал обо всём. Настолько, насколько позволяла моя практика, - Чжинхван выдавливает маленькую усмешку в конце. И, чёрт побери, как сильно Ханбин скучал по этому. По Чжинхвану, по этим крохотным деталям, которые только его. - Я не могу ответить на твои чувства сейчас. Не могу сказать тебе, что Соён для меня теперь ничего не значит. Всё-таки два месяца это мелочь. Но я хочу выбрать тебя сейчас. Хочу попробовать забыть Соён вместе с тобой. Не для того, чтобы забыть её с твоей помощью, а потому что хочу попробовать с тобой. Попробовать то, что ты хочешь мне предложить и предложить взамен всё что смогу. Хочу узнать, как ощущается влюблённость в тебя. Хочу поцеловать тебя снова. Ханбин шокировано выдыхает. Чжинхван улыбается взволновано и притягивает его к себе за шею. Ханбин снова выдыхает от удивления, уже в губы Чжинхвана. Когда Чжинхван целует первый, это ещё более головокружительно, чем целовать его самому. Ханбин вцепляется в талию Чжинхвана, скрытую толстовкой, как за спасательный круг. - Влюбиться в тебя было лучшим, что происходило со мной, - шепчет Ханбин, прежде чем захлопнуть входную дверь и утянуть Чжинхвана в комнату. Чжинхван улыбается.