СФУ или Гей одолевает

Настроение студента было просто ужасным, и после пары он еще долго рычал и психовал. — Педик недобитый! Да что он себе позволяет? Сто пудов за должность лег под кого-то! — бурчал парень, не успокаиваясь. Конечно, гордость была задета, а буйный нрав только все усугублял. До драки не дошло бы, юноша был умен и не стал бы махать кулаками впустую, но сцепиться словесно мог бы. Чудом этого не произошло. — Успокойся… Тебя теперь тоже считают геем, коль ты про поход заговорил и про позы… А значит в этом разбираешься… А еще ты явно был бы пассивом, — констатировала факт та самая одногруппница Марья. Вообще она была Мариной от роду, но как-то так вышло, что все стали сокращать имя, а после и вовсе исковеркали, хотя девушку это устраивало. Необычно и ладно. — Молодец! Нечего сказать! — продолжила она наставлять друга на путь истинный и открывать ему глаза на жестокую правду, а за спинами уже пошли слушки и сплетни. — Да какого черта? Я не гей! — с психу бедному парню больше ничего не оставалось делать, как идти и укрощать свои нервы в столовой. Все-таки, он всегда добрел, когда к нему в руки попадала вкусная булочка, и веселел, если еще и с кофе. — Поверить не могу! Меня, пикапера далеко не нулевого уровня, считают геем! — все еще не мог успокоиться юноша, стоя в очереди, а очередь-то как-то поредела на парней. Нет ну, а зачем им своими задницами рисковать, верно? Остались только девушки, которые разглядывали во все глаза да перешептывались: «Надо же, такой милый и гей». Терпение у парня было не безграничным, и плюнув на все правила этикета, он внаглую протолкался вперед и, купив, что нужно, сел за свободный стол. — Прекрасно… Так он и просидел бы один, если б не Марья, которая успела догнать и усесться рядом, деля пополам себе пирожки. Вместо кофе она предпочла свою диетическую колу. — Да ладно тебе. Расслабься. Сейчас с месяцок поболтают и успокоятся. У тебя моська милая. Соблазни какую-нибудь девушку и все. Пусти слух, и твоя репутация вновь чиста! — посоветовала блондиночка. — Ну, может ты и права, хотя у нас симпатичных нет, все какие-то… — вздохнул юноша и начал рассматривать девушек, стоящих в очереди. Он медленно и даже скорее лениво пробегался взглядом с одной фигурки на другую, подперев щеку ладонью. — Что?! — возмутилась одногруппница, недовольно и обиженно сверля взглядом друга. — А как же я?! Нет, ну для этого плана я не в счет, конечно! Но есть и много других миленьких! — Ну ты подруга, поэтому тебя в расчет не беру, — улыбнулся парень, а после кивнул на «фавориток» для соблазнения. — Ну, а остальные… у той бедра широкие, вон у той живот висит, у той, что за соседним столиком — вообще синяки под глазами, как будто тональник купить сложно, не понимаю… — Ну ты и привереда… А может и правда гей… — последняя фраза была произнесена Марьей так тихо, что никто бы не услышал, даже если бы очень сильно и захотел. — Синяки у неё потому, что считает, что естественная красота важнее. У той бедра широкие, так она на гитару походит, потом пользуется большим спросом у парней. Та, у которой животик, так она восточные танцы танцует, он такой и должен у них быть. — Не знаю, по-моему, это кошмар. Если найду симпатичную, то обязательно соблазню и пущу слушок… — пробубнил парень с набитым ртом и призадумался, идея-то хорошая, пусть и не совсем честная. — Ну вот и молодец! — девушка тоже принялась жевать свой обед, а потом добавила. — А так, ты к преподу ехать-то думаешь, али нет? — Нет, конечно! Мне мой зад дорог, да и от его бой-френда получить добавки не хочется… — усмехнувшись, несчастный студент прищурился и отпил чаю. — А вот и твой гей подоспел, — юноша тут же отвернулся к окну, заметив на горизонте преподавателя. Марья отмахнулась от слов друга, жадно следя глазами за мужчиной, за тем, как он берет себе обед, расплачивается, отходит к остальным преподавателям, и те принимают его как «своего» без каких-либо проблем. Как ни крути, а обаянием и харизмой он обладал. Остаток дня прошел не радужно для студента, то и дело на него косились и показывали пальцем, а то и вообще подкалывать словесно пытались, благо юноша был колок на язык и, в общем-то, все неудачные шутники свое получили. В конце концов, терпение кончилось. Стало совершенно безразлично, кого соблазнять, лишь бы быстрее избавиться от сплетен. В коварные сети попалась типичная фифочка. Накладные волосы, наращенные ногти, супер загар, от которого не понять, то ли она действительно смесь негра и русского, то ли её «случайно» недожарили на вертеле, как курочку. Собственно, парня это не волновало, когда он затаскивал данную особу на цокольный этаж, а там уже откровенно стал домогаться. Но порыв решимости быстро стал пропадать. Дамочка хихикала, улыбалась и ну очень хиленько так отбивалась, так что даже спереть на то, что она не хочет, и уйти было невозможно. Уже через пару минут несчастный был весь в помаде, а запах её духов почти довел до потери сознания. Нет, долгостойкие духи вещь очень хорошая, но не тогда, когда вылито пол пузырька. Так или иначе, но парня обстановка не возбуждала, и он, чтобы не ударить в грязь лицом, довольно хитро выкрутился. — Извини, мы спешим, давай вечерком у меня, — поцеловав и не сказав адреса, он быстренько сбежал, только пятки кроссовок сверкали. Девчушка ну очень огорчилась, и к этому потом прибавились, помимо так и не ушедшего слушка, беганье этой бабенки, которую почему-то посчитали с разбитым сердцем. В этот же день парень старался спрятаться, где только мог, и самым лучшим убежищем стал мужской туалет. Попытка отмыть с лица и местами рубашку от помады привела к краху, помада была тоже фирменной, как и духи, которыми пропах этот не очень-то удачный соблазнитель, так что, как не выветривались духи, так не смывалась и водостойкая помада. Все бы ничего, день можно было бы пометить как «отвратительный» и успокоиться, но тут по велению судьбы в этот же несчастный туалет зашел и преподаватель, день моментом переименовался в «самый ужасный на свете», а мужчина расхохотался, глядя на горе-любовника. — Не очень-то удачные похождения, я смотрю, — преподаватель, так и смеясь, скрылся в одной из кабинок. — Зато у тебя вообще никаких, педик, — рыкнул юноша и, устало вздохнув и сняв с себя рубашку, оголил торс, пытаясь все же застирать одежду и избавиться от помады. — Ты так уверен в своих словах, юноша? Смотри, ошибешься же, и стыдно будет… — фыркнул преподаватель и, выйдя, окинул взглядом паренька. Говорить ничего не стал и благополучно вышел, чем, кстати, еще сильнее вывел юношу. Даже поругаться не удалось, и гнев спустить не на ком оказалось. Конечно, парень так и не ходил к преподавателю и не сдавал ему доклад, а так как это было ожидаемо, сам препод на следующий день довольно влепил жирную «2» за невыполненное домашнее задание. Если и приучать нерадивых студентов к дисциплине, то строго по всем правилам. — Рано «2» ставите, я подготовил доклад и хочу рассказать его перед группой, — спокойно сказал юноша и сел на край стола мужчины лицом к аудитории. Самоуверенности ему было не занимать. — Сейчас у нас новая тема и слушать Вас нам некогда, — спокойно возразил мужчина. — Ну да если Вы хотите подставить своих одногруппников, то прошу, — обезоруживающе улыбнулся преподаватель, сам же оценку накалякал карандашом и стер бы ее сразу после лекции, ну не всерьез он это все говорил, а вот проучить юношу стоило. От такого ответа несчастный студент на первое время потерял дар речи, а после наклонился к преподавателю и прошептал: — Тогда я всем скажу, что Вы до меня домогались, — улыбнулся невинно парень, очень надеясь хоть так повлиять на предмет своей ненависти. — Интересно когда? К вашему несчастью, я все время был на глазах у коллег, а вечером Вы у меня отсутствовали, что может подтвердить моя невеста, — так же тихо прошептал и преподаватель. — Да и слухи ваши ну совершенно необоснованные, так что лучше за языком своим смотрите… Ваши слова — оружие, но пользуетесь Вы им плохо, и сами же, в итоге, пострадаете. Уже пострадали вчера, разве я не прав? Не усугубляйте свое положение. — Я перестану Вас цеплять, если Вы перестанете ко мне придираться, — говорил все так же тихо юноша. — Да и невесте вашей привет, надеюсь, она поумнее Вас будет. Вы слишком переоцениваете себя в «словах» и недооцениваете меня. — Со стороны это все выглядело тоже очень красиво. Сидящий на столе студент со славой гея о чем-то шептался с невозмутимым преподавателем, который тоже получил славу гея. Ох, как двусмысленно, так что вся аудитория ждала новых событий, затаив дыхание. — Цепляйте, как хотите, повышать ваши оценки из-за каких-то там пущенных вами слухов я не намерен. Хотите, чтобы не придирался, готовьтесь лучше. Доклад расскажете после лекции. И да, вы не в моем вкусе были бы, будь я геем… — на этом весь разговор и окончился. Шикнув, юноша тут же сел на свое место, заранее сказав подруге молчать, дабы она не пустила какую-либо колкость и не посмеялась. И без того настроение у юноши было никаким. Пришлось ждать конца лекции, чтобы рассказать доклад один на один, а радовало только то, что это была последняя лекция на сегодня. В итоге, все разошлись, так и не дождавшись какой-либо шикарной сцены. Как только дверь закрылась и парень сел напротив преподавателя, рассказ доклада начался. Как ни странно, но после него последовали самые банальные вопросы по тексту доклада и ничего лишнего. Студент нехотя отвечал, закатывая глаза, ему хотелось побыстрее уйти, а его так просто не отпускали. Он прекрасно понимал, что подруга сейчас завидует, сидя в автобусе, и жалеет, что не она осталась с преподом один на один в пустой аудитории без свидетелей — Все. Хорошо. Можешь идти, — спокойно сказал мужчина после расспросов и поднял взгляд на юношу, а глаза его были темно-карими, почти черными, и оттого казалось, что как угольки горящие, да в принципе и голос спокойный со сдержанным тембром. Ненадолго заглядевшись в глаза и заслушавшись голосом, парень пришел в себя и поднялся. Все-таки, было что-то в преподавателе притягательное, и если бы не конфликт на первом же занятии, то может быть мужчина даже понравился юноше, ведь, вел этот предмет бесспорно хорошо и знал свое дело от и до. Не придерешься. — Я надеюсь, наши разногласия закончены? — От Вас, молодой человек, зависит, — мужчина улыбнулся уголками губ, наивно надеясь, что урок взбалмошный и мало управляемый студент усвоил. — Можете идти. «И почему я не верю про его невесту?» — думал парень, смотря прямо глаза в глаза. Нет, ну нужно было признать, иногда этого нахального мужика стоило послушать, но вот только это не радовало, и, чтобы хоть как-то повлиять на свой собственный внутренний голос, а этот улыбающийся тип не посчитал, что теперь его жизнь будет сахаром, юноша, уходя, добавил. — И все же, ты — педик.