У тебя есть шанс

— Так вы снова вместе?    Из небольшого, но вполне уютного домика разносился небывалый грохот. Просто Джим Хоппер решил в кое-то веке переехать жить к нормальным людям (общество белок в лесу его уже не устраивало), поэтому смог позволить себе купить дом на той же улице, где жили Байерсы. И пусть шериф по десять раз на дню отрицал, что это всё потому, что он не упускает попыток сходить с миссис Байерс в ресторан, всем, а особенно Одиннадцать, было ясно очевидное.   — Нет, мы просто друзья, — девушка сдула пыль с рамки и громко чихнула. На фотографии была она с Майком, тогда еще почетно занимавшим звание её парня, а сейчас, к его огорчению — все лишь друга.  Раздался картонный треск, а затем — громкая ругань. — Слышал бы тебя Хоппер, — Оди обернулась к подруге, которая пыталась в спешке собрать всё, что полетело со дна коробки. — О да, грозный шериф, — протянула Мэйфилд, — он вообще в курсе, что тоже будет здесь жить? Почему мы всё разбираем?  Оди усмехнулась. Макс уже который раз задаётся одним и тем же вопросом, при этом наивно полагая, что по её зову Хоппер вернется с вызова. — Да ладно тебе, — сказала Оди, — мы разберем только мои вещи и коробки с безделушками в гостиной. С кухней и второй комнатой он сам справится.  Макс победно улыбнулась, предвкушая скорый отдых и холодный лимонад. Девушка села на диван и принялась рассматривать статуэтки и всякие фигурки животных или, как называла это её мать, — пылесборники. Позже они почетно займут свое место на одной из полок над диваном, а сейчас рыжеволосая с интересом вертела в руках каждую фигурку, стараясь найти в ней что-то очаровательное или вообще, что угодно, что могло привлечь шерифа к покупке такой вещицы.  Она отвлеклась от своего занятия и повернулась в сторону подруги, которая подозрительно затихла. Хоппер сидела на полу с дурацкой улыбкой и держала в руках еще одну рамку. Макс это насторожило. — Если там не мое изображение, то я даже не могу предположить, что тебя так обрадовало, — сказала она и, встав с удобного дивана, пересела на твердый пол. Девушка протянула ей рамку, внутри которой собралась вся их компания: впереди — Оди, Макс и Дастин, позади, кто повыше — Майк, Уилл и Лукас, — счастливо улыбаются и смотрят в объектив. Макс тоже улыбнулась и положила руку на плечо подруги. — Соберемся еще вместе, — сказала она. — Думаешь, можно? — Оди повернулась к подруге так, что на несколько мгновений их лица были непозволительно близко. Макс взглянула в такие родные карие глаза и, как ей подобает, с полной уверенностью выдала: — Конечно. Кто нас остановит?  На лице Хоппер засияла благодарная улыбка, и она бросилась обнимать подругу. Отчаянное веселье передалось и Мэйфилд.       Закончив с вещами и оставив записку Хопперу, что Оди пойдет погулять с Макс, девочки направились вниз по улице. — Совсем недалеко до тебя, — сделала заключение Одиннадцать, когда спустя 10 минут они дошли до дома Мэйфилдов. В окнах горел свет, но ни одна машина не была припаркована. — Не хочешь зайти? — спросила Макс, махнув рукой в сторону входной двери, — дома только мама, сможем спокойно посидеть у меня.  Оди выдохнула. С недавних пор её не радовала мысль гостей у подруги, потому что у неё всегда было плохое предчувствие, когда она видела её отчима или брата. И если мистер Мэйнфилд никогда себе не позволял ничего в сторону девушек (и Оди стала думать, что у нее просто поехала крыша), то Билли никогда не упускал возможности бросить в их сторону пару едких словечек. Его ничто не останавливало, и даже тот факт, что он теперь знает о сверхспособностях Одиннадцать, его ничуть не пугал. — Да, давай, — согласилась она, и девушки направились в дом. Миссис Мэйфилд что-то делала на кухне, когда Макс бросила: — Привет, мам! Мы с Оди наверху! — и девушки поднялись по лестнице.  Комната рыжеволосой сильно отличалась от комнаты той же Хоппер. Если Оди вовсю старалась добавить красок в скучный интерьер, тут и там понаставляя всего, что под руку попадалось, то Мэйфилд ограничивалась минимумом. Большую часть пространства занимала огромная двуспальная кровать, над изголовьем которой было единственное в комнате окно. С одной стороны от кровати был стеллаж, на котором неровными стопками стояли комиксы и книги с журналами. Стол и шкаф заняли место у двери. Всё было тёмно-серых тонах, что никак не вязалось с такой девушкой, как Макс, чьи огненно-рыжие волосы то и дело развивались по ветру, когда девушка в очередной раз каталась на своем скейтборде, и ярко-голубые, как океан глаза, в которых всегда плясали чертики. — Мои хоромы, — развела руками хозяйка комнаты.      Макс не знала, сколько времени они провели у нее в комнате, но она определенно точно знала, что это время было проведено с пользой. Во-первых: они с Оди прочитали и подробно разобрали последний выпуск про «Чудо-Женщину» и вместе пришли к выводу, что супергерои девушки круче. Во-вторых, они успели обсудить всех их знакомых парней и пришли к выводу, что вполне точно можно предположить, что они умрут в одиночестве. — Харрингтон? — предположила Макс, неловко убирая рукой пыль со стеллажа. — Стив? — удивилась Оди, а затем засмеялась, — не староват для тебя? — Для меня? — переспросила Мэйфилд и загадочно улыбнулась, — я про тебя говорила!  Оди засмеялась пуще прежнего: — О, неет! Ты чего?  В-третьих, Макс себе призналась: смех и улыбка Хоппер — единственное, что могло сделать её день самым лучшим.  Одиннадцать стала рассказывать её о магазине, в котором, после случившегося в Торговом Центре, работали Стив с Робин. А Макс всё так же стояла у стеллажа, только сейчас не могла оторвать взгляда от своей подруги. Девушка подумала, что даже тысяча Уиллеров не заслуживают такую, как Оди.    Её размышления были грубо прерваны открывшейся дверью.   — Что вы здесь делаете?  Оди прекратила рассказывать и теперь глупо уставилась на парня в дверях. — Стучать не пробовал, Билли— спросила Макс и села рядом с подругой, готовясь в любой момент её защитить, — чего тебе надо? Парень весело усмехнулся. Сейчас рыжеволосая заметила, что у брата была разбита губа, и кровь узкой струйкой стекала по подбородку, каплями оседая на пол. — Развлекаетесь? — парень перевел взгляд с Макс на руку, которую она положила на колено Хоппер, и обратно. Казалось, это еще больше его развеселило. — Твоя мама уехала к одной из своих подружек, ничего не приготовив, — Билли говорил это с некоторой издевкой, своим тоном желая выделить то, что Сьюзан не способно на выполнение простых для человека задач. Макс стало неловко перед Оди, хоть здравой частью ума она понимала, что для девушки это не будет ничего значить. В глазах Одиннадцать все и каждый имеют право на ошибку, а некоторые — на их большое множество. Билли победно улыбнулся, развернулся и вышел из комнаты, оставив дверь открытой. Секундой позже, когда Макс резко встала, чтобы захлопнуть за ним дверь, с лестницы донесся голос парня: — Я купил вафли, они в холодильнике.