По следам "Свет во Тьме"

Анна сидела в кресле и пыталась расчесать русые волосы стоящей перед ней дочери. Это было непросто, так как Настя постоянно крутила головой, рассказывая о событиях прошедшего дня и ожидая реакции Анны. Не так давно Настя обратила внимание на фотографию восемнадцатилетней Анны, которая стояла на письменном столе в кабинете Алекса. Совсем ещё девочка с распахнутыми миру глазами, счастливой улыбкой на лице и толстой длинной косой, перекинутой через плечо, она олицетворяла юность, свежесть и невинность . Как Анна потом узнала, Алекс выпросил эту фотографию у её родителей во время посещения Затонска. Зайдя в кабинет после его отъезда, Анна сразу заметила её отсутствие. Алекс забрал ее с собой. Настя загорелась желанием отрастить такую же косу "как у мамы", и теперь каждое утро Анна была удостоена чести заплетать то, что дочь называла косой ( а в действительности походила на тоненький хвостик) и украшать бантом. Анна рассеянно слушала дочь. Всё мысли плавно переходили от воспоминаний о вчерашнем дне, которые вызывали румянец на щеках и другие приятные ощущения в теле, к обдумываю, как построить день, чтобы всё успеть к важному событию вечером. Пусть наступающий 1898 будет переломным в их жизни. Они вдвоём с Яковом встретят его, и Анна загадает своё самое сокровенное желание. Закончив плести косу, Анна поцеловала дочь в пухлую щечку. -Ну, вот, посмотри, какая ты большая, и коса у тебя воот на столько выросла. - Анна показала на треть своего мизинца. - А большие дети спят одни в кровати. Ты же дома одна спала?- Анна заметила, что Насте не очень понравилась эта идея, хотя слова о том, что она уже большая, явно смягчили реакцию. Настя было надулась, но тут же нашлась с ответом. - А вот ты всегда с папой вместе спишь, хотя и большая. - Но папы сейчас нет, а тебя Корсар охраняет. И даже если меня не будет рядом, он тебя никогда не даст в обиду и защитит. В её ответе явно отсутствовала логика, но Настя, к счастью, этого не заметила. Анна быстро перевела разговор на предстоящий праздник.

***

Яков уже сидел в гостиной, просматривая свежую газету. Он сразу отметил цветущий вид Анны. Все происходящее сейчас между ними не только душу лечило, но и наполняло жизненной силой и энергией, которые невозможно было сдержать и скрыть. Яков поднялся , выдвинув стул для Анны, положил руку ей на талию и прижал к себе. Анна вспыхнула, почувствовав теплое дыхание у щеки, а затем лёгкий поцелуй. - Яков, нас заметят. -А это имеет значение?-Яков пытливо посмотрел на неё.- Если мы будем скрывать свои отношения даже от слуг, как же мы сможем жить вместе? -Я просто ещё не привыкла. Но это быстро пройдёт,- и она в ответ чмокнула его в губы прежде, чем гордо опуститься в ловко подставленный стул. Деятельная натура Анны толкала её сразу приступить к главному. -Яков, давай с утра с детьми ёлку украсим, -она согнула мизинец.-Для этого мне потребуется твоя помощь. Потом отправим детей на прогулку.-За мизинцем последовал безымянный. Яков заинтересованно ожидал, что будет третьим пунктом Аниного плана.. -А потом мы с тобой каждый своими делами займёмся. Яков удивлённо поднял бровь. -Какими своими делами? Ну, ты какими-то мужскими,-Анна неопределенно пожала плечами. -А я позабочусь о том, чтобы к вечеру все было готово. Яков не стал уточнять, что именно. У него были свои планы на вечер, которые он имел твёрдое намерение осуществить. А сейчас у него, действительно, оставались незаконченные бумажные дела, которыми он занимался до приезда Анны. Елка была установлена в гостиной, и дети вместе с Глафирой принялись с азартом выполнять данные Анной задания. Настя с Павликом аккуратно заворачивали грецкие орехи в фольгу, Анна перевязывала их нитками и передавала Штольману, который ухитрялся как-то разместить их на ветках. С шоколадными конфетами дело пошло быстрее. Дети очень старались, даже Платон не скучал. Он доставал из коробки орехи и раскидывал по полу, а Корсар радостно за ними гонялся. Последними развесили шары предусмотрительно на безопасную высоту, и Штольман прикрепил рисунки Насти и Павлика на самом видном месте на стене в гостиной. Затем детей передали на попечение Глафиры, чтобы подготовить их к прогулке, а Штольман, гордясь выполненной работой, направился в кабинет, пригласив Анну на минутку зайти к нему. Как только за ними закрылась дверь, Яков прижал Анну к себе и прошептал на ухо: Я просто хочу с тобой немного побыть. Сколько можно издали любоваться.! До вечера ещё так далеко. Анна потянулась к его губам, обхватив обеими руками за талию. -Нет,- вздохнул Яков, -не соблазняй. Ты знаешь, во что это сейчас выльется. Анна засмеялась, легко поцеловала и оставила наедине с бумагами. Сама направилась на кухню, чтобы отдать последние распоряжения кухарке.

***

Днем, когда детей уложили отдохнуть, доставили велосипед. Анна с Яковом разложили подарки под ёлкой, а велосипед поставили чуть в стороне. Когда после дневного сна детей привели в гостиную, их ожидал сюрприз. Увидев велосипед, Павлик осторожно к нему приблизился. - Это тебе подарок,-подбодрил его Яков. Так как Павлик продолжал стоять в нерешительности, Настя отложила подаренную роскошную куклу с длинными шелковистыми волосами и подбежала на помошь другу. Она вмиг забралась на сидение и решительно ухватилась за руль велосипеда. -Павлик, смотри! Это легко! -Настя закрутила педалями, и машина пришла в движение. Яков едва успел остановить велосипед прежде , чем тот врезался в стоящую недалеко ёлку. Поняв свою ошибку, взрослые увели детей в большую прихожую, где можно было не опасаться за возможный физический и материальный ущерб. Павлик больше не ждал второго приглашения, храбро оседлал "коня" и стал ловко крутить педали под зорким контролем отца, следящего за тем, чтобы ничего не попало под колеса юного водителя. Корсар, радуясь новому развлечению, с заливистым лаем крутился под ногами, внося свою лепту в общее веселье. Анна с Настей были зрителями. Настя прижимала к груди красавицу куклу, и Анна с облегчением поняла, что её подарок оказался востребованным. Платону досталась уменьшенная копия Корсара, которая при надавливании кнопки на животе издавала отдаленное подобие лая. Платон быстро освоил новую игрушку и счастливо смеялся, когда мини пудель выдавал очередную порцию мини лая. Настоящий Корсар с опаской косился на нового обитателя детской и предпочёл с ним не связываться. Для этих целей у него оставалась довольно потрепанная Кити.

***

К вечеру суета утихла, дети наигрались и спокойно уснули. Стол в гостиной был накрыт на двоих. Анна попросила приготовить лёгкий ужин. Горничную и стряпуху в честь праздника отпустили домой пораньше, в доме кроме Анны с Яковом и детей остались только Фрося с Глафирой. Штольман щедро одарил прислугу денежным подарком в размере полумесячного жалования, чем вызвал их искреннюю благодарность. У себя в комнате Анна застыла у зеркала. Она знала, что Штольман уже дожидается её в гостиной. Рядом на столе лежал приготовленный для него подарок. Настя тихонько посапывала в кровати, Корсар занял свое место на полу . На Анну в зеркале смотрела красавица в роскошном платье нежного персикового цвета с открытой грудью, короткими рукавами, почти полностью обнажающими руки, узким лифом, обшитым кружевом и подчеркивающим высокую грудь, зауженной талией до бедра откуда оно спадало волнами в пол. С правого бока от лифа до подола шла дорожка из цветов, вышитых речным жемчугом. Такой же узор окаймлял низ платья. Наряд дополняли длинные перчатки до локтя. Щёки Анны горели, сердце замирало. Она посмотрела на кольцо, надетое ей Алексом во время венчания. Завтра она напишет письмо Алексу и отправит поверенному. Но Анна не решалась снять кольцо-она была уверена, что это кольцо поможет защитить его в дороге, в чужой стране. Оно как оберег, как знак того, что он ей дорог. Она не смогла стать Алексу любящей и верной женой, но он для нее стал близким другом. Поэтому она молилась за его безопасность в пути, за его возвращение, за то, чтобы он нашёл свое счастье. Яков уже полчаса в волнении вышагивал по гостиной, стараясь не задеть ёлку. Объект волнения лежал в нагрудном кармане пиджака. Время от времени он нащупывал его, чтобы убедиться, на месте ли. Было уже десять часов. Наконец он услышал лёгкие шаги Анны, и когда она появилась, Якову показалось, что сердце пропустило удар. Он замер, не сводя с неё глаз. Разве можно быть такой красивой! Анна заметила реакцию на своё появление, подошла к нему и, улыбаясь, протянула руку в перчатке. Яков медленно обнажил её и, как раньше при встречах, коснулся губами тёплой ладошки. Затем торжественно подвёл к столу, помог устроиться и сел рядом. Они были одни в гостиной. На празднично сервированном столе стояли шампанское, фрукты, сыр, блюдо с мясной нарезкой, свежие булочки, масло, икра. Неожиданно Яков почувствовал смущение, не зная, что дальше делать, боясь опять что-то испортить. Анна взяла инициативу в свои руки. -Так как горничной у нас сейчас нет, позвольте за Вами поухаживать, Яков Платонович. - - Её лёгкий тон, улыбка, сияющие глаза привели Якова в чувство, вернули уверенность. Анна между тем разложила еду по тарелкам и теперь внимательно смотрела на него. Яков про себя чертыхнулся, что это с ним? Он ловко открыл бутылку с шампанским и наполнил оба бокала. В комнате было тихо, тепло, свечи потрескивали и Анна, прекрасная как никогда любимая женщина, рядом.. Всё было похоже на чудесный сон, в котором они были одни, отгороженные от всего мира. Яков хотел сказать что-то особенное, подчеркивающее важность для него происходящего, но единственное,что вырвалось было: " Анна, я люблю тебя," и дыхание перехватило от простоты и неизменности сказанного: все, что произошло с ними за десять лет, подтверждало очевидное- он не мог быть счастлив без этой женщины. Только она могла вызывать в нем такую остроту чувств:нежность, заставляющую сердце сжиматься, постоянное желание защитить, оградить от любых неприятностей, не проходящую с годами страсть и потребность быть рядом с ней всегда, разделять радость и горе, вместе растить детей, смеяться и спорить, дарить подарки, засыпать и просыпаться, чувствуя её рядом. Все это пронеслось в голове за какое- то мгновение. Анна серьёзно сказала: -Я никогда не переставала любить тебя. Яков, давай каждый загадает желание на новый 1898 год, и пусть наши желания исполнятся. Они поднялись и, стоя близко друг к другу , закрыли глаза, подумав каждый о своём, затем одновременно открыли их, засмеялись и выпили шампанское. Яков взял бокал у Анны, поставил оба бокала на стол, обнял её и прижал к себе. Они просто стояли, глядя друг другу в глаза, будто стараясь прочесть в них будущее. Яков осторожно коснулся губами её губ, и когда Анна обхватила его шею обеими руками и теснее прижалась к нему, Яков понял, что их праздник сейчас переместится в привычный кабинет. Нет, ещё рано,- с трудом остановил себя. -Аня, у нас вся ночь впереди. Он опять взял её руки в свои. Анна носила лишь одно кольцо-на правом безымянном пальце было обручальное кольцо от Алекса. Других украшений не было. - Ой, -внезапно спохватилась Анна,-я подарок забыла на столе. Подожди, я сейчас вернусь! Не дав Якову опомниться, Анна уже поднималась по лестнице. Яков проводил её взглядом. Опять ускользнула в последний момент! Через минуту Анна вернулась с небольшой коробкой. -Яков,-это тебе. Открой. В её взгляде сквозили нетерпение и беспокойство. Открыв коробку, Яков увидел себя самого. На листе из альбома Павлика был его портрет. Яков каждый день видел себя в зеркале, но таким-никогда. Штольман осторожно достал рисунок из коробки. Он был выполнен простым карандашом, только глаза были яркого серого с голубым цвета, и сразу притягивали всё внимание. Такого взгляда Яков никогда не замечал у себя в зеркале. Нежность была в нем. Неужели Анна его таким видит? Левая бровь слегка приподнята, как будто в изумлении, а в уголке рта таилась лёгкая улыбка. Никто никогда не рисовал его портрет, да и фотографий у Якова практически не было. Когда-то давно Нина, увидев его старую фотографию, забрала её себе. Варвара несколько раз говорила, что им надо всем вместе сфотографироваться, но все это как- то откладывалось. Яков посмотрел на Анну. Она замерла в ожидании его реакции. -Аня, это лучший подарок в моей жизни. Неужели я такой? - Для меня-да,-серьёзно ответила Анна. Яков молча по очереди поцеловал её руки, а затем достал заветную коробочку. В ней лежало серебряное кольцо с синим алмазом, камнем, совпадающим по цвету с глазами Анны. Анна завороженно смотрела на чудесный камень. Когда Яков надевал кольцо на ее левый безымянный палец , Анна заметила, что его обручальное кольцо исчезло. Она знала, что вдовцам не обязательно было носить обручальные кольца после смерти супруга. Все зависело от желания самого вдовца. Анна подняла глаза на Якова. Он напряжённо смотрел на неё. Вместо ответа она обхватила его за шею и поцеловала, стараясь, чтобы он не заметил внезапно навернувшиеся слезы. Яков ничего не сказал, даже если что и заметил. Он поднял её как пушинку и понёс в кабинет. В кабинете горела настольная лампа, которая освещала лишь часть комнаты. Широкий диван был застелен шелковым бельем, письменный стол украшали бутылка Premius Bordeaux AOC, рубиново красного французского вина с бархатисто тёплым послевкусием, понравившегося Анне во время их обеда в ресторане, ваза с виноградом и блюдо с нарезанным сыром. Яков как мог самостоятельно приготовился к предстоящему событию. Никто и ничто не должно было им помешать в этот день. Яков опустил Анну, скинул пиджак, повернул её к себе спиной и начал медленно освобождать от шпилек прекрасные волосы, над которыми Анна до этого добрых полчаса трудилась, укладывая в замысловатую прическу, не забывая при этом касаться губами ее шеи, мочки ушей. Анна стояла закрыв глаза, чувствуя, как ее тело реагирует на каждое прикосновение Якова. Вытащив все шпильки, постоял некоторое время, пропуская сквозь пальцы длинные душистые пряди. Затем перешёл к пуговицам. Он не спешил. Как сказал раньше, у них вся ночь впереди. Расстегивая пуговицы одну за другой, продолжал нежно касаться губами оголившиеся участки тела, слыша, как учащается Анино дыхание. Когда обнажились плечи и грудь, Яков развернул Анну лицом, и поцелуи стали более настойчивыми. Анна перебирала кудри Якова, невольно теснее прижимая его к себе. Она не могла больше терпеть эту сладкую муку, и Яков, чувствуя её нарастающее возбуждение, быстро закончил с оставшейся одеждой, полностью обнажив Анну. Она стояла перед ним более прекрасная в своей наготе, чем в роскошном платье, которое оказалось небрежно сброшенным на пол. Её длинные стройные ноги, тонкая талия, плоский живот, высокая грудь, роскошные волосы, рассыпавшиеся по плечам, заставили Якова замереть, рассматривая сию природную красоту, созданную Творцом для любви. Очнувшись от созерцания, он мгновенно избавился от мешавшей и сдерживающей его одежды и прижал Анну к себе, всем телом ощущая все её плавные изгибы, нежные округлости, упругие выпуклости. Она теснее вжималась в него, чувствуя его растущее возбуждение. Яков поднял драгоценную ношу, и она ногами обхватила его талию. Соединившись, он донёс её и опустился с ней на подготовленное им брачное ложе. Эта новогодняя ночь навсегда останется в памяти не только безумством страсти и нежными ласками, сопровождающими обладание самой желанной единственной, о которой мечтал ночами. Но и пониманием, что ничто больше не заставит его отказаться, отпустить Анну. Он сделает все возможное и невозможное, чтобы искупить свои грехи и ошибки, сделать её счастливой. Он лежал, глядя на спящую рядом Анну, чья рука лежала у него на груди, и чувствовал, что мог с уверенностью заявить : " Остановись, мгновенье! Ты прекрасно." Но отнюдь не собираясь немедленно после этого умереть. Хоть и был грешником, но душа у него была живая, которая болела, страдала, любила, совершала ошибки, пыталась их исправить, делала добро, отвергала зло и не заслуживала ада. И теперь у него была Анна.