Охота на дракона

Кристиан сидел в трапезном зале и медленно потягивал травяной настой, который Ида любила больше, чем вино и хмель. В голове роились нерадостные мысли о ней самой, об их непонятных отношениях и так некстати нарисовавшихся братьях-тире-друзьях. Кто бы мог подумать, что Ида окажется ближе к нему, чем он мог предполагать в своих самых смелых фантазиях. Кристиан практически убедил себя, что брак с безродной простолюдинкой не отразится на его статусе при дворе короля, а тут оказалось, что она вовсе не была безродной. Уйдя глубоко в себя, он по привычке затеребил шнурок от кулона, что все время висел на груди, спрятанный под рубашкой. Простая цепочка холодила пальцы. Сапфир в серебряной оправе скользнул в ладонь. Кристиан ошарашенно замер, едва не сорвав кулон с шеи. Как он мог быть так слеп? В памяти всплыл бал, организованный графами Верлисскими, и прекрасная дева, что одним взглядом покорила его сердце. В тот вечер она обронила кулон, украшавший глубокое декольте. Когда Кристиан поднял его, то девушки уже нигде не было. Попытки найти ее не увенчались успехом. Спустя несколько недель началась война, и стало не до поисков таинственной незнакомки. С тех пор прошло больше пяти лет, и он смирился с тем, что загадочная красавица вышла замуж и стала еще более недосягаема. Ее кулон превратился в амулет удачи, который сопровождал его в самые мрачные походы и был с ним в самых кровавых битвах. – Доброе утро, Крис, – Ида широко улыбнулась и села на скамью напротив. Осмотрев завтрак на столе, она заинтересованно принюхалась и покосилась на напиток в его руках. Совершенно не стесняясь, она нагло забрала кружку и сделала глоток. Хитрая улыбка заиграла на ее губах. Она полностью проигнорировала удивление на его лице. Кристиану потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя и сдержанно улыбнуться. – Леди Эстергор, – он церемониально склонил голову в поклоне. Ида поморщилась и отставила кружку в сторону. Улыбка слетела с ее губ, брови нахмурились, и сапфировые глаза потемнели. – Слушай, Крис, – она специально сделала ударение на сокращенной версии его имени, на что он вызывающе поднял бровь. Помимо нее, подобным образом к нему обращался только отец, но об этом он не задумывался вплоть до этого момента. – У нас были замечательные отношения, если можно так сказать. Я не хочу их портить только тем, что объявились мои братья. – Ты скрыла свое происхождение и поставила меня в неловкое положение, – он пожал плечами, продолжая сверлить ее осуждающим взглядом. Испепеляющее пламя на дне ее глаз, он старательно игнорировал. – Я практически вызвал лучших друзей на дуэль, защищая твою и свою честь. – Если бы ты вел себя как подобает с самого начала, то не нужно было бы защищать ничью честь, – прошипела сквозь зубы Ида и подарила ему еще один обжигающий взгляд. – Ты, я надеюсь, не рассказал им, как мы добирались сюда, где и как жили? – Нет, – Кристиан оскорблено хмыкнул, внутренне открещиваясь от ужасов, которые ожидали бы его, узнай ее братья об этом, и которые услужливо нарисовало его воображение. Ида шумно выдохнула и положила голову на руки. Спустя несколько мучительно долгих мгновений в напряженной тишине ее плечи опустились, словно она приняла какое-то значимое для себя решение. – Крис, я не хочу ссориться. Давай оставим все так, как было до вчерашнего вечера? Мы просто два друга: рыцарь и бард. Без всяких титулов. – Я не хочу быть просто другом. Ида вскинула голову и, не моргая, уставилась на него. В ее прекрасных сапфировых глазах полыхали искры: зрачок, сжавшись, подрагивал, вокруг него появился светящийся ореол, и серебристые пятнышки на темно-синей радужке сверкали все ярче, ловя лучи света. На ее лице застыло растерянное выражение. Губы приоткрылись, и щеки обожгло румянцем. Понять, о чем она думала, было невозможно. Кристиан досадно мысленно вздохнул, не позволяя себе показать разочарования внешне. На что он надеялся? Что она кинется к нему на шею с криками: «О да, я согласна!»?

***

– Чаевничаете, голубки? – насмешливый голос вырвал Иду из шокового состояния. Она вздрогнула и подняла глаза на братьев, спускающихся по лестнице. Ее сердце лихорадочно колотилось в груди после признания Криса, и она очень надеялась, что они не заметят ее состояния. Заставив себя дышать ровнее, Ида попыталась притушить пламя, полыхающее в ее венах. Ларс, живой и невредимый, надул щеки, изображая поцелуй, за что получил подзатыльник от Тео и практически кубарем преодолел последний пролет лестницы. Поднявшись на ноги, он набросился на брата, но был остановлен широкой ладонью, упершейся ему в лоб. Все-таки Теодор был не только самым старшим, но и самым крупным и сильным в их маленькой семье. Всласть намахавшись кулаками по пустому месту, Ларс успокоился и ушел заказывать завтрак, попутно флиртуя с разносчицами, которые глупо хихикали и краснели от его шуточек. Ему старший брат почему-то нотаций не читал. – Теодор, я… – начал Кристиан, но Тео прервал его жестом. – Не нужно. Мы вчера все выяснили. Хотите дружить – пожалуйста. Но на большее не рассчитывай. Крис коротко кивнул, но Ида заметила, как заиграли его желваки. Его пальцы коснулись рукояти меча в ножнах на поясе. Так всегда происходило, когда он злился или был раздосадован. Его слова взбудоражили ее и так беспокойное сердце, и теперь Ида сидела и не знала, что ответить ему. В том, что он будет ждать ответа, она не сомневалась ни на миг. Как бы ей хотелось сказать ему «ДА», но слишком многое стояло между ними: ее семья, происхождение, образ жизни. К тому же Тео был прав. Жизнь людей протекала в разы короче жизни драконов. Иде было всего тридцать шесть лет, но по человеческим меркам она была уже в середине своего жизненного пути. По драконьим же, шесть лет назад она только встретила свое совершеннолетие, а впереди ее ждало не меньше двух сотен лет, если никто не заберет ее жизнь раньше. Ларс вернулся с подносом, полным ароматной выпечки. Девушки-разносчицы, следующие за ним с кувшинами, быстро накрыли на стол завтрак и удалились, строя ему глазки. Он самодовольно улыбался, глядя им вслед. Ида недоуменно покосилась на брата. Кристиан хмыкнул и покачал головой, видимо, привыкший к подобным выходкам. – У тебя новый фетиш? – он кивком указал на кружевную ленту в волосах Тео. – О, это трофей-талисман! – не дал ответить ему Ларс, перебивая его буквально на полуслове. – Перед самым отъездом баронесса Пайваская была очень настойчива в том, чтобы стать дамой сердца Теодора. Моля его прославлять их любовь, она предложила ему взять любую деталь ее одежды, чтобы носить в качестве талисмана на удачу. Ну, Тео и выбрал. – А у вас прямо любовь? – Ида ошарашенно посмотрела на ухмыляющегося старшего брата. – Да нет же, – отмахнулся Ларс, снова перебивая Тео. – Вы дальше слушайте! Мы были уже в седлах, когда Ее Милость соизволила проводить избранника на подвиги и заметила, что Тео не носит ее подарок. Чтобы избежать скандала, он не придумал ничего лучше, чем напялить подвязку на голову. Вот смеху-то было. Чувствую, сплетники не дадут ей покоя еще долго. – Я ведь прославляю ее имя, – пожал плечами Тео. – Условия договора соблюдены. В следующий раз будет думать перед тем, как лезть к кому-либо в постель. – Да уж, – Крис покачал головой и усмехнулся. – Я смотрю, в Салерно ничего не меняется. Мужчины расхохотались и принялись обмениваться новостями и историями, произошедшими при дворе короля Орастана. Ида слушала их вполуха, наслаждаясь вкусной выпечкой. Бурная столичная жизнь протекала мимо нее, сидящей в родовом имении. Сначала братья запрещали ей покидать родное логово, пока она не научилась контролировать свое пламя в полной мере. Затем случился тот бал. А после она сама заперлась в имении, отгородившись от внешнего мира. Изредка Ида летала в гости к подруге, но все же большую часть времени она тосковала в одиночестве. Вокруг нее находились лишь слуги и приближенные воины, знавшие секрет их рода. Братья практически все свое время проводили в столичном особняке, купаясь в заговорах, сплетнях и развлечениях. Иногда они приезжали домой, чтобы скрасить унылые дни сестры. Время от времени либо Тео, либо Ларс уезжали на войну. Их жизнь была полна смысла, чего-то захватывающего, и Ида всегда завидовала им. Потребовались годы, прежде чем она смогла решиться покинуть надежные стены имения и вылететь во внешний мир. Она нашла свое приключение, вот только для этого ей пришлось отправиться жить в захолустье, бродить по трактам и буквально побираться. Зато это позволило ей встретить Криса. – Сегодня открытие турнира, – Тео размял плечи. – Кристиан, ты на что заявлен? – Джостра, а вы? – Мы на стрельбище и в бугурте участие примем. Они реконструируют битву при Ноэра, слышал? – Нет. Вот, наверное, организаторы обрадовались, когда титулованные полководцы явились лично оказать им честь. – Не то слово! – Ларс засмеялся и растрепал каштановые волосы. – Ида, а ты где участвуешь? – Да ну тебя, – отмахнулась она, выныривая из своих размышлений, и обратилась к сидящему напротив нее Крису, – Когда у тебя первый бой? В ее глазах отчетливо читалось беспокойство, и она никак не могла спрятать его за безразличным тоном. Крис заметил и польщенно улыбнулся. – Сегодня на закате. Не переживай. Я не так прост, как могу показаться. Мягкая улыбка на его губах заставила ее сердце бешено заколотиться в груди. Жар прокатился по венам, опаляя щеки. Вдруг в бок больно вонзился локоть Тео, и ей пришлось опустить глаза и насупиться. Братья не позволят ей влюбиться. Не в Криса. Не в человека.

***

По ярко-голубому небу пробегали пушистые хлопья облаков, уносимые беспощадным ветром далеко на юг, где собирались в тяжелые тучи и поливали землю холодными ливнями, свидетельствующими о приближающейся осени. Однако здесь, у подножия Белой Вершины стояла на удивление теплая погода. Жаркое солнце медленно клонилось к закату. Измученные духотой и тесными корсетами дамы, разодетые в свои лучшие платья, беспрестанно обмахивались разноцветными веерами. Знатные господа удобно расположились на трибунах и шумно общались, делая ставки и обсуждая участников. В центре королевской ложи Его Величество внимательно знакомился со списком всех, кто подал заявление на участие в джостре, надеясь заранее подобрать подходящего мужа для дочери, сидящей по левую руку от него. Николетт было уже семнадцать, но до сих пор никто не предложил ей ни руку, ни сердце, несмотря на щедрое приданое. Хотя Его Величество прекрасно понимал почему. Ростом выше среднего, она была толстой, излишне бледной, да еще и обладала премерзким характером, о котором уже слагали легенды. Однако дареному коню в зубы не смотрят, поэтому Его Величество был решительно настроен передарить этот «дар божий» кому-нибудь другому. Помимо королевской семьи, в ложе располагались судьи, которые внимательно следили за тем, как служки чистили песок ристалища после предыдущего сражения, где так нелепо погиб молодой барон. Вылетев из седла, он пропахал землю до самой ограды под взволнованный рев толпы. Подняться парень не смог, и унесшие его медики не порадовали хорошими новостями. Гул среди простолюдинов стоял до сих пор, а ушлые барды уже сочиняли баллады, наигрывая их на противоположной от знатной ложи стороне. Затрубил рог, и воцарилось подобие тишины. Герольд раскрыл церемониальную книгу и объявил следующих участников, старательно освещая их титулы и подвиги. Прозвучал очередной сигнал горна, и толпа взревела, приветствуя воинов. Рыцарь в полном боевом доспехе выехал на ристалище на каурой лошади, облаченной в ярко-зеленую попону с золотым узором. На наплечниках крепился укороченный плащ точно такого же цвета, как и герб в центре, на котором был изображен серый сокол, раскрывший клюв в крике. Рыцарь поднял в воздух турнирное копье, приветствуя публику, которая ответила ему дружным криком. Следом за ним шел младший судья, несущий его знамя и обязанный следить за соблюдением правил на ристалище. С противоположной стороны верхом на мощном вороном жеребце выехал второй участник турнира. Цвет попоны соответствовал цвету плаща, прикрепленного к наплечникам рыцаря: кроваво-красное полотно с золотой тесьмой по краю. В центре нагрудника красовался герб: горный кот с зажатым мечом в лапах. Рыцарь поднял копье, и толпа взревела еще громче, временами переходя на визг. Слава героя битв за южные границы Орастана обежала все уголки Западных Королевств. Младший судья за его спиной закрепил герб рода в креплении и кивнул о готовности. Рыцари подъехали к барьеру, опустили забрала и замерли в ожидании сигнала. Его Величество кивнул, оторвавшись от списка в своих руках. Старший судья дал отмашку. В повисшей тишине ржание коней громом прокатилось по ристалищу. Животные мощными ударами копыт взрыхлили песок и бросились вперед. Закатное солнце заблестело на стали доспехов. Толпа замерла в ожидании. Два рыцаря неумолимо неслись навстречу друг другу. Их копья опустились, и острия устремились в грудь соперника. Биение сердца отмеряло мгновения, прежде чем раздался громкий треск древесины, сошедшейся в неравной схватке со сталью. Мощный удар выбил бронированного рыцаря из седла, и он с грохотом упал на песок. Каурая кобыла помчалась прочь, но была вовремя перехвачена младшим судьей. Лорд Киркегор развернул вороного коня, отбросил надломленное копье и вынул длинный меч из ножен. Его соперник медленно поднялся с колен и тоже достал свое оружие. Толпа неистово ревела, но в пылу сшибки она казалась далекой и незначимой. Удар пятками, и боевой конь сорвался в бег, высоко подбрасывая колени. Павшему рыцарю не оставалось ничего иного, кроме как пятиться, боясь быть затоптанным. Лорд Киркегор неумолимо наступал на соперника, тесня его к стене. Затем он повернул коня боком и резко опустил меч. Рыцарь отбил его удар, попытался дотянуться до незащищенного горла животного, но встретил сопротивление раньше, чем успел выполнить задуманное. Лорд Киркегор мощным ударом стального сапога выбил ему плечо, а в следующее мгновение острие его клинка уже упиралось в основание шлема туда, где ничто не защищало хрупкую плоть. Звук горна возвестил о победе, и младшие судьи низложили зеленое знамя проигравшего. Герольд, зычно перекрикивая толпу, объявил победителя. Лорд Киркегор поднял меч в воздух, развернулся к королевской ложе и поклонился, отдавая дань почета и уважения. Затем он обернулся к толпе, скользнул взглядом по собравшимся гостям и направил парадно вышагивающего мощного коня к трибуне. Девушка, облаченная в синее парчовое платье с серебристыми рукавами и такого же цвета вышивкой на корсете, торжественно поднялась ему навстречу. Шипение со стороны двух мощных мужчин, сидящих рядом с ней, она проигнорировала, отмахнувшись от руки одного из них. Победитель снял с плеч плащ и протянул его ей. Белокурая красавица приняла дар и накинула на свои плечи, перевязывая ленты на груди. Зрители ревели, провожая победителя, а завистницы и сплетники тихо перешептывались, обсуждая неизвестную даму, которой посвятил свою победу граф из знаменитого рода Киркегоров. Его Величество задумчиво постучал кончиком пера по имени в списке и раздраженно вычеркнул его. Такими темпами он мужа для дочери не найдет.