Глава 47.
24 мая 2025 г., 23:10
— И что же все-таки ты сделал с Урсулой, что она на тебя обозлилась? — интересуется Адри развалившись в кресле полукруг.
Кэссиди младшая внимательно осмотрела профиль Крюка. В ее правой руке покачивается бокал наполненный янтарным напитком, в котором играли кубики льда. Свет отражался от виски и скользил лучами на лице Киллиана. Мужчина был сосредоточен и старался говорить меньше. По пирату было прекрасно видно, что говорить об этой ситуации ему совершенно не хотелось. Вокруг мелькали люди, громкая музыка. Где-то вдалеке Эмма и Нил играли в бильярд и весело смеясь обсуждали свои темы.
— Если ты будешь молчать, то я не смогу тебе помочь, — хмуриться девушка и вдруг наконец поддалась вперед, пытаясь сровняться с другом.
— Я знаю, — нервно усмехается Киллиан и резко поворачивается к Адри, и словно пытаясь сорваться с темы вдруг задает неловкий вопрос.- Ты все еще заинтересована только в девушках?
Брови Адри подлетают вверх, а в серых глазах мелькает озорной огонек.
— Мы кажется уже говорили на эту тему, разве нет?
— Да, было дело, — Киллиан поджимает губы.
Снова осмотрев лицо друга, Адри отпила немного и повернулась корпусом к Киллиану.
— Сто процентно, долго думала над этим, а потом просто стала делать то, что для меня естественно.
Киллиан тяжко вздохнул, на самом деле он не хотел задавать таких вопросов, как-то само вырвалось. Теперь пират чувствовал себя ещё хуже. Но кажется его спутницу это никак не задело. Было ли это действие алкоголя в ее крови или просто не серьезное отношение к теме, Киллиан сказать не мог. Так или иначе Адри ждала ответа и тяжко вздохнув, словно собирая остатки сил, Крюк наконец выдохнул одним предложением.
— Отец Урсулы хотел уберечь её, он попросил меня забрать у неё голос, а я сначала отказался, но в самый последний момент предал Урсулу.
— Но она ведь может говорить, — хмуриться Адри.- Я сама вела с ней диалог, пока была в Нью-Йорке.
— Урсула не может петь, а это было все, что осталось у нее от погибшей матери, — Киллиан моментально побледнел.- Отец Урсулы обещал помочь мне с Крокодилом, но так как все изначально пошло не по плану мы все остались ни с чем. Урсула сбежала из собственного дома без возможности петь. Я так и не смог поквитаться с Крокодилом. А царь морей остался без дочери и ее пения, которое напоминало о любимой женщине. Я смог испортить жизнь сразу троим людям, включая самого себя.
Адри вдруг вздохнула облизывать губы. В ее глазах плескался остаток алкогольного опьянения и непонимания.
— И ты винишь себя за это?
— Конечно! — Крюк говорит громко и несколько человек оборачивается к их столику.- Конечно, я виню себя за это.
— Но ведь, это легко исправить.
— Не будь так уверена, — фыркает Киллиан и отпивает из своего бокала.
— Что нам мешает?
— Отец Урсулы. Значительно старше чем раньше и его не так то просто найти. Я обратился к Ариэль, но она вернулась ни с чем. Возможно его уже нет в живых, а значит я не смогу исправить свою ошибку.
Кэссиди младшая прокручивает бокал между пальцев, всматривается в него, словно пытаясь найти ответы в разнобоких ледяных кусочках на дне. Вдруг ее серебристые глаза темнеют у зрачка, наливаясь багрово-красным цветом.
— Я смогу найти его.
— Почему ты так уверена?
Адри прищуривается и качает головой.
— Не знаю… просто чувствую, — взгляд пробегает по лицу Киллиана и останавливается на его голубых глазах.- Как тогда, с волшебной палочкой.
***
Холод пронизывал до костей. Адри пыталась укутаться в пальто, но казалось это не помогает. Подгоняемый океаном воздух был наполнен солью, свежестью и очень ярким воспоминанием о том, как Адри чуть не умерла под толщей воды. На берегу помимо нее стоял Киллиан и Генри. Как младшего брата занесло в их компанию Адри не представляла. Парень просто увязался за ней, когда увидел, что она набирает вещи в сумку. — И как мы потом будет отчитываться перед Реджиной, если с Генри что-то случилось? — интересуется Киллиан рассматривая Генри, который стоял крепко вцепившись в сумку с книгой сказок. — Никак, с ним ничего не произойдет. Парень взрослый, умный и мы с тобой поднатаскали его в фехтовании, — пожимает плечами Адри, которая по мнению Киллиана все еще была навеселе, раз разрешила Генри остаться.- Меч взял или так, с голой жопой в путешествия побежал? Губы Генри расплываются в улыбке. — Я запомнил, что ты говорила по этому поводу. Твой меч всегда при тебе и я теперь делаю также. — Ну он хотя бы нас слушал, — хмыкает Киллиан. — И не только, — поднимает указательный палец вверх Адри.- Слушал и делал выводы. Генри беззлобно закатывает глаза, то как его воспринимали его мнимые учителя забавляло. Словно Генри не было шестнадцать лет. Хотя если подумать, то и Киллиан и Адри связались с жизненными проблемами только после двадцати лет и у них есть причины переживать за него. Адри весело усмехается и делает взмах рукой, будто отмахиваясь от этой мысли. — Так, а чего мы ждем? — хмуриться Генри. — Мой корабль, — кивает Киллиан.- Мы с Адри нашли интересную вещь в океане. Левиафана. Огромного такого. Рот Генри медленно раскрывается в шоке, а глаза начинают блестеть. — Эфемер. Монополист среди себе подобных в нашем океане, — кивает Адри и видя непонимание в глазах Миллс младшего поясняет.- Он ест себе подобных и становится больше и сильнее. Он огромный, а значит нет больше эфемеров подобных ему в его среде обитания. Эфемеры могут перемещать предметы между мирами, не больше своих собственных размеров. Сложность состоит в том, чтобы договориться с Левиафаном доставить нас в Нетландию и обратно. — Или хотя бы туда, а обратно уже при помощи тени, — сложив руки на груди, завершает монолог Адри, Киллиан. — Как в прошлый раз, да? — уточняет Генри. — Именно. Стоило нашей «Святой троице» подняться на борт, мистер Сми возник перед Киллианом. — Капитан, корабль готов к отплытию в Нетландию и оснащён всем необходимым. — Отлично, вы хорошо делаете свою работу мистер Сми, — чуть ли не закатывая глаза произносит Киллиан. То, как пухлощекий мужчина в красной шапке пытался выслужиться перед Капитаном Крюком веселило Адри не меньше, чем осознание того факта, что она видела мультфильмы, созданные на основе сказок, частью которых девушка теперь является. Улыбка появилась и на лице Генри. — Не лезь на рожон, пускай взрослые делают свое дело, — наклонившись к уху брата произносит Адри.- Я тоже не вхожу в число взрослых, моя задача чисто теоретическая. Нахмурившись юный Миллс непонимающе взглянул на сестру. — Когда Киллиан отправится к отцу Урсулы, я останусь на «Веселом Роджере» защищать его. Пение русалок не действует на девушек. И ты останешься со мной. — Это будет все моё путешествие? — Ты хочешь погулять по Нетландии? — внезапно язвительно остудила брата Адри. Поджав губы мальчишка кивнул. — Не хочу. — Вот и отлично. Занимай каюту, а я попытаюсь поговорить с левиафаном. «Весёлый Роджер» отходит от пристани и Адри бросает взволнованный взгляд на сушу. Сколько бы раз она не оказывались около непостоянной стихии, вода всегда хотела её убить. Ну или смерть всегда поджидала там, где бушевали волны и море. Но Адри дала обещание Киллиану помочь и сама понимала, что кроме неё из всех известных персонажей сказок, никто не сможет найти отца Урсулы. Тем более, что Адри все же не умерла в прошлый раз, а значит сможет и дальше держаться на этом уровне. — Боишься? — интересуется Крюк, опираясь на перила, около Адри. — Немного. Ощущение, будто я заражена своего рода Бешенством и страх воды один из симптомов. — Серьёзно? Левая бровь Адри приподымается. — Когда болеют Бешенство боятся воды? — Да, — спокойно отвечает Адри и решает выкинуть ещё один интересный факт о котором знает.- Если болеющий Бешенство начинает боятся воды, то его уже не спасти. Стискивая челюсти Киллиан отвернулся. Он понимал, что Адри могла говорить шутя или просто в образовательных целях, но в ее словах была правда. Когда начинаешь болеть «бешенством» — злостью, жаждой мести, начинаешь боятся того, что является неотъемлемой частью жизни — «воды». Вода для Киллиана всегда была символом свободы. Адри выглядела напряженной и уставшей. Девушка может быть немного и отдохнула за этот месяц, но было что-то что все еще выматывало Кэссиди младшую. Адри выглядела напряженной и уставшей. Было что-то что все еще выматывало Кэссиди младшую. Киллиан хотел было углубиться в эту тему, поговорить с Адри, но в воздухе застыл чей-то рев. Вода медленно потемнела под кораблем и чей-то огромный плавник плавно поднялся над водой, как будто бы здороваясь. — Он всегда что ли виден? — удивляется Генри, выскочив из трюма. — Возвращайся обратно, — фыркает Адри совершенно спокойно смотря на появившегося левиафана. — Но ничего не происходит, — хмурится брат. — Так кажется. Мой эфемер медведь тоже не проявлял ко мне агрессии, но я знала, что это было только потому что Руди был сыт. Что происходит в голове более древнего эфемера — мы не знаем, а значит и нет причин рисковать лишний раз. Лучше не провоцировать судьбу. Миллс коротко глянул на сестру. Не смотря на внешнее спокойствие, и даже некую усталость в глубине глаз Адри плескался страх. Решив не провоцировать Адри больше, Генри направился в сторону кают, как вдруг корабль покачнулся и парень завалившись на бок прокатывается по палубе. Адри старалась держаться за борт, но пальцы скользили по древесине не давая удержать равновесие. Рев повторился после чего на поверхности воды снова показался плавник, а следом за ним показался глаз. Палуба замерла. Матросы, боцман и даже Киллиан вдруг переглянулись и все взгляды моментально устремляются на Адри. Девушка, ведомая странным чувством, удерживая себя канатом, подскочила на край палубы и повисла над открытым глазом. Плавным движением веко скрыло глаз, а после снова открыло, будто призывая к диалогу, будто понимая, зачем Адри снова пришла к нему. Кэссиди опасливо осмотрела канат за который держалась, после чего склонилась над водой ещё сильнее. — Слушай, у меня только одна просьба и только ты можешь мне помочь, — девушка шепчет, но знает что левиафан ее слышит.- Нам нужно в Нетландию. Корабль слишком большой, чтобы кто-то другой из эфемеров нас перенес, а нужна вся команда. Только туда и больше ничего не надо. Левиафан сомкнул веки, давая понять, что услышал Адри. Замерев в ожидании Адри вдруг почувствовала слабость. Ее тело медленно обмякло и только резкий удар головой о доски палубы привёл её в чувства. — Я тебя услышал, но что получу я? Киллиан склонился над Адри взволнованно осматривая побледневшее лицо. — Я уверена в Нетландии есть куда большая пища для тебя! — этот вскрик заставил Крюка отсрочить от Адри, которая говорила это словно бы в трансе. Приоткрытые глаза девушки сияли кровавым цветом и бегали из стороны в сторону. — Тогда обратно в Сторибрук я не вернусь и вас с обой не заберу. — Договорились! Резкий вздох и Адри покрывается на месте, как от сильного удара. Киллиан поспешил обратно к ней с живым вопросом заставим на губах, как вдруг корабль снова пошатнуло и люди на палубе начали скатываться в одну сторону, а после в другую. Левиафан будто бы взмостил корабль себе на спину и грузно ударив хвостом по волнам двинулся вперёд. — Это… было… невероятно, — восхищенно прошептал Генри. — Ощущение будто мне мозги сдавили, — шипит Адри иут же хватаясь руками за голову.- Эфемеры никогда так не делали. — Не так много ты о них знаешь значит, — улыбка на лице Киллиана выглядит так, будто он наконец расслабился. Закатив глаза Адри поднялась, опираясь на руку Крюка и направилась на свое место около края борта «Веселого Роджера». Под днищем «Весёлого Роджера» вода слабо завибрировала. Воздух над палубой стал вязким и плотным, как перед грозой. Словно кто-то щёлкнул выключателем, и весь мир вокруг на мгновение затаил дыхание. Киллиан сжал штурвал, не сводя глаз с горизонта. Генри выглянул из-за мачты, но, кажется, всё выглядело… нормально. Теперь движение не ощущалось, будто корабль поместили на спину огромного эфемера. Словно ничего не изменилось. Тень проскользнула по зрачкам Адри, и мир вокруг медленно, без всяких вспышек или сотрясений, начал менять очертания. Сначала — туманный Лондон. Мокрая мостовая, старинные фонари, чугунные балконы. Касание руки к стеклу чертёжной мастерской, мягкий свет лампы, чертёж на ватмане. Кто-то склонившись над старой бумагой, что-то старательно выписывал. Потом — жар пустыни. Барханы медленно ползут по земле, издалека доносится пение. Уставший и изнеможденный палящим солнцем человек в тёмном одеянии, ветер играет полами плаща. За спиной минареты, на плече золотая татуировка, знак принадлежности. Силуэт идёт вперёд — уверенно, но с тенью сомнения внутри. Затем — мрак города, неоновый свет. Вспышка полицейских фар, капли дождя, отражения в луже. Ещё один силуэт сидит в машине спиной к кораблю. Пистолет на коленях и звенящая тишина за пределами машины. Внутри разрывается рация — трещит, но голос не долетает. Всё гаснет. И в последний миг — замок, красный бархат и каменные стены. Трон. Пустой. Где-то звенит металл, словно кто-то сбросил броню и меч, после чего зал озаряет вспышка красной магии и тотальная тишина. Смена происходит без усилия — миры текут друг в друга, как акварель по мокрой бумаге. — Адри? — голос Генри прозвучал, будто сквозь вату. И всё закончилось. Ветер ударил в парус, и корабль мягко качнуло — уже на других волнах. Над головами раскинулось новое небо: глубокое, с фиолетовым отливом, воздух звенел тишиной. Вдали — скалы и заросли, Нетландия дышала первобытной магией. Адри стояла у борта. Молчаливая, как и прежде. Но Киллиан, взглянув на неё, отметил, как по лицу на секунду пробежала тень — словно она была далеко и вернулась. — И вот мы прибыли, — сухо бросила Кэссиди младшая, крепче сжимая дерево под пальцами. Генри выдохнул: — Ну, это было… вообще не страшно. Адри не ответила. Она знала, что увидит Мир Теней при переходе из мира в мир, но совсем не предполагала, что на пути будут другие миры, которые они смогут «перешагнуть». Это было по правильному или Мир Теней пытался до нее что-то донести? Только сердце неприятно сжалось при переходе через Мир Теней и заболело место шрама на груди. «Веселый Роджер» бросил якорь у западной части острова. Ветра здесь почти не было, а воздух казался густым, как в грозу, хотя небо было чистым. Лагерь разбили быстро. Киллиан, ворча, натягивал парусину. Генри разжигал костёр и пытался узнать у Киллиана больше об его путешествиях, но сам оглядывался чаще, чем хотелось бы. А Адри сидела на прибрежном камне и смотрела в темнеющий лес, будто в нём уже началось что-то, о чём никто, кроме неё, не догадывался. Она встала резко, будто на зов. Словно не услышала, а почувствовала. — Адри? — откликнулся Генри. — Всё нормально? Но Адри уже уходила вглубь зарослей. Не смотрела по сторонам, не отвечала — просто шла, будто во сне. Генри нахмурился, сколько он знал сестру, никогда не видел ее такой. Парень поднялся и бросив дежурную фразу Киллиану поспешил следом, стараясь не шуметь. Чем дальше — тем тише становился лес. Листья не шелестели. Птицы замолкли. Только этот странный звук: шуршание, будто тонкая ткань трётся о камень, и чьи-то лёгкие шаги, прячущиеся за эхом. Адри замедлила шаг. На мгновение ей показалось, что она одна на всём острове. И тут он появился. Не из тени — именно из воздуха. Как будто мир слегка дрогнул, как в воде. Прямо перед ней, вытянувшись, вырос силуэт. Рваный по краям, как вырезанная из чёрной бумаги фигура. То, что из покон веков во сне забирало детей, показывало им чудеса этого острова и возвращало под утро. Кто пошел на сделку с Питером Пэном, и дал ему возможность и дальше быть мальчишкой. Медленно осмотрев Адри, как того, кто ворвался на чужую территорию Тень сорвалась с места в сторону девушки. Адри даже не успела сказать ни слова. Руки, холодные как сквозняк, сомкнулись на её запястьях. И мир дёрнулся. — Адри! — послышался приглушённый крик Генри где-то позади. Но Адри уже исчезала. Лес вытянулся в тёмную трубу, края размазывались. Сначала звуки, потом запахи, потом свет — всё ушло. Осталась только тяга вперёд, будто её тянуло не к земле, а сквозь саму ткань этого мира. Где-то впереди, из чёрных облаков и зарослей, вырастал череп скалы. Безжизненный, древний. Часы, вмонтированные в глазницу, мертвые после ухода Питера Пэна, блестели под лунным светом маня и подзывая. Тень несла Адри именно туда. Кэссиди старательно вырывалась, пока не заметила песочные часы. В этот момент внутри все похолодело. Ну конечно. Часы, что отсчитывали жизнь Питера Пэна в виде мальчишки. Куда ещё могла отнести Тень, кроме как в обитель прадеда. Влетев в глаз черепа Тень грубо отпихнула Адри от себя, заставив девушку прокатится по пыльному камню, внутри. Ударившись всеми костями, какими могла Адри устало выдохнула. Ей нельзя было отдыхать ведь теперь любая активность казалось излишком. Словно она потеряла что-то, что делало ее подходящей сражениям и боям. Приподнявшись на локтях, Адри осмотрела свое тело на предмет повреждений, с легкой мыслью: может я уже и жирком начала заплывать, отдыхая? — Твое присутствие здесь не нужно! — внезапно грубо произнесла Тень. Упав обратно на спину, Адри запрокинула голову назад, чтобы посмотреть на своего бестелесного собеседника. — Мне не нужна Нетландия, мне нужны русалки, — хрипло от падения и пыли произнесла Кэссиди младшая. — Твой прадед тоже попал сюда без лишних мыслей — изначально он не хотел здесь оставаться и отравлять остров своим присутствием, — почти шипит Тень, угрожающе нависая над Адри. — Он был подонком, не спорю, но я могу поклясться, что чхать хотела на остров, — в глазах Адри читалось недовольство. Девушка начала медленно загибать пальцы, перечисляя родственников.- Тем более, что он напоминает мне о моем прадеде, который хотел убить моего отца, деда, жену деда, а так же мать моего сводной брата, и родную и приёмную. Бабушку со стороны будущей мачехи и дедушку с той же стороны. На мгновение Тень замерла. — Здесь есть не только русалки, которые тебе нужны. Ты ещё не знаешь об этом,- светящиеся глаза в удивлении распахнулись.- Ты не знала, что здесь есть гораздо больше. — Я бы предпочла чуть меньше загадок. В последнее время недосказанности в моей жизни хоть жопой жуй, — грубо выплюнула Адри наконец переворачиваясь и поднимаясь, внутри бурлило раздражение взявшееся как-будто из ниоткуда. Одежда была безнадежно испачкана и порвана в нескольких местах. Кэссиди вцепившись в висящий лоскут рубашки оторвала его и откинула к часам. — Это символ власти Питера на острове, зачем ты меня сюда принес? — Потому что этот символ был тут до Питера, — уже тише произнесла Тень. — В каком смысле? — брови Адри сошлись на переносице.- Разве этот череп не появился после того, как Пэн отказался от своего возраста? — Это будет не совсем корректно. — Слушай, продолжишь говорить отрывками, я разнесу эти часы к чертям собачьим! Ресурсы для этого есть. Пространство заполнил глубокий низкий смех, который был максимально неожиданным от Тени. Адри еще больше нахмурилась. — Когда ты злишься, твои глаза становятся красными, ты даже не замечаешь, как позволяешь силам брать верх над сознанием, — резко прервав смех произносит Тень и подлетает к часам.- Да, часы появились тут когда Пэн решил остаться на острове в виде мальчишки, но никогда ничего не появляться из неоткуда. Понимаешь? Если где-то что-то появилось — где-то что-то должно было уйти. Баланс. Во всем мире должен быть баланс. Вселенная ненавидит пустоты и не терпит перегруз. Решение Пэна остаться здесь пошатнуло баланс Вселенной. Баланс этого мира. Да, ему было выделено время, которое он мог находится тут, но чтобы остаться навсегда он должен был восстановить баланс. Он здесь, а значит равносильная ему сила должна была исчезнуть где-то в другом месте. — Сердце Генри, — кивает Адри. — Да, но получилось иначе. Ушёл Питер, а Генри остался и баланс сохранился. Это работало в обе стороны. Сейчас в твоём мире есть человек который так же требует нарушение баланса. Само его существование — нарушение. Его цели и планы — то, что может уничтожить все миры, — светящийся глаза Тени скользнули по лицу Адри.- Ты тоже. — Что «я тоже»? — Адри отступает от тени. — Сколько раз ты умирала? Адри, ты нарушаешь законы жизни, но вполне легально, если так можно сказать, — недовольство в голосе Тени ощущается почти физически. — Объясни? — Не могу. Не я. Главное знание в том, что ты находишься на одной чаше весов, а на другой Лазарь. И пока чаша Лазаря перевешивает. Тебя можно убить и тогда Лазарю придётся потратить ещё сотню лет чтобы найти подходящий сосуд для своих целей. Либо ты его победишь и пока прогнозы не радуют. — Хочешь сказать я слаба, — кивает Адри.- Ты был зол моему появлению, почему вдруг решил поговорить по душам? — Сначала я хотел тебя убить, — спокойно отвечает Тень.- Сейчас думаю, что в твоей душе есть семя раздора, который может уничтожить Лазаря. Хотя, как кажется мне маловероятно. У тебя мало времени. Смотри. Полупрозрачная рука Тени взметнулась к часам и песчинки внутри них начали медленно подниматься вверх. По одной, а после большим потоком сорвалось вверх. На дне осталось всегда пара сантиметров сокрытые песком. Сердце неприятно кольнуло. — Почему мое время движется в обратном направлении? — Потому что ты движешься в направлении от правил установленных Мерлином, так же, как и Лазарь. Глаза Кэссиди вдруг потемнели. Девушка сжала левой рукой рукоять меча и незаметно даже для себя, выдернула его из ножн. — Я определяю, сколько времени уделено на убийство Лазаря. Взмах клинка, Тень срывается с места, пытаясь остановить Адри, но уже поздно. Хруст стекла. Осколки посыпались на каменном полу, после чего песчинки, больше не сдерживаемые магией, начали сыпаться обратно вниз. Они срывались неконтролируемым потоком, не так как должны в песочных часах. Надавив на рукоять меча сильнее Адри выгнала лезвие по самую гарду и остров в виде Черепа озарила ослепляющая вспышка. На другом конце острова Генри и Киллиан стали свидетелями вырвавшегося в небо красного потока. Столб света пронзил небо, а после с хлопком взорвался и словно бы пронзил все, что была в Нетландии. Прошёл сквозь саму ткань пространства, и так же резко пропал. В воздухе осталась лишь звенящая тишина и красные крупинки, медленно оседающие на всех поверхностях. — Это песок, — недоумевающе шепчет Генри, словив горстку в ладони и рассматривая переливающиеся крупинки. — Не просто песок. Точнее вообще не песок, — качает головой Киллиан.- Волшебная пыль. — Благодаря которой можно было летать? — Да, но теперь нельзя. Киллиан стискивает челюсти и выхватывает саблю из ножен. — Кажется Адри уже успела что-то натворить. Надо быстрее найти отца Урсулы и скорее бежать с острова. Не нравится мне все это.***
Кабинет в котором устроилась Адрианна сквозил тишиной и совершенно очевидным одиночеством. Перед началом работы было необходимо подготовить материал для лекции, чем Адрианна и занималась. Встреча с коллегами профессорами была сдержанной и тихой. Мужчины работающие в этом университете не воспринимали работу Адрианны всерьёз, но не могли заставить Директора уволить девушку, тем самым лишив её возможности вносить «мусор» в юные умы. Когда тем же самым занимался Нил — отец Адрианны, вопросов не возникало, но когда лекции вела девушка все кому не лень высказывали свое недовольство пытаясь принизить вес работы Адрианны. Кэссиди младшая никогда ни с кем не спорила, просто делала свою работу так, чтобы люди продолжали шептать за её спиной — ведь девушка способная вести лекции восьмое чудо света. В кабинет сдержанно постучали. — Входите, — достаточно громко произнесла Адрианна отрываясь от листа бумаги. Деревянная дверь тихо раскрылась, открывая перед Адрианной пришедшего гостя. — Мисс Кэссиди, — склонив голову в приветствие произнес Директор.- Ожидал увидеть Вас в своем кабинете. — Были документы, которые надо было отнести сюда, прежде чем заниматься иными делами, приношу свои извинения, — кивает в ответ Адрианна смачивая перо в чернилах. — Не вижу в этом никакой проблемы, — спокойно отвечает Директор и проходит к столу Адрианны.- Слышал Вы приглашены на званый ужин семьи Миллс. — Да, миссис Миллс считает, что я, как внучка мистера Голда должна присутствовать на мероприятии, раз не будет самого мистера Голда. Моего отца она не воспринимает, как кого-то в принципе существующего, а во мне она видит отражение моего деда. — Хотел предупредить, что результаты Ваших исследований ещё не опубликованы, так что воздержитесь. Медленно переведя взгляд на Директора, Адрианна поднялась и кивнула. — Хорошо, — подхватив пальто, Адрианна вышла из-за стола.- Хочу заметить, что и не собиралась распространяться о своих исследованиях в обществе сплетниц. — За это Вы мне и нравитесь, мисс Кэссиди. Приятного вечера. Сдержанная уважительная улыбка озарила лицо Адрианны. Ладони сошлись в крепком рукопожатии, после чего Адрианна покинула кабинет, оставив Директора наедине с ее работами. Сборы на мероприятие заняли не так много времени. Адрианна отличалась от своих сверстниц тем, что предпочитала пышным неудобным платьям, с тысячью застежек и утягивающими корсетами — свободные рубашки, сюртуки и прямые брюки. Порицалось ли это обществом? Определённо. Но Адрианна была внучкой влиятельного мистера Голда, так что даже слухи об этом всегда были вдали от самой семьи Голд-Кэссиди и вслух не произносились. А сама Адрианна никогда не придавала значение словам, сказанным кем-то из вне. Кэб, управляемый помощником Адрианны медленно подкатил к массивной двери белого дома украшенного различными рюшами и гипсовыми узорами. Нехотя Кэссиди младшая покинула насиженное место и направилась ко входу. На улице уже столпились представители высшего общества. Девушки — планирующие обсудить всех и вся, от самой Адрианны, до джентльменов решивших посетить сие мероприятие и сами джентльмены — которые по факту будут делать тоже самое, но в стиле брутальной мужской сдержанности. Адрианна не относилась себя ни к тем, ни к другим — болтать по пусту о ком-то лишь трата драгоценного времени и будь воля самой Адрианны, она бы не посещала балы и встречи аристократичного общества. Но миссис Миллс была одной из тех, кто финансировал некоторые из её исследований и заслуживала уважение со стороны самой Адрианны по личным причинам. Не появится на балу семьи Миллс означало направить свою работу в русло уничтожения. Яркий свет пышных люстр ослепил Адрианну сразу, как она переступила порог дома. Легкая дезориентация была прервана спокойным сдержанным голосом. — Добро пожаловать, мисс Кэссиди. — Благодарю за приглашение, миссис Миллс, — коротко улыбается Адрианна осматривая женщину средних лет, стоящую перед ней.- Неужели ждали моего прихода? — Не льстите себе, мисс, — ядовито улыбается Кора.- Но все же, Ваш приход был нам необходим. Прошу. Миссис Миллс указала рукой вглубь зала, приглашая Адрианну пройти вместе с ней на второй этаж дома. — Знаю, Вы только что вернулись из экспедиции, — начинает Кора плавно и величественно ступая по ступеням лестницы. Ее спина всегда ровная, была закрыта темным платком, а волосы собраны в аккуратную не вызывающую прическу.- Не рассказывайте ни о чем, мне не интересно. Всё эти раскопки, как по мне, лишь гнусная попытка человека придать значение тому, что достойно забвения. Мой интерес состоит в Вашем будущем. — Прошу прощения, — хмурится Адрианна не скрывая своего замешательства. — Мисс Кэссиди, думаю Вы не будете спорить, Ваш возраст уже оставляет желать лучшего. Вам двадцать пять и Вы все еще не замужем. А в наше время замужество означает очень многое, для девушки вашего возраста, — за этими словами следует учтивая улыбка.- Неужели Вы так и хотите остаться одинокой старой девой, так и не связав свою жизнь с достойным человеком Вашего уровня? — Честно признаться, я никогда не думала об этом. В мои интересы входит моя работа, она кормит меня и мои семью, — вежливо осаждает Кору Адрианна, а сама в это время сильнее сжимает ладони в кулаки. — Это все глупости. Мисс Кэссиди, когда Вы выйдете замуж то не придётся думать о том, чтобы усложнять свои жизнь работой, — разводя руками произносит миссис Миллс. — Простите миссис Миллс, но я к сожалению больше ничего и не умею, — Адрианна неловко разводит руками.- Я никому не нужна, кроме Университета. — Это все глупости и Ваши личные мысли, — фыркает Кора и проходит вместе с Адрианной в огромную залу с гобеленами.- Я же вижу ситуацию с другой стороны. Есть много мужчин желающих взять Вас в жены… — Желающих убрать конкурента со своего пути, — резко произносит Адрианна и пытаясь скрыть возникшую злость, складывает руки на груди.- Они не хотят видеть умную женщину на посту профессора Истории. По мнения многих мужчин место женщины рядом, как украшение — а я, не украшение. — Не нужно судить так строго, — резко произносит Кора.- С другой стороны очень многие люди больше и не воспринимают Вас, как девушку. Ваши одежды и увлечения… Да, это определённо отталкивает. Так или иначе, на неделе я собираюсь устроить смотрины для дочери. Есть несколько кандидатов, которых я готова выслушать и среди них есть те, кто подойдёт и Вам. Прошу хотя бы посетить это мероприятие. Не расстраивайте меня, мисс Кэссиди. И Вашего деда. Стиснув челюсти Адрианна медленно кивнула. — Спасибо миссис Миллс, я Вас услышала. Направьте письмо на мой адрес с временем проведения смотрин и я обязательно приду. Следом за этим Адрианна отрывисто кивнула и поспешила покинуть общество расчетливой и слишком умной женщины Коры Миллс. На пролете лестницы Адрианна влетела в кого-то тут же ловя хрупкую фигуру с темными волосами. — Вы словно вихрь, мисс Кэссиди, — недовольно проговаривает мисс Миллс.- Что Вас так разозлило. Вы буквально не видите перед собой ничего. Злость отступила на задний план и сердце забилось быстрее и мягче. Серые глаза ласково пробежались по чертами лица Реджины и замерли на замечательных карих глазах. — Простите мне мою эмоциональность, мисс Миллс. Не хотела тревожить Вас этим. — Ну теперь Вы просто обязаны рассказать мне о том, что произошло, — улыбка трогает слегка пухлые губы с маленьким шрамом. — Мисс Миллс, Вы выглядите, как фея — прекрасно и легко. Как у Вас получается делать это из раза в раз? — пытаясь увести разговор в другое русло, произносит Адрианна рассматривая девушку перед собой. — Адрианна, Вы пытаетесь избежать неудобных вопросов, и у Вас это не получится, — карие глаза со странным блеском пробежались по острым чертами лица Адрианны.- Но спасибо, Вы как всегда точны в своих комплиментах. — Для Вас всегда готова стараться выражать свои мысли красиво, — улыбается Адрианна. Руки мисс Кэссиди все еще лежали на плечах Реджины, удерживая. Мисс Миллс была совсем не против, позволяя Адрианне эту вольность. Руки мисс Кэссиди были гораздо приятнее, чем вечно скрытые перчатками грубые ладони мужчин. Даже не смотря на «грязную» работу, которую выполняет Адрианна. — Поговорим без лишних ушей, — предложение Реджины звучит, как глоток свежего воздуха, а то, как она закусила нижнюю губу моментально подкупило Адрианну. — Не имею причин отказать, — улыбается Адрианна и следует за Реджиной в сторону гостевых комнат.
