Другая история

Весь оставшийся день Виктория провела лежала на одной из коек в медпункте. Она попала сюда уже второй раз и если бы не её состояние, точно бы корила себя за это. Володя хотел с ней поговорить, спросить что случилось и извинится, но медсестра сказала: — Я же сказала: у нее сильное переутомление. Девочке нужно отдохнуть! А после выгнала всех. Она велела Вике поспать, а та решила (точнее говоря у нее не было сил) не отпираться и, отвернувшись к стене, уснула. На следующий день Вику отпустили. У неё был простой недосып. Такое уже было, но Володю это сильно напугало. Он пытался поговорить с сестрой, но та убегала. Вика, как и ее отец, была очень обидчива и выпросить прощение было очень трудно. — Вика, ну прости пожалуйста! — просил, нет, умолял Володя. На это Вика просто встала из-за стола и собиралась уже уйти с театрального зала, как вбежала обеспокоенная Ира Петровна. — Конев с вами? — спросила вожатая облокотиашимь о стол в попытке отдышаться. — Нет — в унисон ответили Давыдовы. — Его и на репитиции не было — проговорила Вика. — Он пропал — ещё более обеспокоино сказала Ира — Как пропал? — снова в унисон удивились Давыдовы. Вику охватила паника, что уже говорить о Володе. — Вот так, взял и пропал! — уже прокричала Ирина хлопая себя руками по бедрам. — Его нигде нет! Вика была обеспокоина, но взглянув на брата поняла, что он нервничает больше. Нервно поправляет очки, закусывает губу и потом что-то шепчет. Вика пыталась разобрать и поняла, что это односложное слово, но какое, так и не прочла. — Ты… с-сказала старшим? — нервно зипинаясь, спросил Володя. — Нет, но если не найдём в течении часа скажу — сказала она и отправилась на поиски парня. Вика не так сильно сдружилась с Юрой, как Володя. Она это понимала и переживала больше за эмоциональное состояние брата. В этот момент все обиды улетучились. — Итак, если его нет в самом лагере, значит он где-то за пределами — подумала Вика. Вернее она думала, что подумала, а на самом деле сказала это причём глядя на брата. — Почему ты так думаешь? — спросил он и, не дав сестре и слова сказать, сам ответил на свой вопрос. — Хотя да, это вполне логично. *** Вика решила обследовать лес. Она старалась идти не слишком быстро, но и не медленно, чтобы не пропустить Юрку. Почему она вообще выбрала лес? Да просто, если бы она захотела побыть одна, (а именно такое оправдание поступку Юры нашла Вика) она бы ушла именно туда. Да и сейчас ей этого очень хотелось. Мысли о Маше не покидали её. Мария. Если бы Вику попросили нарисовать это имя, она бы выбрала замок. Большой величественный светлый замок. Он бы стоял на берегу тихого, кристально чистого озера. Кругом не было бы ни души. Слышно было бы только жужжание пчёл, которые собирают пыльцу на полевых цветах, растущих на зелёном и бесконечном лугу. И журчание ручья, протекающего неподалёку. Он будет петь быструю мелодию, а потом затихать в том самом озере. Имя Мария переводится как — госпожа, желанная, любимая. Так оно и будет. Сидорова — госпожа, а Вика её прислуга. Прислуга, что долгие годы хранит чувство любви к своей госпоже. Прислуга, что будет обожествлять её ведь маму Иисуса тоже звали Марией. Каждую ночь госпожа будет играть Вике «Лунную санату». А Вика, как преданная госпоже прислуга — молча слушать и наблюдать, как тоненькие пальцы Марии нажимают одну клавишу за другой. В какой-то момент лес совсем одичал. Местами приходилось даже перелезать через кусты или поваленые стволы деревьев. Дорога была влажной и Вика увязла в одной из ямок. Но вскоре, в просвете за деревьями, показалась дорога, а за ней остановка. Серая, как бетон, массивная, монолитная, будто вытесанная из камня. Красивая — козырек голубой крыши торчал расправленным ласточниным крылом. А под ним толстыми, железными, местами даже ржавый буквами значилость «Пионерлагерь». На этой остановке был и Юрка. Он что-то читал. Скорее всего это было расписание остановок. Улыбнувшись и мысленно похвалив себя за проницательность, Вика направилась к нему. — Почему ты убежал? — спросила она сразу, как подошла. Парень дернулся и резко обернулся. Он верно не ожидал здесь никого увидеть и был далеко в свою мыслях, раз не услышал, что к нему кто-то приближается. — Вика? — спросил он. — Ты как тут? — Тебя искала, — пожала плечами она — ты убежал, и тебя никто не мог найти. Я почему-то подумала, что ты пошёл в лес, и не ошиблась. — Да, Володя говорил, что несмотря на твоё поведение ты достаточно умная — сказал он усмехнувшись. — Ну так что случилось? — снова задала вопрос Вика. — Почему ты убежал? — Я… — Юра запнулся. Какое-то время он молчал, словно думал рассказывать Вике причину или нет. — Ты никому не расскажешь? — на выдоже выпалил он. — Я могила — серьёзно произнесла девушка. Юра ещё какое-то время мялся, но все же быстро протороторил: — Я влюбился, и вчера признался, ну как признался, поцеловал, а он оттолкнул. Он сказал «Ты это прекрати» — Юра говорил это, опустив взгляд вниз, на свои руки, что нервно теребили край, уже не белой, футболки. Кажется в глазах блеснули слёзы. — Погоди, он? — удивилась Вика. — Парень? — Да — прошептал парень. — Ого — у Вики не было слов. Она не знала, что сказать. «Неужели у кого-то тоже такие проблемы? А может чуства к Маше - это нормально? — Это было так… — продолжал Конев. — Трудно — перебила его Вика и тоже затараторила: — Трудно для начала понять, что происходит, а потом признаться сначала самому себе, что тебе нравится твой пол. Ведь такого не бывает в природе. А потом ты долго собираешься с мыслями и кажется, вот он, тот самый момент, когда ты признаешься, и все «happy end», но ты смотришь ей в глаза и врешь. Врешь, что влюблена в парня, и с одной стороны ты говоришь правду, ведь он тебе, действительно, когда-то нравился. — Вика остановилась. Она смотрела прямо в глаза Юры. Ей даже казалось, что они светились неким счастьем. Счастье, что его кто-то понимает. — Ты просто боишься, что тебя посчитают ненормальной. — Откуда?.. — Юра пытался сформулировать мысль. — Маша — лаконично ответила она. Наступило молчание, казалось оно тянулось вечность, но не было каким-то напряжённым. Каждый копался внутри себя. — А может быть в этом нет ничего плохого? — вдруг сказал Юра. — Соглашусь, ведь что плохого в том, чтобы любить? — сказала Вика. — Ты, кстати, так и не сказал кого? — Эм… — закусил губу. Он то-ли стеснялся, то-ли боялся. Вике было это не понятно, но появилась догадка. — Я просто не знаю можно ли тебе доверить имя? — Можно — снова пожала плечами Вика. Она умела хранить секреты. — Я тебе сказала, потому что доверяю. — Володя — прошептал он, будто в надежде, что собеседник не услышит. — Кстати о нем...— подняв указательный палец в верх, сказала Вика. — Он очень волнуется. Весь лагерь на уши поднял, так что нам придётся возвращаться. — Хорошо — ответил Юра, и они поторопились назад.