Цветок Олуха

      С того момента, как Иккинг организовал школу для наездников на драконах прошло пару недель. Отцу пришло письмо от Освальда Разлюбезного, который приглашал Карасиков на церемонию совершеннолетия сына и вскольз упомянул о договорённости их предков.       — Отец, что за договорённость? — Прочитав письмо, которое ему передал Стоик, задал вопрос парень, отдав пергамент обратно. Мужчина же, взглянув на детей, что сидели бок о бок лишь печально вздохнул, подперев голову кулаком, упёршись локтем в подлокотник кресла у камина.       — Даже не знаю, как и начать. Это было давно. Ещё когда моего отца не было на свете и наши народы воевали. Вожди племён — наши предки — решились на перемирие. По их договорённости дети должны были соединиться в союзе, но из поколения в поколения и у Берсерков и у нас рождались лишь мальчики… — Взгляд его скользнул к дочери.       — Я должна буду выйти замуж за Дагура? — С места в карьер задала она вопрос.       — Но она ещё маленькая, ей двенадцать! Отец! А как же соулметы? — Иккинг вскочил на ноги, перепугав Беззубика, что лежал за их спинами в углу дома. Стоик же лишь вздохнул. Он и сам был против, мальчишка был под стать своей кличке — остервенелый. Неуправляемый, истеричный, со вспышками ярости. А ведь Айла такая кроткая, спокойная и должна была стать будущей старейшиной, да видимо не судьба.       — Я знаю, Иккинг. Но время пришло и нужно провести помолвку. Момент свадьбы мы сможем оттянуть до момента, пока Айла не станет женщиной. Ты знаешь, Иккинг, я всегда хотел, чтобы вы нашли своих соулмейтов, но договор есть договор. Я не знаю, сможем ли мы придумать ещё что-то, как-то обезопасить её. Я поговорю с Освальдом, может можно будет отменить сделку. Всё же не один век прошёл.       — Говорите так, будто меня здесь нет. — Девушка повторила позу отца и отвела взгляд. — Я даже ни разу не видела его воочию, а вдруг он не такой плохой, каким кажется?       — Что?! Айла это самый ужасный человек, которого мог родить этот мир. В прошлый раз он использовал меня как мишень для метания ножей. А Рыбьенога даже в клетке запер и три дня не давал еды. — Парень стал ходить туда-обратно по комнате, терзаясь сомнениями. В прошлые разы ему удавалось спрятать Айлу. Чаще всего она уплывала с острова вместе с Готти, но сейчас…официальное приглашение трудно отклонить и сейчас они не смогут спрятать их принцессу. Оставалось уповать на благоразумие Освальда и не отходить от сестры.       — Иккинг, едем только я и Айла. — Предчувствуя истерику сына он лишь закрыл глаза. Девушка же только откинулась на спинку дивана, видя взбешённый вид брата. Им предстояла длинная ночь.       В конце концов с ними отправили Астрид. У дочери вождя должна быть слуга или компаньенка. Блондинка, конечно, в восторге не была, но не отказала в помощи.       — Только обещай не злоупотреблять. — Предупредила она Айлу о её полномочиях и вскоре они отбыли.       — Я, если честно не совсем понимаю, почему тебя не обучают как нас. Я имею в виду, что ты совсем не развита физически. Ты и ведро на половину наполненное водой еле поднимаешь. Ты же викинг. — Астрид точила топор. В вечерних сумерках это выглядело пугающе, а на корабле среди безлюдного океана и того хуже.       — Не всегда важна сила. — Девушка присела рядом на груду мешков, где и расположилась подруга, и стала расплетать косы, чтобы расчесать и заплести обратно. — Хоть ты и не знаешь, но я тренируюсь стрелять из лука. В тайне от отца и брата Готти учит меня. — На удивлённый взгляд рыжая кивнула.       — Я тоже была в шоке. А ведь она спокойно может подстрелить ястреба даже в таком почтенном возрасте. Хоть я не сильна физически — я всё же тренирую ум. Когда мужчины не могут найти компромисс — в разговор вступает женщина. Политика тоже в своём роде битва. Вот только это битва разумов. — Она пожимает плечами, продолжая заниматься волосами не прерываясь, хотя время от времени посматривала на блондинку.       — А драконы? Почему ты не стала всадником? Иккинг не позволил?       — Нет. Скорее не нашлось дракона, с которым я могла бы прожить жизнь и ступить в чертоги Вальхаллы. Может в будущем… — Рыжеволосая замолчала вплотную занявшись расчёсыванием своих длинных кудрей.       — Я когда-то пробовала носить платье. Жутко неудобная вещь. — Закончив, Астрид отложила топор и улеглась на груду мешков.       — К этому можно привыкнуть. Тем более, что в платье фигура выглядит утончённой. Ты меня поймёшь, когда придёт время.       — Знаешь, иногда ты говоришь совсем как моя мама…или старая женщина. Это немного…пугает. Словно ты знаешь, что будет. Это как в тот раз, когда ты сказала мне пойти к Иккингу и про остров…       — Забудем, Астрид. — Начав заплетать одну сплошную косу Айла перевела взгляд на подругу. — Иногда лучше не думать о том, что принесёт одну головную боль. Иди поспи, завтра нам предстоит тяжёлый день. — Взгляд её был мягким и в то же время твёрдым. Астрид едва поёжилась под ним. Иногда будущая старейшина и вправду пугала. Встав, блондинка направилась в каюту, не забыв захватить топор, над которым корпела.       Следующим днём они прибыли к пристани острова Берсерков. Астрид смотрела на то, как Айла меняет наряд, обтираясь мокрой тряпкой и надевает украшения.       — Зачем всё это? — Хмурясь, спрашивает блондинка недоумевая.       — Я — лицо Олуха, Астрид. Если отец и брат — сила, то я — красота и ум. Мои наряды и украшения показывают богатство нашего края. — Девушка накинула на плечи плащ с лисьей шкурой на плечах и придирчиво взглянула на себя в отражении зеркало. Спустя пару минут она кивнула. — Сойдёт. Можем идти.       — Кажется я никогда тебя не пойму. — Сокрушаясь выдохнула девушка открывая дверь и пропуская вперёд свою «госпожу».       — Освальд!       — Стоик! — Мужчины тепло поприветствовали друг друга. — Друг, я рад, что ты прибыл на наш праздник! И я очень ждал встречи с будущей невесткой, это она? — Разлюбезный сразу обратил внимание на подошедшую Астрид, что застыла сразу, как только на неё обратили внимание, едва та сошла на пристань с корабля. — Что же, истинная воительница, да!       — Нет, друг. Это Астрид — компаньенка моей дочери. Айла. — Мужчина слегка отошёл в сторону протянув руку к кораблю с которого начала сходить девушка. Трап был довольно широкий, но она боялась поскользнуться, а потому шла медленно. Подняв взгляд на отца она приняла его помощь, вложив свою ладонь в его и слегка улыбнулась.       Мужчина подвёл её вперёд к вождю племени Берсерков и рыжеволосая взглянула на него, после чего слегка склонила голову.       — Приветствую великого вождя великого племени Берсерков — Освальда Разлюбезного. Моё имя Айла. — Он смотрел на неё не в силах оторвать взгляд. Улыбка сползла с его лица уступив место удивлению.       — Что ж ты, друг мой, язык то проглотил? Аль товар не по купцам? — Стоик захохотал. Соей фразой он вывел из настроя Астрид, которая не ожидала от вождя подобной подлянки. Он что, и вправду назвал свою дочь товаром? Но Айла совсем не отреагировала, всё так же улыбаясь и только скромно сложила ладони вместе, выставляя на обозрение несколько браслетов.       — Не ожидал, что у тебя такая прекрасная дочь, Стоик, где ты её прятал? Приятно познакомиться, Айла Прекрасная. — Разлюбезный снова заулыбался кивнув ей и слегка отошёл. — Ну, идёмте, я покажу вам, что где находиться и где вы будете жить. Мой сын сейчас немного занят, поэтому познакомим наших детей на пиру.       Но и к вечеру парень не явился. Тогда Разлюбезный признался, что сын ушёл на охоту, чтобы порадовать гостей могучим зверем, чтобы показать свою доблесть и силу. Стоик согласился, что так будет правильно и к завтрашнему обеду они будут ожидать, как начала праздника так и туши зверя.       — Тебя это не бесит? — Была уже ночь и Айла принимала ванну, как и Астрид. Вдвоём они вполне вмещались в одной бочке. — Они все смотрели на тебя как на какой-то кусок мяса. Эти взгляды…       — Я этого ожидала. — Рыжеволосая упёршись затылком в край бочки запрокинула голову, отдыхая и расслабляясь.       — Да ты что?! Да как ты можешь? Как может вождь? Ты же его дочь!       — Именно поэтому, Астрид, ты и не сможешь понять, пока не вырастешь. Иногда для счастья народа вождю и его семье требуется чем-то жертвовать. В данном случае для мира между племенами он жертвует мной.       — Ты так говоришь, как буд-то знала, что так и будет… Подожди, ты что, заранее знала?!       — Я с детства была готова, Астрид. — Веки её дрогнули и распахнулись, являя изумруды. Слегка приподнявшись, девушка села ровно и потянулась к мочалке, начав вскоре обмывать себя. — Наше племя во многом отличается от других. Ты можешь любить, быть свободной, заниматься чем хочешь. Я же делаю только то, что прикажет отец. По крайней мере должна это делать, но папа слишком мягок и ко мне и к брату. Я взялась за обучение сама, ибо знала, что в будущем что-то таке могло произойти. Конечно, отец мог отказаться и тогда развелась бы война, но этого не хотела я. Понимаешь, стать невестой Дагура был скорее мой выбор, нежели его. Я не хотела, чтобы кто-то пострадал — Она замолчала и вскоре вышла из бочки.       — Давай не будем о плохом. Скажи лучше, ты заметила, как они все смотрели на меня? Эти женщины, да они сгорали от зависти. — Ухмылка расползлась по лицу Айлы.       — Да они готовы были убить тебя взглядом. Вот, значит, что ты имела в виду под этими украшениями и нарядом.       — Это ещё что. Это было дорожное платье, а завтра будет то, которое мне помогали шить. — Она достала из сундука красивое изумрудное платье расшитое золотыми нитями и с широким поясом, в который было вшито несколько драгоценных камней.       — О Тор…- Только и вздохнула блондинка во все глаза рассматривая сие творение.       — Уж если ты так отреагировала — представь, что будет с ними. — Девушка захихикала от предстоящего показа мод. Пока она была не слишком высокой и большой — создавать платья было легче и быстрее. Нужно наслаждаться этим моментом, пока можно.       Метание варпы, стонгстёрнинг, пэрк — главные состязания, которые ожидали смельчаков. Были так же и другие соревнование, такие как — бой на мечах, стрельба из лука, бой кабанов, гонки на яках, мелкая охота и многое другое. Мужчины показывали себя во всей красе, но иногда им утирали нос и женщины, которых смельчаки пытались покорить.       Айла, едва вышла из выделенного ей гостевого домика — привлекла внимание. Несколько браслетов сверкали на солнце, волосы заплетённые в две косы на концах которых так же сияли украшения. Изумруды глаз, сверкающие ярче всего. Несколько женщин сразу стали перешёптываться. Не мудрено, что они либо что-то задумали, либо хотели с ней подружиться.       После завтрака Освальд предложил ей уйти с несколькими женщинами — собрать цветы для того, чтобы сплести венок — он считал это женской забавой. И хоть она и не хотела, но согласилась и вскоре ушла. А так как Астрид была занята — её позвал вождь — то и защитить её было не кому.       Чтобы обезопасить себя от женщин, Айла отошла немного подальше от остальных. Хотя бы так она смогла бы не ощущать подступающей подлянки с их стороны. И действительно все они лишь собирали цветы, чтобы после сжечь в священном огне свои изделия.       Некоторые уже закончили и болтали, плетя венки из собранных цветов, когда по поляне разнёсся рёв, заставивших их всех подобраться. Поляна была наполовину окружена деревьями, а с другой стороны вдали виднелось поселение, из которого вскоре стали спешить викинги на выручку. Но всё это было секундным делом: 1 секунда — на поляну выскакивает огромный чёрный медведь в спине которого торчал топор и несколько стрел. 2 секунда — он встаёт на задние лапы и ревёт пуще прежнего, заставляя женщин кричать и стремиться прочь. 3 и 4 секунда — она осознаёт, что находиться в опасности и пытается резко вскочить, но падает, цепляясь за подол платья. 5 и 6 секунда — зверь становится на все лапы, замечая её.       Грузная туша несётся на неё и только влетающий в его бок топор заставляет сменить траекторию. Зверь отпрыгивает в сторону, рыча от ярости и смотрит в лево от неё, откуда и прилетел топор. Из-за деревьев выбегает несколько мужчин и более молодой ухватывает ещё один топор из рук стоящего рядом соплеменника. Они смотрят друг на друга и медведь прибегает к другому методу — он выбирает добычу поменьше, лежащая ближе и устремляется к ней.       Айла задыхается, едва она вскидывает руки к лицу, но зверь уже близко — она даже пискнуть не успеет.       Перед глазами едва не плывёт от напряжения. С боевым кличем парень валит зверя наземь. Он — такой маленький по сравнению с медведем! Они катаются по земле. Не парень — мужчина вонзает острый кинжал в пасть твари, получая при этом ранение от когтей.        Она не может пошевелиться. Сердце бешено колотится, и хотя в голове до странного ясно — говорить она не может. Другие подбегают к замершим на земле силуэтам, они поднимают рыжеволосого воина, что прижал к лицу ладонь, по которой хлестала кровь. Пройдя вперёд он останавливается и устремляет взгляд на неё — слишком напуганную и шокированную происходящим. Она ещё не осознала, что её жизнь висела на волоске.       Слегка пошатнувшись, он решается подойти к ней. Он прихрамывает и опускается на колено, отнимая от лица ладонь. Кровь течёт по его губам, подбородку, заливая всё вокруг. Это зрелище могло бы повредить неокрепшую психику, будь она и в самом деле тепличным ребёнком, но это было не так.       — Ты как? Испугалась? — Спрашивает мужчина, а у неё с губ срывается смешок. Этот парень и вправду беспокоится о ней?!       — Я как? Это ты как?! Боги…ты…- Отчего-то заикаясь и волнуясь она шарит ладонями по себе и, догадавшись — стаскивает с себя платок, вытаскивая его из-под верха платья — мелочь, которая придавала плечам немного объёма. Приподнявшись, она небрежно складывает платок и прижимает к его лицу. — Зажми, не то потеряешь крови больше, чем нужно.       Рыжеволосый удивляется но делает, как она говорит — прижимает ладонь к её ладони, которая в свою очередь прижимает платок к его лицу. От шока боли совсем нет, только усталость. Он слегка смущается, ведь этот платок касался её тела.       — Я…у меня есть травы. Я целитель, ученица правда, но если у вас есть знахарка — лезть не стану. — Затараторила вновь она.       — Наш целитель ещё не прибыл, помоги ты. — Коротко отвечает он и Айла кивает, поднимаясь и едва не падая обратно от того, что в ногах появилась слабость, но её придерживает воин стоявший рядом.       — Простите, я немного…не в себе. — Шепчет она становясь ровно. Рыжеволосый встаёт и его снова поддерживают и ведут следом за ней. Взволнованные люди встречают их по дороге, но Айла совсем не обращает на всех них внимания, пропуская в своё временное пристанище и указывая, чтобы его опустили на кровать. деревянные посудины, мешочки с травами и миски появляются на столе с небывалой скоростью.       Так мирно начавшееся утро перетекает в взволнованный поздний обед. Кровь остановлена, раны обработаны. Помимо рыжеволосого она помогла и остальным, которые требовали помощи. К вечеру всё поселение радовалось за наследника Берсерков — за Дагура Остервенелого, который самолично завалил огромного медведя. К ночи тушку освежевали и приготовили большой мясной ужин.       Айла не была на ужине. Как не было и Дагура.       Он был в бреду, в котором видел тёплый образ в лучах каминного света. Тонкие пальцы обтирали его лицо. Голос настойчиво уговаривал выпить лекарство. Но от такого голосочка он готов был выпить и яд. Он не знал, сколько пробыл в бреду, но проснувшись понял, что находится не у себя в доме.       — Ты проснулся. — Войдя и заметив рыжеволосого сказала Айла, неся в руках плошку с супом. — Проголодался, наверное. Сесть можешь?       — Издеваешься? Я только на секунду прилёг, чтобы я да что-то не мог! — Фыркнул он довольно громко и резко сел. Перед глазами всё заплясало. Он почувствовал тошноту, но спустя время она оступила. Айла же всё это время смотрела на него усмехаясь.       — Вот. — Она вручила ему суп и присела на стул рядом с кроватью. — Спасибо, что спас меня. За глаз не беспокойся, видеть будешь, а вот шрам останется. В соревнованиях участвовать не советую — можешь доломать ногу. — Айла смотрела на то, как парень проталкивает в себя суп. Вполне спокойный молодой человек. Почему же он такой псих? После плошки супа и принятия лекарства, девушка спросила:       — А у вас правда развлекаются тем, что закрывают людей в клетку и бросают кинжалы, делая из человека мишень?       Каково же было её удивление, что всё действительно оказалось правдой. Дагур и сам был мишенью, считая, что это довольно весело, поэтому проворачивал такое с Иккингом, а голодом его морили несколько дней, потом давая гнилые яйца — так они проверяли себя и закаляли свой желудок, ибо если бы вдруг они попали в плен, то смогли бы протянуть. Вот парень и думал под натаскать Рыбьенога, которого с виду хорошо откормили и который бы не выжил в суровых условиях.       — Ты что, серьёзно? — Зашипела на неё Астрид, когда Айла всё ей рассказала.       — Есть лишь один способ узнать — расспросить больше людей и самого вождя. — Айла пожала плечами шокируя блондинку ещё больше.       Парня переместили в его дом, а место, где он пребывал до этого хорошенько почистили. Женщины не липли к ней, даже смотреть в её сторону побаивались, но девушка не понимала почему. Под конец соревнований Дагур смог выйти. Народ ликовал, приветствуя своего героя криками. Парень прохаживался с костылём, осматривая всё и вскоре сел на трон под навесом. Отца не было — тот к чему-то готовился, а вот мимо прошла Айла, которую он позвал к себе грубым «Эй!».       — Тебя хоть как зовут? Ты же с Олуха? Я видел, как ты носишься с Астрид. — Он говорил тихо и даже слегка обидчиво. Создавалось впечатление, будто он ревновал.       — Я Айла. — Рыжеволосая улыбнулась. В этот раз она была одета в светлое платье, а в волосах были вплетены украшения. — Айла Карасик, дочь Стоика Обширного.       — Что? Так это ты моя…о Тор.       — Разочарован?       — ДА…стой нет, я не. Ладно! — Он снова вспылил. Айла смотрела на него внимательно. Иногда у парня и вправду были вспышки агрессии, особенно, когда он общался с подчинёнными. А вот катализатора спокойствия у него не было.       — В любом случае, если ты найдёшь свою суженную, то сможешь отменить помолвку. — Она улыбалась ему, нежно смотря в глаза. Парню вдруг захотелось, чтобы его соулмейтом стала именно она. Но даже у него ещё не было знака, ведь ему ещё не стукнуло и 17, когда на теле появляется татуировка. А что уж говорить про неё…       Помолвка была заключена под вечер в последний день соревнований. В этот день Дагур Остервенелый на удивление вёл себя спокойно, время от времени смотря на свою невесту и о чём-то размышляя.       — Думаешь, всё это правильно? — тихо спросил Стоик, взглянув на Астрид. Она, как более пылкая и юная смотрела на всё другим взглядом.       — Простите, вождь, но я затрудняюсь ответить. — Астрид качнула головой. Она и сама не знала, что и думать. С одной стороны она не хотела войны, с другой желала счастья сестре любимого. В конце-концов это не её жизнь и не ей ею распоряжаться…