А если я полюблю вас, доктор?

«Двадцать первое сентября, 10:40 утра. Запись первая. Сегодня в нашу клинику поступила новая пациентка. Она была на удивление спокойна, пока её оформляли. Даже не спокойна, а потеряна. Она не поднимала головы и смотрела только в пол. Я был приставлен к её лечению. Мне ещё не приходилось сталкиваться с такой болезнью. Я решил записывать свои наблюдения в эту тетрадь, чтобы сравнивать её состояние за период лечения. Харуно Сакура - шестнадцатилетняя девушка, страдает одной из форм бредового расстройства - манией преследования. С её стороны возможны приступы агрессии, и я, как её лечащий врач, настоял на отдельной палате. Нельзя помещать Харуно в общую палату. А я постараюсь завоевать её доверие» Я сидел в своем кабинете, и изучал данные своей подопечной. Она была первой моей пациенткой за небольшое время работы, и я хотел сделать всё, чтобы Харуно пошла на поправку. Я не знал, что предшествовало появлению у обычной школьницы такой болезни, но после разговора с её родными, понял, что Сакура не посвящала их в свои проблемы. Она просто перестала разговаривать с окружающими. Начала постепенно меняться. С опаской выходила из дома, остерегалась проулков. Даже к родным относилась подозрительно. Начала боятся шорохов, звуков. Говорила, что за ней охотятся. Бесконечные посещения психолога не пошли ей на пользу. Так продолжалось около шести месяцев. Психолог посоветовал её родным принудительное лечение, иначе Сакура начнет нападать на всех без разбора. Люди с такой формой паранойи, не считают себя больными. Она будет просто защищать себя. Она сопротивлялась, когда её привезли. Но, только переступив порог здания, затихла и не отводила от пола взгляд. Наверное, она поняла, что так нужно. И что она ничего не сможет сделать. Совсем не заметив, что начался дождь, я продолжал чтение. И чем больше углублялся, тем сильнее хмурился. У Харуно был не просто синдром преследования, её так же мучили галлюцинации. Родители замечали, как она говорит с кем-то. - Сложно ей приходится! - произнес я, переведя взгляд на окно. Капли дождя полностью застилали окно, из которого виднелись густые серые тучи. Дождь будет идти ещё несколько часов. Отложив документы, я вздохнул. В кабинет постучали. - Войдите! - Сасори-сама! - в кабинет вошла взволнованная медсестра. Она была испугана, что не удивительно в таком месте. Появилась она здесь всего неделю назад, и еще не вошла в непривычную, сложную обстановку. - Что произошло? - встал я, собираясь услышать её новость. - Харуно... она... вам надо видеть, - произнесла она, и вышла в коридор. Сразу направившись за ней, я оказался в процедурной, где на руки Сакуры накладывали бинты. Они были покрыты глубокими царапинами, из некоторых сочилась кровь. Сообщив, что всё готово, медсестра осторожно приподняла девушку на ноги. - Как это произошло? - спросил я, наблюдая за тем, как Сакуру провожают в камеру. - Она начала кричать, что кто-то очень близко и скоро доберется до неё, - начала медсестра. - Мы, конечно, сразу поспешили к её палате, и как только зашли в неё, увидели, как она царапает себя до крови. Пришлось применить силу, чтобы успокоить её. И с вашего разрешения, мы введем ей снотворное на ночь. - Да, я разрешаю. Пускай отдохнет хорошенько. Процедуры завтра вымотают её, - кивнув, я вернулся в кабинет. До ночи копался в документах, разбирая нужные и откладывая их под подпись главного врача. Бумажная работа совсем не нравилась мне, но куда от неё деваться? Не я первый занимаюсь подобным и не я последний. Медицина всегда в ногу шла с бухгалтерской работой. В медленном темпе прошло полночи и, лишь к четырем часам, я лег на диван и заснул. Но спал недолго. Будильник, поставленный на шесть, заставил подняться. Отогнав оставшийся сон, я вышел из кабинета. На посту тишина, а в палатах аура сна. Пройдя в столовую, я начал поиски в надежде найти чайник. Кофе сейчас был очень кстати, и чтобы никто из сотрудников не встретил меня, поспешил к себе, дабы в одиночестве выпить напиток. К семи работа в отделение вошла в привычный ритм. Медсестры, переговариваясь, ждали листов назначений от врачей. Я только сел за свой. В моих руках была всего одна подопечная, и работы с ней было не так много. Но пока я не торопился заполнять лист. Нужно было лично побеседовать с пациенткой. Время на осмотр Харуно было назначено на девять утра. Её хотели видеть ещё несколько специалистов. Они, как и я, были заинтересованы в том, чтобы девушка вылечилась. Время шло медленно, а я тем временем заполнял истории других пациентов. Всего в отделении лежало шесть больных. Сакура, хоть и не была оформлена, по всем правилам, тоже входила в их число. - Сасори-сама, к вам посетители. Они в комнате для посещений. Это - родители Харуно Сакуры. Очень хотели поговорить с вами, - сказала мне медсестра и вышла из кабинета. Взглянув на часы, я тяжело вздохнул, ведь не любил разговаривать с родственниками больных. Слушать просьбы о скорейшем выздоровлении тоже было частью моей работы, но, именно эта часть давалась тяжелее всего. Смотреть в лица близких пациента, говорить им, что все будет хорошо, давать какие-то гарантии на эффективность лечения, врать одним словом. Не все случаи могут благоприятно закончится. Многие умерли в этом здании, ухудшая его репутацию. А сколько судебных разбирательств пришлось пережить врачам этой клиники? Их было не сосчитать. В комнате для посещений меня ждала женщина. Осунувшееся лицо, круги под глазами, всё это давало понять, что женщина переживает сильные стрессы. Поздоровавшись с ней, я сел напротив. Было видно, что она не хочет начинать разговор первая, просто не может. - Вы хотели узнать о состоянии вашей дочери? - сразу перейдя к сути нашей встречи, спросил я. - Я пока не могу дать вам точного ответа. Осмотр Сакуры начнется через час, а результаты будут не ранее завтрашнего дня. Простите... - я смотрел на её поникший взгляд и понимал, что она хочет не просто знать о состоянии дочери. Просто она не может сказать. - Доктор, - наконец произнесла она, глубоко вздохнув, - наша дочь уже не станет прежней. Прошу вас. Она больна и не сможет вылечиться. Она опасна, это так. Но... она стала такой не по собственной воле. Прошу, облегчите её оставшуюся жизнь, дайте ей пожить немного дольше. Я просто... - Достаточно! - прервав женщину, я встал. Больше не мог слушать её отчаяние. Я просто не понимал её. - Почему вы так говорите? Что значит, пожить дольше? Вы не верите в выздоровление дочери? - Она больна... - твердила её мать. - Да, больна. Но ваша дочь сильна. Она может перебороть свои страхи, и вернуться к нормальной жизни. Почему же вы так отчаялись? - Я просто... - женщина не стала сдерживать слезы. - Находиться рядом с ней стало страшно. Она просто перестала контролировать себя. Могла ударить без причины... невыносимо... изменилась... моя милая... дочь, - эти слова различал я сквозь рыдания. Эта встреча не была похожа на остальные. Стало тяжело. Глядя на мать своей пациентки, я понимал, что её семья просто устала от бесконечных приемов врачей, да и дома им не было сладко. Сакура боялась даже собственной тени, что естественно при таком синдроме. Вернувшись в свой кабинет, я распахнул окно, вдыхая свежий воздух. Пахло хвоей. Мне всегда нравилось, что наша клиника была окружена лесом. После дождя это место показало себя в новых красках. «Чувствует ли сейчас это Сакура?» - спросил я себя, в тот момент, как в кабинет постучали. Пора было идти на обход и осмотр. Сакура сидела передо мной. Смотрела то на меня, то на медсестру, что находилась у дверей. Жестом попросив её уйти, я снял напряжение с пациентки. Сакура вздохнула, и теперь не отводила от меня взгляда. - Как ты себя чувствуешь? - спросил я, немного придвинувшись к ней. Сакура отпрянула, но я нисколько не удивился. В этой клинике все так реагируют. - Я не больна... - Конечно нет, ты здесь лишь для обследования, - я не хотел, чтобы она волновалась, соврал. Не в первый раз. Сакура сложила руки на коленях, продолжая наблюдать за мной. - Хорошо, Сакура, расскажи мне немного о себе, - решив начать опрос с личного знакомства, я приготовился слушать её. Но, она не шла на контакт. Боялась... нет, я не видел в её глазах страха. Может, она хочет, чтобы я начал первый? Она смотрела на меня в упор, и даже не моргала. Становилось не по себе. - Я начну первый, - она кивнула, а я отвел взгляд, ненароком посмотрев в окно. Тучи снова затянули небо, но уж сегодня я не задержусь в клинике. Так я решил. Но сейчас не это главное. А главное сидело передо мной и не отрывало от меня изумрудных глаз. Впервые я не мог сказать нужных слов. - Скоро меня заберут? - вопрос Сакуры заставил меня вернуться в себя. Она словно забыла о начавшемся разговоре, и решила начать новый. - Как только окончится твое обследование, - ответил я. - Но я не больна, - повторила она, и я понял, что в таком темпе её осмотр закончится нескоро. Она просто не даст себя осмотреть. - Я знаю, но твои родители беспокоятся о тебе. Они попросили нас присмотреть за твоим здоровьем. Ты же не хочешь расстроить родителей? - улыбаясь, спросил я. Сакура покачала головой, и опустила взгляд. Он изменился. Повеял грустью. - Ты говорила, что тебя преследуют? Когда ты начала замечать подобное? - мне не хотелось сразу начинать с вопросов, которые могут напомнить ей о болезни, но если я буду слишком мягок, то наш разговор ни к чему не приведет. Только услышав меня, она вскинула голову, посмотрела на дверь. - Что ты там видишь? - не ответив, она перевела взгляд на окно, затем на меня, ответив: - Не вижу, а чувствую... - закрыв руками лицо, она опустила голову. - Не хочу обратно. - Всё будет хорошо, Сакура. Просто поверь нам, - положив руку на плечо девушке, сказал я. Она вздрогнула, когда я дотронулся до неё, и, как только я убрал руку, посмотрела на меня. К ней вернулся обычный взгляд. В нем появились искорки доверия. Им я был особенно рад. Наш разговор продолжился около получаса. Харуно отвечала на все вопросы, что я задавал. Отвечала быстро, даже не задумываясь, словно знала вопросы наперед. Не придав этому особого значения, я отвел девушку к другому врачу. Сам остался ждать её. Сидя на диванчике, перед закрытой дверью, разглядывал брошюры, что лежали на столике. Они были не моего профиля, но тоже довольно интересными. Когда мне вернули Харуно, я сразу отвел её в смотровую, где пациенткой занялись сестры. Сам же вернулся в кабинет. На столике вовсю разрывался мой телефон. - Все еще в клинике, внучок? - голос мой бабушки как всегда был бодрым. - Так и есть. Что-то случилось? - зная, что бабушкины звонки всегда не просто так, решил сразу спросить. - Хочу узнать, когда ты уже вернешься? Сколько можно жить на работе? Бабушке тоже надо время уделять. И как будешь возвращаться, заскочи в магазин... - я не успел дослушать. В дверь постучали, отвлекая меня: - В чем дело? - спросил я у новенькой. - Сакура готова к осмотру, - ответила она. - Хорошо, я сейчас буду, - наблюдая, как она закрывает дверь, поднес телефон к уху. - Они очень хотят тебя видеть, - говорила бабушка. - Извини, я сейчас занят. Поговорим дома, - отключив вызов, я кинул телефон на диван и направился в смотровую. Сакура сидела на кушетке, поджав к себе ноги, и смотря в стену напротив. Встав перед ней, я обратил её внимание на себя. Она сразу поняла, для чего я здесь, поэтому послушно встала. Как только в смотровую вошла медсестра, мы приступили к осмотру. Он длился не так долго, как опрос, Сакура сама хотела поскорее закончить его. Как только мы отвели девушку в палату, я сразу начал собираться домой. Звонить бабушке не стал, думал, что она уже легла спать. - Спасибо за работу, - говорили мне сестры, пока я направлялся к выходу. Остановившись перед постом, я попросил сидящую за столом сестру: - Если с Харуно будут проблемы, сразу звоните мне. В любое время. - Не переживайте, Сасори-сама. Уверена, ночь пройдет мирно. Отдыхайте, - пожелала она мне, улыбаясь. Я кивнул и поспешил уйти. Небо было все так же затянуто, готовилось к дождю. Я не знал, зачем меня просили зайти в магазин, поэтому со спокойной душой проехал мимо. Только я добрался до дома, как сразу же полил дождь. Он быстро перешел в ливень. Ни секунды не медлив, я добежал до крыльца, открывая дверь. Внутри меня ждал сюрприз…в виде моей далекой родственницы. Темари, сурово смотрела на меня, скрестив на груди руки. Я и забыл, что раз в год, она и двое её братьев гостят у нас. Теперь стало понятно, зачем бабушка просила зайти в магазин. Между нами висела тишина. Я не знал, что сказать блондинке, в то время, как она продолжала стрелять в меня молнии взглядом. - Я устал, извини... - сухо произнес я, сбрасывая обувь и проход мимо неё. Поднявшись на второй этаж, услышал, как меня зовет бабушка. В её комнате всегда было уютно, светло, по-домашнему. Бабушка любила много читать, и поэтому комната напоминала библиотеку. Даже сейчас она сидела с раскрытой книгой на коленях. - Подай мне очки, пожалуйста, - попросила она, указывая на тумбочку. Выполнив её просьбу, сразу услышал новую, - мне скоро на боковую, переложишь меня, внучок? - Конечно, - устало улыбнулся я, сидевшей на инвалидном кресле, бабушке. После вышел из комнаты, закрыв дверь. Усталость требовала чтобы я хорошенько отдохнул. Глаза закрывались. Я прислонился к стене и сполз вниз. Сегодня был трудный день. Я снова вспомнил Харуно. Она не первая моя пациентка, но она первая с таким грустным, потерянным взглядом. Он так глубоко врезался мне в душу. - Если ты устал, почему не идешь спать? - услышал я. Обращались ко мне. Подняв голову, увидел Гаару. Он, как обычно, смотрел на меня каменным лицом. - Сам не знаю, - ответил я, вставая. - Куда сейчас пойдешь? - спросил он, наперед предсказывая мои действия. - Неплохо было бы поесть. Спустившись на первый, я побрел на кухню. Давно же я не ел домашней теплой пищи. Два дня, что я пропадал на работе, перекусывал тем, что давали в столовой клиники. - Как дела на работе? Много платят? - Гаара, который шел за мной следом, сидел напротив меня. - Достаточно, - ответил я. - Но главное-это пациенты! - И много их у тебя? - Одна. - Девушка? - удивление слышалось в его голосе. - Да, - коротко ответил я. Этим окончив разговор. Я мало, что мог рассказать Гааре, но мне нравилось, что он интересуется моими делами. Он один из троицы, с кем я могу непринужденно говорить. - Прости, я действительно устал. Сегодня был сложный день, - поднимаясь на второй этаж, я остановился у двери Чиё. Пришло время перенести бабушку на кровать. - С твоей пациенткой? - Гаара знал ответ, но задал его, желая лично услышать. - Нет, я просто не выспался, - разбив его ожидания, я устало улыбнулся, когда перед нами появилась Темари. - Раз не выспался, иди! - слегка толкнув меня, сердито сказала она: - Я позабочусь о Чиё, - она смягчила тон, заходя в комнату. - Спасибо, - успел сказать я, перед тем, как закрылась дверь. - Чего же ты ждешь? - тихо произнес Гаара. Перед тем, как отправится спать, заглянул в ванную и, выйдя оттуда обновленным, дошел до комнаты, и как только голова опустилась на подушку, заснул крепким сном.

***

«Двадцать второе сентября. 14:02. Запись вторая. После завтрака, я снова осмотрел Харуно. Она разговаривала мало, все время оглядываясь. Агрессии с её стороны не наблюдалось, она вела себя спокойно. Медсестра сообщила мне, что ночью она не могла заснуть и долго ходила по палате, изредка напевая мелодию. Сейчас она отдыхает. Надеюсь, прописанное на ночь снотворное, не было неправильным решением. Я должен отвечать за него» - Сасори-сама, вы просили сообщить, когда Сакура проснется, - в кабинет вошла медсестра. - Да, спасибо, - поблагодарив девушку, я отложил ручку и закрыл тетрадь. Мне хотелось вывести Сакуру на прогулку, хотелось побольше поговорить с ней. Для неё сейчас важны разговоры. Прикатив кресло-каталку, я попросил Сакуру сесть в него. Она не сразу согласилась, ведь могла и ходить сама. Объяснив, что так необходимо по правилам, я смог добиться её согласия. - Сегодня прекрасная погода! - отметил я, когда мы оказались во дворе клиники. Сакура не отвечала, а я продолжал: - После дождя так свежо, не правда ли? - остановив каталку, я сел на траву. Больше ничего не говорил, ждал, пока Сакура не захочет заговорить первая. Время шло, мы продолжали сидеть в тишине. - Доктор, можно узнать ваше имя? - говорила она спокойно, но в голосе чувствовалось волнение. Такой простой вопрос, почему он ввел меня в ступор? Она ждала от меня ответа, и как только я назвался, на её лице заиграла улыбка. Она выглядела неловко, и я подумал, что она давно не улыбалась. Отведя от девушки взгляд, я встал на ноги, и покатил каталку дальше. Сакура внимательно смотрела вперед и резко нагнулась вниз. Я затормозил, отчего она упала с каталки. - Ушиблась? - присев рядом, я увидел на раскрытой ладошке розоволосой мертвую бабочку. Сакура печально смотрела на неё. - Был сильный дождь, - сказал я. Дотронувшись до крыльев, Сакура нежно провела по ним и тихо спросила она. - Как теперь быть? - затем посмотрела на меня. Я не знал, что ответить, мне и дела не было до мертвого насекомого, но... если это было так важно для Сакуры, надо было что-то предпринять: - Я позабочусь о ней. Уголки её губ дрогнули и Сакура села в каталку, собираясь продолжить поездку. Я же мог просто оставить бабочку здесь, но я решил не обманывать свою пациентку, поэтому сунул насекомое в карман халата. - Как прошла прогулка? - спросила меня медсестра, только за Сакурой закрылась дверь палаты. - Хорошо, - ответил я, подходя к посту. Для меня были оставлены важные документы, которые требовали ими заняться. Тишина кабинета позволила мне немного расслабиться. Углубившись в чтение документов, я изредка, кивал головой, соглашаясь с написанным. В конце требовалась моя подпись, но я не стал подписывать. По крайней мере не сейчас. Пройдя к окну, распахнул его. Неспешно вернувшись на рабочее место, я снова взялся за документы. Черкнув на бумаге свою подпись,я откинулся на спинку. Смотрел в потолок. Рука непроизвольно задела карман, где покоилась мертвая бабочка. Аккуратно вынув её, я положил мертвое тельце в горшок с цветком. Время шло быстро и подошло к ужину. Я решил наведаться в столовую, проверить свою пациентку. В столовой стояла гробовая тишина. Сакура сидела за самым дальним столом и опасливо оглядывалась на остальных. Я подумал, что в моей компании, она сможет спокойно поесть, что также было необходимо для выздоровления. - Можно я составлю тебе компанию? - осторожно спросил я, подойдя к столику. Сакура отвела взгляд, кивнув. Она водила ложкой по тарелке. Содержимое оставляло желать лучшего, но так было не у неё одной. Остальные пациенты, уже не замечали качество порций, просто привыкли. Поднеся ложку к губам, девушка нахмурилась, но все равно проглотила порцию. - Настолько не нравится? - вырвалось у меня. Сакура покачала головой, отрицая мой вопрос. Она задумалась, после ответила: - Вспомнила одну неприятную вещь. Нехорошие воспоминания, - на этом она замолчала. Я тоже молчал, не хотел отрывать её от еды. Просто наблюдал за ней. Сакура смотрела то на меня, то на другие столики. Затем и вовсе уткнулась в тарелку, не поднимала взгляда. - Доктор, я могу задать вопрос? - тихо спросила она. Коротко кивнув, я ждал её вопроса. Отставив тарелку, она указала в угол: - Вы не видите эту тень? Отрицательно покачав головой, я посмотрел в угол. Сакура страдала галлюцинациями, я знал это. Мне, как врачу нужно было убедить её, что всё это не больше иллюзии. - Она преследует меня с прогулки. Она в моей комнате. Я не хочу больше видеть её... - Там ничего нет, Сакура. В твоей палате тоже нет теней. Это иллюзия. - Я вижу её, она здесь, рядом... - Я знаю способ, чтобы она ушла. Просто закрой глаза и досчитай до десяти. Попробуй! - я старался говорить, как можно мягче, чтобы Сакура поверила мне. Закрыв глаза, девушка вела мысленный счет. Только Харуно открыла глаза, как сразу её взор упал в угол, после чего на лице заиграла слабая улыбка, а изумрудные глаза заискрились. - Видишь, всё очень просто! - сказал я, радуясь, что у меня вышло убедить её. Не хочу думать, что было бы, если бы мои слова не сработали. В столовую зашла медсестра, и все стали торопливо собираться. Сакура же не торопилась, она не знала, что значит приход медсестры. - Пора, - только после моих слов, Сакура встала и, собрав столовые приборы, оставила их на большом столе. Но не стала уходить со всеми, а остановилась у выхода. Ждала меня. Проводив её до палаты, я услышал, как меня окликнули. К нам подошла новенькая медсестра и сообщила, что на семь у Сакуры назначена процедура электросна и попросила меня проводить её. Я не стал отказываться. До семи осталось от сил минут двадцать, и я решил прийти немного раньше. - Это больно? - спросила она, когда мы поднимались по ступенькам. Сакура считала каждую ступеньку, поднимались довольно медленно. Теперь я понял, что она всего лишь оттягивает момент. - Ты ничего не почувствуешь. Просто отдохнешь минут десять. Все будет хорошо! - открыв дверь, я пропустил девушку вперед. На этаже было не так тихо, здесь резвились дети. Сакура недовольно посмотрела на них, и пошла за мной. - Сестренка, поиграй с нами! - её остановил мальчик, вцепившись в рубашку. - Не трогай меня! - закричала Сакура и резко толкнула его, отскочив. Мальчик упал, громко заревел. Сакура закрыла уши ладошками, и прислонилась к стене. Я попытался успокоить ребенка, но мне не позволила сестра, что прибежала на плач. - Займитесь лучше ей! - указав на Сакуру, медсестра увела мальчика. Харуно сидела, прислонившись к стене, крепко зажимая уши. Я не стал дотрагиваться до неё, вспомнил, что она не терпит прикосновения. - Я не хотела, - говорила Сакура, опуская руки. - Прости, прости, прости, - повторяла она снова и снова. - Сакура, приди в себя, - сказал я, но все мои слова не действовали на неё. Она просто пропускала их, не хотела слышать. - Сакура, пожалуйста, - тихо, спокойно произнес я. Она подняла руку и взялась за подол халата. Ничего не говоря, она поднялась и зашагала в сторону выхода. Я не смог её остановить, за что получил выговор. Больным нельзя пропускать процедуры, я знаю это лучше всего, но, в случае с Сакурой, ничего не мог сделать. Мой первый провал. Только девушке ввели снотворное, я стал собираться. Время было позднее, так что моего возвращения вряд ли ждали. Как я и предполагал, дома стояла тишина. Света нигде не было, кроме комнаты на втором этаже. Моей комнаты. В ней расположился Гаара. Нагло достав из моего шкафа книги, он читал. - Вернулся уже? - спросил он, словно перед ним стоял кто-то другой. - Ты видишь кого-то другого? Хм, у тебя тоже галлюцинации? Могу выписать тебе лекарство, - скинув галстук, я открыл шкаф. Гаара не стал отвечать, вместо этого спросил: - У твоей пациентки галлюцинации? Какие они? - Почему ты так интересуешься? - я удивленно смотрел на родственника. Он пожал плечами, ответив: - Ты просто интересно рассказываешь. - Думаю, они больше не будут мучить её. Моя особая методика помогла Сакуре, - я не собирался говорить этого, как то ненароком получилось. - Смотри, если сблизишься с ней, будут проблемы. - Что? - Как бы она не влюбилась в тебя, - произнес Гаара. Я подошел к нему и со всей силы надавил на голову: - Что ты такое говоришь? За тобой то, небось, толпы ходят?! - Ни одной, - отрешенно произнес он, убирая мою руку, - твоя пациентка другая. Люди с нарушенной психикой ищут поддержки у более сильных духом людей. Ты сильный, думаю, она чувствует это и тянется к тебе. Ты сам то, как думаешь? - я не ответил на его вопрос, ведь не считал себя сильным, но после этого разговора я не мог заснуть. Очень долго переваривал слова Гаары. Нет, он не прав. Я её лечащий врач, я просто обязан вылечить свою подопечную. Она еще так юна, ей нельзя жить с таким недугом. Мой врачебный долг...

***

- Сасори-сама, вам нехорошо? Вы побледнели, - встревожено спросила новенькая, когда я проходил мимо неё. - Нет, все хорошо, - натянув улыбку, я закрылся в кабинете. Глубоко вздохнув, я прогнал усталость. Мне нельзя показывать слабость на работе. Я должен оставаться сильным. «Двадцать третье сентября. 09:50. Запись третья. Состояние Сакуры немного улучшилось, но лечение продвигается медленно. После назначенного снотворного она стала бодрее, перестала видеть галлюцинации. Один шаг к её выздоровлению. Мне хочется так думать» Новая запись появилась в тетрадке. Отложив ручку, я посмотрел в окно. Солнечно. Прекрасная погода для прогулки, но… из головы по-прежнему не выходил разговор с Гаарой. Нет, все, что он сказал, лишь путает меня. Я поставил перед собой цель - вылечить её, и не должен обращать внимание на такие глупости. - Тебе нравится? - катя каталку по дорожке, спросил я у Сакуры. Она еле заметно кивнула, вскинув голову вверх и смотря на плывущие облака. - Что-то не так? - спросил я, когда она резко повернула голову в сторону. Немного прибавив шаг, я вез её дальше. Сакура снова посмотрела вверх. - Мне тоже нравится такая погода, - сказал я. - Хочу гулять так всегда, - произнесла она, не слушая меня. Её голос звучал по-новому, словно он не принадлежал ей. В нем не было грусти и тоски, но присутствовало что-то другое. Радость. Она улыбнулась, когда посмотрела на меня. «Всегда ищут поддержки у более сильных людей» - мне сразу вспомнили слова Гаары. Я поверил в них.