Пересечение времени 3-ёх сумасшедших

Ну, пока она сидит в закаулке, в переулке между домами, на контейнере для мусора, на удивление чистом и не вонючем. Ей определённо везёт. Сказала бы она, если бы была сейчас дома, а не на улице. Люди топают по лужам, разбредаясь кто куда. Слышны сплошные брызги от ног и цунами из-за проезжающих машин. Так ты и не сразу заметишь, когда к тебе подойдут. Однако ужасно тихое топонье, идущее на пролом к тебе, девушка вряд ли могла пропустить мимо ушей. Отвратительное дежавю. Кажется, ей всё таки чертовски не везёт. ____ Так двое потрёпанных жизнью человек, шли под небольшим зонтом. Всю дорогу девушку повыше сверлили взглядом глаз цвета ясного неба с переливом в изумрудных лесов. Та не желала отвечать, она могла остаться там, если бы эта упрямая, решительная в своих намерениях, и избитая по её вине, невинная душа не стала угрожать ей. Да, это не угроза. Но Тора просто не смогла себя заставить сидеть там, когда Чифую, будучи не в лучшем состоянии, на её отказ – закрыл зонт, позволив дождю и остальной мерзости со всей злобой свалиться на него. Ей просто не оставили выбора. Его не было. Не тогда, когда Мацуно сел с ней рядом, не когда он решил снять кофту, чтобы оставить их наравне под градом, не когда она могла видеть его дрожь и тихое шипение. Это выше её сил. Ибо он отказался уходить без неё. Она могла бы развернуться и уйти, но, будто читая её мысли, Чифую держал её за руку. Всю дорогу. Это было ужасно из-за тягучего неприятного ощущения. Уже зайдя в квартиру, её наконец отпустили. Она смогла отправить Чифую в душ первым. Это были самые тихие двадцать минут в её жизни, кроме последних двух дней. Хотя-бы котик был ей компаньоном. И она могла бы уйти сейчас, однако её новый друг требовал внимания. Когда Чифую вышел, он сразу начал рыться в своём шкафу, комоде. В общем везде, где только можно. Взял шампунь, гель, несколько полотенец, сложенных кучек чего-то и отдал Казуторе, проводя до ванны. Она предварительно закрыла дверь и всё-таки решила принять душ. Сегодня к подругам она всё равно не попадёт, а до дома очень далеко. Время тянулось, словно вечность. Сейчас она была благодарна себе из прошлого за то, что не решилась набрать ванну и посидеть в ней, ибо это было бы мучительно долго. Волосы как всегда были не послушны, всё спутывались и спутывались. Она раньше и не думала, что поход в душ может быть сравним с пыткой. Всё отзывалось болью. Каждая царапина саднила, а синяк кричал от ярости, когда по нему проходились. Температура воды не играла на руку, скорее была врагом, ибо и сама была не прочь навредить. Всё в порядке. Сказала бы она, однако здесь некого в этом убеждать. Это больно. И это факт. Закончив, она аккуратно вылезла из ванны, при этом чуть не встретив носом в кафель. Ноги тряслись, на дрожь пробивал и холод, несущийся из щели под дверью. Ей захотелось плакать, однако резкая боль сбила с мысли. Нога давала о себе знать, даже в этой жизни. Девушка вытерлась полотенцем, поколдовав над волосами, и трижды прокляла себя за резкость. Она взяла вещи, которые ей нашёл Чифую, и быстро надела. Обычно в таких ситуациях мешкаются, однако она без доли сомнений и угрызений совести, воспользовалась добротой Мацуно. — Выглядит вроде даже хорошо. – пробормотала Казутора, посмотрев в зеркало. — Откуда у него такие вещи? – продолжила девушка, рассматривая свой новый лук. — Хотя каждый носит то, что ему нравится. Быстро выкинув странные мысли из головы, она вышла из комнаты. Её сразу же встретил Чифую, спешивший на кухню. — Посиди пока в моей комнате. – произнёс он, приближаясь. Девушка склонила голову в вопросе. Он осмотрел её и произнёс, вернувшись к прошлой задаче. — Вещи оставь. Я потом сам всё уберу. – будучи на пороге кухни, но не слыша чужих шагов, он добавил. — Я позову, когда ужин будет готов. Из-за вмешательства неведомых сил Ханемия вернулась к коту, родственнику из семейства кошачьих, хотя всё её нутро просило о побеге. Но.... от кого сбегать? От кота? Или от паренька, который привёл в дом, отогрел и пошёл готовить ужин? Вот так их мысли с Казуторой и разнятся. Пока одна хочет бежать, другая рвётся в бой и наоборот. У неё нет проблем с головой, нет. Она уже здорова. Почти. Сомненья начали закрадываться лишь тогда, когда они уже сидели за столом, наполненом едой. Почему-то было страшно даже взять в руки столовый прибор, не говоря уже о том, чтобы притронуться к еде. *Это готовила не Хару* Чифую, заметив её поведение, разделил всю еду на столе пополам. Дал выбор и спокойно согласился со всеми вариантами. Она видела некую грусть в его глазах, однако предпочла проигнорировать. Это определённо не её проблемы. Хотелось есть, но было чувство, что если она съест хоть кусочек – её вырвет. Переборов своё внутреннее «я», девушка потянулась к первому блюду. Время никак не хотело её отпускать. Было ощущение, будто они уже час на кухне. Она медленно и осторожно пережовывала каждый кусочек, словно ожидая подвоха. Когда она принялась за какую-то булочку, Чифую резко встал из-за стола, что заставило девушку вздрогнуть, но виду показывать она не собиралась. Он налил чай и поставил сахарницу перед Казуторой. — Спасибо. – наконец-то сказала девушка. Первым сказанным за сегодняшний вечер словом была благодарность. Однако глаза она так и подняла на парня. — Нет. – она могла видеть, как он мотает головой, в отражении своей кружки. — Это тебе спасибо. – на его лице появилась лёгкая улыбка. Он узнал её? Она, честно, не помнит в каком прикиде заглянула к нему, однако почему–то, осознание того, что её узнали, заставляло выворачивать органы на изнанку. Что именно он узнал? — Миюко, верно? – он будто мог прочитать её, учитывая то, как быстро дал ответ на несуществующий вопрос. Он точно знал больше, чем следовало. Повезло, что Баджи не проболтался. Чифую наверняка знал, что это она принесла ему еду, она помогла Баджи вступить в Вальгаллу, из-за неё его избили, они с Доракеном заключили сделку. Она причина ранений Баджи. Но он не знает, что всё ещё хуже. Ведь она и есть Казутора — причина их бед. — Спасибо, что присмотрела за Баджи-саном. – он снова улыбнулся. Однако долгожданного ответа так и не последовало. Было легче общаться со стенкой нежели с ней. Попытавшись сгладить углы неприятной атмосферы, он продолжил свой монолог. — И за Доракена, спасибо. – немного неловко начал он. Сколько ещё подробностей он знал и откуда. Почувствовав, напряжение он вернулся к прошлому предложению. — Баджи сказал, что ты его сегодня навестила и поздравила с днём рождения. – его голос стал ещё мягче и ласковее, хотя казалось бы, куда ещё мягче. — спа.. Парень не успел договорить, как девушка поднялась из-за стола, оставив половину еды нетронутой. Перед глазами всё плыло, она хотела домой. Поэтому вышла из-за стола. — Спасибо, за еду. – только и бросила она перед уходом. Когда он спохватился и кинулся за Казуторой следом, она уже открыла дверь, забрав свои вещи. Он попросил подождать или хотя-бы взять зонтик, ибо дождь всё ещё шёл, однако Ханемия была слишком далеко, чтобы слышать его мольбы. Она быстро пошарилась по карманам. Она почувствовала облегчение, когда поняла, что он ничего не успел выложить. Да, парень ещё и одежду её постирать хотел. И только сейчас к ней пришло осознание, что она учапала в чужой одежде. "Ну вот и как мне теперь это всё возвращать? " – в голове больше не было мыслей. Однако она знала наверняка, что ещё раз сюда приходить не собирается. Дождь, кстати, уже закончился. И этот запах свежей почвы после ливня был превосходен, но из-за него ужасно хотелось спать. Она хотела к девочкам. Хотела поесть вкуснятину, приготовленную Хару. Поговорить с Изаной и перепрыгивать с темы на тему. Поиграть в игры и вместе посмотреть ванпис. Или прийти домой. Лежать и гладить Тачихару по головке, пока он свернулся рядом клубочком и помуркивал. Но вместо этого бредёт в пустую квартиру. Тачихары сегодня не будет дома, а Такеши устроился в цветочный. Она рада за него, но что-то больно покалывает от вида тусклого света и природной тишины квартиры. Но ей, определённо, стоит выспаться перед завтрашним днём. _______ Рука болит неимоверно. Сейчас в голове играют одни и те-же мысли. Нахрена ты это сделала? Однако хорошего ответа найти так и не удаётся. Уже, кажется, несколько часов не может собраться с силами. Просто не получается. Отвратительно быть подстреленной. К такому умозаключению она пришла за пару часов. Долговато. Ещё и, как на зло, в груди кошки скребутся. Растёт переживание за подруг. Хотя они и должны быть в порядке, она знает, что Казутора устроит ещё одно представление в Вальгалле. Однако, был ещё один раздражающий факт, она сейчас должна была стоять в таком состоянии и ждать начала собрания. Хотелось рвать и метать, но ещё не время. Совсем чуть-чуть и они уйдут, покинут это место и этих людей. Поэтому её душило такое-то не разумное спокойствие, когда она смотрела вперёд, на спину Ясухиро, на Чифую и Такемичи, на Братьев Кавата и Мицую, хотя последние трое были весьма неожиданным фактором. За время прибывания здесь она поддерживала относительно нейтральные отношения со всеми отрядами и их командирами. Но эти ребята были на удивление общительными? Просто по-другому это объяснить она не может. Так получилось, что Кавата не только Ясухиро затащили в свой круг общения, но и её. На самом деле, она довольно часто жаловалась на своих брата и сестру именно Нахое, хотя изначально думала, что это наоборот оттолкёт его, но видимо ошиблась, ибо он до сих пор здесь, максимально близко к пятому отряду. Мицуя же кидал на неё неуверенные взгляды. Ему прекрасно было видно, что девушка с пренебрежением отнеслась к сегодняшней встрече. Она не надела комплект формы полностью. Как бы Мучо ни пытался, заставить её он не смог, тем более после того, как вытащил из дома. Он был уверен, что если ещё раз озвучит свою просьбу, то получит по ебалу. Не выспавшаяся Харучиё может и руку откусить. Но к компромиссу они пришли. На ней куртка Токийской Свастики и чёрные штаны, просто похожие на их форму. Кому как не Мицуе это заметить, уж он отличить форму от чего-то другого сможет на раз-два с закрытыми глазами. Ну а что? Её подняли в 6 утра, ни свет ни заря, настроение ни к чёрту, нервы тоже, спать хочется, рана ноет. Сегодня всё было против её прихода, кроме самого Томана. Хотя, она уверена, что о её отсутствии переживали бы только пятый отряд да ещё насколько человек, если бы вспомнили о её существовании. — Что с ним? – спросил временный капитан первого отряда с некой осторожностью в голосе, Хару иногда бывает весьма агрессивна по отношению к другим, а попасть под руку не хотелось бы. К тому же она всё ещё ранена, поэтому никому не хотелось наседать на неё ещё и морально. Мучо тихо, но страдальчески вздохнул. Отвечать он не стал, ибо и сам сказать наверняка не мог. Поэтому только пожал плечами. Им не обязательно знать о ней всё. Захочет - скажет. — Всё в порядке, Хару? – обеспокоенно спрашивал Такемичи. Он решил идти напрямик. Удивительно, но этого парня гнев вице-капитана пятого отряда обычно обходит стороной. — А как ты думаешь? – проговорила Харучиё, стараясь быть как можно спокойнее. Ответ вопросом на вопрос – определённо её любимый способ выражения недовольства. Только вот знают об этом по большей части только девчонки и капитан. Такемичи же склонил голову на бок, рассматривая своего бывшего вице-капитана. Он выглядел так, будто сейчас узнает вселенскую тайну. — Какого чёрта, собрание в пол восьмого утра. – прошипела девушка, надеясь слиться с курткой в одно целое. Сегодня было до ужаса холодно. Или ей только казалось. Чифую с грустью и пониманием посмотрел на Хару, после чего встал по стойке смирно. Пришёл виновник торжества и боли для всех любителей поспать – единственный и не повторимый Майки. Что ж это было не так ужасно, как казалось изначально, главное было стоять за широкой спиной своего капитана. А особенно, когда теперь сидишь и ешь вкусняшки. Да, вместо того, чтобы пойти домой, они с Ясухиро сидят в кафешке. Всё из-за первого отряда, который с радостью помог Мучо оплатить все хотели своего вице-капитана. День, казалось, стал чуточку лучше. Надо будет встретиться с девчонками. Ибо совсем недавно они уже созванивались. И тогда этот день с гордостью можно назвать хорошим.