В нездравом уме, но в трезвой памяти

Член мутанта оказался большим, Чарли верно сосчитал 23 см. Донателло отвернул голову, не в силах сдержать трясучку всего тела. Такие необычные и непривычные ощущения возбужденности придавали ниндзя целую палитру чувств. Чего грешка таить, умнику чертовски нравилось чувствовать чужие пальцы, ласкающие головку его пениса. Губы горели от недавнего поцелуя с горьким привкусом апельсиновой помады. Горечь была не столько во вкусе, сколько от того факта, что Донни поцеловали. И не кто-то, а ТВОЮ МАТЬ, ЧАКИ! Что хуже, осознать так неожиданно, что ты заводишься от собственного пола, и что тебя немножко так против твоей воли подвергают сексуальным ласкам?! Конечно, очкарик паниковал, он корил себя за то, что сделал весьма серьезную ошибку в расчетах, когда шел на поводу у этих завораживающих зеленых глаз. И за то... что с удовольствием вздыхал от каждой махинации убийственно сексуального черта. Чаки~ Чарли сейчас стоял на коленях, он чувствовал, как его собственный половой орган упирается теплым стержнем в ноги гения через ткань белых шорт. Запах чужого тела, сводил с ума от блаженства. Да, теперь он точно последний псих. Розовый и длинный скользкий язык настырно лижет розоватую головку члена, а руки оттягивают плоть, заставляя мастера бо всхлипывать от желания. - Ч-Ча...к-кииии... Мммгх~- умник откинул голову на спинку водительского сидения, когда рыжий стал ему дрочить. Хотелось сразу ускориться, но наперекор мыслям и хотелкам, Чарльз рыкнул, нежно мастурбируя СВОЕМУ партнеру. Да, Донни только его. Его бельчонок. Асмодианы влюбляются лишь раз за всю жизнь и потому так больно становится, когда понимаешь, в каком глупом положении ты находишься. По одну сторону баррикады ты со своими убеждениями и образом жизни, образом треклятого бабника и тусовщика, который любит только себя. Но стоит лишь повернуть голову, и ты видишь такое вот зеленое чудо, из-за которого хочется засунуть свое эго вместе с членом Донателло себе в анал. Один - герой, что прячется в тени, "монстр" из канализации, выдающийся гений, тихоня, скромный и добродушный мутант. Хороший друг, брат и сын. А другой - конченный псих и ярый охотник за короткими юбками, рыжий дьяволенок из богатой семьи алмазного магната, Чарли просто привык получать то, что хотел. Даже сейчас это у него получилось, на какой ценой? Вуудс стал сосать ствол Дончика, сжимая свои ноги вместе, потому что возбуждение заставляло выходить из зоны комфорта. Его движения были максимально ласковыми и горячими, супер нежные, как самый дорогой и мягкий шелк. Эх, если бы мутант знал, с какой тяжестью давался парню такой процесс. Дрожащие трехпалые руки стали поглаживать по макушке веснусчитого красавчика. Да, он уже проиграл, но это никого не волновало. - быстрее...молю, Чаки... ах...ааах~ Чаки... это безумие...- мозг отключился, теперь губами очкарика говорило его пылающее от страсти сердце. Чак послушно стал засовывать пенис глубже в ротик, более быстрыми рывками, иногда доводя бельчонка до того, что скромняшка специально кусал свои пальцы из-за желания помочь бедрами приятному действию. Руки зеленоглазого чертика приглашающе гладили напряженные бедра парня. И когда Чарльз Вуудс стал практиковать весьма глубокий минет, природа взяла вверх над умником окончательно. Донни стал активно трахать асмодиана в рот, пытаясь засунуть орган как можно дальше в глотку. Чаки глухо стонал, словно с кляпом во рту. - это невыносимо... Чарли~ Боже...ааах~ Бог мой, Чарльз! Я...я сейчас...помоги...я сейчас к...- Донни прижимал голову мальчика к себе, хотя ближе было некуда. Волосы на затылке стали мокрые от пота. они так приятно пахли ромом и вишней. Словно какие-то конфеты для взрослых. После нескольких горячих вздохов и стонов, белая жидкость благополучно полилась рекой по горлу Чаки прямиком в него самого. Чарльз зажмурил глаза от удовольствия, жадно глотая сперму любимого, захлебываясь ею и давясь членом. Донателло в свою очередь закрыл лицо руками вспоминая все известные ему ругательства. Жуткий стыд и неловкая тишина, которую прерывали хлюпающие и грязные звуки минета. - мама мия... что это сейчас... Чар!..- Донни не успел крикнуть имя рыжего, тот стал страстно целоваться, надрачивая все еще возбужденный член очкарика. Очки запотели, а руки после неудачно оказанного сопротивления стали оставлять рубцы и царапины на коже бесстыжего, пробираясь под подол белой рубашки. Грубость просыпалась с каждым горячим движением Чака. И вот, он взял за жопку черепашонка, заставив того пискнуть, ухватываясь ногами за стройную и накаченную талию. - опа, меняемся местами, бельчонок~- Чарли нахально улыбнулся, сажась на место Донни, а мутант в свою очередь уже восседал на коленях у рыженького негодяя. - Чаки... ч-что на этот раз?.. О, Господи... Чарли, н-нет, только не тудддаааааа ааах~- умник зарылся стыдливо в ключицы Чака, пытаясь их укусить, ведь рыжий и бесстыжий стал мять в длинных руках ягодицы мутанта. - я тебя люблю, бельчонок...мммгх, так и хочется тебя трахнуть в твои аппетитные сдобные булочки)- асмодиан тьмы говорил это искренне, не скрывая безумного прозорливого взгляда и надменной улыбки. - замолчи, ты гребанный секскоголик! Мммм... ааах~ - нравится?) Я могу перестать) - раз начал, то заканчивай... - кончил тут ты, а не я, так что не умничай) я люблю тебя, Донни... - нет... это не так, это невозможно... Чаки зарычал, оголяя свой длинный ствол, который жаждал соития. Головка стала дразняще тереться о дырочку очкарика, от чего последний выгибал спину на столько, на сколько мог. Донни не мог поверить в то, что ему вот так вот нагло сейчас признался в любви самый красивый мужчина Нью-Йорка. Они слишком разные, даже если взять во внимание тот факт, что Вуудс не является человеком. Слишком много острых краев, которые можно сгладить отговорками, но для мутанта, который привык полагаться на логику - это просто неприемлемо. Хотя, Дон необязательно должен следовать человеческим нормам морали, ведь он с братьями - единственные в своем роде. Да, кажется этот треклятый пидор залез сейчас не только в анальное отверстие очкарика, но и в душу. Давай, умник! Признай уже, что ты его любишь! Сколько не бейся об стенку головой, любовь не подвластна науке. Скользкий пенис Чарльза стал медленно проникать в дырочку ниндзя. Где он уже успел раздобыть смазку?! Ладно, спишем появление смазки с запахом ванили и меда на чертову магию. - ты меня любишь? Бельчонок, скажи, что меня любишь...- брови приняли печальный вид, а на щеках, что усеяны веснушками виднелся румянец. - я не знаю! Я ничего...ааах! Чарли, больно...- Дон сжал челюсти до хруста, ощущая терпкую боль, смешанную с кайфом. - слушай ты! Сучка недоделанная, я тебя буду трахать так, что у тебя искорки в глазах полетят, пока ты не скажешь мне, что любишь меня! Обезумевший от страсти, Чак стал выпускать своего зверя на волю. Его слова были в миг исполнены. Без особых усилий, он смог запихнуть член глубоко, да так, что Донни из последних сил старался не кричать. Он стонал, всхлипывал. Пелена похоти заволокла его, обнимая когтистыми лапами со всех сторон. - да, кричи, сука, я тебе покажу, как я тебя люблю~- маниакально оскалившись, Вуудс впился губами в губы парня, покусывая их. - мгх! мгх! мегх! мгх! Мгх!!- страдальчески скулил бедный умник, но с блаженством чувствуя огромный и горячий ствол внутри себя. Их языки боролись между собой, иногда выходя за пределы ротика, склизко сплетаясь. Чаки безжалостно трахал своего любимого. Он хотел любви. да. он горел, но ему было холодно. Родители Чака постоянно издевались над ним и сестрой самыми ужасными и страшными способами. Это привело к тому, что обиженный на мир мальчик спрятался в морозной стуже души, горько плача. Хлюпающие звуки наполнили помещение фургона.. Боль и любовь всегда были неотъемлемой частью друг друга. А сейчас жгучая страсть обжигала два сильных мускулистых тела. И нет больше никого в этом мире, только эти двое. Два гения-гея. - люблю ааах! ах!- прошептал прерывисто Дон, прижимая лицо зеленоглазого к своей шее. - я не слышу, повтори)- громкий шлепок по заднице отозвался эхом по салону, а наглый вор сердечка ниндзя нахально кусал шею очкарика, которая была усеяна засосами. - пощадиии!~ я...я...я тебя люблю! ах! Быстро! Чаки, слишком...~ ААААААХ! Ах! Ах! Аааааах~ - громче! Ммммгх, я хочу слышать твой голос... - да Господи! Я тебя люблю! Люблю, люблю, люблю! Это такое странное чувство, словно ты к чему-то так долго шел, и вот наконец пришел. Вот она - цель, ради которой ты страдал и не спал ночами, бредил о любви и о случайном прикосновении. Как прекрасно, как сладко, когда ты счастлив... Такое чувство странным было для Чарльза. Он никогда не был счастливым. Заливая физические и моральные травли отравами типа алкоголя, наркотиков и сигарет, он пытался согреться. Секс, страсть на одну ночь, это ничего не спасало. Теперь Чак получал настоящую эйфорию, ведь впервые за очень и очень долгое время он чувствовал настоящую детскую радость. Как окончание войны, как рождение долгожданного ребенка, как когда она говорит тебе "Да, я согласна". Теперь рыжий во власти сладострастного мучения - быть любимым. Донни крикнул это искренне, хотя вывел его на это умозаключение Чарльз. Черт лишь бросил его в воду, а Дон уже научился плавать сам. Назад пути нет, это надо было признать уже тогда, когда умник согласился на эту уловку. Теперь, только сейчас до мутанта дошло. Любимым быть так приятно, приятно до боли в груди чувствовать присутствие близкого человека, даже если вас разделяют миры. Чаки хоть и рожден тьмой, но он привык блистать в свете софитов. Добрый и лучезарный Донателло скрывает свое лицо под маской, живя в канализации прелестного города. Инь и Янь. Их связывают не только очевидные вещи, как друзья или любовь к науке. Нечто гораздо глубокое, чем чувства и похоть. Это то, что таится внутри каждого человека, в самых далеких закоулках и закутках души и сознания. Любимая, кохана, meine Liebe, querida - все это ниндзя не скажет никому. Вместо этого он будет шептать только ему, Чаки, что он любимый, улюблений, mein Liebster, Mi amor~ - Чаки~- очкарик сладко кончает, обливая белой горячей жидкостью белоснежное одеяние своего...парня? Да, это определнно начало новых отношений. - Д-донни...я...я так счастлив,- оргазм не заставил себя долго ждать и Чарли с дрожью по всему телу кончил вслед любмому,- ааах, бельчонок!~ *** - на что я пошел... Ты испачкал мои штаны, Чарльз,- нахмурившись, очкарик стал вытирать белые следы, застегивая ширинку штанов,- и что мне остальным сказать? - скажи, что разлил молоко)- довольный наглец сидел в кресле, с язвитостью наблюдая. как одевается любовь всей его жизни, также рыжий параллельно курил дорогую сигарету. - у меня непереносимость лактозы. - пиццу с сыром ты же ешь) - лактозы в чистом виде, сыр не в счет. - ты такой милый, когда нудишь, бельчонок~ - хватит!.. Ай, ладно. Как скажешь чертенок Рыжий поперхнулся клубком дыма, а очкарик уже сам смотрел надменно на проделанную работу. Ну...давиться Чаки не в первой, верно?) - как ты меня назвал?)- не скрывая смущенную лыбу спросил асмодиан. - чертенок) не, ну хочешь, смурфиком тебя называть буду)- мастер бо закусил губу, делая шаг вперед к чертику. - эй, я случайно разлил тот голубичный сок! Иди сюда~ Зеленоглазый притянул к себе за талию мутанта, утыкаясь лицом в его грудь. Да, они счастливы. Они нашли друг друга. Бельчонок и чертенок вместе навсегда~ - может меня еще Чипом назовешь?)- прошептал веснусчатый красавчик, в ответ на такое заявление он получил ласковый чмок в носик, от чего рыжий покраснел. это слишком мило. - тогда я Деил?)- с неловкостью в голосе ответил ниндзя, поглаживая пушистые волосы Чарлика. - да ты скорее Гаечка) - заткнись, Чарльз...