Сосед из моего окна

– Нужно, чтобы ты стал моим ручным тормозом. Минхо удивленно смотрит на меня. – Чем? – Моим ручным тормозом… как в машинах, чтобы ты остановил меня, когда у меня откажут тормоза, в моем случае самоконтроль… – Стоп. –Минхо перебивает меня. – Для начала, это худшее сравнение из всех, что ты делал, а поверь мне, плохих ты сделал достаточно. – Я открываю рот, чтобы возразить, но он продолжает: – Во-вторых, ты хочешь, чтобы я останавливал тебя каждый раз, как ты захочешь раздвинуть ноги перед Хёнджином. Вот так, прямо и без бессмысленных сравнений. – Я делаю лучшие сравнения. Он закатывает глаза и встает. Мы у него в комнате, собрались поболтать после школы. Сегодня понедельник, начало новой недели далось мне тяжело, чувствую себя изможденным. Зачем мне учеба? Зачем? «Это твое будущее», – слышу я негромкий, но недовольный голос моей матери в голове.Минхо возвращается в кровать с телефоном в руках. – Теперь я в курсе всего, что было с Хёнджином, но кое-что я не понимаю. – Что? – Ты сегодня в школе бегал от Чанбина как от чумы. Почему? Я падаю спиной на кровать, обнимая подушку. – Эту часть я, вероятно, опустил. Минхо падает рядом и поворачивается ко мне. – Что случилось? Молчу, смотря в потолок, и похоже, что Минхо все понимает. – Он наконец признался, что ты ему нравишься? Я так быстро поворачиваюсь к нему, что начинает болеть шея. – Ты знал? – Об этом знали все, кроме тебя. Я ударяю его подушкой. – Что? Почему ты мне не сказал? – Это была не моя тайна. Я снова смотрю в потолок. – Ладно, вчера он признался и … поцеловал меня. – О-о-о-о! – Минхо прыжком садится на кровати. – Вот это да! И как? Тебе понравилось? Ты поцеловал его в ответ? Он целовался с языком? Что ты почувствовал? Подробности, Феликс, подробности! Я закатываю глаза и тоже сажусь. – Было… нормально. Минхо поднимает бровь. – Нормально? И это все? – Что мне еще сказать? Он… Он всегда был рядом, и я… у меня возникли к нему платонические чувства. Я и не думал, что нравлюсь ему… поцелуй был прекрасен, но будто бы… ненастоящий. Не знаю, как объяснить. – Тебе понравилось, но это было не так захватывающе, как когда целуешься с Хёнджином. – Было по-другому. – Ты пропал,Феликс. Ты по уши влюблен в Хёнджина. Опускаю голову, не в силах отрицать это. Минхо приобнимает меня. – Все в порядке. Я понимаю, как страшно испытывать сильные чувства к кому-либо, но все будет в порядке. – Я не знаю, что сказать Чанбину. – Правду, скажи, что сейчас не хочешь ничего и ни с кем. У тебя чувства к другому человеку, пусть и безответные, но это не значит, что ты можешь так быстро забыть о них. Скажи, что не хочешь его использовать. – Мне не надо было отвечать на поцелуй. – А мне не надо было есть гамбургер так поздно, но мы все совершаем ошибки. Я смеюсь, отстраняясь от него. – Ты съел гамбургер без меня? На его телефоне раздается уведомление о новом сообщении. Он открывает его, и на его губах появляется глупая улыбка. – Окей, подозрительная улыбка. Он откашливается. – Конечно нет. – С кем общаешься? Он кладет телефон экраном вниз на свои колени. – Просто друг. Я борюсь с ним и вырываю телефон из его рук. Пытаюсь прочитать сообщение, но он нападает на меня, поэтому я выбегаю из комнаты. Босиком бегу по коридору, на лестнице натыкаюсь на Линоу, брата Минхо, одетого в школьную форму. – Феликс, что?.. Из глубины коридора слышно голос Минхо. – Линоу! Держи его! Еще быстрее бегу вниз по лестнице и, спустившись, вмиг останавливаюсь. Я так резко замираю, что чуть не падаю. Хёнджин. Кажется, он также удивлен мне. На нем черная школьная форма прекрасного качества, такая же, как у Линоу. Он сидит на диване, опираясь локтями на колени и наклонившись вперед. Скажи что-то, Феликс. Я собираюсь с мыслями и мило улыбаюсь ему. – Привет. Он очаровательно улыбается в ответ: – Привет, цыплёнок. Мое сердце начинает биться как сумасшедшее. – Феликс! –Минхо появляется позади меня и замирает, как и я, когда видит нежданного гостя. – О, привет,Хёнджин. Хёнджин только улыбается. Линоу возвращается, чтобы разрядить неловкость. – Вот конспект. – Он отдает Хёнджину тетрадь. Только лишь его присутствие вызывает во мне бурю эмоций.Хён жмет руку Линоу. – Спасибо, я пошел. – Он смотрит на меня, и я сглатываю. – Ты остаешься, Феликс? – Я? – Могу подвезти, если хочешь. Эти прекрасные глаза… Эти губы… Я хочу закричать, что не нужно, отказать, но слова застревают в горле. Минхо встает передо мной. – Нет, он пока остается, нам нужно доделать кое-что. Я в непонимании смотрю на него, и он шепчет мне: – Ручной тормоз. Я улыбаюсь. Хёнджин в последний раз смотрит на меня и исчезает за дверью. – Вау, интересно, – говорит Линоу, поворачиваясь к нам. – Какое напряжение. Минхо кивает. – Сильнейшее сексуальное напряжение, бро. Похоже, теперь мы все забеременели. Линоу смеется, и я смотрю на обоих убийственным взглядом. Телефон в моих руках звенит от нового сообщения, и я вспоминаю, чем был занят до того, как появился Принц драмы и все спутал. Я бегу вверх по лестнице,Минхо за мной. Закрываюсь в ванной комнате и чувствую себя тупым, потому что надо было сразу так сделать. Просматриваю сообщения, и от удивления челюсть чуть не падает на пол. Они от Джисона. Похоже, они общаются, желают друг другу доброго утра и сладких снов. – Я могу объяснить. Я хохочу. – Джисон? О боже, обожаю карму. Минхо складывает руки на груди. – Не знаю, о чем ты подумал, но ты ошибаешься. – Ты заигрываешь с ним! Он тебе нравится! – Ну конечно нет! Поэтому я и не хотел тебе говорить, потому что знал, что неправильно поймешь, он ребенок. – Он не ребенок,Минхо, и ты это знаешь, но подстрекаешь его, чтобы доказал, что он мужчина, – говорю я, держа его за плечи. – Чтобы схватил и поцеловал тебя так страстно, что твои трусики упали бы на пол. Он бьет меня по рукам и сбрасывает их с плеч. – Хватит выдумывать. Он мне не нравится, тема закрыта. – Месяц. – Что? – Даю тебе месяц на то, чтобы прийти ко мне с опущенной головой и признаться, что втюрился. Сложно сопротивляться братьям Хванам, уж поверь. – Я отказываюсь продолжать этот разговор. – Ну так молчи и слушай, – говорю ему, упираясь руками в талию. – Он не ребенок, ты старше его всего на два года. И он достаточно взрослый для своего возраста. Если он тебе нравится, зачем тратить время на предубеждения? Разве ты не слышал, что у любви нет возраста? – Да. Знаешь от кого? От педофила за углом. – Не преувеличивай. – Просто… давай забудем. – Тебе не нужно мне врать. Ты это знаешь, правда? Я вижу тебя насквозь. – Я знаю, просто не хочу говорить об этом… Не хочу, чтобы это стало правдой. – О, мой любимый ручной тормоз, это уже правда. Минхо бросает в меня подушку и потом о чем-то вспоминает. – А! Смотри, я нашёл старый телефон, о котором говорил. Он дает мне маленький телефон с зеленой заставкой, на которой видно только время. Он нервно усмехается. – Подходит только для звонков и сообщений, но это хоть что-то. – Отлично! Теперь я буду на связи, хотя мне все еще обидно за потерянный iPhone. Я так тяжело и долго трудился в дополнительные часы, чтобы накопить и купить его. Вспоминаю слова Хёнджина, когда я пошёл вернуть ему телефон: «Я знаю, что ты купил его на свои деньги, своим тяжелым трудом. Мне жаль, что не смог предотвратить то, что произошло, но я могу подарить тебе телефон. Позволь мне подарить тебе телефон, спрячь гордость». Такой милый жест. А затем он повел себя как идиот. Никогда не думал, что кто-то может быть сразу и тем и другим, но он превзошел мои ожидания. Прощаюсь с Минхо и иду в компанию сотовой связи, чтобы восстановить старый номер на этом телефоне. Это ужасно скучно, но у меня нет другого выхода. Я хочу восстановить старый номер, он записан у всех моих знакомых. У Хёнджина этот номер. Но меня это не волнует, правда? Потратив два часа своей жизни, наконец возвращаюсь домой. Темнеет, и мой телефон не перестает трещать от всех новых полученных сообщений. Я улыбаюсь, когда вижу сообщение от Джисона с приглашением на вечеринку у него дома почти двухнедельной давности. Как бы мне было приятно прочитать это сообщение тогда. Несколько драматичных сообщений от Джисона и старые сообщения от Минхо и Чанбина, отправленные до того, как они узнали, что я потерял телефон. Ни одного от Хёнджина… А чего ты ждал? Он первым узнал, что тебя ограбили. Я зеваю, закрывая дверь за собой. – Я дома! Тишина. Захожу в гостиную и с удивлением обнаруживаю там Чанбина и мою маму.Он все еще в школьной форме. Он пришел сюда сразу из школы? Зачем? – О, привет, не ожидал тебя тут увидеть, – признаюсь ему. Мама выглядит очень серьезной. – Где ты был? – Дома у Минхо, потом пошёл в компанию сот… – Я останавливаюсь, потому что меня пугают выражения их лиц. – Что-то случилось? Чанбин опускает голову, мама встает. – Бини, милый. Мне нужно поговорить с сыном. Видя мое растерянное лицо, Чанбин что-то шепчет мне, проходя мимо. – Прости. Провожаю его взглядом, пока он не исчезает за дверью. В это время мама оказывается передо мной. – Мама, что слу?.. Внезапная пощечина раздается эхом в нашей маленькой гостиной. Я держусь за пульсирующую щеку в полном недоумении. Глаза утопают в слезах, мама никогда меня не била, никогда не была со мной жестокой. У нее красные глаза, будто она сдерживает слезы. – Я так разочарована. О чем ты думал? – О чем ты? Что сказал Чанбин? – О чем я? О том, что мой Сын безответственно занимается сексом! – Мама… Ее глаза наполняются слезами, и от этого у меня до боли сжимается сердце. Очень тяжело видеть, как плачет твоя мама. – Я дала тебе столько доверия, столько свободы, и как ты мне отплатил? Не знаю, что сказать, только со стыдом опускаю глаза. Я слышу, как она глубоко вздыхает. – Ты лучше кого угодно знаешь, через что я прошла с твоим отцом. Ты пережил это со мной! Я думала, что ты научишься на моем примере, что станешь умным парнем, который будет уважать себя. – Ее голос ломается. – Что ты не станешь таким, как я. Я всхлипываю, потому что не знаю, как оправдать себя. Поднимаю взгляд, и мое сердце разбивается. Мама держит себя за грудь, будто пытаясь облегчить боль. – П…прости, мама. Она качает головой, вытирая слезы. – Я так разочарована, сын. Я тоже, мама, я тоже разочарован собой. Она садится на диван. – Мне так больно, я думала, что воспитала тебя лучше, думала, что мы одна команда. – Мы одна команда, мамочка. – В чем я ошиблась ? – Мое сердце обрывается. – В чем я облажалась? Я встаю перед ней на колени и беру в руки ее лицо. – Ты ни в чем не ошиблась, ни в чем, мамочка. Это моя вина. Она притягивает меня к себе и обнимает. – Ах, мой мальчик. – Она целует мои волосы и продолжает плакать, и мое разбитое сердце так сильно болит, что я плачу вместе с ней.