С ног на голову

А в это время девочки встречали Ким Кросс в аэропорту. Самолет уже приземлился и с минуту на минуту она должна была выйти. — Мама никак не успокоиться с этим дурацким платьем. Сегодня даже специально позвонила и сказала, что нажалуется на меня тете, — в ожидании второй матери Грэйси жаловалась Киара. — Малыш, ты же не хотела ничего такого, так почему ты не можешь выбрать? — уточнила Грэйс, — ты сейчас сама знаешь, чего ты хочешь? Или мы просто хотим перемерить все?! — блондинка улыбнулась. — Я просто не понимаю, почему вы с Эмс выбрали тебе наряд в первом попавшемся магазине. А на мне всё сидит ужасно! — На тебе всё всегда сидит прекрасно. А мы выбрали то, что мне понравилось. — Я склоняюсь к варианту купить черный смокинг! — выдала Киара. — Выбери тогда уж белый, — Грэйс пожала плечами, — хотя я все же надеюсь на платье. Белое, элегантное, в пол. Похожее на то, в котором ты ходила на выставку, — Грэйс прищурила глаза и хитро улыбнулась. Она вспомнила их первое знакомство, после которого Свон поняла, что нашла девушку мечты. — Может, его просто и надеть? — подтрунивала Киара. Она конечно не собиралась надевать то платье, да и про смокинг шутила. Девушка найдет себе нужное платье. — Оно красное, а мы говорим про белое. Но я верю в тебя. — Твоя поддержка поможет мне. Однозначно, — Миллс приблизилась к Грэйс и нежно поцеловала. В этот момент за её спиной тактично покашляли. — Вы маму встречаете или меня не ждут?! — за спиной стояла среднего роста брюнетка с голубыми глазами. Она улыбалась, так как была очень рада увидеть девушек и приехать в честь такого события. — Ой, — Киара сразу отстранилась от Грэйси и покраснела с головы до ног. Они впервые видятся с Ким и девушка никак не ожидала, что знакомство начнется с такого. — Мама, — Грэйс заулыбалась и сразу пошла обнимать Ким, — я так рада, что ты здесь. — Моя малышка, — женщина обняла и поцеловала дочь, а после отстранилась, — ну что, красавица, будем знакомы? В жизни ты ещё красивее, чем на фото. — Спасибо, — Киара застеснялась, — я рада вас видеть, мисс Кросс. Ким единственная, кто так и не смог познакомиться с Киарой. Из-за своей работы, она постоянно в разъездах и когда девушки приезжали в Сиэтл, она то была на другом конце страны, то на переговорах. Поэтому сейчас она собиралась восполнить этот пробел. — Можно просто Ким. Я не старше Свон, а ее ты явно называешь Эмс. — Мам, — Грэйс засмеялась. — Да, хорошо. Мне очень приятно с Вами познакомиться, Ким, — Киара улыбнулась. Она увидела тот стержень в женщине, про который часто говорила и Грэйс, и Эмс, но он не испугал её. — Ну что, в гостиницу?! — уточнила Грэйс и взяла у матери чемодан, — слушай, у Реджины работа срочная, поэтому сегодня познакомиться не получится. Но я подумала, что это ничего, ты лучше пообщаешься с Киарой. — Работа это важно, так что ничего страшного. А твоя мать будет? — уточнила Ким, — и ещё вопрос, надеюсь вы нас разделили по разным сторонам гостиницы?! — Это было первое условие Эмс, когда она узнала, что все гости будут размещены в гостинице, — сказала Киара, смеясь. — Ну, от нее этого и следовало ожидать, — со злой усмешкой, сказала Ким, — и вы не ответили, твоя мать будет на ужине? — Мам, ну конечно будет. И хватит устраивать этот спектакль, вы не так плохо относитесь друг к другу, — сказала Грэйс. — У вас же выросла такая замечательная дочь. Вы отличные родители, — Киара улыбнулась Ким, — а значит, и друг с другом умеете контактировать. — Она такая замечательная, потому что мы уже лет десять друг с другом не контактируем, — усмехнулась Ким, — но вообще ты права, только ради нашей малышки мы еще можем друг друга терпеть, — женщина обняла Грэйс. — Да, все-таки нужно было снять номера на разных частях, — засмеялась Грэйс. — Но, вы хоть на одном этаже, но в совершено разных концах, — сказала в утешение Киара. — Это радует, — Ким улыбнулась, — не переживайте, потерплю я её четыре дня. А потом мы увидимся только на крестинах своих внуков. — Как они прожили столько лет вместе, раз так не любят друг друга? — спросила Киара у Грэйси, когда они садились в машину. Ким села первой, а Грэйс убрала чемодан в багажник. — Я тебе потом расскажу, там целая история, — Грэйс закатила глаза и усмехнулась. — Вот она! Черт, всё-таки приехала, — услышали Ким, Грэйс и Киара в спины. Они провожали Ким до номера и выходя из лифта не заметили, как с другого конца коридора шла Свон. — И тебе здравствуй, Свон, — с усмешкой сказала Ким. — А ты как чувствовала, что мама приехала и вышла ее встречать?! — уточнила Грэйс и подмигнула Эмс. — Очень вовремя почувствовала, — Киара улыбнулась Свон. Та подмигнула ей, а потом всё свое ехидство направила на бывшую жену. — Конечно, чувствовала. Ее зловредные духи я учую даже с крыши этого здания, — высказала Эмс, скрестив руки на груди. — Какая ты всё-таки противная, Свон! Ты… — говорила Ким, пока Грэйс не встала между ними. — Так, все, брейк! Давайте как-нибудь вы переживете совместный ужин?! — девушка не любила злых ссор между матерями. Они иногда просто подкалывали друг друга, но сейчас замаячила ссора. — Грэйси, да мы же просто обмениваемся любезностями, — Эмс обошла дочь и подойдя к бывшей жене сжала её в объятия. Причем не церемонясь, то есть сильно, — улыбайся давай! — Отстань! — Ким начала ерзать, чтобы выбраться, — краб. — Так, ладно, мы идем в ресторан на терассе, ждем вас там, — Грэйс передала чемодан матери, второй маме и вызвала лифт, — люблю Вас, — Грэйс и Киаре повезло, лифт так и стоял на их этаже, поэтому они сразу в него сели и поехали вниз. — То есть они свалили, а я теперь твой чемодан должна переть? — хмыкала Эмс, с усмешкой поглядывая то на чемодан, то на Ким. — Ничего, допрёшь, не переломишься, — Ким пошла в сторону своего номера, ведь Грэйс уже отдала ей ключ. — Как же хорошо, что ты явилась сейчас, а не неделю назад. А то точно испортила мне бы весь отдых! — ворчала Эмс, но чемодан катила, идя за Ким. Она не ненавидела бывшую жену, как может показаться на первый взгляд. Конечно, любви давно и след простыл, но как мать своей дочери она уважает Ким. Пусть и не всегда может это показать. Тем более, ей уж очень нравится над ней подтрунивать. Это своего рода разрядка между ними. — О, да! Ты наверное, здесь отрываешься, — хихикнула Ким. У неё были те же эмоции что и у Свон. Они знали друг друга очень давно и знали о друг друге практически все, поэтому и смело подкалывали, — ладно, сейчас не об этом, как здесь дела? — Ты не представляешь, как отменно! Это моя самая идеальная неделя! — Свон с горящими глазами восклицала. Ким даже удивилась, но не подколоть не могла. Их противостояние могло длиться часами. Но девочки ждали за ужином. — Это что-то невероятное, — хихикала Киара, присаживаясь за столик, — твои матери и смешат, и заставляют их опасаться. — Это всегда так. Они были такими сколько я себя помню, — Грэйс взяла меню, — мои мамы не умеют жить спокойно. — Как же они вообще сошлись? Да и тем более решились на тебя? — Да нет, все было хорошо. Они любили друг друга, были счастливы, просто мама Эмма очень упрямая. Она не переубеждаема. Это огромный её минус. — Жалко, что они так и не смогли исправить этот минус. И как же хорошо, что ты совсем не такая как Эмс, — Киара наклонилась и чмокнула Грэйс в щеку, — слушай, а история! Ты хотела мне рассказать. — Какая?! А, ты про то, что я сказала, — Грэйс отложила меню, чтобы все её внимание было приковано к невесте, — мама Ким несколько раз обвиняла Эмс в том, что она её не любит из-за того, что до сих пор любит свою первую жену. Мама Эмма была жената, я правда не знаю всей истории, меня тогда поймали, — Грэйс усмехнулась, — но я слышала, что у мамы была любовь, но они развелись. Обе были молоды и не смогли сохранить любовь. — Ого! Ты этого ни разу не говорила. А почему ты толком не знаешь подробностей? Это тайна какая-то получается? — Киаре всё было жутко интересно. — Да в принципе нет, просто я не спрашивала её об этом. Но мама Ким упрекала Эмму в том, что та все ещё помнит любимую, не помню её имя, и брак с ней только для того, чтобы забыть ту. — Если это так, это полная жесть конечно. Бедная Ким. Да и Эмс тоже. Всю жизнь любить бывшую жену, но не быть с ней. Это ужасно. — Эмс на это говорила, что это бред. Она любит Ким и меня, а та девушка в прошлом. Это я узнала, когда мне было лет восемь-девять. Они тогда меня поймали и мама Ким никогда больше так не говорила. Я знаю, что Эмс меня любит и маму любила, просто они очень разные. — Быт сжирает. Отсюда получаются ссоры и недопонимания. Нужно работать над отношениями. И я надеюсь, мы с тобой с этим справимся. По крайней мере, давай договоримся, что будем всегда говорить, что нас не устраивает, а не молчать в обидку? — Обещаю, — Грэйс дотянулась до руки Киары, — ты любовь всей моей жизни. Тебя я никогда не упущу. — И я тебя не упущу! Люблю тебя, — Киара подтянулась к Грэйс и поцеловала. — Видишь, как надо? Ничего не стесняться и целоваться прямо на людях. А ты как действовала? Ой, Эмс, отстань, тут люди… — к столику подошли Свон и Кросс. Кросс закатила глаза. — Мы сейчас будем обсуждать то, как я не разрешала тебе целоваться на людях? Или мы сейчас обсудим как ты это делала?! — Мамы, давайте поедим?! — Грэйс показала на меню. Она хотела тихий и спокойный вечер, как два последних, которые они провели в компани Эммы и Реджины. — Отличная идея! Вы уже заказали? — Свон села за столик. Она чувствовала голод. Конечно, ей было бы приятно провести этот ужин в компании другого человека, нежели Ким. Но это она решила восполнить ночью, несмотря ни на какие запреты Миллс. — Нет. Вас ждем, — ответила Киара. Она уже не смущалась того, что их постоянно застукивают за поцелуями. Девушки провели приятный вечер за ужином. Эмма и Ким старались не подтрунивать друг над другом, чтобы не портить настроение Грэйс. Ким общалась с Киарой, женщина решила получше узнать невесту дочери. Поэтому по большому счёту общались они вдвоём. Эмма была в своих мыслях, а Грэйс просто не мешала. — Хочешь, можешь оставаться у меня. Или Свон ждёт? — говорила Даниэль Реджине, которая засобиралась к себе с номер. Часы показывали уже заполночь. Сестры только сейчас наговорились и поняли, что пора бы уже лечь спать. — Не ждёт, я ей сказала, что занята сегодня, — Реджина улыбнулась, — да и к себе пойду, вдруг утром опять девочки придут, не хочу больше пугать Киару. — Детский сад. Уже не первый раз это повторяю, — высказалась Даниэль, усмехаясь, — но твои глаза светятся. Надеюсь, так и останется. — Подожди до завтра, я поговорю с Эммой и все будет хорошо, — Реджина улыбнулась, — кстати, можешь позвонить Киаре и сказать, что прилетела, главное не встретиться со Свон раньше времени. — Поздно уже. Завтра решим. А сейчас иди. Действительно пора спать. Реджина поцеловала сестру и пошла в свой номер. Она хотела быстренько принять душ и лечь спать, хотя она могла думать только об Эмме и предстоящем разговоре. План Реджины не сработал. В номере её уже ждал сюрприз. Изначально Свон собиралась наведаться к ней в номер с бутылкой вина, розами и фруктами. Но подождав пять минут около дверей, блондинке пришла другая идея в голову. Она договорилась с Кейт, чтобы та открыла ей номер Миллс. Долго упрашивать не пришлось. Девушке за стойкой нравилась эта необычная пара. И услышав про сюрприз, она сразу согласилась помочь Эмме. Основная проблема состояла в том, что Свон не знала, когда вернется Миллс. Поэтому действовала быстро. И правильно делала. Ведь услышала звук открывания двери сразу, как успела подготовить номер. По всему номеру были расставлены маленькие ароматические свечи, журнальный столик накрыт фруктами, ягодами, сырной и мясной нарезкой. Также стояли два фужера для вина, а сам напиток охлаждался в ведерке со льдом. На кровати расположились розы, а Эмс стояла около окна. Блондинка улыбалась, но немного нервничала. Она не знала, как отреагирует Миллс на её сюрприз. Реджина вошла в номер и увидела свечение, а до носа донёсся еле уловимый приятный запах. Она замерла в дверях, увидев наконец-то главный сюрприз. — Привет, — сказала брюнетка, все же захлопывая за собой дверь. Ей было очень приятно то, что сделала для неё Свон, ведь для нее чувство романтики уже давно забыто. И сейчас, рядом с Эмс, Реджина вновь начала ощущать как это — быть влюблённой. — Прости, я не могу и ночи провести без тебя, — Эмс криво улыбнулась. Она вдруг почувствовала некую скованность. Вложила руки в карман своих летних брюк, переминалась с ноги на ногу. Эмс не задумывалась, для чего и из-за чего она это делает, но душа требовала подобных поступков. — Я рада тебя видеть, — Реджина кинула телефон на кресло и пошла к Эмме, — но как ты сюда попала? — Я умею проходить сквозь стены, — Свон видела, что угодила Реджине и поэтому стала улыбаться ехидно. — Ну, что ты фокусница, я знала, но что врунья, — Миллс подошла прямо к Эмме и положила руки на плечи. Она тоже улыбалась. В свете свечей женщины выглядели загадочно. — Мне хочется с тобой вернуться на тридцать лет назад, — томным шепотом сказала Эмма. Её руки сразу легли на талию брюнетки, а глаза точно смотрели в глаза Миллс. Реджина сглотнула, она не знала что делать. Ведь это отличный момент все рассказать и наконец-то расставить точки. Но Миллс боялась, реакция Эммы не предсказуемая, а лишиться этой прекрасной ночи она не хотела. — Мы там где должны быть. — Давай выпьем и расслабимся. Я хочу узнать, как прошел твой день и рассказать про мой, — выдала Свон с улыбкой. Эти её слова ярко характеризовали желания самой блондинки и четко давали понять, что их отношения всё же переходят на новый уровень. Эмме нужен не только секс от Миллс. И она не стесняется этого. — Сначала поцелуй меня, — Реджина приблизилась и сама коснулась губ Эммы. Она наслаждалась этим моментом спокойствия и нежности. Первой совладав со своими похотливыми желаниями, блондинка не дала им обеим насладиться долгим поцелуем. — Я хочу всё же сначала выпить, идем, — она потянула брюнетку на диван. — Пойдём, — Реджина обняла руку Эммы и пошла за ней, — что будем пить? За эти выходные мы с тобой что только не попробовали. — Помнишь, ты как-то заикалась, что лет двадцать назад подсела на одно вино… — Эмма достала бутылку вина из ведерка со льдом. — О, боже, — Реджина сразу посмотрела на бутылку, — ты его нашла. Как у тебя это получается? — Что получается? — усмехнулась Свон, помогая Реджине усесться на диван. Миллс говорила о том, что Эмма запоминает мелочи, но забыла очень важное — её. — Устраивать мне такие сюрпризы? — Мне хочется устраивать их для тебя. За эти дни ты стала для меня не просто матерью жены моей дочери, — говорила Свон, разливая вино по фужерам. — Давай об этом поговорим завтра?! А сегодня только вино, вкусняшки и мы, — Реджина смотрела на Эмму. — Однозначно согласна, — Эмс села рядом с Миллс на диван и протянула ей фужер, — за нас. — За нас. Реджина и Эмма провели дивную ночь вместе. Они общались, разговаривали, смеялись и рассказывали смешные истории из жизни их дочерей. Они были влюблены и счастливы. Но Реджина не спала практически полночи, она смотрела на любимую женщину и вспоминала как однажды её потеряла. — Эмма, пожалуйста, хватит! Я не собираюсь это обсуждать, — Реджина сидела в позе лотоса на диване, — это моя жизнь, мой путь. Я поступила в Колумбийский университет и не упущу эту возможность второй раз, — брюнетка провалила за год до этого экзамен и не смогла поступить, поэтому поехала с подругой в Сиэтл, — я думала мой сюрприз тебе понравится. — Понравится? Алекс, ты серьезно мне это сейчас заявляешь? Да ты даже не удосужилась мне сказать, что вообще сдаешь экзамены и претендуешь на колледж! — Эмма же ходила позади неё, не в силах усидеть на месте. Свон чистокровный житель Сиэтла. Это её родной город. Он у неё буквально в крови. Она наслаждается, живя здесь. Свон поверить до сих пор не может, что её жена вскоре уедет из этого райского для нее места. — Свон, ты не видишь ничего дальше своего носа! Я несколько месяцев говорила о том, что хочу учиться, хочу получить профессию. Для меня важно чего-нибудь добиться. — Почему тебе не добиваться этого здесь? Ты сама миллион раз говорила, как обожаешь Сиэтл. Как будешь рада вместе со мной здесь воспитывать наших детей! — Я хочу здесь жить, но здесь нет того, что я получу в Нью-Йорке. А почему ты не можешь пожертвовать жизнью в Сиэтле ради меня, ради семьи?! — Алекс старалась не кричать, но из-за эмоционального напряжения, голос приобрёл высокие ноты. — Мы это уже обсуждали! — категоричностью ответила Свон и пнула от эмоций тумбочку, на которой стояла ваза с цветами. Этот букет Эмма принесла Реджине только вчера. А сегодня он уже валяется на полу, как и осколки разбившейся вдребезги вазы. — Тогда больше не будет нас, — Александра вскочила с дивана, — это важно для меня и я пойду на все, что угодно. Я уеду из этого чертового Сиэтла. Ты этого хочешь? — Александра Свон, ты серьезно? Вот так, запросто? Ты бросаешь меня? Сегодня вдарила прямо в сердце и сразу валить? Вот так вот ты меня любишь? Нихрена тогда ты меня не любишь. Всё это фарс! Иди, давай, вали. Делай, что хочешь. Мне плевать! — Свон жестикулировала руками и повышала голос. Так жестко она еще ни разу не разговаривала со своей любимой, маленькой девочкой. — Я люблю тебя больше всего на свете, — Алекс разрыдалась, но продолжала говорить, хотя она тоже уже перешла на крик, — я бы поехала за тобой хоть на край света, но я не ты. Ты хочешь меня «задушить»! Ты хочешь, чтобы я осталась здесь и зачахла. Поэтому собираю вещи и еду в Нью-Йорк, а ты, если всё-таки хоть чуть-чуть меня любишь, приедешь ко мне, — кинула брюнетка и напоследок скинув настольную лампу на пол, пошла в комнату собирать вещи. — Ты обещала быть со мной до конца наших дней. Ты знала, что этот город значит для меня. Но ты сама делаешь свой выбор. Я не поеду за тобой, Алекс! Ты должна остаться здесь, со мной! Иначе какая это к черту любовь? — вслед кричала Эмма. На ее суровых глазах застыли слезы обиды. Она не хотела расставаться. Слишком стремительно, чересчур неожиданно и безумно больно. Тогда они обе были обижены и злы. Алекс улетела в Нью-Йорк и начала учиться, она каждый день ждала Эмму. Она хотела помириться и быть с любимой, но Свон не приезжала. И тогда Алекс приняла решение, которое переворачивало ее жизнь и душу. Она подала на развод. Девушка думала, что это подтолкнёт Эмму. И Свон прилетит к ней, но ей вернулись только подписанные документы. Эти документы стали роковыми для Свон. Она ждала, когда её жена вернется и они продолжат свою славную семейную жизнь. Пусть не так скоро, как могла желать, но в конечном итоге Эмма была уверена, что Алекс вернется к ней. Но вместо этого пришел этот чертов конверт. Тогда сердце вздорной блондинки в буквальном смысле раздавили изнутри. Она не посчитала брачные документы каким-то пинком. Наоборот, они сказали ей, что Алекс счастлива там, где она есть. Без Эммы. Без их семьи. Без её любви. Свон больше ничего не оставалось, как подписать их и пытаться продолжить жить дальше. Но Реджина этого не знала, поэтому сейчас она лежала рядом с Эммой и смотрела на спящую любовь всей её жизни. Которая не помнит её и скорее всего после того, как она расскажет всю правду, вновь забудет. Брюнетка совершенно не понимала, что будет дальше, даже если Эмма все нормально воспримет, их разделяет расстояние, которое уже однажды стало стеной между ними.