С ног на голову

Как только Свон и Миллс вышли из ресторана на улицу, Эмс отпустила руку Миллс, за которую тянула. Пока они шли эти две минуты, в голове блондинки метались мысли. Она не знала, как собрать их в кучу и как вообще реагировать на всё, что только что вскрылось. — Эмма, остановись, я больше не могу идти так быстро, — Реджина была в длинном платье и на высоких каблуках, поэтому скорость Свон она долго выдержать не могла. — Объясни мне! — Эмс повернулась к Миллс. Она смотрела прямо ей в глаза, стараясь совладать с мыслями в своей голове. Миллс резко остановилась. — Давай хотя бы дойдём до пляжа. Я хочу нормально поговорить, — когда они сбегали, брюнетка даже не думала куда они идут. — Не мешало бы, — Эмс выдохнула. У нее смешались эмоции. И злость и чувство вины схлестнулись в противостоянии. Они стояли как раз у прохода на пляж, где они провели не один день. У них даже появилась любимая беседка, подальше от всех, где они были только вдвоём. Поэтому Реджина пошла именно туда. Беседка была свободна и она зашла в неё, вставая лицом к океану. — Я не могу поверить, — Эмс стояла позади Миллс и смотрела на её напряженную спину. — А я не могу поверить, что ты меня не узнала, — Реджина выдохнула. Она, наконец-то, озвучила то, что ее волновало и обижало. — Я тоже не могу в это поверить, — Эмс также выдохнула и прислонилась к опоре беседки спиной, — но ты совсем другая. Я не видела в Реджине Алекс. Как я могла? — Но я — это я, — Реджина повернулась и посмотрела на Эмму, — как ты могла не узнать меня?! — Как ты могла молчать всё это время? — Эмс не знала ответа на этот вопрос, поэтому сама пошла в атаку. — Что я должна была тебе сказать?! Особенно после того, как мы переспали. Я и так сдуру сказала ту фразу. — Сдуру? Ты издеваешься сейчас? Ты вообще не собиралась рассказать мне правду? — возумутилась резко Эмс. — Ну… — Реджина на секунду замолчала, — если бы Даниэль не приехала, наверное нет. По крайней мере, не сегодня. — Жесть! — сквозь зубы высказала Свон, — и ты считаешь это нормальным? Еще и злишься на меня? — Я злюсь на тебя из-за твоего поведения сейчас. Ты вытащила меня из ресторана и ничего не можешь сказать, только злишься, — Реджина выдохнула. Она поняла, что если они будут кричать, ни к чему хорошему не придут. — Ладно. Выдохнули, — Свон подняла руки до груди и опустила ладонями вниз, одновременно выдыхая, — не будем кричать. Давай поговорим спокойно? В свое оправдание могу лишь сказать, что ты совсем не Алекс тридцатилетней давности. — Лучше или хуже? — уточнила брюнетка. Она более менее расслабилась, увидев, что конфликт дальше развиваться не будет. — Я не могу сравнивать. Вы абсолютно разные люди, — Эмс покачала головой, — Алекс я любила очень долго. Безмерно долго, — Свон подняла руку, желая прикоснуться к Реджине. Но что-то ей не давало это делать. — А что тебя связывает со мной? — уточнила Реджина. Она пронзительно смотрела на Эмму, — и поверь мне Алекс и Реджина — это один человек. Просто обросший бронёй. — И избавленный от тридцати килограмм! А волосы? Они же совсем другие. Я тебя помню совсем другой. У меня до сих пор есть твоя фотография. Можем даже сравнить. — Храня мою фотографию, ты забыла мое лицо, мои глаза?! — Реджина в какой-то степени хотела понять, почему Эмма её не узнала. — Ты помнишь, какой ты была? — Свон подняла руки и наконец вновь прикоснулась к Реджине. Она обхватила её щеки ладонями, — я даже сейчас, смотря в твои глаза, еле верю, что ты Алекс. Господи! Ты же Алекс. Ты моя Алекс! — Ты меня бросила. Ты оставила меня тогда, когда была так нужна, — Реджина начала плакать. Она хотела это сказать ещё в первый день, ведь эта боль сидела в ней все эти годы. — Что? Я тебя бросила? Ты серьезно? — Эмс убрала от Миллс руки. Она сейчас в шоке смотрела на Реджину, — Ты прислала мне документы на развод. Ни позвонила, ни написала, ни приехала. Ты просто прислала эти чертовы документы! — А ты их подписала и вычеркнула меня из своей жизни! — в глазах Реджины вспыхнула злость, — это ты так и не приехала. Я просила тебя поехать со мной. — Я сказала четко — наш дом в Сиэтле. И я всегда жду тебя, — Эмс отошла от Миллс. Она тоже начинала злиться. Но хотела успокоить себя, чтобы опять не начать скандалить, — ты прислала эти документы. Это ты четко дала понять, что я не нужна тебе! Ни я, ни наш дом, ни наша семья, ни наш ребенок, которого мы уже тогда планировали! Тебе никто не нужен был, кроме твоего долбанного желания учиться. — Ты чётко сказала! Но и у меня есть голос, я попросила тебя уехать из Сиэтла на пять лет, а потом бы мы вернулись, если бы ты захотела. Но нет, ты упертая, выбрала город, а не меня. Я думала, что семья это когда всегда вместе, куда бы не закинула жизнь, но нет, в твоём понимании семья заканчивается за границами Сиэтла. — Ты не спрашивала меня! Ты поставила перед фактом. Ни разу даже не заикалась о том, что придется переехать, что придется сломать устоявшуюся жизнь! — Эмс начала кричать, — Семья — это вместе! Но ты сделала всё сама. Уехала, приняла решение о разводе! Да, я вычеркнула тебя из своей памяти. А знаешь почему? — Свон взяла Миллс за плечи и слегка тряханула. Эмоции пересиливали её. Она чуть ли не задыхаться стала, — Ты чуть не убила меня. Я почти умерла тогда. Та боль до сих пор у меня в сердце. До сих пор я хочу, чтобы ты вернулась… — А я до сих пор жду, что ты приедешь! — тоже крикнула Реджина, — Я люблю тебя. Эта любовь многие годы жила в моем сердце. Она спряталась, затихла, но маленький уголёк постоянно тлел. Я подала на развод, чтобы хоть как-то подтолкнуть тебя, сломать свои устои, чтобы приехать и разобраться. Спросить — почему я хочу нарушить нашу клятву, только вместе и только до конца жизни, — по щекам Миллс катились слёзы, — но ты просто подписала эти чертовы бумаги. — Я была уверена, что не нужна тебе. Ты уехала и ни разу не позвонила, — Эмс хоть и была стойкой, но слезы катились и из её глаз. Щеки горели от возросшего давления, а сердце сжимало в тиски. Это очень эмоциональный разговор, — а потом пришли эти бумаги и я… — она стала заикаться, — я подписала их. А в день когда отправила по почте, пошла на наш мост. Я хотела спрыгнуть. Стояла за перилами и уже собиралась прыгнуть, как подошел спасатель. Он вытащил меня. А я не хотела мириться с тем, что не нужна тебе. Я любила тебя больше всех на свете. Больше своей собственной жизни. — Почему просто нельзя спросить? Ты была нужна мне, ты и сейчас нужна мне! — Реджина приблизилась и поцеловала Эмму. Она больше не могла этого вынести. Время сразу остановилось. Брюнетка вновь ощутила вкус этих губ и по её позвоночнику побежали мурашки. Миллс поняла, что до сих пор любит Эмму. Свон ни секунды не думала. Ответ не заставил себя ждать. Конечно, Алекс нужна ей, как и нужна Реджина. И с этим поцелуем Свон дает понять брюнетке, что это время остановилось и для неё тоже. Она любила всегда, всю свою жизнь. И сейчас заново полюбила. Ведь характер никуда не ушел. Свон посчастливилось влюбиться в одну и ту же женщину даже спустя тридцать лет. Они не знали сколько продлился поцелуй и сколько бы он продлился ещё, но Реджине вновь захотелось заглянуть в эти серые бездонные глаза. — Ты здесь, ты снова рядом со мной, — брюнетка улыбнулась и провела рукой по щеке Эммы. — Это какое-то сумашествие! Но я такая счастливая, — Эмс излучала теплоту и свет своей белоснежной улыбкой. Она держала Миллс в объятиях, понимая, что не хочет ни секунды провести без неё. Реджина улыбнулась. — Нам столько всего предстоит обсудить и объяснить. Мы испортили девочкам ужин. — А может хорошо, что ты не сказала мне раньше, — Свон криво улыбнулась, — ты дала мне шанс еще раз в тебя влюбиться. — Может, наоборот, это плохо? Ты же меня забыла и тебе стало легче, — Реджина выдохнула, — мне даже стало интересно, что бы ты сказала, расскажи я сразу кто я. — Думаю, я бы действовала совсем по другому, нежели сейчас, — Свон хихикнула, — романтики было бы в сто раз больше. — Не ври! — Реджина отошла от Эммы, — ты бы начала кричать, а потом ушла бы из ресторана. — Ну, так это сначала. Потом бы пришло осознание с озарением. — Потом ты бы себя накрутила и совершенно не могла со мной общаться. Я очень хорошо знала тебя, а ты не изменилась. Такая же упертая и бескомпромиссная. — Давай закончим эту игру с «если бы да кабы»? — Свон вновь подошла к Миллс, укладывая свои руки на её талию, — я еще не успела сказать, какая же ты шикарная в этом платье. Вау просто! — Спасибо, — Реджине было очень приятно, что Эмма оценила её наряд, — мы вернёмся в ресторан? Или завтра все объясним. — А твоя сестрица в курсе наших сегодняшних отношений? И вообще о ситуации? — Эмс, конечно же, помнила Даниэль и не могла сказать не с ехидством. — В курсе. Я ей вчера все рассказала, — Реджина тоже обняла Эмму, — до этого она думала, точнее я ей сказала, что по пьяни один раз переспала с бывшей женой. — Значит, это ты у неё вчера пропадала целый день? Не хотела, чтобы я её увидела, да? — Эмс сразу догадалась, но не хотела злиться. — Да. Она приехала тогда, когда мы встретились у входа в гостиницу, — пояснила брюнетка. — Так вот почему ты от меня тогда шарахалась, — Эмс засмеялась, — ладно. Дай телефон. Позвоним ей. Пусть возьмет огонь на себя. — Она и так его взяла на себя. А я не правильно поступила, дотянув до сегодняшнего вечера, — Реджина переживала из-за того, что они сбежали с ужина, — но подожди, это ты меня узнала? Там, когда я к тебе подошла, — Реджина только сейчас поняла это. — Да. Как только Ким начала свою любимую тираду, я посмотрела на тебя и меня как будто током ударило. Реально! — Эмс даже дернулась. — Значит, я все же узнаваема?! — Реджина усмехнулась. — Ты вправе злиться на меня, — Эмс поцеловала Миллс в щечку, — это какой-то бред! Как я могла не узнать тебя? — Я могу простить, что ты не узнала меня внешне, но в постели… как ты могла забыть ночи со мной?! — Миллс подтрунивала над блондинкой. — А вот здесь дудки! Тридцать лет назад ты и десяти процентов не умела того, что умеешь сейчас, — Эмс тоже не смолчала и прикалывалась над брюнеткой. — Ах ты! — Реджина толкнула Эмму в плечо, — издеваешься, да?! — Немного преувеличиваю, — поправила Свон, — но за тридцать лет грех не научиться кучи разных примочек. — Тридцать лет прошло, — Реджина посмотрела Эмме в глаза, — я не верю все ещё, что ты рядом и я вновь тебя вижу. — Тебе легче! Ты уже почти две недели меня видишь и понимаешь кто я. А мне каково? — Свон засмеялась, — и вообще куда ты дела мои любимые розовые волосы? А килограммы? Тебе так шло быть пышкой. — Продолжаешь издеваться?! — фыркнула Миллс, но без обиды, — волосы я перекрасила практически сразу, а пышкой я не так уж тебе и нравилась, ведь потом ты женилась на худышке Ким. — Ой, не говори мне про неё, — фыркнула Эмс, — она знает меня лучше, чем я сама. И это бесит. — Почему же вы тогда разошлись? — Реджине была очень интересна история жизни Эммы. — У нее был пунктик. Она считала себя не любимой, — Эмс пожала плечами и отошла от Реджины, уже сама вставая лицом к океану. — Но это было не так? — спросила Реджина с интересом смотря на спину блондинки. — Конечно, это было не так. Если бы я не любила её, не предлагала бы жениться, не настояла на появлении Грэйси. Я любила Ким. Да и сейчас люблю в какой-то степени. Но… Первая любовь она самая настоящая. Самая искренняя. Она знала, что я до сих пор хранила частичку своей бывшей жены в сердце. И это не давало ей покоя. — Мне жаль, что память обо мне не дала вам построить крепкую семью и прожить вместе до конца дней. Но у вас есть прекрасная дочь. Грэйс замечательная, — Реджина положила руку на спину Эммы. — Я не жалею о разводе с Ким. Там было всякое. И уж поверь, не только я виновата, — Свон усмехнулась, повернув голову к Миллс, — и у нас обеих замечательные дочери. Но какова судьба? О, Господи! Реджина! Это же как нужно было так умудриться? — О да, это очень большой вопрос к вселенной. Но мне кажется, судьба вновь хотела соединить нас таким способом, хотя возможно мне это только кажется, — Миллс выдохнула и убрала руку со спины Эммы. — Судьба штука сложная, — Свон уловила нотки грусти в словах Реджины и повернулась лицом к ней, — я не хочу сейчас что-то загадывать или обещать. Прошу тебя, Реджи… Мм… или Алекс? — Мне уже привычнее Реджина, но ты можешь называть меня как хочешь, — Миллс тоже не хотела загадывать. Она даже боялась думать, что будет дальше. — А почему Реджина? Ты сменила имя? Почему? — Через полтора года, когда я немного оправилась после нашего расставания, я познакомилась с девушкой, — Реджина усмехнулась, — она была милой, но я поняла, что это не то. Поэтому подумала, что смена имени мне поможет, а вдобавок перешла на мужчин. — А вот это странно! Ты клялась мне, что ненавидишь члены. Даже искусственный не давала мне приобрести, — Эмс засмеялась. — Фу, Свон, вот что ты за человек?! — фыркнула Реджина и закатила глаза, — я тогда искала возможность тебя забыть. В такой интерпретации отношений мне было легче это сделать. — А я вот никогда на члены так и не переходила. Не моё это, вот всё. Вообще, — Эмс дернулась, но конечно же прикалываясь. — Не сомневалась в тебе. — Что мы решили? Пойдем обратно или продолжим болтать? — Давай завтра пригласим девочек ко мне в номер и всё им расскажем, — Реджина не хотела прям сейчас вновь все переживать. Она хотела все обдумать и понять для себя чего хочет дальше. — Тогда пойдем сейчас ко мне? Или к тебе? — Эмс не знала, как лучше поступить. Она, конечно, чувствовала вину перед дочерью, что они вот так сбежали. Но поговорить с, как оказалось бывшей женой, сейчас хотелось больше. — Пойдём ко мне, — Реджина не хотела расставаться с Эммой. Она и поговорить хотела, и просто побыть рядом. — Я только напишу смс Грэйси. Не хочу, чтобы они волновались, — Эмс достала телефон из кармана брюк, — ты не против? — Нет. Напиши им, что мы обязательно все объясним, — Реджина переживала за дочь. Она боялась ее реакции. «Грэйси, я обожаю тебя, ты знаешь?! Прости за сорванный вечер. Завтра обязательно всё вам объясним. Люблю тебя и Киару». — Написала, — Свон убрала телефон в карман, — можем идти. — Они никогда нам этого не забудут, — Реджина с грустью усмехнулась. Но все же решила сейчас себя не накручивать и дождаться завтрашнего дня. Поэтому просто протянула руку Эмме. Свон взяла её за руку и потянула на себя. — Идем. Дети у нас самые лучшие. В конце концов, мы же не со свадьбы сбежали. — Это радует, — Реджина усмехнулась. — Мама сообщение прислала, — сказала Грэйс. Ужин всё-таки начался. Всем удалось успокоить Киару, по крайней мере внешне, хотя все понимали, что она переживает из-за матери. — Что написала? — сразу спросила Киара. — Они извиняются, нас очень любят и завтра все нам расскажут, — пояснила Грэйс, — так что все хорошо. — Они, наконец-то, вместе, конечно у них все хорошо, — Ким улыбнулась. Она всегда знала, что Эмма любит Алекс. — Реджина очень сложно переживала их развод, — сказала Даниэль, со вздохом. — Я очень хочу поговорить с мамой, — протянула Киара. — Малыш, я тоже очень хочу это сделать, — Грэйс положила руку на плечо любимой, — у меня куча вопросов. Один из которых, мамочка не в обиду тебе, как она смогла потерять любимую женщину?! — Грэйс совершенно этого не понимала, ведь за Киарой она бы пошла на край света. — Ничего страшного, я понимаю, что ты имеешь ввиду, — Ким улыбнулась. — Потому что баран! — повторилась Даниэль, — твоя мать не поехала за Реджиной в Нью-Йорк. Сиэтл ей оказался роднее жены. — Но это же бред, — Грэйс покачала головой. — Бред для тебя, но не для Эммы, — Ким усмехнулась, — она сидела и ждала, когда Алекс вернётся, а приехали документы на развод. — И она их подписала вместо того, чтобы поехать в Нью-Йорк и потребовать объяснений? Она не захотела бороться за свой брак. И мама тоже не захотела. Я не буду их сейчас жалеть. Они сами виноваты, — категорично высказалась Киара. Родители Реджины в этот диспут не вмешивались. — И тем не менее, из-за их решения тогда мы имеем вас сейчас, — Дани засмеялась и подняла свой бокал с вином, — не будем грустить. У нас свадьба скоро. Давайте за судьбу выпьем. Интересная она штука. — Полностью поддерживаю, — Ким засмеялась, — это надо было всему так сложиться?! — Давай, наверное, скажем им лучше спасибо, — Грэйс посмотрела на Киару, — я счастлива, что ты есть. Я-то может и родилась, а ты бы… — Ты бы тоже не родилась, это я настояла на том доноре, — Ким подмигнула. Киара тоже усмехнулась. Всё же настроение родные люди смогли ей поднять. Компания выпила и они продолжили ужин. В это время Реджина и Эмс дошли до номера брюнетки. — Знаешь, что мне сейчас хочется? Раздеться и увалиться в твою кровать с тобой в обнимку, — закрывая за ними дверь поделилась Свон. — Сначала я хочу принять с тобой душ. И желательно смыть весь праздничный макияж, — Реджина скинула туфли. — Хорошо. Потом ляжем в кровать и закажем ужин в номер. Что бы ты хотела? — Свон тоже разулась и прошла в номер. — Суши, — Реджина повернулась к Эмме спиной, — расстегни, пожалуйста. И наверное лучше заказать, пока будут готовить, пока принесут. — Хорошо. Сделаем, — Эмс помогла Реджине с платьем и не отказала себе в поцелуе в шею, — закажу всяких и побольше. Я жутко голодная. — Хорошо, — Реджина пошла раздеваться, — я даже не знаю как дальше себя вести с тобой, — призналась брюнетка. Она решила это обсудить, ведь мучиться этим вопросом не хотела. — Давай сначала выполним план? Душ, еда, кровать. А потом будем болтать. Хорошо? — Свон знала, что теперь от серьезного разговора не уйти. Но хотелось бы его провести спокойно и комфортно. — Я согласна, — сказала Миллс, убирая платье в шкаф. Душ они приняли хоть и совместный, но ни о каком сексе речь не шла. Женщины переоделись в махровые халаты и как раз принесли их суши. Реджина уже лежала в кровати, а Свон присоединилась к ней, когда расставила еду рядом. — Ну, что я могу сказать. Давай выпьем за всё это безумие? — Эмс подняла рюмочку саке, которое заказала с суши. — Давай. Алкоголь немного расслабит и успокоит, — Реджина тоже подняла свою рюмку, — если честно это какое-то сумасшествие. Я до сих пор не верю, что мы вновь встретились и у нас завязался роман. — Ты сама допустила наш роман, — Эмс выпила рюмку и наконец начала кушать, подцепив двумя палочками роллину, — зная при этом про нас всё. — В этом ты права, — Реджина выпила и закусила, — я не смогла устоять перед тобой. — В первую же ночь, — добавила Эмс с набитым ртом. — В первую ночь не считается, — фыркнула, но без злобы Миллс, — я была жутко пьяна. Мои животные инстинкты были сильнее. А вот вторая ночь, это да, это я не смогла устоять. — А потом была третья, четвертая, пятая, — протягивала Свон. — Ну, тут я просто занималась хорошим сексом. Тем более у меня его давно не было, — спокойно сказала Реджина и улыбнулась. — Отличного секса у тебя лет тридцать не было, ага, ага, — Свон разлила им еще по напитку. — Какая ты всё-таки, — Реджина толкнула Эмму в плечо и засмеялась, — и вообще, в этом плане у меня все было хорошо. — Не буду спорить. Не зря же ты с мужем так долго прожила. А кстати, вы почему разошлись? — Свон очень хотела узнать свою бывшую жену получше. — Совершенно перестали совпадать интересы. Мы практически не ссорились, но всё было так однообразно, — Реджина очень уважала бывшего мужа, но на одном этом чувстве далеко не уедешь, — Киара поэтому и восприняла наш развод с трудом, потому что поверить не могла. Да и Дилан сначала не понимал, а потом действительно понял, что любви-то больше нет. Есть дочь, есть быт, ну секс, а главного нет. — Это печально, — Свон поджала губы, — когда чувств нет — это реально дохлый номер. У нас с Ким чувств было завались. Злости, желчи, негатива. Это тоже не есть хорошо, конечно. Но сейчас я понимаю. Она всё же оказалась права. — В чём? — уточнила брюнетка. Она подняла рюмочку с саке. Эмс поддержала её. И после того, как они выпили и закусили по суши, сказала: — Что я всю свою жизнь люблю одну-единственную женщину. Реджина поджала губы и посмотрела на еду, она не знала, что сказать Эмме на это. Ведь она тоже любит её, но не зная будущего, ей было трудно открыться. — Знаешь, а суши здесь отменные, — Эмс продолжила кушать. Она не собиралась склонять Миллс к этим словам. Ведь она и так их знала. Будущее пугало и её, но Свон не хотела решать что-то прямо здесь и сейчас. — Да тут вообще все вкусно, ни разу не разочаровали. Хотя те устрицы были тебе не по вкусу, — Миллс засмеялась. — Не будем о них, — Эмс тоже засмеялась, — давай лучше о нас. — Давай, — Реджина села поудобнее, так чтобы смотреть на Эмму, — кстати, как твои тетя с дядей? — за эти дни Миллс так этого и не спросила. — Ой, с ними всё прекрасно. Они у меня всегда самые замечательные, — Эмс говорила с теплой улыбкой. Эти люди заменили ей родителей и она безмерно их уважала и любила, — завтра прилетают. — Будет весело, — брюнетка усмехнулась, — интересно, они меня узнают?! — Они очень часто про тебя вспоминают. Они, конечно, любили Ким, но ты им нравилась больше. Так что, думаю узнают. Хотя… Нет. Точно узнают. Я одна такая, дурында. Не смогла узнать любовь всей моей жизни! — Кстати, ты так и не познакомилась с моими родителями, — Реджина улыбнулась, а если Дани им сейчас все рассказала, завтра уже знакомство не будет таким простым. — Я выдержу, не переживай. Тяжелее, чем с родителями Ким точно не будет, — Эмс засмеялась. — Почему тебе было сложно познакомиться с родителями Ким?! — уточнила Реджина. Ей было очень интересно послушать о жизни Эммы. — Потому что они желали для своей дочуры более светлого будущего. А с тогда помощником тренера школьной команды по баскетболу она его получить не могла. Так что тут изначально было недопонимание, разочарование и даже гнев. — Но тут же не главное сколько ты зарабатываешь, а какие у тебя отношения с их дочерью, — считала Реджина. Она тогда выходила за Эмму, просто думала о их совместном будущем, — а когда ты познакомилась с Ким после нашего расставания? — Через три месяца после того как ты уехала. Она приезжала представителем какой-то фирмы, впаривала в команду витамины для иммунитета или что-то типа того. Я тогда сразу её послала нахрен. Спортсменам не нужен никакой допинг, — Свон усменулась. Она всегда славилась тем, что не любит принимать лекарства или обращаться к врачам, — но она оказалась очень настойчивой. Школе я не дала заключить с ней контракт. Но дружба у нас с ней завязалась. А встречаться мы стали через два года только. — Почему ты так и не поехала за мной? — Реджина сглотнула. Она очень хотела знать ответ на этот вопрос, — Ещё до того как я прислала тебе документы на развод. — Это сложный вопрос, — Эмс убрала приборы из рук. Поднялась тема, во время которой совсем не до еды, — я ждала тебя. И была уверена, что ты вернешься. — Но ты же знала, что я училась?! Ты думала, я все брошу? — Реджина это спрашивала без негатива, просто для того, чтобы понять. — Да. Я была уверена, что ты передумаешь. И я буду для тебя важнее учебы, — Свон тоже говорила без каких-то обид. — Родители хотели, чтобы я училась, Дани, да и я сама хотела учиться и получить эту профессию. Мне нравится моя работа и чего я на ней достигла. — Давай перестанем искать объяснения наших поступков прошлого? — Свон разлила еще по рюмочке саке. — Но не обсудив это, мы не поймём причин. А главное, мы не поймём, что будет дальше, — брюнетка задала ещё один важный вопрос. — Я не хочу жить прошлыми ошибками. Я хочу их исправить. Пусть мы натворили делов тридцать лет назад. Но сейчас мы имеем права восполнить пробел, — Эмс подняла рюмку. Миллс тоже подняла рюмку. — За разговор с девочками. — Если они еще не пришли нас разрывать на части, значит всё будет хорошо. И вообще, мы поболтаем в легкую и отправим их по делам свадьбы. Как-никак уже почти этот день настал! — Свон чокнулась с Миллс и выпила свою порцию алкоголя. — Ну, они же не знают, что мы уже здесь, — подметила брюнетка и тоже выпила, — а так бы Киара уже была здесь. Они продолжили кушать и это не мешало им болтать. — Ничего. Прорвемся, не переживай. — Я очень хочу с ней поговорить и все объяснить, — у Миллс были те же чувства, что и у Киары. Но перед тем, как все рассказать, нужно во всем разобраться. — Завтра. Можем даже разделиться. Ты поговоришь с Киарой, я с Грэйси. — Да нет, мне кажется в этом нет смысла. Я бы хотела знать обе стороны. — Хорошо. Как скажешь, — Свон улыбнулась. Она чувствовала, что серьезный разговор неизбежен. Но даже не знала с чего начать. Мысли в голове сводились к одной «Чтобы быть с Реджиной придется переехать из Сиэтла. Она попросит, я знаю. Но там вся моя жизнь. Так страшно менять что-то когда тебе пятьдесят лет…» — Ты о чем задумалась? — Реджина заметила взгляд Свон, направленный в никуда. — О будущем, — Свон не стала лукавить. — Я боюсь о нем думать, так как совершенно не знаю, что делать, — Реджина тоже была откровенна. — Я знаю, что хочу. Но боюсь мое желание слишком эгоистично, — Свон встала с кровати. Она убрала столик, с которого они кушали и пили. И только потом вернулась и легла на подушки. — Ты хочешь, чтобы я вернулась в Сиэтл, — протянула Реджина и выдохнула. Именно этого она и боялась, ведь так же как и Свон не хочет уезжать из своего города от устоявшейся жизни. — А ты хочешь, чтобы я переехала в Вашингтон, — также протянула Свон, взяв Миллс за руку и переплетая пальцы. — Я хочу попробовать вновь быть с тобой, — Реджина легла так, что оказалась в объятиях Эммы, — я не знаю как это будет и где, и что нам вообще делать?! — Я тоже хочу попробовать. Расстояние между нашими домами безумно пугает. Но я не смогу еще раз отказаться от тебя, — Эмс поцеловала Миллс в макушку и вдохнула аромат её волос. Такой приятный, такой родной, — нам нужно что-то придумать. — Нужно, но я не знаю что. У тебя там дом, у меня в Вашингтоне. Да тут и перечислять нечего, у тебя вся жизнь в Сиэтле, а у меня в Вашингтоне, — Миллс была в растерянности, — одной из нас придётся всё бросить. Или не все сразу, просто попробовать пожить на расстоянии, чтобы все про нас понять. — Можем договориться попробовать жить неделю у меня, другую у тебя? — скривилась Свон, зная, что этот вариант не подходит им, ведь работу никто не отменял. — Так не получится. Только редкие выходные, я смогу прилететь к тебе, а ты ко мне, — Реджина вжалась в Эмму, — сейчас все гораздо сложнее. Нам обеим тяжело. — Давай не будем принимать каких-то кардинальных решений? — Свон в ответ сильнее обнимала Реджину. Она каждой частичкой себя ощущала и излучала любовь, — мы хотим быть вместе. А значит нам нужно попробовать отношения на расстоянии. — Значит будем пробовать, — Реджина прикрыла глаза, наслаждаясь этим моментом. Она не хотела спать, просто рядом с Эммой ей было очень хорошо. — Знаешь, мне так хорошо сейчас. Так спокойно и тепло. Думаю, у нас всё получится. Мы не можем второй раз потерять нас, — Свон чувствовала также как и Миллс. Реджина надеялась, что у них действительно все получится, несмотря на преграды. В эту ночь они больше ничего не обсуждали и их не объяла страсть, они просто лежали вместе, а потом и заснули.