Carmina Burana

"Не моли о пощаде Я перенес слишком много боли"

Она существовала короткой вспышкой - потому что не могла усидеть на месте. Её образ сложился на ходу из обрывков, промелькнул, и на ходу исчез. Она не оставила после себя ничего: не обставила кабинета, не начертила ломаной линией плана на карте. Ещё бы: она ни минуты не выдержала бы в кабинетах и не задерживалась у бумаг. Она слушала доклад, торопя говорящего, извлекала только стратегически важнейшие данные, и, с пол минуты обсудив с другими возможности своей армии (и то не обсуждала бы, а бежала бы сломя голову, если б её не одергивали за рукав), рубя с плеча отдавала приказы и выдвигалась - выбегала немедленно. Бежать и бить напролом - почти всегда именно так. Так себе стратегия? - но точно в её духе. У неё она всегда работала. Да и возможно ли было ей - порождению чистой ярости - действовать по-другому? Насквозь изрезанная по сантиметру, она не помнила ничего, кроме боли, что до сих пор держалась в её схваченных бинтами руках. Сквозь бинты сочилась кровь, стекая по рукоятке меча - так исступлённо она сжимала её в пальцах. Ничего, кроме боли - в бешеном взгляде по звериному круглого глаза бьёт электричеством неудержимая ярость, ещё чуть чуть - и прыжок. Только одно желание - броситься вперёд и рубить, выплеснуть эту же боль другим. Ничего, кроме крови - на руках снова будет кровь, тогда - её, теперь - чужая. Зачем её останавливать? Как раз от неё такой, бешеного сгустка энергии, и будет польза. Она испытала достаточно, она изъедена до последнего нерва, который опасно оголен и натянут до предела. Теперь - рванёт и снесет всё на своём пути. Её клинок резанёт воздух, как последний луч закатного солнца. Только раз она остановится перед битвой, чтоб сосредоточить всю силу во взгляде. Это холодный свет из черной тени, что утянет за собой в ледяную тьму грядущей ужасной ночи. Она снесёт всё и сгорит сама. Изотрется до конца - неудержимая сила живой души, просто использованная кем-то для достижения цели, использованная на полную. Прощай, душа, заключённая в камне, стертая в порошок, раздавшая себя по миру по частям. От тебя не осталось ничего - и в то же время всё: до неузнаваемости измененный мир. ———