Ужасы после полуночи

Второй день наказания. День был похож на прошлый, и Саре даже показалось, что Тёрнер сидит точь в точь так же, как и вчера. О’Нил выхватила у него из руки ручку и отложила в сторону. Майкл недоумевающе посмотрел на неё, а она подставила руку под подбородок, улыбаясь ему. –Может поговорим? Я о тебе совсем ничего не знаю. Он недовольно сжал губы, отводя глаза в сторону. –Не люблю рассказывать о себе. –Почему? Парень пожал плечами. Сара достала телефон и открыла поисковик, а потом посмотрела на Тёрнера. –Давай так. Сейчас найдём вопросы для знакомства и будем по очереди отвечать, раз уж сам ты ничего говорить не хочешь. Закрывая лицо руками, парень громко засмеялся, а потом посмотрел на О’Нил. –Это очень бредово, но ладно. Она открыла первую попавшуюся ссылку и пролистала вопросы. Они были разделены по категориям и Сара предложила три на выбор: провокационные, личные и скучные. Начать решили с личных. –Итак, Майкл, — она выпрямилась, читая вопрос. — каким было твоё детство? Услышав вопрос он немного помрачнел, но, собравшись с силами, решил ответить: –Ссоры родителей, отец-пьяница и футбол. — он грустно улыбнулся. — Отец, бывало, бил маму… Я помню, что когда родился Бобби, он стал больше пить. Мама за троих работала, чтобы нас прокормить. Я в футбол играю с шести лет, мне тренер стал отцом, вместо этого алкаша, слинявшего без объяснений. Как-то так… Он взглянул на неё ярко-зелёными глазами, а Саре стало так жаль его, что она пригладила его по плечу, тяжело вздыхая. –Мой тоже хорош… Нашёл любовницу и выставил меня с мамой за дверь, спасибо, что хотя бы дал денег. Я вообще родилась в Бостоне и до тринадцати лет прожила там. Потом мы переехали к бабушке в Балтимор и только недавно встали на ноги. Будто ему стало противно, он поморщился и тихо сказал: –Давай дальше. Откашлявшись, Сара спросила: –Когда были последние отношения? Тёрнер неоднозначно улыбнулся. Он пригладил затылок, откинувшись на спинку стула. Потом усмехнулся, посмотрел на девушку. –Честно? –Конечно. –Ну… У меня, по факту, никогда не было отношений. Думаю ты понимаешь, что трудно назвать отношениями, когда вы видитесь на вечеринках только ради секса. Сара нахмурилась. –Прям никогда? Он отрицательно помотал головой. –А у самой что, гарем был? — он усмехнулся, закатывая глаза. –Один парень. Не лучше папаши, изменил мне. Майкл оглядел ее, будто оценивая, в чем была причина. Потом вздохнул, отвернувшись к окну и постукивая пальцами по столу. –Вот поэтому я ни с кем не встречаюсь. Терпеть не могу ложь и предательство. Сара робко придвинулась ближе. –А ты не думал, что те девушки, с которыми ты спишь, изменяют своим парням? –Думал. Но какое мне до этого дело? Я свободен, а то что у кого-то нет совести и самоуважения, раз они позволяют себе это, не моя проблема. О’Нил нерешительно покачала головой, как бы соглашаясь с ним, но была не до конца уверена в его правоте. Тем не менее, она задала следующий вопрос. –Но ты ведь когда-нибудь влюблялся? Что самое безумное делал для девушки, в которую влюблялся? Улыбаясь, Майкл едва сдерживал смех, но повернулся к девушке с наигранно серьёзным лицом, заглядывая прямо в глаза. –Писал на всю стену «О’Нил овца». Сара, не оценив шутку, толкнула ногой его стул, отодвигая дальше от себя. –Идиот. — она пролистнула сайт, исподлобья смотря на него. — Примерно, в каком возрасте хочешь завести семью? –Пф… — парень закатил глаза. — Хороший вопрос… Если повезёт, годам к тридцати. А вообще, я бы хотел развиваться в спорте, понимаешь, что на это можно потратить всю жизнь. –Если семью, как моя, то никогда… Я часто об этом думаю и это всегда так меня поражает и угнетает. Вот выйду замуж, а кто даст гарантию, что меня с ребёнком не выпрут так же, как мою маму со мной? Никто. Боюсь даже задумываться о семье. Грустно опустив глаза, Тёрнер покачал головой, соглашаясь. Затем вздохнул, поворачиваясь к ней. –Давай вопросы пожёстче. А то сейчас расплачемся и уже будет не так весело. –Ну сам напросился. Что тебе больше всего нравится в противоположном поле? На пару секунд Майкл задумался. –Бёдра, — он выставил пальцы, начиная перечислять. — глаза, губы. Шея, особенно если на ней есть украшения. Тонкие пальцы. — невольно, Сара взяла в руку подвеску с ее именем, и заметив это, парень улыбнулся. — А тебе? –Высокий рост, улыбка, руки, спина. Тёрнер качнул головой. –Стандартный набор. Девушка закатила глаза. –Сам будто оригинальностью блещешь. — взглянув в экран, она задала следующий вопрос: — Во сколько лет ты потерял девственность? Ответ не заставил себя ждать. –В четырнадцать. — он столкнулся с осуждающим лицом Сары. — В лагере. — она продолжала смотреть и молчать. — Не смотри на меня так. — Майкл закинул руки за голову. — Лучше про себя скажи. –В шестнадцать. –С тем козлом? Она молча покачала головой. –Жалеешь? Снова молча согласилась. –Кхм, ладно… — О’Нил неловко перевела взгляд на телефон. — Любишь доминировать? Тёрнер игриво улыбнулся, и с наслаждением качал головой. –Мне нравится смотреть, как девушки изнывают, просят меня не останавливаться. Да и вообще, нравится делать приятно. На лице Сары была улыбка. Она приподняла брови, покачивая головой. –А я люблю, когда доминируют надо мной. Майкл улыбнулся. –Значит, споёмся. Только Сара хотела задать следующий вопрос, на телефоне парня прозвучал будильник. Все ученики, отбывающие наказание, обернулись на него. Тёрнер подхватил рюкзак и стал ждать, когда соберётся О’Нил. Они вышли в коридор. Парень похлопал Сару по плечу, сказав: –Хорошо провели время, но мне пора на тренировку. А ты домой? –Ага. После этого Майкл легонько ударил себя по лбу, будто что-то вспомнил, и снова повернулся к ней. –Как пробы? Сара улыбнулась. –Все хорошо, взяли. –Угу… — он потёр подбородок. — Завтра ты тоже домой после наказания? –Да, а в чем дело? Он артистично замахал руками и в такой же артистичной манере спросил: –Дорогая мисс О’Нил, не хотите ли Вы быть проведены до дома мною, Майклом Тёрнером, и посмотреть пару интересных мест в Сентфоре в моей компании? Сара громко засмеялась и покачала головой. –Хочу. –Тогда до завтра. И будем заниматься математикой. Попробуй только мне зубы заговорить. О’Нил помахала ему рукой на прощание и он скрылся в дверях спортивного зала, а она пошла к выходу, понимая, что не так уж Тёрнер и плох, как о нем говорят.