Срок нелюбви

Парень тихо истерил, пока Дьявол зарывался холодным носом в его макушку и прижимал к себе за плечи так сильно, что места уже начинали немного неметь от хватки мужчины. Настолько Антону были противны его прикосновения сейчас, что хотелось просто сбежать и не возвращаться сюда (хотя он никогда и ни за что не вернулся бы в этот бункер). Крепко зажав руки на груди, он старался не думать о том, что позади него находится тот, кто смог лишь за одно мгновение лишить шатена нормальной жизни. Казалось, что эти минуты для него длились вечно. —Пожалуйста отпусти меня, — тихо сказал Антон, не сдерживая судорожного вздоха. Дьявол как будто не слышал его, продолжая заниматься своими делами —Дьявол, — чуть громче сказал юноша, привлекая внимание брюнета. Правило второе. Веди себя странно. — Котенок, — сказал мужчина. Фраза, брошенная им, показалась Антону настолько мерзкой, что он неосознанно скривил губы. Он и вправду в какой-то степени теперь чувствует себя напуганным котом. — Я хочу есть, — сказал парень, зажмурив глаза и напряг мышцы где только можно. —Ох, ну что же ты сразу не сказал! Знаешь, Эд заказал нам пиццу, — мужчина резко встал с Антона, от чего тот даже сначала и не понял, что Дьявол больше не трогает его. — Она уже на столе, пошли! Дьявол вышел из комнаты, не закрывая за собой двери. Что за херня? Холодный голос в голове недоумевал точно так же, как и сам парень, поэтому вопросы всё появлялись и появлялись. Привстав на локтях, Антон запрокинул голову назад и стёр слёзы. Отлично, он понял, как нужно с ним играть. И играть они будут по его правилам. Сжав руки в кулак, шатен встал, заправляя футболку в джинсы и холодной слюной немного помазав красную щёку. Нужно в любом случае сходить в ванную, дабы холодной водой прикоснуться к горячей коже. Выйдя в коридор, парень заметил, что на стуле, который было видно даже от камеры, сидел Эд, тот самый скелет, а рядом с ним крутился Арсений. Да, сумасшедший. Закатив глаза, Антон быстро юркнул в ванную комнату, закрывая двери на замок. Это успокаивало его. Умыв лицо холодной водой, он протёр всё полотенцем и опёрся руками об ванную, смотря на своё отражение. Боже, как он хочет домой. К Кики. Да даже к матери. Лишь бы дома и в безопасности. —Антон! — голос мужчины заставил его вздрогнуть и посмотреть на двери. — Ты где? Пицца остынет же! Почему? Почему он ведёт себя так, будто пару минут назад он не пугал его, не ударял и не зажимал возле стены?! Почему он ведёт себя максимально спокойно в такой ситуации, когда эмоции шатена на всё это совершенно другие? Шмыгнув носом, Антон ещё раз посмотрел на своё отражение и немного кивнул себе, давая понять, что рассудок в этом месте терять он не хочет. Отворив двери, Антон шагнул в полутёмный коридор и посмотрел налево, в сторону гостиной-кухни. Пройдя туда, он увидел две коробки пиццы и бутылку газировки «Coca-Cola». Как-то дико усмехнувшись, он сел на то самое место перед раковиной, на котором ел яичницу. Перед ним красовалась чёрная тарелка с двумя кусочками пиццы. Так же стакан, но рядом с ним была небольшая капелька напитка. Видимо, брюнет неаккуратно налил. Зоркий глаз шатена увидел, как заботливо Дьявол поправил кофточку на твердом теле скелета, целуя «возлюбленного» быстрым чмоком в холодные губы. Сев перед Антоном, настала тишина. —Откуда пицца? — решив нарушить тишину, спросил шатен, рассматривая блюдо. —Я же сказал, — немного пожевав пищу, он продолжил. — Эдик заказал. — М, круто, — с сарказмом в голосе сказал Антон и поднял кусочек пиццы «4 сыра». Язык не повернулся договорить «И с каких это пор скелеты знают телефон ближайшей пиццерии, Шерлок?». За это ему точно бы влетело по полной. Надкусив кусочек, Антон посмотрел на мужчину, который так страстно ел этот грёбаный кусок пиццы, что аж стало как-то неловко. Он как его отец, который приходит с работы вечером и требует от матери еды, да побольше, Лена, чтобы пузо трещало! — Как… Как день прошёл? На этот вопрос мужчина так странно замер, переведя на Антона только глаза. Шастун уже было подумал, что сказал что-то не так и, возможно, здесь повторится то, что было в комнате несколькими минутами ранее, но нет. Он начал говорить. — Я пошёл в город, чтобы купить Эду тот самый шарф из передачи, купил немного продуктов, а когда пришёл, то на столе была пицца и бутылка, — пожав плечами, Дьявол продолжил есть. —Понятно, — сказал юноша и тоже продолжил трапезу. Дьявол краем глаза смотрел на него и замечал, что щека немного краснее обычного, а где-то она уже светло-черничного цвета. Это он его так ударил. Чёрт возьми, так нельзя, но он испытал такое наслаждение, когда ударил его мягкую, розовенькую и гладкую кожу, что аж до дрожи. Немного дёрнув головой, он посмотрел на Эда, который своей костяной рукой так и не притронулся к еде. Оно понятно. —Почему ты общаешься с Эдом? — вдруг спросил Шастун, посмотрев в глаза мужчины. —Он очень важен для меня. Много лет я провёл с ним в одиночку, — поджав губы, соврал сказал Дьявол, посмотрев на Шастуна. —То есть, с самого детства ты вместе со скелетом? — тихо уточнил парень, приподняв плечи и немного выпучив глаза. —Тридцать лет он был моим товарищем, верным другом и соратником. Затем пошла любовь, и мы признались друг другу в симпатии, а дальше была влюблённость, все дела, — как-то неохотно рассказывал Дьявол. Тридцать лет?! Малыш, да ты попал! Голос в голове насмехался над парнем, который сидел в недоумении и подсчитывал его возраст. —Тебе за тридцать?! — воскликнул парень, внимательно рассматривая лицо мужчины. На вид ему двадцать-двадцать пять лет, не больше. Он из-под ножа? Его отец или мать пластический хирург? —Нет, мне пятьдесят шесть, — после этого рот парня раскрылся на столько, что челюсть немного хрустнула. — Ментально. — Что значит ментально? Дальше последовало объяснение про какие-то уравнения, чтобы спастись от чертей каких-то, из преисподни. Антон ничего не слышал. В его уши словно вставили резиновые затычки, из-за которых звук был плохо слышен. Пиздец, ему пятьдесят шесть! Его украл грёбаный старик из-под ножа! Если бы неделю назад ему кто-нибудь и сказал об этом, то он просто покрутил бы пальцем у виска, показал фак этому человеку и свалил в закат. —Всё ясно? — как-то протяжно спросил мужчина, всматриваясь в лицо Антона. — А? Да, да, так необычно, — выдавив из себя кривую улыбку, Антон доел два кусочка пиццы и запил их газировкой. Да, в туалет ночью он будет бегать много после такого. —Ну раз ты всё, котёнок, мы с Эдом предлагаем посмотреть какой-нибудь фильм, — улыбнулся Дьявол. Где его чёртовы зрачки?! —Хорошо, — сказал парень, и настала секундная пауза. — Я, я с радостью. Мужчина кивнул и, поцеловав своего парня в лоб, ушёл в коридор. Послышался щелчок. Дьявол пошёл в туалет. Это отличная возможность рассмотреть дверь. — Прости, дружок, но я хочу свалить отсюда нахер, — прошептал Антон, смотря точно на скелет. Подойдя к двери, Шастун рассмотрел её со всех сторон. Было три замка. То есть два замка, одна щеколда и одна цепочка. Всё было закрыто. Хорошо подготовился, падла, но русские, по крови, парни не сдаются! Дёрнув один раз за ручку, он удостоверился в том, что она точно закрыта. Ну конечно закрыта, что? Он настолько глупый? Нет, он очень даже умный, так как где искать ключи от этой чёртовой преграды, Антон не имел ни малейшего понятия. —Знаешь, я бы предложил посмотреть комедию, — начал мужчина, и за этими словами последовал звук включения крана. Брюнет стал говорить что-то про фильмы и говорил, какой лучше посмотреть, пока мыл руки и губы после трапезы. Антон не слышал ничего, так как уши вновь заложило. В ушах зазвенело, а голос Дьявола был где-то далеко-далеко от него самого. Будто он сидит в театре на самом последнем ряду, слушая юношу, который говорил ему что-то без микрофона. На глазах навернулась влага, и большой комок в горле неприятно давил. Как доставщик пиццы нашёл их дом, если в глазок он увидел лишь лесную глушь.?

* * *

Антон отошел от двери, как от горячей кастрюли, когда послышался звук щелчка от замка. Взволнованный и одновременно напуганный взгляд парня упал на скелет, который, казалось, что следил за ним и пусть это на самом деле и невозможно, но голос твердил лишь одно. Он всё расскажет ему. Да, так оно и есть. Сейчас Дьявол выйдет, и Эд как заговорит, активно махая своей единственной рукой в сторону сейфной двери. Схватившись за голову, Шастун подошел к дивану, делая вид, что поправляет на нём две серые, непримечательные подушечки. Мужчина вышел и посмотрел на Антона, внутри которого бушевал ураган эмоций. —Ну что? Ты решил, какой фильм мы будем смотреть? — радостно спросил брюнет и посмотрел своими безумными глазами на Антона. —Давай что-нибудь страшное, — кивнул он ему и сел на диван, подминая к себе ноги. Коленки почему-то начинали ныть. Это у него в семье наследственное от матери. Значит, будет дождь. — А есть одеяло? Спросив это, парень постарался выдавить из себя улыбку, но получилось так себе. Нужно стараться, иначе никак. Арсений кивнул и открыл небольшой шкафчик, что стоял сбоку от дивана. Совсем не броский, но клетчатый плед всё же лежал на потрёпанном диване. Укрыв им ноги, Антон следил за тем, как мужчина уносил куда-то скелет. —Эд разве не будет смотреть с нами? — такое внимание от себя самого какому-то куску костей его пугало, но он сразу же отгонял эти мысли прочь, ведь нужно как можно больше вести себя странно, совсем как он. Это должно работать именно так. —Он, — Дьявол запнулся, посмотрев на экран телевизора. — Он не любит фильмы ужасов, поэтому пошел отдыхать. Это звучало не совсем правдоподобно, но что было, то было. Поверив мужчине процентов пятьдесят на пятьдесят, он также повернулся к экрану, смотря на то, как меняются каналы один за другим. —Слушай, а какое твоё любимое блюдо? — вдруг неожиданно (даже для себя самого) спросил Антон, постаравшись сохранить всё такой же невозмутимый вид, какой был до этого. Мужчина затих, из-под лба посмотрев на Шастуна. Такой вопрос вогнал его не только в ступор, но и вызвал удивление. Зачем ему это? Хочет сделать сюрприз? Он любит сюрпризы. — У меня нет определённого любимого блюда, я люблю домашнюю выпечку. Будь то печенье или тот же торт, — брюнет даже старался говорить с каким-то намёком. Это его однозначно веселило. —Понятно, я тоже это люблю, — кивнул тот, когда Дьявол снова стал листать каналы. Вот они наткнулись на «НСТ». Там шёл какой-то фильм про клоуна. Был момент, когда какой-то мужчина надевает на себя разноцветный костюм. Где-то он видел это. То ли трейлер смотрел, то ли кто-то говорил про него. Это выглядело и вправду жутко. — Может, комедию? —Ты что, испугался? — телевизор странно светил мужчине в глаза, отчего блеск был каким-то ненормальный (как иронично). Сглотнув, Антон выдохнул и сжал руку в кулак под пледом. —Нет, просто вдруг он будет скучным, — цокнув, юноша хотел перевести тему, но это получилось не особо хорошо, так как Дьявол усмехнулся. Усевшись поудобнее, Шастун крепко сжал в руках серую подушку. Не то, чтобы он боялся страшных фильмом или скримеров в них, просто они настолько неожиданные, что не можешь угадать, когда и что резко выпрыгнет. Да и к тому же, от такой закадровой музыки хочется постоянно оборачиваться назад, так как мозг посылает страшные мысли о том, что кто-то позади тебя, и он готов рубануть по голове чем-то тяжёлым. С момента начала фильма прошло фиг знает сколько времени, но начался какой-то страшный момент, где этот странный мужик в костюме клоуна полез в детскую секцию, преследуя детей в разноцветных трубах. Это выглядело отчасти смешно, но на самом деле страшно, когда отключается свет и прямо перед тобой в огромную жёлтую трубу влезает какой-то мужик, спятивший от костюма. От напряжённой обстановки никто даже и не заметил, что расстояние между парнями уменьшилось, а их рты были немного открыты, не говоря уже о нахмуренных бровях. Даже Арсению стало интересно. Не то, чтобы он как-то отличался от того клоуна, но он считает, что убивать нужно лишь плохих людей, они не достойны жизни. Музыка за кадром немного напрягала, отчего нащупав что-то под пледом, Антон крепко это сжал, прикоснувшись указательным пальцем левой руки к губе. Это что-то в ответ сжало руку парня, а Дьявол перевёл взгляд на сосредоточенного друга Эдика. Резко клоун убил ребёнка. —ААААААА! — громко крикнул Антон и захотел закрыть глаза двумя руками, но не понял, что сжимал руку Дьявола и тем самым потянул мужчину на себя. — А, ой, — лицо юноши находилось довольно близко к лицу брюнета, отчего он ойкнул, уставившись в глаза цветом небесной синевы. Они были то голубого, нет, точно синего цвета, как мятная жвачка на столе у его начальницы. Да, наверняка они точно так же придают свежести. Кожа отдавала бледностью в свете телевизора, и это выглядело комично. Смотреть фильм про маньяка, когда рядом сидит точно такое же чудо… —Э, а, — не зная, что сказать, Антон отодвинулся от мужчины, из-под чёлки посмотрев на него. Дьяволу же было наоборот даже очень уютно. Тепло от руки Антона было настолько приятным, что он даже и бровью не повёл. Он спокойно отсел от него, иногда поглядывая на шатена. Фильм парни досмотрели в тишине.

* * *

Господи, он сейчас умрёт от разрыва сердца. В комнате полная темнота. Что-то где-то скрипит, и скрип от этого «чего-то» отдаётся в ушах той самой страшной музыкой из фильма. Это напрягало каждую мышцу в теле парня. Он пытался сосредоточиться на своих мыслях, но каждый звук, будь то просто завывание ветра в небольшую шахточку под потолком или какой-то скрип из коридора. Это он, он пришёл за тобой! Эта мысль не давала покоя семнадцатилетнему парню, от чего тот с головой укутался в одеяло и отвернулся к стене, крепко зажмурив глаза. Антон не должен бояться такого! Не должен! Это всё детские сказки! Нет, это всё постановочная страшилка для того, чтобы испытать нервишки людей на прочность. Да, точно, так и есть. Это выдумки, выдумки, выдумки! Но с каждым новым звуком в тишине этого дома Антон переставал думать о несуществовании этого сраного клоуна. Если бы он не мог уснуть, то он бы пошел на кухню сейчас и выпил бы чаю вместе с отчимом, что смотрел телевизор после работы, или пошел бы к матери, которая бы ворчала, но всё равно обнимала сына, дабы защитить от страшного клоуна-убийцы. —Это всё не правда, — прошептал он, но как на зло шевельнул ногой, и кровать издала протяжный скрип, который заставил замереть Шастуна, словно он ёжик в огороде, на которого направили фонарь телефона. — Не верь, не верь, не верь…! Но разум отказывался это воспринимать так, как оно было. В голове вырисовывались странные узоры и мысли о том, как его убивают. Потихоньку силуэт клоуна сменялся силуэтом мужчины, отчего парень уже сам открыл глаза и уставился в стенку. Встав с кровати, под продолжительный скрип, парень мигом заглянул под кровать, боясь, что увидит там рожу страшного клоуна. И ведь в темноте и вправду показался красный большой нос и глаза, грозно сверкнувшие в звенящей тишине. Взвизгнув, Антон выбежал в коридор, прикрыв двери. Оперевшись о стену рядом с дверью, он раскрытыми глазами посмотрел в сторону деревянной преграды. Он был там! — Я знаю, ясно?! Заткнись! — тихий шёпот разрезал тишину, а затем снова стало тихо, как в бункере, если это и есть он. — Нет этого, этого нет… Вдруг взгляд резко упал на дверь в комнату Дьявола и Эда. А что если? Нет, нет! Чушь собачья! Но ему так страшно, и пусть он опасен для него, но Дьявол же не станет убивать Антона за это, верно? Верно. Да и к тому же, отношения у них нормальные. Ну шестьдесят на сорок с натяжкой. —Это просто сумасшествие! — прошипел парень, на цыпочках подходя к двери в ту самую комнату. Зайдя внутрь, он увидел, что мужчина лежал на одном краю, а Эдик лежал рядом с ним, но только на полу. Видимо упал бедный, во время объятий. А вот тут уже горела лампа на тумбе и можно было увидеть то, что из-под одеяла выглядывала рука брюнета с довольно-таки хорошими мышцами. Антон немного засмотрелся на них, так как всё-таки переходный возраст давал о себе знать. Мотнув головой, он медленно прошел по комнате, стараясь не издать лишнего звука. Антон не помнит, как лег в кровать из-за страха, так как под самой мебелью что-то зашуршало. Не помнит, как юркнул под одеяло и затаил дыхание. Как постарался привыкнуть к прохладному белью. Но одно Антон точно запомнил. Сквозь дрёму он почувствовал, как кровать позади него прогнулась, и его шею стало обдавать тёплое дыхание. Помнит, как рука Дьявола легла на его бёдра, притягивая Шастуна к горячему телу. И почему то все звуки перестали ему казаться такими страшными. Скрип и завывание ветерка больше не пугали, и красный нос с грозным глазами под кроватью стали казаться ему неудачной фантазией.