My savior, my love

В машине слышался привычный гул. По радио уже как полчаса шли только помехи, ибо по приближению к северной резервации частота звука и связи значительно ухудшалась. Она смотрела на пейзаж за окном машины; дорогу окаймляли снежные пустоши и высокие ели вдалеке, формирующие настоящие лесные массивы, покрытые инеем и тенью предгорья. На вишневых губах ее расцвела ностальгирующая улыбка о проведённом детстве в этих живописных, диких местах. Она плохо помнит, как чуть не утонула на озере и то, кто и как ее спас. Последний вопрос волновал как нельзя кстати, поскольку ее спаситель являлся будущим женихом, к которому они ехали прямо сейчас. Ей было восемнадцать лет, омега совсем недавно поступила в экономический университет и совсем никак не могла бы согласиться с переездом за город, потому что учеба стояла для неё на данный момент первостепенной, важнейшей задачей. Замужество и обручение в ее планы не входило, ближайшие по крайней мере точно, поэтому известие от родителей о том, чтобы она собирала чемоданы, ибо сын вожака вернулся из трехгодового ледникового похода с целью освоения новых территорий, было вопиющей неожиданностью. Впрочем, долго сопротивляться она не стала. Во-первых, настояли папа с мамой, во-вторых, из чувства благодарности она готова была совершить эту поездку, а в третьих — интерес и любопытство съедали ее всю с начала пути. Маленькой она помнила мальчика смутно, даже не знала имени, а уж тем более того, что он был сыном главы клана. Наверное поэтому Юн На никогда не видела его рядом с ребятами или играющим с друзьями. Сын вожака провёл все своё детство в суровых условиях подготовки, как будущий преемник. Когда она веселилась, бегала и играла в снежки, ее будущий муж каждодневно учился драться и отражать всевозможные атаки. Пока она спала утром в тёплой постели, он пробегал несколько километров по страшному морозу вокруг леса; пока она играла в куклы, он брал перчатки и бил грушу; пока она купалась в родительской ласке, его единственной наградой являлся отцовский кивок и одобрение…они были разными, как инь и ян, но в то же время объединённые чем-то, что находится глубоко за пределами понимания. Мама сказала, что это импринтинг. Запечатление. Когда волк выбирает себе пару на всю жизнь. Разве такое бывает? Разве мог он запечатлеться на ней так быстро…? На ней? — О чем ты думаешь? — вдруг раздаётся лукавый голос мамы, повернувшейся к ней с переднего сидения. — Аж глаза светятся! Говорят Чонгук стал таким красивым. Истинный наследник севера. — Его Чонгук зовут? — тут же заинтересовалась девушка, желая податься вперёд. Ремень безопасности сдавил ее грудь и заставил вернуться в исходное положение. — Сонгун говорил, что уже большую часть дел именно сын ведёт. Такой молодец. Даже в детстве был серьезный, помнишь? — перебивает отец, обращаясь к маме, от чего ее вопрос остаётся без ответа. Она поворачивается обратно в сторону окна и погружается в мысли. Каким же на самом деле он будет? Ждёт ли он или считает все формальностью? А она? В голове смутно всплывают картинки ее спасения из ледяной воды. Единственное, что девушка хорошо запомнила — это глаза. Чёрные проницательные глаза, которые точно выжигали в ней дыру или гипнотизировали, как мерцающие далекие звёзды на ночном небе. Это был тяжелый, но уверенный и спокойный взгляд, и лишь где-то на их задворках она помнила всполохи первобытного огня. Вспомнила присутствие его зверя. Он был сильным волком, судя по рассказам родителей. Юн На облокачивается лбом о стекло, вглядываясь вдаль, и совсем на мгновение ей кажется, что она видит, как равняясь в скорости с их джипом, какое-то маячащее тёмное пятно взбивает клубы снега на равнине, словно преследуя их, идя по пятам. Омега замерла, когда услышала в тишине автомобильного салона отзвуки громогласного, мелодичного волчьего воя со стороны гор. Их встречали. *** Около крыльца их коттеджа, который они давным-давно оставили, ожидал вожак. Он встречал их широкой, дружелюбной улыбкой и держал в руках два букета цветов. Он вручил их ей и маме, на что женщина зарделась и прикрывая смущение нелепыми шутками, рассказывала о том, как долго они добирались. Отец стоял рядом с ней и молчал, флегматичный по своей натуре он говорил мало и больше размышлял, глядя куда-то сквозь людей. Он был холодным внешне, но невероятно тёплым и милосердным в душе. Ей передался его сдержанный и меланхоличный характер, а от общительной мамы упорство и настойчивость. Она считала, что родители являются истинным воплощением пары огонь и лёд, но пламя не заставляло льдины таять во вред себе, а лёд не тушил пожар в девичьем сердце. В семье царила гармония. — Юн На! — голос главы стаи прозвучал громко и ухабисто, заставив ее вздрогнуть и улыбнуться. Тяжелый запах мандарина чуть не снес ее с ног напором. — Просто красавица! Так похожа на маму, удивительно… — мужчина, чьи чёрные волосы тронула благородная седина, точно серебряные линии ручейка проглядывались среди грота темных камней, подошёл и резко обнял. Силы старого волка оказались для неё, как для человека, чересчур, поэтому из груди вылетел жалобный стон и весь воздух. — Гун, ты ее раздавишь. — издал смешок отец и похлопал приятеля по плечу. — Ох, правда. Прости, моя дорогая. Забыл каково это, когда обнимаешь человека. — вожак посмеялся и отстранился от неё, давая вдохнуть свежий кислород. Горный мороз щипал щеки. — Ты совсем хрупкая. Не ешь? Ну мы это дело поправим, моя Ёнджин готовит отличные пироги. — радостно проговорил мужчина и повернулся к родителям. — Чего стоим? В дом быстро, иначе нас снесет ветер. Метель начинается. — Где? — непонимающе хмурится Юн На, оглядываясь, желая найти признаки упомянутого стихийного явления. — Серые тучи над хребтом. Пики гор совсем не видно. — отвечает отец, подталкивая ее рукой в спину. — Давай скорее. — сердце волнительно забилось и девушка поспешила за мамой в дом, пока альфы остались на улице, чтобы во время перекура поговорить наедине. В коридоре было тепло. Отопление исправно работало и в прихожей слышался гул генератора где-то на цокольном этаже. В помещении приятно пахло древесиной и смешанными родительскими запахами. Она словно возвращалась в далекое детство. Мама включила плазменный телевизор в гостиной, обрадовавшись тому, что программы исправно работают, и указала ей на мягкий диван. — Можешь отдохнуть, я пока схожу на кухню, посмотрю, что нужно будет прикупить в магазине. — А мы сюда навсегда вернулись? — омега расслабленно располагается на пледе и облокачивается на спинку. — Конечно. — Что? — испуганно воскликнула, поворачиваясь. — В смысле? Как? — Ты помолвлена с сыном вожака, как ты себе представляешь раздельное проживание с запечатлённым оборотнем? Тем более с таким. — Каким таким? — возмущается она. — Чонгук очень сильный волк, Юн На. Его звериное начало намного чувствительней, чем ты привыкла. Повадки отца ещё ничто по сравнению. Но мы не будем это обсуждать, пока вы не встретитесь. — Я не буду здесь оставаться! У меня учёба! — девушка кричит маме вдогонку, но старшая омега, беспечно напевая себе что-то под нос, упорхала на кухню, оставляя после себя лишь сладкий запах лаванды. Она фыркнула и раздраженно скрестила руки на груди, насупливая брови. — Чего дуешься? — с улицы вернулся папа, стряхивающий с ворота куртки снежинки и следом снимающий верхнюю одежду. — Снег пошёл. Такой сильный. — Я не думала, что уеду сюда навсегда. В городе осталось почти все. Альфа устало приземлился подле неё, обдав успокаивающим ароматом табака и сандала. Ворот его шерстяного свитера слегка растянулся. — Давай мы посмотрим по обстоятельствам. Ты ещё даже не виделась с будущим женихом, а уже хочешь сбежать из-под алтаря. — Ничего я не хочу. Просто это неожиданно. А если он мне не понравится? — отец усмехнулся, красноречиво взглянув на неё. — Твоя мама бы поспорила. — Может у меня будет по другому? Импринтинг только с ним случился, а я человек и такого не смогу ощутить. — Почувствуешь, когда увидишь. — Вдруг он злой. — Брось, Юн На. — хмыкнул альфа и откинул голову на спинку дивана, прикрывая глаза. — Ты встретишь его и вспомнишь. — Что вспомню? — Все. — отец как всегда был чрезвычайно многословен и безумно загадочен в своей любви к тишине. — Я нашла замороженную курицу! — раздался счастливый крик с кухни. Волк навострил уши. Мужчина тут же поднялся как ни в чем не бывало и направился в сторону маминого голоса, забавляя своей мгновенной реакцией; на еду, на жену или на все вместе — неважно. Девушка подперла голову ладонью и посмотрела в сторону панорамного окна, наблюдая за внутренним садом коттеджа, где уже бушевала пурга. Омега задумчиво пожевала нижнюю губу. Ей не терпелось увидеть суженого, она знала, что не сможет спокойно заснуть, пока где-то поблизости бродит Он — предмет ее любопытства. Ночью метель не успокаивалась. От тревоги она не могла сомкнуть глаза дольше, чем на пару часов. Девушка, накинув вязаный кардиган, приблизилась к окну в своей комнате и зажгла торшер, вглядываясь в еле видные деревья и заснеженные опушки. Вой по трубам заставлял холодеть все внутри. От батареи исходил жар и она невольно прижалась к ней бёдрами. Вдалеке перед полосой начинающегося леса Юн На вдруг заметила знакомое чёрное пятно. Оно же причудилось ей ещё во время поездки на машине, перед въездом в резервацию. Теперь девушка была уверена, что это действительно волк, а не иллюзия. Она прищурилась, наблюдая за быстрым передвижением фигуры, которая замедлилась совсем рядом с их домом. Тогда омега буквально вжалась лицом в окно и от дыхания запотело стекло. Волк стоял неподвижно какое-то время и ей показалось, словно он так пристально смотрит именно в ее сторону, именно в ее окно. От этого осознания девушка ойкнула и тут же спряталась за шторой, спешно выключая свет. Исподтишка она продолжила следить, но зверь, будто бы потеряв интерес без ее внимания, тут же исчез, точно растворившись среди метели, как северный дух. Она удивленно похлопала глазами. — Привиделось? — прошептала себе под нос и снова посмотрела в окно, но уже никого не видела, только мглу и белые вихри снега. Омега прошла обратно к кровати и легла в постель. Подложив ладонь под щеку и закрыв глаза, прежде чем окончательно провалиться в сон, она долго думала о предстоящей встрече с женихом и о том, что же за таинственный незнакомец является ей уже второй раз. Юн На была уверена, что это оборотень и скорей всего член стаи, ибо территорию хорошо контролируют от вторжения чужаков или диких животных. Почему же она снова видела его? Кто он? За мириадами крутящихся в голове мыслей она не заметила, как задремала. *** Под ботинками скрипел снег. Девушка стояла посреди центральной тропы и дышала колючим, холодным воздухом, щурясь из-за отражающихся от заснеженной травы солнечных лучей. Дух ее захватывало от созерцания здешней природной красоты и величия гор. Хвойный лес покрывал большую часть территории и в сравнении с многовековым снегом выглядел отрывистым тёмным пятном, хаотично расположенным в разных местах. Ей безумно хотелось прогуляться, но было страшно одной выходить за пределы коттеджных застроек, поэтому омеге оставалось лишь довольствоваться игрой воображения. — Юн На? — раздался неуверенный мужской голос позади. Она резко повернулась. — Чимин! — радостно воскликнула девушка, увидев давнего лучшего друга. Альфа широко улыбнулся и раскрыл руки для объятий. Она прижалась к его легкой куртке и вдохнула уже успевший забыться освежающий запах цитрусов. — Как же ты вырос! А в детстве я была намного выше тебя. — она отстранилась и взглянула на него снизу вверх, удивляясь той значительной перемене, произошедшей в нем. Теперь парень выглядел намного сильнее и взрослее, несмотря на то, что его выражение лица оставалось таким же веселым и подвижным, как раньше. — А ты, кажется, становишься все ниже. — усмехнулся альфа. — Как дела? — Все хорошо, как ты? — Тоже. Надолго приехали? — На самом деле я не знаю, но постараюсь не навсегда, как того хотят родители. — Почему? — удивился Чимин. — Ты ведь должна выйти замуж за Чонгука? — И что? Нельзя учиться жене сына вожака? — раздраженно дёргает плечом омега. — Мне здесь очень нравится, но из города я не уеду, пока не окончу университет. Кстати…откуда ты знаешь про помолвку? — нахмурилась она. Пак дёрнул уголком губ вверх и снисходительно посмотрел на нее. — Это ведь и тогда было понятно. Да и каждое значимое событие в жизни стаи обычно становится известно всем. Как эхо. — Понятно. — улыбнулась Юн На. — Мы же ещё встретимся потом? Сегодня мне нужно поехать в торговый центр с родителями неподалёку. — Конечно. Я так соскучился, мы столько лет не виделись. Даже непривычно. — Чимин тоже улыбнулся. — Только мне нужно быть осторожнее. — Почему? — непонимающе вздёрнула брови девушка. — Мы волки народ ревнивый. — хмыкнул он. — То, что чувствуем мы в этот момент, не чувствует ни один человек. Все же ты почти замужняя омега. — Ты же мой лучший друг! — она отмахнулась от его слов, точно они были несусветной бессмыслицей. — Ничего страшного. Я ещё не замужем. — Но уже помолвлена. С Чонгуком. — Вы правда все так его боитесь? — Это наш будущий вожак. Мы его уважаем, а не боимся. Он тебе понравится. — Мне становится очень интересно. Уже так хочется его увидеть! — в глазах ее блеснул задор и любопытство, но вместе с тем на щеках вдруг образовались румяна от смущающих мыслей. — Ты разве ещё с ним не встречалась? — Нет, не успела. — разочарованно вздохнула. — Но сегодня будет семейный ужин, полагаю, что там и познакомимся. — Я думал, что ты его помнишь. Разве нет? — Совсем плохо. — девушка начинает перебирать в голове все фрагменты своего детства, но как назло всё обрывается на моменте ее ухода под лёд. Она вздрагивает от этих страшных воспоминаний и невольно обнимает себя за плечи. — Не помню, ты прав… — Не хочешь прогуляться? Потом я провожу тебя до дома. — Конечно. Недалеко можно. — улыбнулась Юн На и медленно пошла рядом с Чимином, однако все мысли ее снова вернулись к случаю из детства. По коже побежали мурашки. Она не слышала, что говорил друг, потому что погрузилась в полную задумчивость. Омега чувствовала, что упускает что-то важное, словно память просто удалила воспоминание из-за травмированного опыта. Это ее раздражало и расстраивало одновременно, но как она не пыталась, красочные картинки в голове невозможно было поймать и разглядеть. Детство было соткано из крупиц, из тонких нитей, за концы которых она никак не могла ухватиться, как бы не старалась. Они исчезали, проваливались глубоко и не позволяли уловить за собой тонкий флёр таинственности, в ее воображении связанный с сыном вожака. Она совершенно не помнила, как он выглядел и действительно ли именно он спас ее когда-то. *** Юн На поправляет волосы и смотрит на сверкающие в отражении сережки. Крошечный перламутровый камень напоминает своим отблеском голубоватое свечение лунного света или серебряное сияние звёзд на ночном небе. Девушка взволнованно вздыхает и поправляет вязаное белое платье, чтобы ворот у горла выглядел аккуратно. В ее расширенных глазах можно заметить тревогу и интерес перед предстоящей встречей. Ужин должен будет проходить в доме вожака, поэтому несмотря на то, что глава клана всегда относился к ней по отечески, она все-таки ощущала некоторую официозность и желание произвести непременно хорошее впечатление, уважительное и целомудренное. Омега тянется рукой за флаконом духов, но останавливается и решает не перебивать свой природный запах иными искусственными ароматами. Невольно она думает, что альфе будет спокойней и приятней, если он будет чувствовать ее собственный запах. В комнату заглядывает мама и при виде дочери восхищённо улыбается. — Ты просто красавица! — Я старалась одеться так, чтобы было тепло и красиво одновременно. — улыбнулась девушка и выключила свет около туалетного столика. — Нас уже ждут. Пора. — после этих слов она с лёгким испугом посмотрела на настенные часы. Старшая омега заметила дрожащие руки. — Не переживай, все пройдёт хорошо. Он очень ждал встречи с тобой. — Поэтому я и переживаю. — Юн На вышла за мамой в коридор. — Наверное за те годы, что он провёл в походе, его характер мог стать более…суровым. — Да, он закаленный волк. Но очень хорошая и выгодная партия для замужества. С ним ты всегда будешь в безопасности, не то что с этим, — женщина закатила глаза и скривила лицо, словно одно только упоминание или произносимое имя человека вызывало у неё все физические отвращение. — С Хинсу. Твой одногруппник, который признавался тебе в любви. Ты ведь его отвергла? — Конечно. Он весёлый друг, но не более того. — И правильно. И он человек. — Но я тоже, и ты. — напомнила она, пока мама накидывала на плечи тёплую шубку. — Заметь, в стае больше нет таких межвидовых союзов. Твой отец настоящий бунтарь. — Я заметила. — издала смешок девушка, вспоминая отца, приверженца самых строгих традиций и беспрекословного соблюдения порядка. Никак не укладывалось в голове, что он мог когда-то нарушить какие-либо правила. — Поэтому не упрямься и попробуй присмотреться к Чонгуку. — А главу клана не смущает то, что его сын женится на человеческой женщине? Дети могут быть людьми. Кто тогда станет вожаком после Чонгука? — возмутилась Юн На, следуя за мамой на улицу. На крыльце дома в лицо сразу же ударил промозглый, холодный ветер. Она подняла голову, разглядывая скрывающиеся верховья гор за облаками. Ночное небо было затянуто тучами. — Гоён, она скоро доведёт меня до белого каления своими вопросами! — звучит звонкий голос старшей омеги и альфа смеётся, продолжая счищать снег с корпуса машины. — Дорогая, импринтинг дело тонкое в мире оборотней. Если уж так произошло, значит так должно быть. Духи делают все правильно и не ошибаются. — Точно? И мне стоит просто довериться судьбе? — Может и стоит. — отвечает отец, бросая на неё взгляд. — Садитесь уже в машину. На улице мороз. То время, что они ехали от коттеджного комплекса до нужного дома, у неё тряслись колени и скручивало желудок. Сжимая руками ремень безопасности, девушка смотрела в окно на темный лес и на сугробы, освещаемые фарами авто, мысленно представляя себе будущую встречу и то, как она себя поведёт и как потенциальный жених отреагирует. Она представляла себе все в красках и подробностях, рисовала в голове диалоги, эмоции, свою реакцию на некоторые вопросы и начинала переживать ещё сильнее. Сердце за рёбрами трепыхалось так, будто ещё немного и выпрыгнет прямо в руки хозяйки, после чего попросит его не мучить такими эмоциональными переживаниями, все-таки так или иначе свойственными юной девушке в ее возрасте. Успокоиться было тяжело, но она пыталась это сделать попеременными глубокими вдохами и выдохами, и у неё это практически получилось, когда их машина наконец завернула за угол и перед ее глазами предстал уютный, современный дом, окутанный оранжевым светом фонарей. На крыльце возвышались три фигуры; самая крупная и величественная вожака, рядом с ним находилась невысокая женщина, а чуть поодаль, как бы автономно, стоял Он. Чон Чонгук. Вальяжно облокотившись о перила веранды, парень наблюдал за движением их джипа. Ее сердце сделало предупреждающий кульбит, подпрыгнув к центру солнечного сплетения. — «Боже…почему я так волнуюсь?» — судорожно подумала омега. — «Он такой уверенный, такой спокойный…разумеется, ведь на своей территории…но все же почему он такой спокойный, а я так нервничаю?» — негодовала девушка. Машина остановилась, мотор постепенно заглушился и мама повернулась в ее сторону. — Какая ты бледная. Ты хоть дышишь? — Юн На резко выдохнула, понимая, что действительно задержала дыхание при виде того, кто внёс такое смятение в ее душу за последнее время. — Выходите, я догоню. — прозвучал голос отца. Старшая омега повиновалась и вышла на улицу, пока она продолжала сидеть в салоне авто. Только набравшись смелости и заставив себя успокоиться, девушка все-таки направилась следом за мамой, однако не учла, что они припарковались на заснеженном участке, поэтому ее выход из машины получился наиболее грациозным и запоминающимся для невесты — главной гостьи вечера. Она спрыгнула с сиденья, поскользнулась и ноги тут же увязли в сугробе, тело пошатнулась. Равновесие удалось удержать разве что благодаря тому, что она схватилась за дверь машины. — Юн На? — Все нормально! — неловко откликнулась омега, спешно выпрямляясь и отходя на ровную дорогу. Щеки ее горели от смущения. — Идём. Бери меня под руку. Везде лёд. — Я уже заметила… — неуверенно пробормотала в ответ. По мере приближения к крыльцу сердце ее заходилось все в большем ритме. Вожак с улыбкой встретил их, начал что-то говорить, но все пропало, только почувствовала она яркий запах кедра. Терпкий, тяжелый, но окутывающий таким чудесным ореолом безопасности, что внутри все вмиг затрепетало, активно отзываясь. Эта необычная эйфория сковала и заставила провалиться в омут эмоций. Она никогда не реагировала на запахи остро, никогда не встречала кого-то, под чьим давлением феромонов ей захотелось бы перестать перечить и позволить окружить себя своим пристальным вниманием. Но теперь ей стало это необходимо. Она тотчас же отыскала обладателя сильного аромата. Чонгук смотрел в ответ. Его чёрные глаза пронизывали до самых укромных мест души, проникали в закрома памяти и ворошили прошлое. Вытягивали фрагменты детства из глубин одним лишь хищным взглядом. Ее обдало холодом: настоящего ветра с гор или того, которое исходило от льдистой воды воспоминаний — не имело значения. Это был он. Тот, кто спас ее однажды на озере. Ее будущий муж. Она узнала. — Здравствуй, — мягкий, низкий тембр, идущий из самого горла, точно тонкое, но грозное рычание волка, пустил по коже мурашки. — Юн На. ***