Верь мне.

      Да пошёл ты! — девушка нервно швырнула телефон в сумку. Но у новомодного гаджета были свои планы. Он легонько коснулся кожаного края, изменив свою траекторию и осыпая блестящими частями каменные ступеньки, направился вниз. На последней ступеньке, встретив препятствие в виде найковского кроссовка высокого черноволосого парня, развалился на несколько частей, издав противный хруст. Паренёк поднял остатки гаджета, покачал головой и озадаченно взглянул на бывшую владелицу. Ленка стояла и завороженно смотрела на руки державшие жалкие остатки айфона. А посмотреть было на что. Она даже спустилась на несколько ступенек к парню, чтобы рассмотреть замысловатые вязи, заполняющие всю правую руку.       — Мне очень жаль, — проговорил парень, невольно смутившись под столь пристальным разглядыванием его части тела.       — Пофиг, — махнула рукой девушка, — Достал уже!       Парень бережно переложил запчасти в подставленные девушкой ладошки и улыбнувшись, попрощался. Она стояла и смотрела вслед парню с удивительной пасхальной улыбкой.       Ленка заканчивала последний курс юридического факультета. Оставалось сдать последнюю сессию и уйти на диплом. Но без кордонов не обходилась ни одна сессия. Вот и в этот раз, препод по международному праву решил, что парочка проектов Ленке не помешает, и только после этого она будет допущена к экзамену. Она бесилась, но провести пару ночей за написанием презентации, всё же придётся. Да, ещё бывший парень доставлял немало проблем за последние несколько дней. Названивал, угрожал выдёргиванием ног будущим ухажёрам. Она боялась, потому как физическая подготовка Егора была на высоте. Парень гордился своим мускулистым телом и частенько делал массовую рассылку фоток со своим обнажённым торсом друзьям и случайным знакомым. Сначала Ленку это забавляло, потом озадачивало и настал момент, когда стало откровенно раздражать. Несколько раз она начинала этот разговор и заканчивался он всегда одинаково — громким хлопком входной двери и чёрным списком в контактах его телефона. Егор обижался ровно неделю, пока не заканчивались денежные средства, а потом, как ни в чём не бывало, вновь появлялся на пороге её съёмной однокомнатной квартирки на пятом этаже в убогой хрущёвке. После очередного егорова закидона, она расторгла договор аренды и съехала к маме, в родную двушку в спальном районе. Добираться до универа стало сложнее, но спокойнее. Она втайне от близких радовалась, что трёхлетняя связь с Егором закончилась так просто и почти безболезненно. Иногда мысли всё же возвращались, но крылья расправленные за спиной, вздрагивали отгоняя нахлынувшие воспоминания.       Она брела по широкому проспекту, медленно удаляясь от универа, пока громкий топот не заставил девушку обернуться.       Тот самый паренёк, с лучезарной улыбкой догонял, отчаянно размахивая зажатым кулаком. Она остановилась и повернулась к нему.       — Вот, — он разжал ладонь, в которой поблескивая перекатывалась камера телефона, — Ещё одна запчастюлька, я подумал, вдруг она Вам пригодится для ремонта.       Она улыбнулась и покачала головой:       — Скорее всего ей понадобится уютная могилка вместе с остальными частями.       Он хохотнул, оценив шутку и настроение девушки внезапно поднялось.       — Хочешь мороженое? — неожиданно для себя предложила парню Ленка.       Он согласно кивнул и протянул ладонь:       — Студент первого курса по обмену, Чон Чонгук, факультет международного права, - учтиво поклонившись Чонгук заглянул девушке в глаза.       Она вздрогнула и утонула в чёрных ласковых глазах, в которых плескались золотистые искры, отражая солнечные блики. Перед ней стоял высокий, с тёмными густыми волосами, обаятельный до невозможности кореец с вопрошающим взглядом.       Она смущённо фыркнула и выдала:       — Ленка, будущий следак! Учусь и живу в этом городе.       Чонгук удивлённо поднял брови и стал похож на шаловливого оленёнка, отбившегося от матери.       Он зацепил её ладошку крепкими пальцами и махнув головой в сторону кафешки, зашагал через улицу. Она не пытаясь вырваться, семенила за ним перебирая стройными ножками, обутыми в туфли на высоченных каблуках, а второй рукой придерживая короткую юбку, которую нахальный ветер постоянно намеревался завернуть на спину.       Небольшое уютное кафе встретило ароматными запахами свежей выпечки. Они заняли столик у широкого окна, дающего обзор на проспект и небольшой зелёный сквер со стройным рядом лавочек. На небе собирались тучи, грозя промочить неудачников, оказавшихся в этот час на городских улицах без зонта.       Ленка отвлеклась от созерцания картины за окном, когда пряный кофейный аромат защекотал в носу. Чонгук поставил на столик тарелку с вкусно пахнущими круассанами политыми горячим шоколадом, и две чашки с капучино с молочной пенкой и сердечками посыпанный корицей. Она зажмурилась от удовольствия и впилась ровными зубками в аппетитный бочок круассана. Чонгук, глядя на девушку, откусил сразу добрую половину и отхлебнул кофе. На его губах осталась молочная пенка и Ленка поймала себя на мысли, что с удовольствием слизнула бы с мягких полных губ, остатки молока и корицы. В глазах защипало и она лихорадочно сглотнула, покраснела и опустила глаза в чашку, разглядывая тающее сердечко. Парень усмехнулся, заметив красные щёки девушки. Ему ли не знать, как реагируют на него девушки. И эта, причём довольно привлекательная особа, не исключение. Хотя, чего душой кривить, девушка понравилась ему сразу, особенно сам момент первой встречи.       Этот прыгающий по ступенькам гаджет, выдернул его из собственных размышлений, не дававших покоя последние несколько дней. Сессия сдана, и он должен вернуться в Корею на каникулы. Но каждый раз от покупки билета его что-то останавливало. Сначала зависла программа на этапе бронирования билетов. После сто первой перезагрузки сайта, билеты на ближайшие даты закончились. Одногруппник Чона обещал помощь через знакомого, но того ночью забрала скорая с аппендицитом. И вот не спеша, он поднимается к входу в универ прокручивая варианты и способы доставки собственной персоны домой, пока грустный гаджет не шлёпнул по кроссовку. На верхней ступеньке, в короткой белой юбочке, которую трепало ветерком, стояла девушка. Нахмуренные бровки, капризно поджатые розовые губки и, длинные светлые волосы напоминали живую чёрно-белую фотографию с ярким цветным акцентом в центре. Серые глаза, обрамлённые тёмными ресницами внимательно пялились на его татуированную руку, чем ещё больше удивили Чонгука. И вот, эта девчонка с растрёпанными шаловливым ветром волосами, сидит напротив него и залипает на его губах, не отводя глаз. Он улыбнулся, облизнул пухлые губы и потрогал пальцем пирсинг на нижней губе.       Ленка моргнула и вышла из ступора, мгновенно взяв себя в руки, спросила:       — Я многих знаю с твоего курса, но тебя раньше не встречала в универе!       — Так мне тусоваться некогда, — он опять улыбнулся своей пасхальной улыбкой, — С утра пары, потом сразу в зал, задания и спать. Иногда, в выходные пешие прогулки с друзьями за городом. Я даже ни разу на группой тусовке не был!       — Ну, это ты зря! — Ленка прищурилась, — Самое интересное пропустил в этом году! О чём же ты вспоминать будешь, сидя на пенсии? И о чём будешь рассказывать внукам, о юношеских похождениях, которых не было?!  — Она хихикнула и прикрыла рот ладошкой, чтобы непрожеванный кусок круассана не выпал на стол.       Чон усмехнулся. А ведь и правда, когда ещё придётся потусить? Его с малых лет приучали корпеть над уроками. Школу Чон Чонгук закончил с отличием. Мечта всей его жизни была скорее мечтой его родителей, в основном отца. Отчасти поступление в универ по обмену на факультет международного права, было возможностью выбраться из-под тяжёлого гнёта родительской опеки. Он с радостью согласился, когда ему предложили вариант обмена с российским вузом, и при первой же возможности покинул Южную Корею. Отсутствие тех немногочисленных друзей, которыми он обзавёлся в старшей школе, его не угнетало. Он прекрасно себя чувствовал в одиночестве. Но Россия очень отличалась менталитетом и системой воспитания подростков. Чонгук удивлялся, насколько свободно чувствуют себя вчерашние выпускники школ. Как свободно и просто парни общаются между собой, и с девушками, порой не стесняясь в выражениях. Как громко и эмоционально тусят на концертных площадках и других развлекательных местах. Он немного стеснялся девушек, которые оказывали ему знаки внимания, но ему очень это нравилось и чуть-чуть льстило.       Ленка заметила на лице спутника тяжёлый мыслительный процесс и легко прикоснулась кончиками пальцев к татушкам на руке.       — Эй, — позвала она, — Надеюсь ты не сочиняешь историю для своих потомков?       Чонгук отмер и ухватил тонкие пальчики своими большими и тёплыми ладонями.       — Пойдём погуляем? — он поднялся, потянув её за собой к выходу.       Улица обдала их свежестью, после прошедшего дождя. В лужах отражались солнечные лучи закатного солнца. Ленка не заметила, как они просидели несколько часов за разговором. Смеялись и немного грустили вспоминая о своих школьных годах. Ей так кайфово не было давно. С Егором подобные посиделки закончились на второй неделе знакомства, плавно перейдя в постельный режим. Романтизм умер, так и не начав жить.       Держась за руки они бродили по пустынным летним улочкам Ленкиного города. Чонгук живо интересовался местными достопримечательностями, разглядывал мемориальные таблички на обшарпанных стенах домов. Они очнулись, когда последний шальной лучик, скользнул в высыхающей лужице и исчез, унося с собой прошедший день. Ленка повернулась к пареньку:       — Ну, вот, я дома, — немного с сожалением проговорила она и зябко поежилась.       — Телефон дать не смогу, по известным причинам! А новый будет завтра.       — Тогда до завтра! — ласково прошептал Чон в самое ухо и пожав на прощание хрупкую ладошку, зашагал в сумерки.       — До завтра, — прошептала Ленка, тщетно вглядываясь в темноту поглотившую нового кавалера.