Одиннадцать ночи

***

      Рука девушки медленно, плавно идёт по голове парня, лежащего у неё на коленях. Мунсу опять был расстроен и подавлен. Тяжко выдохнув, он поворачивается на спину, начинает смотреть в потолок. Пальцы Ха-Юн зарываются в его слегка пушистые чёрные волосы, от чего парень закрывает глаза, набирая полную грудь воздуха. Было так приятно осознавать, что рядом с тобой есть друг, который может поддержать тебя… Даже в такое время ночи. На часах было около одиннадцати.       — Может, тебе чаю принести? — предложила девушка. Её голос был сладок, как мёд, ласкал уши парня. Он повернул голову на шкаф, всматривался в их отражение на лакированной дверце.       — Может быть…       — Какой хочешь? Есть чёрный, зелёный, «синяя бабочка»…       — Ромашковый… Если есть.       Девушка покачала головой. Пришлось выбрать зелёный. Когда Ха-Юн ушла на кухню, Мунсу закрыл глаза, невольно вспоминая прошлую ночь, от которой ему до сих пор воротило. Пока он был у друга, к нему заявились его родители, выждав тот момент, когда парень будет вовлечён с головой в азарт игр и небольшой вечеринки с пиццей и соком. Ох, какая тогда была ругань… Наверное, слышали все соседи, как две стороны пытаются «договориться». И кое-кто, скорее всего, видел, как парень выталкивает родителей с квартиры друга, как они продолжают звать его, даже когда тот не отвечает им и старается успокоиться и вскоре уходят.       От этого Мунсу скривил лицо, стараясь воздержаться от слёз, весь сжался, лёжа в позе эмбриона на диване Ха. Вскоре девушка пришла и аккуратно поставила чай на столик перед ним. Парень дёрнулся, глянул на чашку, а потом в глаза подруги.       — Ты не сдерживайся… Если хочешь — поплачь… Я тебя понимаю, Ли. — проговорила девушка, подсаживаясь к нему поближе и начиная гладить по плечу. Мунсу, с видом обиженного ребёнка, которому не разрешили поиграть на компьютере в любимую игру, лежал в таком виде на диване ещё пару минут, пока не решил выпить горячего чаю. Руки будто бы были не свои. Сил мало, как и желания двигаться, причинять себе боль какими-то действиями физическими.       Ха-Юн продолжала гладить парня по плечу, не отставая от него. Кажется, эти касания ему хоть как-то помогали справиться с плохими мыслями. Сделав большой глоток, юноша привалился к девушке, положил на её плечо голову, снова вздыхая. «Бедняжка, — пронеслось у неё в голове, — столько пережил…». Продолжая гладить парня, она подсела поближе к нему, чтобы его обнять.       Вскоре парень успокоился и уже дремал в руках Ха-Юн. Она был рада тому, что её возлюбленному стало чуть получше. Продолжая гладить его по голове и плечу, она поцеловала его в висок, от чего Мунсу поворочался на её груди. Прошло ещё некоторое время, пока Мунсу не проснулся и не встал с колен Ха. Она вопросительно посмотрела на парня, который, встав на ноги, пошёл в ванную и закрылся там. Волнение начинало нарастать. Она смотрела с зала в сторону ванной комнаты, стараясь себя не накручивать всяким. Она облегчённо вздыхает, когда слышит звук смыва воды и то, как открывается уверенно дверь. Он заходит обратно к ней, садится рядом, скрещивает руки на груди.       — Всё… Хорошо, Мунсу? Никаких проблем нет? — она кладёт на его плечо руку, надеясь на то, что он скажет ей, что всё хорошо. Её улыбка говорила об этом. От неё веяло надеждой на лучшее. И он это подтвердил кивком. Она выдохнула с облегчением.       — Но я тут нашёл кое-что… Можно спросить? — Ха-Юн слегка замялась, но дала согласие на новую тему. Она думала о том, что, может быть, Мунсу хочет поговорить с ней насчёт отношений? Но он протянул ей небольшой тюбик от лубриканта. — Специально хранишь у себя его для особых случаев?       Ха-Юн покраснела. Она смотрела в усталое, но родное лицо парня. На её удивление, он приблизился к девушке, заставив её облокотится на руки. А сам он надвисал над ней, глядя прямо в глаза. Ха-Юн смотрела на него, не знала, чего ожидать от парня. Хотелось ему дать пощёчину, но рука не поднималась. Вопросы так и хотели слететь с её губ, да не получалось ничего выдавить из себя. Мунсу продолжал смотреть на неё, кажется, вечность. И потом она услышала от него вопрос:       — Твои родители скоро придут?       — Д… Да нет… Задерживаются у бабушки… — ответила девушка с небольшим волнением. — А тебе для чего эта информация?       Мунсу приблизился к лицу Ха-Юн, медленно вовлекая девушку в нежный поцелуй. Сердце замерло в её груди, а потом начало набирать скорость. На мгновение она забыла, как дышать и только тогда, когда Ли отодвинулся, Ха-Юн похлопала глазками, наконец-таки начав глотать драгоценный воздух. Одним движением Мунсу укладывает девушку на диван. Его ладонь проходится по нежной ножке к бедру, оглаживает и его вскоре. Он нависает над девушкой, смотрит прямо на неё.       Мысли Ха-Юн метались из стороны в сторону. Она смотрела на парня, то в сторону, то снова на него… Что он хочет с ней сделать? Как только она открывает рот, Мунсу сразу прикладывает к её губкам указательный палец.       — Тс-с… Не беспокойся. Всё будет хорошо. Я обещаю. Дай мне просто расслабиться… — после этих слов Мунсу вновь целует девушку, заставляя её таять прямо под ним. Коленки начинают дрожать. Внутри разгорается самый настоящий огонь чувств, страсти, любви. Поцелуй продолжается. Мунсу не отстаёт от её губ, продолжает играться с ними, покусывать, иногда облизывать. Ха отдавалась его играм, прогибалась под тем, как его рука двигается по её спине то вверх то вниз. Он гладил её талию, перемещался на лопатки, после чего возвращался к талии, а затем шёл по её бёдрам.       И вскоре его рука пошла под её юбку. С замиранием сердца девушка чувствовала, как он ласкает её. По-своему. Он ведёт свою игру, старается быть хищником, который только что нашёл себе добычу в виде изящной, красивой лани.       Отстраняясь от красных тонких губ, Мунсу смотрит ей в глаза, даёт отдышаться. Медленно стягивает с девушки ненужную одежду. Она делает то же самое и с ним. Руки трясутся. Это её первый раз. Мунсу что-то замечает в сторонке и наклоняется, чтобы поднять вещицу. Из-под юбки выглядывала синяя упаковочка с резинкой. Парень слабо улыбается, берёт себе новую игрушку, вскрывает.       Он наблюдает за выражением лица девушки. Она нетерпелива, совсем ещё юна в этом деле. Парень снимает с себя трусы, в последствие натягивает на вставший орган презерватив. Лубрикант, недавно откинутый в сторону, всё же идёт в использование. Девушке было стыдно за то, что она так спалилась со своими мелкими игрушками.       Её руки тянутся к его плечам, оглаживают их, спускаются к мускулистым рукам спортсмена. Он даёт ей согласие, прижимается, когда уже всё готово. Его губы проходятся от скулы до ключиц, покрывая их все и не оставляя ни единого свободного места. Она позволяет ему делать всё, что тот захочет. Пусть то даже оставляет засосы, кусает, подстраивает под себя. Она очень долго ждала этого. Никак не могла отпустить от себя той мысли, что когда-нибудь она займётся сексом с ним. Именно с тем, в кого она была по уши влюблена с универа.       — Такая недотрога, хах… — проговаривает при выдохе Ли, проходясь языком по ареолам её грудей. Он видит, что та не уверена и старается дать ей подсказки, как дальше двигаться. Прижимается к её телу своим, наслаждается ей. Желание. Лишь простое желание манипулирует им, заставляет полностью забыться в себе. Ошпаривая нежную кожу, Мунсу делает толчок. Слышится стон девушки. Её нежные руки сжимают его плечи, губу прикусывает. — Не слишком ли… резко?       В ответ он получает выдох «Нет». Продолжает. Медленные толчки, он входит на половину, постепенно входя глубже. Ха-Юн вздыхает, прикрывает глаза. Внутри было жарко, тесно… Мунсу вздыхает, кусает её за шею, оставляя отчётливый укус на ней. И вскоре он входит уже весь. Слышатся тихие стоны. Она стала более уверенной. Он ускоряет движения тазом, слышит, как смазка начинает хлюпать, тихо вздыхает. С его стороны так же слышатся тихие стоны.       Ладонь парня медленно идёт наверх по руке девушки. Их пальцы переплитаются между собой, заставляя девушку открыться полностью. Она обхватывает таз парня ногами, подстраивается под его толчки, стонет ему на ухо уже в голос, когда тот снова ускоряется. Она обнимает его другой рукой, царапает слегка спинку, выстанывает его имя. Как же хорошо, что он рядом с ней…       Эти минуты длились как часы. За это время они оба наслаждались друг другом в полную меру, сколько им это позволяло. Мунсу делает грубые толчки внутрь, тяжко вздыхает, прежде чем изливается прямо в презерватив. Ха-Юн издаёт писк, после чего закрывает ладонями рот. Её грудь вздымается от тяжких вздохов. Выходя из неё, Мунсу смотрит на её тело. Ха-Юн, довольная лёжа перед ним, улыбалась. Он улыбнулся уже искренне, не так устало, как раньше. Снимая с себя презерватив, он кидает его на стол рядом с кружечкой чая. Ложится рядом с Ха-Юн, кладёт руку на её бедро, оглаживая его.       — Спасибо, — говорит он. — теперь мне стало намного лучше, подруга.       Не обращая на слова парня почти никакого внимания, девушка прижимается к его груди и вскоре начинает дремать. Юноше лишь остаётся её переодеть и переложить в кровать, а самому лечь рядом с ней ненадолго, погрузившись в свои мысли.       На утро проснувшись, девушка заметила записку на тумбочке от Мунсу.

«Извини за то, что так использовал тебя. Я виноват. Я куплю тебе пиццу на этой неделе и мы можем посмотреть вместе фильм в качестве моей компенсации. :)»

      Ха-Юн улыбнулась, всё ещё чувствуя смазку у себя между ног.