The Ultimate Blue Seal/Абсолютная Синяя Печать

“Ты!” Только когда Коу Тон и Чжун Шилян остались одни в кабинете, Чжун…сейчас мы должны называть его генералом Чжуном, хлопнул по столу и встал, недовольно глядя на Коу Тона, сидящего напротив него, медленно пьющего чай и улыбающегося. “Ты действительно... действительно... бесстрашный!” Коу Тон моргнул и бесстыдно сказал: “Не будьте таким. Вы ставите меня в неловкое положение.” Чжун Шилян поднял руку и ударил его свертком документов по голове. Взволнованный, он сказал: “Посмотри сам!” Коу Тон равнодушно потер лоб, взял документ и быстро прочитал его. Он опустил глаза и рассмеялся. “Прекрасно, в штабе армии действительно есть несколько своих людей. Они слишком далеко протянули свою руку, проникая всюду, куда только могут.” Чжун Шилян раздраженно взглянул на него. Коу Тон встретился с ним взглядом и очень неискренне сказал: “Вау, я напуган до смерти. Товарищ Лао Чжун, как хрупкий и нежный шут, читая это, я действительно так напуган, что мое сердце трепещет.” Чжун Шилян вздохнул и положил руки на стол. “Это ты мне скажи. Я получил приказ сверху заморозить все переводы между военными округами в ближайшем будущем. Как я должен привлекать людей?” “Ввести чрезвычайное положение.”, - сказал Коу Тон, не краснея. “Чушь собачья! Ты несешь чушь.” Коу Тон сдержал улыбку. Его тощее тело слегка наклонилось вперед в кресле. Он вытянул палец и постучал по документу. “Это не чушь. Посмотрите на это. Разве это недостаточно важно? Инструктор, не валяйте дурака со мной. Я знаю, что, находясь на вашем месте, даже несмотря на то, что внутренняя история «Утопии» не очень ясна, вы все равно знаете, как обстоят дела.” Когда он сказал «инструктор», Чжун Шилян остановился как вкопанный, но его взгляд слегка смягчился. Коу Тон понизил голос. “Этот мир уже неизлечим. Разве вы этого не видели? Даже если потребуется химиотерапия, даже если это борьба не на жизнь, а на смерть, и нам придется умереть, забирая их с собой, мы все равно должны избавиться от этих «раковых клеток», иначе в будущем человек даже не сможет контролировать свои собственные эмоции. Будет ли еще какая-то необходимость жить?”  “Я знаю некоторые вещи, и даже если бы я их не знал, Су Цин только что был достаточно ясен.” Чжун Шилян медленно покачал головой, посмотрев на него некоторое время. “Вы можете назвать это борьбой не на жизнь, а на смерть, а я могу назвать это смертью и забрать их с собой. Даже если ты попросишь сохранить мне жизнь, заставишь меня умереть вместе с тобой, я все равно не скажу ни слова протеста. Но хотя я могу отдать свою жизнь, я не могу отдать тебе власть. Если я сделаю исключение, если произойдет какой-то непредвиденный инцидент, я не смогу компенсировать его, будь у меня сто жизней или тысяча жизней. Я не могу взять на себя такую ответственность.”  “Я знаю.” Долгое время спустя Коу Тон, наконец, кивнул. Когда он оглянулся, его глаза казались чрезвычайно ясными. Доктор Коу, казалось, позволил своему разуму на мгновение блуждать. Затем он очень быстро пришел в себя и вздохнул. “Инструктор, это плохое положение.” Чжун Шилян горько рассмеялся.  “А что, если бы мы могли ударить змею в ее критическую точку сразу?” Внезапно сказал Коу Тон. “Если бы мы действительно могли спланировать высадку в Нормандии?”  “Мы? Ты и...?”  Коу Тон беззвучно рассмеялся. “Этой стране, когда она в опасности, всегда нужны бездомные, безработные хулиганы, чтобы выступить вперед.” Чжун Шилян молча посмотрел на него. Коу Тон встал и потянулся, затем зевнул. “Я всегда думал, что если человек несчастлив в жизни, то лучше не жить. Что вы думаете, инструктор? Вы заняты, я пойду поговорю о делах с Су Цином и остальными.”  Таким образом, целая толпа разыскиваемых лиц, с молчаливого одобрения Чжун Шиляна и при его покровительстве, открыто оставалась на базе ST, каждый день, питаясь натуральными органическими овощами. Хотя они все еще были уставшими, как собаки, во всяком случае, они улучшили свою жизнь как собак. Полевой персонал не осмелился провести расследование в открытую. Они могли только проводить секретные расследования, погружаясь в объемистые, но теперь кажущиеся несущественными материалы, оставленные генералом Сюном относительно «Утопии», в поисках сердца секретов «Утопии». Это было подобно поиску иголки в стоге сена.  Самым счастливым из них был Чан Доу. Для него оборудование базы ST было действительно похоже на замену дробовика, пушкой. Здесь все было лучше, чем в штаб-квартире подразделения RZ.  Коу Тон тем временем посвятил себя раскопкам всей жизни Чжэн Цинхуа. Он не выходил из своей комнаты три дня и две ночи. Помимо получения материалов, подготовленных подразделением RZ, он ни на минуту не позволял себе отвлекаться. Они не знали, с чем он возился. Су Цин был уведен Цзи Пэнчэном, который сказал, что хочет его кое-чему научить. Даже Ху Бугую было трудно увидеть его.  Прямо сейчас один старик и один молодой человек сидели в маленькой комнате. Цзи Пэнчэн сидел напротив Су Цина с большими наушниками на ушах. Шнур наушников был подсоединен к серебряной коробке рядом с ним, которая выглядела довольно неуместно.  Глаза Су Цина были закрыты, а к вискам прикреплены провода, но стрелка индикатора вообще не колебалась. Через мгновение он открыл глаза, как будто сдаваясь. Он потер лоб по бокам. “Старик, это не работает.” “Успокойся. Я же говорил тебе, главное - быть целеустремленным.” Цзи Пэнчэн выглядел как великий бессмертный.  Плечи Су Цина опустились. “Старик, почему бы тебе не попросить меня отправиться на разведку в Фэй Чжэ? Не продолжай пытаться получить кровь из камня, заставляя меня сидеть здесь весь день, как будто я медитирую. Не то чтобы я планировал стать монахом. Даже сама мысль об этом раздражает меня.”  Цзи Пэнчэн открыл глаза и посмотрел на него, не говоря ни слова и не улыбаясь.  Су Цин встретился с ним взглядом, затем снова сел. “Хорошо, я буду относиться к этому как к отдыху глаз.” “Ты все еще помнишь, как я впервые встретил тебя, того мертвого человека из «Утопии»?”  “О... это...” Су Цин вытаращил глаза. На самом деле, он уже забыл. “Мне кажется, что я смутно припоминаю...”  “Ты только что покинул подразделение RZ и бегал снаружи с маленьким ублюдком, живущим в доме рабочего. Ты все еще был неуклюжим новичком. Их человек положил на тебя глаз.”, - неторопливо сказал Цзи Пэнчэн. “Ты был ранен в ногу и не мог подняться с земли. Ты помнишь, о чем ты тогда думал?”  Су Цин немного подумал, затем искренне покачал головой. Еще через мгновение, внезапно увидев свет, он сказал: “О... о, этот человек! Я помню, верно, я никогда не мог понять, как он умер. Я думал, что он бежал и бежал, а потом он вдруг упал вперед, верно? Мне показалось, что я убил его одним взглядом.”  “Примерно так.”, - сказал Цзи Пэнчэн.  Он слегка наклонился вперед и схватил Су Цина за запястье. “Попробуй сейчас посмотреть, можешь ли ты почувствовать мои эмоции, как тот синий тюлень, которого ты знал раньше.” Су Цин нахмурился и тщательно подумал. Он покачал головой. “Я могу лишь слабо ощущать сильные эмоции. Я не могу чувствовать обычных людей. Эмоции других людей для меня подобны повседневному фоновому шуму с низким децибелом. Я так привык к этому, что мне не кажется, что я «слышу» что-то конкретное.”  Цзи Пэнчэн не отпускал его запястье. “Когда член «Утопии» выстрелил в тебя, а затем убежал, что ты почувствовал?”  Су Цин колебался. Немного неуверенно он сказал: “Я, должно быть, был... напуган?”  “Вспомни, что ты тогда чувствовал.”  Су Цин попытался вспомнить, но все, что пришло на ум, было это абстрактное слово «напуган». После долгой паузы он, наконец, покачал головой — это было все равно, что заставить взрослого человека вспомнить чувство, когда он был ребенком, боявшимся грома, темноты, насекомых. Это были вещи, которые тогда искренне пугали, но потом вы не могли вспомнить, каково это - бояться их, несмотря ни на что.  Цзи Пэнчэн вздохнул. “Этот человек тогда был просто напуган до смерти. Ты помнишь Закон эмоционального притяжения? Это волна. Если эмоции, которые ты высвобождаешь, могут заставить других настроиться на ту же частоту, что и ты, тогда ты можешь контролировать их эмоции. У него не было такого крепкого тела, как у тебя. Он не мог вынести приступа сильных внешних эмоций. Итак, он умер.”  Су Цин посмотрел на него с выражением человека, смотрящего на мошенника.  Цзи Пэнчэн проигнорировал это. Он продолжил: “Последние несколько лет я хотел объяснить тебе, как работают человеческие эмоции, но твои мысли были слишком сложными. А теперь ты добился успеха, и твои кишки стали достаточно большими, чтобы раздавить кого-нибудь. У тебя редко бывают такие сильные эмоции, как тогда, и иногда, когда другие о чем-то думают, ты можешь увидеть это с первого взгляда, поэтому ты думаешь, что нет необходимости прислушиваться к голосу в их сердцах. ” Как раз в этот момент кто-то дважды тихонько постучал в дверь. Раздался голос Ху Бугуя: “Вы двое, выйдите на минутку. Доктор Коу, кажется, добился некоторого прогресса.”  Цзи Пэнчэн утвердительно кивнул и вдруг посмотрел на Су Цина со странной улыбкой. Он погладил подбородок, выражение его лица было довольно похотливым. “Хотя…если ты не можешь испытывать эмоции 3-го типа, я полагаю, подойдет 1-й тип?”  “Хм?”  “Просто думай о каких-нибудь приятных вещах, глядя на него. Попробуй. ” Старый мошенник, ухмыляясь, похлопал его по плечу. Затем он повернулся, и выражение его лица стало отвратительным. Он прошептал: “Гнилое дерево нельзя резать.” «Я все еще слышу тебя...» - раздраженно подумал Су Цин.  Ху Бугуй подождал меньше минуты, прежде чем увидел, как Су Цин выходит из комнаты вслед за Цзи Пэнчэном. Он увидел, что выражение лица старика было несчастным, и подождал, пока тот уйдет. Затем он не смог удержаться и протянул руку, чтобы слегка коснуться лба Су Цина. “Разве он не твой шифу? Он уже в годах. Не продолжай злить его нарочно.”  Су Цин вспомнил, что сказал Цзи Пэнчэн. Он ничего не сказал, только пристально посмотрел на Ху Бугуя с легкой улыбкой.  Ху Бугуй был немного сбит с толку его взглядом. Рядом никого не было, поэтому он немного смягчил свой голос и тихо спросил: “Что такое?”  “О, ты чувствуешь...” Су Цин вдруг подумал, что он определенно был, обманут, поверив в то, что сказал Цзи Пэнчэн. На этом его слова оборвались. Он закатил глаза, не собираясь говорить остальное.  “Чувствую что?”  “Хорошо, ты чувствуешь себя немного счастливым?”  Ху Бугуй уставился на него. Су Цин вздохнул. “Похоже, что нет.” Ху Бугуй тихо рассмеялся и обнял Су Цина за спину. “Я чувствую это.”  Затем он добавил: “Не совсем немного.” Черт. Этот внешне сдержанный, внутренне мягкотелый человек.  Коу Тон выглядел так, словно только что пережил африканский голод и у него остался всего один вдох. Он сидел там очень слабо, практически не имея сил соблазнять Су Цина или подразнивать Ху Бугуя. Он упал на диван и сказал: “Вы можете посмотреть сами.”  Затем он опустил голову и ничего не сказал.  “Чжэн Цинхуа никогда не упоминал при мне о подобных вещах.”, - сказал Чэн Вэйчжи. Затем он сделал паузу и нахмурился. Как будто внезапно что-то вспомнив, он добавил: “Но... я помню, когда мы были молоды, я думаю, он сказал мне, что надеется обрести свободу. Если бы он мог построить мир, который позволил бы ему быть свободным — если бы существовала такая вещь, которая могла бы открыть пространство, естественные законы которого мог контролировать только он, он назвал бы его Бытие.”  Су Цин взял пальто и накинул его на Коу Тона. Прежде чем выражение лица Ху Бугуя успело стать неприятным, он привлек всеобщее внимание к толстой стопке отчетов, которые предоставил Коу Тон. Он открыл ее с характерным щелчком. Внутри сначала была история жизни Чжэн Цинхуа, что он делал и в каком возрасте, анализ психологических факторов, включая соответствующий персонал, с которым он пересекался. После этого была куча терминологии, а также карта, на которой было так много аннотаций, что вы ничего не могли разглядеть.  Су Цин: “...”  Он неловко положил их на стол. “Почему доктор Коу не может использовать человеческую речь, когда пишет свои отчеты?”  Из этого отчета большинство людей смогли извлечь только две части информации — что Чжэн Цинхуа был отвратительным работягой и что доктор Коу использовал свои магические способности, чтобы вычислить местоположение этого Бытия, о котором упоминал профессор Чэн.  Наконец, Ху Бугуй взял отчет и еще раз отправился в кабинет Чжун Шиляна. Чжун Шилян пролистал отчет Коу Тона от начала до конца, страница за страницей. Он провел за чтением более двух часов. Затем он поднял голову и кивнул Ху Бугую, закрыл отчет, затем достал документ из ящика рядом с собой и положил его в измельчитель.  “Мы ввели чрезвычайное положение. База может оказать вам всю необходимую поддержку.” Затем последовала сборка оборудования с оружейного завода и, на базе, в сотрудничестве с техниками, сканирование местоположения, указанного на карте доктора Коу.  Часто сбитое с толку выражение лица Чан Доу стало серьезным. “При обычных обстоятельствах... это было бы упущено из виду. Этот блокиратор очень особенный.”  “Какова ситуация?” - спросил Лу Цинбай.  Чан Доу подумал об этом, затем объяснил: “Это как...как будто несколько десятилетий назад кто-то предложил оригинальную идею, похожую на маскировочную одежду, используя для изготовления одежды материал, подобный экрану, и устанавливая систему камер на спине человека, проецирующую изображения спереди, так что, если смотреть прямо, казалось бы, что прикрытой части тела человека не существует.  “Этот блокиратор похож на ту маскировочную одежду.” Чан Доу схватился за волосы. “И, глядя на карту, эта область находится под озером. Его действительно трудно найти. Если доктор Коу не был уверен, что это должно быть рядом с этим районом, никто бы не заметил его следов.”  “Настолько бесследный?” - спросила Цинь Ло.  “Ну... есть небольшой след.” Чан Доу набрал строку команд на клавиатуре процессора базы ST. На большом экране перед всеми появилась огромная карта с контурными линиями. “Это место находится примерно в трехстах метрах под водой, площадью около четырехсот квадратных метров. Сигнал зонда был нарушен мощным энергетическим полем, когда он ушел под воду. Мы не смогли отсканировать точные обстоятельства.”  “Не тревожьте врага. Сначала нам нужно, чтобы кто-то взглянул на ситуацию.”, - наконец сказал Ху Бугуй.  Су Цин уже встал. Он также поднял Цзи Пэнчэна. “Шифу и я пойдем и посмотрим.” Цзи Пэнчэн: “...”  Маленький щенок называл его «шифу» только тогда, когда настаивал, чтобы он приступил к работе!  Чжун Шилян молча проследил за ним, глядя на карту Чан Доу. Вбежал телохранитель и что-то сказал ему на ухо. Чжун Шилян кивнул. В настоящее время он не принимал никаких военных приказов извне. Независимо от того, кто звонил ему с вопросами, он игнорировал их без исключения. Даже когда вышестоящие власти послали двух человек, не сказав больше ни слова и не показавшись, он просто удержал их силой.  Телохранитель ушел, и Коу Тон подошел. Вглядевшись в выражение его лица, он спросил: “Что это?”  “Похоже, на этот раз вы поступили правильно.”, - прокомментировал Чжун Шилян после долгого раздумья. “Но... как мы решим то, что будет после?”  “После?”  “Сороконожка умирает, но не коченеет.” Если бы они избавились от этой базы или убили Чжэн Цинхуа, решило бы это вопрос «Утопии»?  “Ну...” Коу Тон подумал об этом, а потом вдруг невольно рассмеялся. “Пока революция еще не увенчалась успехом, товарищи должны продолжать бороться. Вести бродячую жизнь под открытым небом в течение почти года, рискуя нашими жизнями, было также ради того, чтобы вернуть подразделению RZ «право на законное сопротивление».”