Выпускники.

Я смотрел на тебя при лунном свете, на выступающие кости и пугающе белую кожу. Я хотел лишь коснуться тебя, чтобы убедиться — ты все еще жива.   *                              *                               * Она всегда была веселой и общительной девочкой. Черты лица нежные и не похожие ни на кого. Мишель была особенной. Все любили ее. Родственники часто звонили и навещали, а друзья в свою очередь поддерживали и заботились чтобы ничто не ожесточило её невинную душу.  Свою изюминку ее милой внешности придавали пухлые щечки и одновременно упругое, и пышное телосложение. Никто не считал девушку толстой, напротив, в своем весе она выглядела то что надо. У Мишель никогда не было комплексов по этому поводу. Она понимала, что это всё не важно, ибо внутренний мир никак не меняется из-за цифр на весах. А если отказывать себе в любимой еде, изнурять голодом, то истощается  и душа. Видит впереди лишь расчеты калорий и жестокий мир анорексии.  Время заглушает боль и отвращение, но счастливые моменты навсегда останутся в памяти даже самого крошечного и жестокого мозга. Даже спустя года как с Мишель случился тот неприятный инцидент перевернувший её мир, когда она только узнала о своем диагнозе и связалась с плохой компанией, ее сухое безжизненное тело будет помнить беззаботные радостные дни в нормальном и здоровом весе. В своем пятнадцатилетнем возрасте подъездной романтики девушка часто гуляла со своей компанией друзей. Однажды, как это случается в жизни, кто-то из ребят позвал других своих знакомых и в группе появлялись новые лица. Именно там Мишель впервые увидела Кирилла. Веселый смазливый паренёк пользовался высокой популярностью среди девчонок, хоть и имел репутацию бабника. Он хотел всех и сразу. Кирилл был старше на  два года, но это никого не смущало. Спустя еще несколько вписок и разговоров, расслабленная алкоголем девушка согласилась пойти на свидание с ним. Все остальные подруги молча сгорали от зависти, когда наконец случилось. Непринужденные встречи привели к нечто большему, чем дружба. Партнеры были без ума друг от друга и безмерно счастливы. Мишель чувствовала себя желанной, любимой, строила планы на будущее вместе. Тогда в порывах вдохновения из-под ее рук начали выходить стихи. Девушка никому не показывала их, ведь вкладывала туда свои мысли и душевную боль.  Прошло пару месяцев с начала отношений и Мишель начало смущать поведение парня. Мог не звонить, не писать, перестал звать гулять и сам не приходил к девушке домой. Та решила подождать, что будет дальше. Прошла неделя молчания. Мишель не выдержала и позвонила с кучей вопросов. Кирилл взял трубку не сразу, помимо его голоса слышалась музыка и пьяные крики друзей.  - Зачем ты звонишь мне? Я занят, и не имею желания говорить с тобой, - Парень раздраженно выдохнул.  - Но что случилось? Ты меня разлюбил? - Честно? Да, и ты перестала меня привлекать даже в плане секса.  - Почему? Зачем тогда все эти молчанки? Сказал бы сразу, - внутри Мишель все сломалось, ей было мерзко и противно от всей этой ситуации.  - Когда мы только познакомились ты еще ничего была, пышка.. А сейчас жирная корова! , - Кирилл противно гыгыкал.  . . . В голове лишь эти слова. Мишель пролежала без сна всю ночь и несмотря на уговоры лучшей подруги, решила сесть на диету. При ней она питалась на дневную норму калорий, три раза в день и не была голодна. К тому же, взялась дурная привычка курить по вечерам. Закрывшись на балконе она выпускала серые облака дыма, они медленно растворялись, ложились на потрепанную белую тетрадь. Девушка начала вести ее, описывая свои ежедневные переживания в стихах. Сигарета тлела над пепельницей, на клетчатые листы мягко спускались красивые строки, написанные мелким почерком и синей ручкой. Когда совсем стемнеет, Мишель неаккуратно бросала дневник на стол и быстро отходила в мир сновидений.  Шли недели,  а результата от диеты нет. Девушка помнит тот день, когда встала на весы и наоброт, набрала целые два килограма. С кухни послышалось приглашение мамы на завтрак. В ответ послышались слова, звучащие невинно, но так мрачно и уныло, как гром среди ясного неба:"мама, я не голодна.." Вот прошло уже несколько месяцев. Мишель совсем перестала есть, и спать к тому же. Стихи сочинять не осталось сил, как и на то, чтобы встать с кровати. На весах красовалась отметка в сорок килограмм. Девушка вновь окинула взглядом свое костлявое бледное тело, ища очередные недостатки. "Слишком жирная, чтобы иметь право на еду", - сделала себе замечание, и вновь опустилась на кровать.  На улицу Мишель  выходить перестала, каждый миллиметр ее тела содрогался от холода. Когда она сорвется и закинет в больной желудок хотя бы немного еды, по крови разольется "противное", как та считает, тепло. Дверь в туалете вновь заперта, и все съеденное  принимает унитаз. За слабость, ведь о потребностях Мишель давно забыла, ее руки и ноги вновь в порезах. С каждым разом все глубже, но даже это не избавляет от чувства вины.  Ее предали все, даже лучшая подруга. В их глазах Мишель стала монстром, убивающем себя по вине бабника Кирилла. Отчасти, они правы. Единственное что остается девушке в такой ситуации - вновь сидеть в полном одиночестве, окутанная страхом и галлюцинациями, терпеть боль в костях и ждать свою смерть. Ее вес тридцать пять килограмм.  Мама не сразу заметила состояние дочери, ибо когда живешь с человеком, не за всем можно усмотреть. Пришел тот страшный для Мишель день, женщина заставила встать ее на весы при ней. Та пришла в ужас, ведь килограммы все еще уходили, девочка не ела и была совсем истощена. С криками и капризами мать все-таки привезла ее в больницу. Мозг под правлением анорексии видел в семье и врачах жирных чудовищ, которые хотят сделать ее такой же как они. Им завидно, что Мишель достигла такой "идеальной" фигуры и хотят все испортить. Какое же коварное расстройство..  Мишель было не остановить. Она продолжала голодовки, тщательно скрывая их и выбрасывала еду. Одним ясным и теплым летним днем девушка шла из магазина с новой закупкой слабительных и мочегонных таблеток, как вдруг в глазах потемнело.. она упала в голодный обморок. - Девушка, что с Вами? Эй! , - среди черного тумана прорисовывалась улица, небо в густых перистых облаках и лицо парня.  Мишель открыла глаза, тело по привычке ужасно болело. Она была не в силах сказать ни слова. Наконец она заговорила с новым знакомым. Это был Бен. Девушке казалось, что она нашла себе друга.. единственного.. он понимал ее, умел слушать и был идеальным собеседником. В его историях часто упоминалось о какой-то группе и заброшке, что Мишель попросила отвести ее в то "легендарное место, о котором так много было сказано". Парень согласился. Но обратного пути оттуда больше нет.