Исследовательский интерес

Однажды, перебирая в голове свои любимые методы работы с веревкой, Юнги задумался: «Наверняка есть метод связывания, который позволяет освободиться самостоятельно…» Конечно, теряется очарование обездвиживания, но испытать метод на неискушенном новичке самое то. Оказалось, подобное действительно существует, хотя не пользуется особой популярностью. Юнги очень захотелось проверить на практике как оно работает. Необходим «подопытный». К счастью, на примете была подходящая кандидатура. Чимин — друг и коллега — довольно любознательный парень и он, как никто другой, подходит для подобных экспериментов из-за своего практичного отношения к делу. Поэтому, когда Юнги рассказал о своих мыслях, то в нем тоже проснулся исследовательский интерес. Для эксперимента Юнги выбрал из своей коллекции особо мягкую красную веревку, а также остановил выбор помещения на комнате в стиле лофт. Осмотрев комнату, он понял, что невысокий потолок и эта пересекающая его балка идеальны, чтобы закрепить связанные руки над головой. «Надо еще не забыть проверить, можно ли развязать веревку, когда руки задраны вверх» — отметил про себя Юнги. И вот в назначенный день, Чимин пришел в ту самую комнату. Юнги немного нервничал. Где-то в глубине души он боялся, что все может зайти слишком далеко. Хотя, вероятно, такие мысли посещают всех, когда дело касается взаимодействия с веревками и привлекательными людьми… После обсуждения некоторых технических моментов, парни решили сначала просто потренироваться завязывать веревку правильными узлами. Юнги отметил вслух, что Чимин довольно предусмотрителен, раз надел свободную рубашку с коротким рукавом. — Так точно ничего не помешает эксперименту — ответил он, улыбаясь чуть смущенно. Юнги приступил к делу. Его пальцы сначала тонко дрожали, но когда в руки попала верёвка, дрожь прекратилась и Юнги уверенно начал взять узлы и петли. Спустя каких-то десять или пятнадцать минут, все было готово. Юнги наслаждался результатом: сложенные запястье к запястью песочного цвета руки, стройные пальцы то сплетались друг с другом, то сжимались в кулаки; аккуратные витки красной веревки, ровные узлы. Эту прекрасную картину дополнял легкий румянец на щеках Чимина. Юнги залюбовался этой красотой, неосознанно поглаживая узелки и витки плетения кончиками пальцев. Из пленительного созерцания его выдернул голос Чимина, который интересовался каким же образом это развязывать. Юнги слегка тряхнул головой, прогоняя посторонние мысли. Плетение начиналось чуть ниже запястий и доходило примерно до середины предплечий. С каждой стороны торчал конец веревки. Юнги объяснил, что конец который около запястий — для подвешивания, а тот что на противоположной стороне — для развязывания. Надо просто дернуть за веревку зубами, плетение ослабнет и можно вытащить руки. — Для подвешивания? Шуга-извращуга! Теперь я понимаю почему именно эта комната — беззаботно рассмеялся Чимин. Юнги несколько смутился и решил быстро сменить тему — попросил попробовать развязать руки самостоятельно. У Чимина отлично получилось. Слишком уж изящно он схватил зубами веревку и дернул так, будто снимался для клипа. Красиво… После этого Юнги решил осмотреть его руки, чтобы убедиться в том, что точно не осталось синяков и ссадин. Это была скорее формальность — Юнги не просто так выбрал самую мягкую веревку. Осматривая предплечья каждой руки отдельно, он ощущал приятную прохладу сияющей кожи и размышлял о том, что эти руки прекрасны не только в веревках. Следы плетения оставили на коже легкий рисунок. — Все ок? — А? Да… — Юнги отпустил его руки, подумав, что надо прекращать уходить в свои мысли. — Закреплять, там, — Чимин кивнул на балку на потолке, — руки пробовать будем? — А ты хочешь? — Почему бы нет. Тебе же необходимо узнать, можно ли это развязать без посторонней помощи. — Тогда, на этот раз мы попробуем другой метод связывания. А то тебе будет, скорее всего дико неудобно. Юнги достал из кармана телефон, чтобы показать Чимину картинку, которую нашел вместе с инструкцией. Тот одобрительно кивнул и протянул обе руки для связывания. Сложив запястья крест накрест, Юнги принялся накладывать веревку и завязывать узлы, как было описано в инструкции. Чимин был на удивление спокоен и расслаблен. Наверное, Юнги выглядел безумно серьезным и сосредоточенным, потому что Чимин внезапно тихонько хихикнул, будто своим мыслям. Юнги пробормотал что-то про важность этого занятия и попросил сосредоточиться — Чимин захохотал в голос. Улыбнувшись задорному смеху, Юнги посмотрел на Чимина и понял, что он специально это сделал, чтобы смутить своего хёна. Не на того напал! Неужели его совсем не напрягала та беспомощность, которую чувствуют связанные люди? Юнги решил не задавать этот вопрос. Ну, по крайней мере, не сейчас. — Готово. Если что, ты можешь дернуть зубами вот за этот конец веревки и все развяжется. — Я все еще ломаю голову над тем, что ты сделаешь, когда мои руки окажутся привязаны — кивок вверх, — к этой балке. Его слова звучали несколько игриво. Или Юнги хотелось думать? В любом случае, он решил ничего не отвечать, ведь каких-то грандиозных планов, кроме проверки способов связывания, у него не было. — Увидишь, — Юнги улыбнулся и принялся закидывать длинный конец веревки наверх, через балку под потолком. Перекинув веревку два раза он потянул ее на себя так, чтобы руки Чимина, на сколько это возможно, выпрямились над головой. В инструкции было сказано, что полностью руки не выпрямить и главное, чтобы связанному было удобно находиться в таком положении долго. Держа в руках конец веревки, он посмотрел на Чимина. Лёгкая улыбка всё ещё не спала с его лица и в глазах мелькали искорки любопытства. Или может показалось, ведь закатное солнце так красиво бросало свои затухающие лучи на его приятное взгляду лицо? Юнги привязал веревку к крюку в стене и повернулся к Чимину. — Удобно? — спросил он, пробежавшись взглядом по его телу с головы до ног. Когда люди вот так задирают руки вверх, очень часто оголяется соблазнительная полоска кожи между поясом штанов и краем рубашки. Жаль, что рубашка Чимина была слишком длинная и полюбоваться зрелищем не вышло. — Не совсем. Ворот рубашки мешает дышать. Расстегни, пожалуйста, пару пуговиц. — А я все задавался вопросом, почему ты так плотно застегнул рубашку, ведь на улице такая жара. И кстати так и не понял зачем. Чимин ничего не ответил, просто прикрыл глаза и чуть отвернул лицо в сторону. Юнги сразу понял: ему мешало солнце, которое довольно ярко освещало комнату, поэтому сначала задернул шторы, чтобы комната погрузился в приятный полумрак. Затем подошел к Чимину и аккуратно прикоснулся к вороту рубашки. Почему-то, руки начали мелко дрожать. Юнги напомнил себе, что не стоит медлить, ведь ему скорее всего и правда тяжело дышать. Трясущимися от волнения руками, он расстегнул первую пуговицу на рубашке и Чимин сделал шумный вдох, а затем облегченный выдох. Юнги посмотрел на его лицо. Глаза по прежнему оставались закрытыми. «Пара пуговиц» — напомнил он себе и расстегнул еще одну. А потом еще одну и еще и еще, пока не почувствовал, что Чимин слегка толкнул Юнги бедром, привлекая внимание. Застегнутой остался всего одна пуговица, самая нижняя. Юнги шумно сглотнул и медленно, задержав дыхание, поднял взгляд. Их глаза встретились и Юнги был в замешательстве. Они довольно долго смотрели друг на друга и внутри у Юнги зародилось какое-то странное чувство. Прикрыв глаза, он прикоснулся своими губами к губам Чимина. Они оказались очень горячими и сухими. Он касался его очень нежно, еле ощутимо и несколько невинно. Очень боялся, что тот отстранится или попросит прекратить. Вероятно, если бы его руки сейчас не были связаны над головой, Чимин бы оттолкнул Юнги. Целуя его своими пересохшими от волнения губами, Юнги потерял все мысли. Чувствовал только его и себя. И общее биение сердца, одно на двоих. Время остановилось. Но не надолго. Внезапно он ощутил острую боль в нижней губе и резко дернулся назад. Во рту появился солоноватый привкус железа. Укус! Но за что? Юнги испуганно посмотрел на Чимина, на его губах был след крови. А взгляд не был рассерженным, скорее… Не успев ничего додумать, Юнги увидел, как он фривольным движением языка облизал губы, улыбнулся очень коварной улыбкой и посмотрел в глаза будто говоря: «Что это за телячьи нежности?». — Ах, ты… — выдохнул Юнги. Он подошел к нему вплотную, приподнял голову за подбородок и стал целовать, вероятно, слишком грубо. Но Чимин начал отвечать на поцелуй, поэтому Юнги поглаживающим движением убрал руку от его лица, заведя ее за затылок, прижавшись сильнее к его губам. Другой рукой залез к нему под рубашку, поглаживая спину. Чимин еще раз довольно больно укусил Юнги, но тот не отстранился. Когда поцелуй наполнился солоноватым вкусом крови, Чимин издал тихий стон. Юнги не хотелось останавливаться только на поцелуях. Вообще не хотелось останавливаться ни на чем. Тот прекрасный еле слышный стон сжег остатки здравого смысла. Разорвав поцелуй, Юнги впился в его шею, оставив на ней красный след. И сразу пожалел об этом — менеджер завтра будет в ярости. Но это будет завтра… Лаская языком и покусывая зубами нежную кожу, Юнги чувствовал как пульсирует артерия на шее и слышал, как громко и тяжело дышит Чимин. От этих звуков и ощущений, кружилась голова и не хватало воздуха. Хотелось покрыть все его тело поцелуями, ощутить на вкус каждый сантиметр кожи, пробежаться пальцами по всем частям тела, но было немного не по себе. «Не похоже ли это на насилие, ведь мы не обсуждали на сколько далеко зайдем. Да мы вообще ничего не собирались…» — видимо, здравый смысл все же пытался проникнуть в голову Юнги сквозь плотную пелену страсти и желаний. Он успокаивал себя только тем, что Чимин отвечал на его ласки и если всё зайдет слишком далеко, Чимин сможет развязать руки и остановить всё это. А может просто сказать: «Хватит» и Юнги сразу остановится. Жадно двигая по оголенному торсу рукой, Юнги расстегнул последнюю пуговицу на рубашке. Именно последняя пуговица рубашки напомнила Юнги, насколько сильно от возбуждения и волнения дрожали его руки. Как он на самом деле мечтал, чтобы Чимин никогда не узнал и в то же время почувствовал, насколько сильно тот хочет его. И хотел уже давно. — Ты не против если я… прикоснусь к тебе? — шепотом спросил Юнги, опустив руку на пах Чимина. Он почувствовал жар. — Нет. Я очень этого жду — также шепотом ответил Чимин. Юнги застонал в голос, опустился на колени и по-кошачьи потерся о пах. Он никогда не делал минет, но сейчас от одной мысли об этом, во рту скопилась вязкая слюна. Юнги расстегнул джинсы и стащил их вниз до колен. Белья не было. Он на секунду оторопел, а потом поднял удивленный взгляд на Чимина. Тот улыбался. Коварно. Сладко. Страстно. Левым уголком рта. Похоже, Чимин заранее все для себя решил и Юнги немного расстроился от того, что зря нервчинал и ругал себя — надо было быть смелее. Но в тоже время и обрадовался, ведь их желание взаимно и от одной этой мысли хотелось кончить. Облизнув пересохшие губы, Юнги взял в руку член Чимина и кончиком языка лизнул головку. Услышав одобрительный тихий стон, взял головку в рот и принялся сосать втягивая щеки и дразня языком то уздечку то устье уретры. Получалось крайне неловко и не умело, но Юнги старался и одобрительные стоны говорили, что он все делает правильно. Очень хотелось прикоснуться к себе, но Юнги держал себя в руках. Ему казалось, что он кончит только от одного касания. — Я тоже хочу чувствовать тебя — простонал Чимин, — пожалуйста, Шуга... Юнги поднялся с колен и посмотрел в глаза Чимину. Его взгляд был полон желания. Торопливо стянул с себя футболку и приспустил штаны вместе с бельём. Он очень старался сделать это аккуратно и не задеть чувствительную головку. Чимин наблюдал за Юнги прикрыв глаза. Обнажённое тело почувствовало прохладу, но Юнги не обратил на это внимания. Он обнял Чимина одной рукой и снова поцеловал эти невозможно сладкие и желанные губы. Второй рукой он обхватил оба члена и, прижав их к своему животу, грубо водил рукой вверх и вниз. Чимин двигал бёдрами и стонал так, что Юнги кончил первым. Несколько движений рукой и Чимин кончил следом. Слишком быстро, но и слишком пофиг, чтобы париться. Чистой рукой Югни дёрнул за конец верёвки чтобы освободить руки Чимина. Тот, почувствовав свободу, сполз на пол и принялся облизывать запачканную спермой руку. Юнги тихо застонал и опустился рядом на ковёр. Забрать руку из плена желанных губ ему дали, когда рука уже была чистая и покрытая пленочкой липкой слюны. Говорить не хотелось да слова были и не нужны. Юнги поднял взгляд на Чимина и улыбнулся. Тот улыбнулся в ответ и обнял Юнги за плечи. Все их чувства были понятны без слов.