между строк

самый рассвет зимы- середина декабря. за окном с ветхими ставнями, покрытыми полопавшейся краской, кружат крупные хлопья снега, вальсируя, и местами неуклюже сталкиваясь друг с другом. снежинки красиво подсвечивалась, будто на роскошном балу, правда, заместо ажурной люстры, в роли освещения выступал тусклый фонарь, но и он отлично передавал всю атмосферу русского зимнего утра. нехотя разлепив глаза, светловолосый юноша глянул на экран смартфона, лежащего подле. — и какого черта я так рано встал! еще уйма времени доспать. целых… 15 минут! покончив с недовольными возгласами, Гоголь уткнулся лицом в подушку. все же осознание того, что бесценное время на сон безнадёжно утеряно- не давало ни малейшего повода для радости. покрутившись еще пару минут по периметру всего дивана, тот с настороженностью уставился на пустое пространство у стены. точно. здесь явно не хватало чего-то важного. завернувшись в большое клетчатое одеяло и юркнув в затасканные им же тапочки, юноша шаркающими шажками приблизился к объекту своих поисков, вновь просиживающему всю ночь за работой. обняв худощавого мужчину со спины, коля завернул в одеяло и его, делая эти объятия еще теплее. — федя, свет моих очей, ну сколько мне еще тебе повторять, что ночь создана для того, чтобы спать, а не грузить себя тонной работы. ты ведь и днем занимаешься тем же.. ухмыльнувшись, темноволосый чуть отвлекся от монитора, на коем, в процессе разработки, была какая-то очередная программа. ласково потеревшись о светлые волосы партнера, федор сбросил с себя разделенное на двоих одеяло. — ах, кажется, я перепутал расписание твоих пар. был уверен, что сегодня к третьей, и я смогу тихонько лечь до твоего пробуждения, по окончанию работы, конечно же. несомненно, колю порой ужасно раздражало такое отношение феди к своему здоровью, но и поделать с этим он совсем ничего не мог. ведь переубедить этого своенравного упрямца - синоним к невозможному. обиженно цокнув, тот развернул стул к себе, заставляя темноволосого обратить хоть какое-то внимание на свою персону. фиолетового цвета глаза вопросительно уставились на николая. и все же, даже чрезмерная бледность и выраженные синяки под глазами были не в силах изменить утончённость и красоту его лица. — люблю ж тебя дурака. — с легкой ухмылкой, тот быстро чмокнул мужчину в губы, пока он не успел понять всего происходящего. — ну сколько раз просил не отвлекать меня от работы, совсем на месте не сидится? состроив грустную мордашку, светловолосый ответил: — эй, ну мне же хочется твоего внимания! ты с кем встречаешься в конце концов, со мной или с работой? проигнорировав пререкания партнера, федор лишь, приподнявшись с места, повторил поцелуй, делая его более чувственным. можно сказать, этим жестом он дал однозначный ответ своему ненаглядному коле. а именно, что все его слова- лишь плод бурного воображения, неотъемлемо присущего ему. крутанувшись обратно в сторону рабочего места, федор продолжил написание программы, потягивая крепкий кофе из бог знает какой по счету кружки. не желая оставлять федю в одиночестве, светловолосый уселся на подоконник, расположенный подле окна, и под лишенный логической связи рассказ о всем на свете, принялся заплетать косу из своих длинных волос. в такие моменты у обоих мужчин закрадывалась мысль: «и почему мы вообще вместе?..» и правда, она всегда была абсолютно уместна. ведь эти люди буквально противоположности друг друга. но и ответ всегда следовал один: «..я все же люблю его.» все таки они безумно гармонично дополняли друг друга. словно детальки пазла. такие разные, но в симбиозе образуют цельную, живую картинку. по завершению своей привычной укладки волос, времени на сборы, а уж тем более на завтрак, совсем не оставалось. в спешке метнувшись в ванную с целью умыться и почистить зубы, тот невольно глянул на свое отражение. признаться честно, колю устраивало в себе абсолютно все. от макушки до пят он чувствовал себя великолепным, в любом состоянии. завершив все оставшиеся утренние ритуалы, светловолосый уже стоял у выхода, повязывая на шее длинный шарф. из-за стены, словно приведение, выплыл федор, вероятно, закончивший с работой. аккуратно натянув шарф тонкими руками до уровня гетерохромных глаз, тот молча улыбнулся, провожая юношу взглядом. не сказать, что часы разлуки проходили как-то разнообразно. коле ничего не оставалось, кроме как учиться, федор же отходил ко сну на несколько часов, позже снова приступая к работе. его страсть к заработку была весьма таки неудивительна, ведь, считай, достоевский являлся единственным спонсором их, хоть и небольшой, но семьи.