Слёзы, гвозди и кровь

— Кэйа, отстань. — Только если получу ещё один стакан "Полуденной смерти" бесплатно. Терпение стремительно кончалось. Дилюк вздохнул и прикрыл глаза, чтобы не видеть этого наглого лица с лукавой ухмылкой. — Уйди из заведения. Если хочешь иметь шанс когда-нибудь сюда вернуться, уйди. Сейчас же. Кэйа смерил бармена своим знаменитым насмешливо-презрительным взглядом и пошёл по направлению к двери. Дилюк вздохнул и принялся протирать стаканы. "Он меня бесит." "Лучше бы его вообще не было." Подобные мысли заглушали те, недозволенные самим Дилюком чувства. Но ненадолго. Внезапный взрыв хохота прервал ход его мыслей. Он обернулся на звук и увидел в дальнем углу, за большим столом Кэйю, восседающего на стуле с победным видом и фальшивой ухмылкой. Вокруг него громко ржали пьяницы; они восхищённо поглядывали на капитана, что-то повторяли вполголоса и, покачивая головой, хихикали, зажмурившись и сморщив нос. Рагнвиндра передернуло. Он давно решил не обращать на капитана Ордо Фавониус внимания. Он убеждал себя, что Кэйа - непроходимый придурок. Он умеет лишь флиртовать, пить, махать мечом и всё. И спать. Он просто красивый дурак. Тем временем у красивого дурака кончилось вино и он обернулся к Дилюку с немой мольбой в глазах. Дилюк оторопел. Он никогда ещё не видел такого выражения на лице Кэйи. "И это всё ради вина..." Винодел не успел ничего сделать, как в таверну влетела, прихрамывая, Лиза Минчи и, подбежав к Рагнвиндру (Кэйю она не заметила), проговорила срывающимся голосом: — Мастер Дилюк! Маги Ордена Бездны захватили Джинн! У меня не хватит сил, чтобы её освободить или сделать портал. Я сама еле вырвалась. Дилюк сухо кивнул. — Чарльз, замени меня, срочное дело. Лиза, бежим. *** Они бежали в гору, по пути продумывая стратегию, когда на площадке перед обрывом Лиза остановилась. — Сладкий, давай разделимся. — Хорошо, тогда пока, и... — Удачи, Лиза! Можно было и не оборачиваться. Кэйа и так подошёл в поле видимости. — И тебе того же! — Лиза хихикнула. — Дилюк, и тебе! Ты знаешь, что делать, просвяти Кэйю! — Взаимно, Лиза. Тебе уже давно пора идти. Лиза кивнула и убежала. Дилюк стоял и смотрел с горы на магов. Такой тихий вечер... — А мне ты не хочешь удачи пожелать? Кэйа незаметно подошёл сзади и теперь заплетал волосы Дилюка в косу. — Кэйа... — Дилюк уже хотел послать наглеца подальше, но тут почувствовал его холодные пальцы на шее. — Дилюк, ты видишь, там Фатуи. Очень много. На случай, если я потом не смогу тебе этого сказать по причине смерти - а такое вполне возможно - Дилюк, я хочу, чтобы ты знал, — Кэйа повернул его лицом к себе. — Я люблю тебя. И всегда любил. Я умер, когда ты три года назад сказал "Я тебя ненавижу. Уходи и не приходи больше." Дилюк закрыл глаза. Вдох. Три секунды тишины. Выдох. Три секунды тишины. Вдох. Кэйа ждал чего угодно — пощёчины, брани, безразличия, и, где-то в глубине души - поцелуя, — но только не этого. Дилюк открыл глаза — они были полны слёз. Он смотрел Кэйе в глаза. Смотрел и смотрел. Слёзы текли... ...И у него просто не выдержали нервы. Он обнял капитана под лопатками, уронил голову ему на плечо и заплакал в голос. Слов от него не требовалось. Кэйа и так всё понял. Дилюк плакал о том, что так долго не мог плакать, о том, как давно ему этого хотелось, о том, что Кэйа говорил серьёзно, а не плёл какую-нибудь ерунду наподобие "Ах, Дилюк, я люблю тебя даже больше, чем твоё вино!!", о том, как он любил Кэйю и о том, какие у Кэйи красивые, глубокие глаза... Капитан гладил сотрясающегося от рыданий Дилюка по спине. Боже. Дилюк умеет плакать... ещё и на плече рыцаря Ордо Фавониус! С ума сойти... — Кэйа. Капитан открыл глаза и посмотрел на стоящего напротив него Дилюка. Мечник глядел на него... Было очень интересно смотреть, как слёзы вытекают из этих алых, горящих глаз, возбуждающих и согревающих... — Кэйа, пойдём спасать Джинн. Куда девалась вся его отстранённость и холодность? Самый тембр его голоса изменился, он стал нежнее и глубже, он волновал и заставлял жить и чувствовать. Кэйа улыбнулся, и новая порция слёз вылилась из глаз Дилюка. — Ты умеешь улыбаться! Кэйа, ну почему ты так редко это делаешь? — Я улыбаюсь только тем, кто это заслужил, а всем остальным достаётся лишь фальшь, любимый. И Дилюк мило покраснел. *** Пока они шли вниз к полю, Рагнвиндр обьяснял Кэйе тонкости стратегии. Когда Дилюк, сверкнув ещё мокрыми от слёз глазами на прощание, бесшумно исчез а кустах, Кэйа, оставшись один, повернул в другую сторону и пошёл вдоль густых зарослей, за которым было поле. За полем - скала. А на поле... маги со всеми элементами, Фатуи и Джинн. О, Барбатос. Он подошёл к скале и смотрел на неё, туда, где затаилась Лиза, и ждал условного знака от неё. Они с Дилюком должны были одновременно по сигналу выбежать на поле с разных сторон и атаковать. А Лиза загадочно сказала "Сюрприз. Не выбегайте на середину поля." И повела бровями. Маленькая искра поднялась в небо с горы. Дилюк вздрогнул и побежал через кусты. Его никто не заметил. Все взгляды были направлены в противоположную сторону. Дилюк поднял клеймор. Огненная птица на его конце кинулась вперёд. Дилюк рассекретил свое местоположение, но целостность груди Кэйи (пока) была сохранена. Когда тот вылез из кустов, в него сразу полетел целый рой стрел. Дилюк только что их сжёг. К нему ринулись враги. Они окружили его плотным кольцом, но Дилюк взмахнув мечом по окружности, перерубил их всех напополам. И так час. Дилюк ни разу не был серьёзно ранен, царапины не в счёт. И ещё час. Кэйа проводил атаки с таким изяществом, что можно было подумать, что он танцует, а не убивает застрельщиков Фатуи. Третий час. В середину поля, туда, где была самая толчея, спрыгивает со скалы хорошо отдохнувшая и восстановившая силы Лиза, в воздухе произнося заклинание. Приземлившись, она прошептала последнее слово, и выжгла вокруг себя круг диаметром около десяти метров. Разумеется, c врагами вместе. Четвёртый час. Рана на груди мешала и ныла. Если бы она была чуть выше, она была бы смертельной. Пятый час. Толпа изрядно поредела, да она и не была уже толпой. Фатуи не осталось, но были ещё маги, да ещё на шум битвы принесло хиличурлов и слаймов. А освободители Джинн так устали... Шестой час. Кэйа сражается уже не изящно. Он может работать только правой рукой. Левую перебило стрелой, которую Дилюк не успел сжечь, а Кэйа - отбить. Рагнвиндр чувствует себя роботом. Мысль о том, что он механически убивает хиличурлов, пугала и смешила. О, Барбатос. *** — Кэйа! Это последние! — Иду! А вот Лиза не может уже. *** В голове было совершенно пусто. Там не было даже мыслей. Было только боль – ноющая и изматывающая. *** — Он в порядке? С ним всё будет хорошо? Эти треклятые маги на нём живого места не оставили! "Какой знакомый голос." — Да, сэр Кэйа, конечно. Он поправится. У него даже нет сотрясения мозга. Ему повезло. — А могло и не повезти... Ладно. А Лиза? — А вот ей повезло меньше. У неё был обморок от истощения, также как и у мастера Дилюка, но она неудачно упала. — И что? — Сотрясение. А у магистра только затёкшие конечности. Вот и всё. — Н-да... могло быть хуже... Спасибо за руку. Она как новенькая! — Помогать раненым - моя работа, сэр Кэйа. Дилюк захотел привлечь к себе внимание и открыл глаза. — Дилюк! Ты как? — в голосе Кэйи была неподдельная радость, облегчение и что-то ещё. — Сойдёт. А ты? — говорить было тяжело, но он нашёл в себе силы улыбнуться, а любовь просквозила в этой улыбке сама. — Да я хорошо, и ещё лучше оттого, что ты в порядке! — Мастер Дилюк, раз уж вы очнулись и не жалуетесь на плохое состояние, то я пойду к мадам Минчи, хорошо? — доктор, старенький дедуля, вызванный, должно быть, из Мондштата, хитро улыбался. — Да, конечно. Доктор ушёл. — Милый, ты сегодня бесчисленное множество раз спас мне жизнь. — голос Кэйи с уходом доктора стал мягче и ниже, он прямо ласкал уши Дилюка. Тот улыбнулся. — Теперь это моя святая обязанность, — прошептал он в ответ, прикрывая глаза. А потом почувствовал, как прохладные пальцы расстёгивают пуговицы на его рубашке. Раньше он возмутился бы, но... не теперь. — Я мог бы и не расстёгивать, у тебя вся левая половина в клочья... ооох, Дилюк... Винодел скривился. Врач замотал рану на груди бинтами, но она всё равно болела. Он услышал скрип кровати и почувствовал, как она прогнулась. Он приоткрыл глаза. Кэйа сидел рядом с ним и озабоченно глядел на него. Повинуясь внезапному порыву, Дилюк сжал его руку в своей. — Я могу заморозить твою рану, и она будет меньше болеть, ты... не против? — А как это будет происходить? — Я положу на твою рану руку и использую крио. — Давай. — Только надо будет снять бинты, а то я заморожу их, — Кэйа снова улыбнулся. — Разрешишь? Дилюк положил его руку себе на грудь. — Тебе я разрешу всё, — он чувствовал приятный холодок от смуглых пальцев, лежащих на его ключицах, и ещё чувствовал, что действительно разрешит ему всё. О, Архонты. Как же он влюблён в этого красивого дурака. Кэйа тихо засмеялся и принялся аккуратно снимать бинты. Дилюк иногда вздрагивал, но не от боли, а от того, насколько нежными были прикосновения Кэйи. Наконец с бинтами было покончено и Кэйа с замиранием сердца положил руку на обнажённую грудь Дилюка и сказал: — Сначала может быть немножко больно, всё-таки она ещё не закрылась. — Мне не больно. Мне приятно. Дилюк распахнул свои алые глаза. Кэйа умер от нежности. Он, его милый Дилюк, смотрел на него с такой бурей в глазах, что хотелось плакать. Капитан слегка погладил гладкую кожу груди. Дилюк рвано выдохнул. — А ты долго будешь меня морозить? — А что, тебе не нравится? — Нет, конечно, просто я думаю, когда начинать огорчаться, что ты перестал... — Дилюк не договорил. — Перестал что? Касаться тебя? — Наверное, да... — рука Дилюка расстёгивала рубашку Кэйи. Быть полуголым одному - чушь какая. — Я буду касаться тебя ровно столько, сколько ты захочешь. Дилюк расстегнул все пуговицы, закрыл глаза и расслабился. В какой-то момент он почувствовал на щеке теплое дыхание. Он приоткрыл глаза... ...и утонул в других глазах. Лицо Кэйи было очень близко. Настолько близко, что казалось странным, как их носы не сталкиваются. Но Кэйа (да и Дилюк тоже) хотел ещё ближе. Он легко коснулся губами чуть приоткрытых губ Дилюка. Его рука продолжала вслушиваться в ритмичные удары сердца любимого. А он сам, не смея верить в то, что всё происходящее - реальность, целовал эти манящие губы. Дилюк лежал и таял, несмотря на то, что его в данный момент замораживали. Тонкие губы Кэйи не то чтобы были такими уж горячими - просто то, как он целовался, заставляло уши гореть. Дилюк обнял его за шею, притягивая ближе, и приглашающе раскрыл губы сильнее. И сразу же убедился в том, что язык у Кэйи горячий. Он скользнул в рот Дилюка и изучающе прошёлся по нижней губе, кромке зубов, а потом переплёлся с языком Рагнвиндра. Это завораживало. Когда воздух кончался, они останавливались, не отрываясь друг от друга и с горем пополам дыша носом. Кэйа решил, что рана уже заморожена, и убрал руку с груди, переложив её под ухо и перебирая распущенные красные волосы. Так он мог прижаться ещё теснее. Он перекинул ногу через тело винодела и, встав на колени и положив согнутые в локтях руки по обе стороны от его головы задвигался взад-вперёд, и по кругу, не разрывая поцелуя. Дилюку было приятно, когда сосок Кэйи цеплялся за его сосок... хотелось стонать... А раз хочется - почему нельзя? Тем более что Кэйа и на этом не остановился, прогнувшись в бёдрах. Его член тёрся о пах Дилюка. Теперь и Кэйе хотелось мурлыкать. Дилюк не выдержал и содрогнулся всем телом. "Какой сладкий стон из тебя можно при желании выбить!" Кэйа явно получал удовольствие. Голова снова пустовала. Все мысли плавно перетекали в неумолимо набухающий член, а Кэйа видимо, того и добивался. Дилюк медленно задвигал бёдрами. Кэйа ухмыльнулся. Дилюк это почувствовал, чуть приподнял задницу над кроватью и задвигался быстрее. С губ Кэйи сорвался тихий стон. Они тяжело дышали, едва соприкасаясь губами. — Положа руку на пах, признаюсь тебе, что у меня встал, — капитан улыбался. — А то я не догадался... у меня, вообще-то тоже, если ты вдруг не заметил. — Заметил, как же... — Ммм... Кэйа, это очень приятно, но я так не кончу. — А ты хочешь? — Да, я хочу. Во мне накопилось слишком много напряжения, мне будет легче, если оно уйдёт. — Всё для тебя, Люк... — протянул Кэйа, снимая с Дилюка штаны. Последний согнул одну ногу, чтобы капитану легче было достать "гвоздь программы". Вторую ногу он свесил с кровати, чтобы не мешала. Кэйа снял брюки и устроился между ног мечника. — Ты уверен? Будет слишком смешно, если мы с тобой зальём всю кровать! Дилюк кивнул. — Значит, посмеёмся. Большего Кэйе не требовалось. Он с минуту любовался стройным телом Дилюка, потом взял два члена рукой и принялся массировать. Мечник вцепился в простыню и сжал губы. Рыцарь откинул голову назад и тихо застонал. Потом, решив, что так Дилюк тоже не кончит, сменил тактику. Отпустив свой, он наклонился и вылизал бодро стоящий член Рагнвиндра. После этого откинул за спину волосы и, обхватив руками ствол, принялся ласкать головку. Дилюк со стоном выгнулся и вбился в Кэйю по самое основание. Рыцарь озорно посмотрел на него и улыбнулся с членом во рту. Дилюк лёг обратно, вернув ему возможность дышать. Кэйа закинул его ногу себе на плечо вновь наклонился к истекающему смазкой члену мечника. Он недолго ласкал его после этого. Дилюк спокойно сказал "Кэйа." и кончил. Капитан проглотил его семя и засунул "гвоздь программы" обратно в трусы. — Ты же меня доведёшь? — Да, конечно, но я пока не смогу сидеть, так что тебе придётся сесть сюда, — он показал на простыню рядом с собой. Кэйа уселся туда и его стоящий "гвоздь" уткнулся Дилюку в нос. Последний улыбнулся и поймал его ртом. Проглотив последствия бурного вечера Дилюк подвинулся к стене, приглашая Кэйю лечь рядом. Рыцарь понял намёк и улёгся на бок, уткнувшись лицом Дилюку в шею. Рагнвиндр обнял его рукой за плечи и расслабился. *** Через полчаса палец Кэйи ненавязчиво вернул Дилюка из глубокой задумчивости, граничащей с дремотой, в кровать. Дилюк подвигал бровями и открыл глаза. Кэйа, нежно улыбаясь, гладил его по носу. — А теперь переходим к заключительной части! — прошептал он и сел рядом с мечником. Дилюк обречённо вздохнул. Он слишком устал. Но Кэйа, видимо, уже отдохнул... и Дилюк не станет его останавливать. Но от него и не требовалось действий. Кэйа справлялся сам. Он ласково целовал нежную кожу шеи, груди, а когда дошёл до замороженного места, Дилюк снова хотел стонать. На шее Кэйа засосов не оставлял, справедливо полагая, что их проблематично будет скрыть. Но кто запрещал ставить метки на груди и животе? Уж конечно, не Дилюк. Покончив с этим, Кэйа довольно облизнулся, осмотрел свою работу (всё тело Дилюка ниже ключиц и до талии было усыпано яркими красными пятнышками. Очень красиво, особенно в сочетании с такими же красными волосами и глазами парня.) и, быстро чмокнул Дилюка в нос. — Остановимся на достигнутом, милый, а то, знаешь, передоза - это неприятно. — Кэйа встал. — А ты не подумал о том, что меня доктор сейчас будет осматривать, перебинтовывать, и застукает твои красивые засосы? — улыбку на своём лице Дилюк уже не контролировал. — Честно говоря, нет. Но ты можешь просто сбежать. — В глазах Кэйи плясали черти. — Блистательная идея, — Дилюк сел. — Но, видимо, лучше всё равно ничего не придумать. *** — Джинн! — Ой, Дилюк, Кэйа, привет! Кэйю-то я поблагодарила уже, Лиза — магистр всхлипнула, — не в состоянии принимать благодарности, а вот ты... Она обняла его. Потом отпустила и, переведя взгляд с одного на другого, спросила: — А что вы тут делаете? — Ругаемся! — Дилюк с отстранённым лицом сложил руки на груди. — То есть, он меня ругает. — А почему? Вы ведь только что совершили подвиг! Вместе! — Кэйа задолжал мне тринадцать тысяч моры. — Дилюк вздохнул. — Как мне не ругаться? — Прямо так точно цифру помнишь? — восхитился Кэйа. На самом деле он восхищался актёрским талантом Рагнвиндра, но как сказать об этом при Джинн?.. — И ещё долго буду помнить, — Дилюк был мрачный, как туча. — Будет что внукам рассказать: "Однажды сэр Кэйа Альберих, капитан кавалерии Ордо Фавониус, задолжал мне тринадцать тысяч, причём - за один раз..." Кэйа смеялся, а Джинн качала головой. *** Вечером, когда срочно вызванный Альбедо подлатал Лизу, все они - Кэйа, Дилюк, Лиза, Альбедо, Джинн и любопытная скаут Эмбер - сидели в здании штаба Ордо Фавониус, в самой уютной комнате с камином. Дилюк и Кэйа сидели вдвоём на диване и делали вид, что спят. Остальные сидели на другом диване и тихо разговаривали. Эмбер слушала рассказ Джинн о том, что происходило пока Лиза бегала за помощью, рассказ Лизы о том, что чувствуешь, лёжа в обмороке, лекции Альбедо по врачеванию и алхимии и сладкое посапывание Дилюка, который, по мнению Джинн, очень трогательно положил голову на плечо Кэйи. Впрочем, Кэйа так же трогательно обнимал его сзади рукой, просто остальные присутствующие об этом не знали. — Бедные мальчики, так устали, — вздохнула Джинн, — пусть уж поспят, не будем их будить. Пока она это говорила, бедные мальчики, внешне спокойные, внутри умирали от смеха, потому что никто, кроме них, не знал, что они держатся за руки. *** — Как удобно, что у тебя такая широкая накидка - ни черта не видно, что мы делаем — Я её специально для этого купил. Все уже ушли спать, поэтому можно было разговаривать. Кэйа хотел было воспользоваться шансом и потрепаться как следует, но не успел, так как Дилюк предусмотрительно заткнул его поцелуем.