you made me shine

Пламя на конце сигареты загорается почти мгновенно и так же быстро потухает, оставляя после себя едкий дым. Рюджин, прикрыв глаза, втягивает его в себя, игнорируя слезящиеся глаза и неровное дыхание. Так проще. Так удобнее. Чуть лучше, чем просто невыносимо. Брюнетка стоит на балконе какой-то чужой квартиры и смотрит на звезды, удивительно ярко и отчетливо видные сегодня. Она горит изнутри так же, как и они. Возможно, немного сильнее. За дверью слышна громкая музыка, разговоры и смех — такой необычный звук, который люди издают, когда они счастливы, когда им легко и спокойно. Рюджин не помнила, когда она последний раз смеялась. Выскользнув из пальцев, сигарета летит вниз, ударяясь об асфальт, и тлеет ровно до того момента, как её сминают колеса проезжающего автомобиля. Такая короткая и бессмысленная жизнь: сгореть, оставив после себя лишь кучку пепла. Проводив сигарету взглядом, Рю входит обратно в комнату. Шум мигом настигает ее, топит в пучине вечеринки и не дает вздохнуть. Девушке абсолютно все равно. Плюхнувшись на диван, она поднимает голову, глядя в потолок. Перед глазами все плывет. Рядом подсаживается парень и что-то говорит ей, но брюнетка не слышит. Или может просто не понимает. Вокруг танцует куча незнакомых людей, громкий бит пульсом стучит в ушах, на языке еще чувствуется привкус пепла, а в голове крутится лишь одна мысль: «Сегодня». Да, она сделает это сегодня. Она сделает это прямо сейчас, вот только покинет это место, и все! Тупая боль, ноющая где-то внутри, наконец-то уйдет. Все встанет на свои места. Проблемы растворятся в ночном воздухе, пропитанном чужими мыслями и эмоциями. На душе удивительно спокойно: она давно смирилась с тем, что это произойдёт. Жить слишком сложно. Жизнь чересчур невыносима. И, разумеется, до ужаса несправедлива. Рюджин выходит из квартиры и спускается вниз, стуча каблуками по ступеням лестницы. Ночь сегодня на удивление хороша: тепло, легкий ветерок перебирает пряди темных волос, яркие огни города освещают нечитаемое лицо и подтеки туши под глазами. Довольно иронично. Шин не торопясь идет по улицам, смотря прямо перед собой. Поворот, еще один, и вот девушка выходит на набережную к реке. Вода тихонько журчит, маленькие волны с плеском ударяются о поверхность. А вокруг никого, кроме одиноко смотрящей на звезды девушки. Рюджин шумно выдыхает и идет по мосту, пересекающему речную гладь. Заостренный черный ноготь отстукивает на перилах неровный ритм, приоткрытые губы слегка рвано и как-то отчаянно хватают воздух, и лишь глаза брюнетки все так же неотрывно смотрят вперед. Она сделает это. Уже слишком поздно отступать. Опершись на перила всем телом, Рюджин кидает взгляд на темную воду, которая одновременно отталкивает и манит к себе. Девушка подтягивается и перекидывает сначала одну, а потом и вторую ногу через ограждение. Теперь она сидит, покачивая блестящими туфлями вперед-назад и старается остановить поток хаотичных мыслей. Вот воображение рисует ей маленькую сестрёнку Юну, с такими большими и умными глазами. Папу, с его теплой улыбкой и мягким голосом. Лучшую подругу Йеджи, которая так старалась во всем поддерживать Рюджин. Но все это меркнет перед четким пониманием: эти люди не могут ей помочь. Никто не может помочь Шин Рюджин спастись от самой себя. И тогда мысль, пришедшая ей в голову еще несколько лет назад, крепнет. Я не хочу жить. Я хочу умереть. Уйти, исчезнуть навсегда. Мне так тяжело, я просто не справляюсь. Тогда, в то время маленькая Рю испугалась. Откуда такие рассуждения? Нельзя так говорить, выход есть всегда! Вот только лучше не становилось. Весь этот год Рюджин пыталась. Честно пыталась. Но все бессонные ночи, тонны дешевых сигарет и ноющая боль никуда не делись. Она устала бороться с этой несправедливой жизнью, в которой небо постоянно затянуто тучами и идет дождь. Смерть матери сломала что-то глубоко в девушке. Видимо что-то, что нельзя починить. А дальше было только хуже. Предательство друзей, проблемы на работе и ответственность за младшую сестру свалились на плечи шестнадцатилетней Рю, как снег на голову. Прошло гребанных два года с того момента. И вот теперь Шин Рюджин умрет. Наконец-то отдохнёт от этого мира. В последний раз пробуя воздух на вкус, девушка запрокидывает голову. Звезды все так же безразлично сияют, а еще, оказывается, луна сегодня полная. Драматично получается, не так ли? Шин умрет глубокой ночью в полнолуние в день своего восемнадцатилетия. Рюджин глубоко вздыхает, и потная ладонь девушки начинает медленно соскальзывать с перил… — Луна сегодня красивая, не так ли? — чьи-то пальцы вдруг дотрагиваются до запястья брюнетки — Мне кажется, вам лучше встать с этой стороны: вдруг случайно упадете. Медленно оборачиваясь через плечо, Рюджин видит незнакомую девушку. По запястью вдруг бегут искорки тока, добираясь до самого сердца. Ее пальцы удивительно теплые. Девушка стоит и улыбается. Но так, как никто другой до нее: губами, глазами, едва заметными ямочками на щеках. Ее носик слегка морщится, когда непослушная прядь огненно-красных волос вдруг выскальзывает и падает ей на глаза. Наблюдая за незнакомкой, Шин запоздало отмечает, что еще никогда не встречала таких людей. Молчание затягивается, но девушка с пламенными волосами видимо и не ждет ответа. — На удивление приятная ночь. — незнакомка подставляет лицо ветру, зажмуривая от удовольствия глаза — Вы любите гулять так поздно, да? Прямо как и я. Рюджин несмело кивает и тут же замирает: пальцы девушки отпускают запястье и перебираются на открытое плечо. По нему словно пробегает разряд горячего пламени. Ледяная кожа Шин немедленно покрывается мурашками. — Ой, вы наверное замерзли! — всполошилась незнакомка — Неудивительно, ночью около воды всегда прохладно, а вы еще и в платье с открытыми плечами. Идите сюда, я сейчас помогу. Немного не понимая, что она делает, Рюджин послушно протягивает руку девушке. Нежная ладошка мгновенно окутывает приятным теплом и аккуратно тянет на себя. Развернувшись полностью, брюнетка спрыгивает на мост, цокнув каблуками. Вблизи незнакомка оказывается (если это возможно) еще более милой: одетая в топ, легкий кардиган, белые джинсы и кеды Converse, она, по-домашнему уютная, все еще держала руку Рю. Почему-то это приятно. — Кажется вы были на каком-то празднике: у вас немного потекла тушь, но это не беда, у меня есть салфетки! — девушка роется в коричневом шоппере и с улыбкой смотрит Шин в глаза — Можно подправить? Облизнув пересохшие вдруг губы, Рюджин кивает, чем зарабатывает еще одну теплую улыбку. Незнакомка подходит ближе и наклоняется прямо к лицу брюнетки. Неосознанно задержав дыхание, Рю метает взгляд от ее губ к глазам. Боже, она может пересчитать каждую ее длинную ресницу! Но тут девушка тоже посмотрела Рюджин в глаза: этот контакт разрывать совсем не хотелось. Темные, бездонные зрачки с такой неподражаемой теплотой сияют своим собственным светом. И Шин в нем тонет, абсолютно не желая выбираться на поверхность. Тем временем по щеке скользит холодная влажная салфетка, стирая черные подтеки. Движения незнакомки аккуратные, нежные: она как будто протирает хрусталь. Одна щека, потом вторая. Закончив, девушка задерживает свой взгляд на лице Рюджин, словно желая получше его запомнить, и отстраняется. — Так гораздо лучше. У вас очень красивая кожа: ухаживайте за ней обязательно! Рю, все еще будто оглушенная, кивает. Незнакомка усмехается и стягивает с плеч кремовый кардиган: такие вещи абсолютно не в стиле Шин — мягкие, пушистые, милые. Никаких цепей, черного или кожи. Но когда девушка, изящным движением поправив огненные волосы, протягивает его Рюджин, та может лишь молча принять неожиданный подарок. — Даже не пытайтесь отказаться. — предостерегает она — Вы явно продрогли, а я живу неподалеку, дойду и так. Может быть, вас проводить? Рю быстро мотает головой из стороны в сторону и впервые за весь вечер хриплым голосом возражает. — Мне далеко идти, не нужно. Вы и так много для меня сделали. Незнакомка задумчиво осматривает брюнетку. — Вызвать вам такси? — Нет-нет, я хочу прогуляться. Благодаря вашему кардигану не замерзну. — в подтверждении своих слов Рюджин натягивает его поверх платья, что смотрится довольно комично — Точно отдаете его? Мне как-то неловко. Девушка быстро машет маленькой ладошкой. — О, ничего такого! Если вы так переживаете, купите мне как-нибудь стаканчик кофе. Доброй вам ночи, я пойду! Шин смотрит, как незнакомка улыбается, подмигивает Рюджин и уходит по мосту в противоположную сторону. Мягкий кардиган приятно согревает, а ошеломленная Рю стоит на месте. Спустя минут пять, девушка закусывает губу и медленно идет по набережной в сторону дома. Мысли крутятся в голове с бешеной скоростью, сменяя одна другую. Кто та девушка? Почему она заговорила с Рюджин? Зачем отдала свой кардиган? Тут она резко останавливается, осознание падает на нее: Шин даже не знает имени или номера незнакомки! Как вообще она купит ей кофе? И тут все становится понятно. И мягкая улыбка при прощании, и быстрое подмигивание… Огненно-рыжая девушка просто придумала предлог с кофе, дабы отдать Рю кардиган. Одновременно мило и раздражает. Шин хмурится, закусывая губу и теребя край теплой кофты. Ну уж нет! Она найдет таинственную незнакомку и отдаст ей и кофе, и кардиган! Вот только усталость берет свое: добравшись до дома, Рюджин плюхается в кровать даже не раздеваясь. Последняя мысль, что крутится у нее в голове, перед тем как провалиться в сон, достаточно сильно засела в сознании. Блядский боже, какие у нее теплые пальцы… Все еще ощущая запястьем, плечом и щекой это прикосновение, Шин Рюджин впервые за долгое время засыпает без сигареты в руках.