A Moment of Peace

Было уже поздно. Энн чувствовала, как настороженность после долгого дня дает о себе знать в ее ноющих мышцах. Ее тело умоляло ее просто закрыть глаза и поддаться сну, но она знала, что если поддастся искушению, то ей придется пережить еще один день или больше, не получая никакого облегчения. Первые несколько дней после их возвращения в Амфибию были настолько хаотичными, что ей даже в голову не приходило, что у нее не было времени позаботиться о себе. Затем возникла дилемма устранения этой маленькой проблемы. За исключением того, что с каждым днем она не могла убежать от Плантеров и всех остальных, кто был вынужден жить под землей, эта маленькая проблема становилась немного больше, и ее было все труднее скрывать. Они были там уже больше месяца, и она чувствовала, что вот-вот сгорит от сексуальной неудовлетворенности. В ванных комнатах не было уединения. Занавески разделяли "кабинеты" для видимости уединения, но ей не могло сойти с рук провести там достаточно времени, чтобы выполнить работу без того, чтобы кто-нибудь не услышал, чем она занимается, или не проверил ее за столь долгое исчезновение. Душевые также не предоставляли хорошей возможности, потому что горячая вода была ограничена, а душевые были открыты. Ужас наполнил ее при мысли о том, что Полли присоединится к ней в душе и увидит, как она дрочит свой член, отчаянно ища хоть какое-то облегчение. Они не хотели, чтобы она бродила наверху одна, да и вокруг туннелей не было мест, где не жили бы все бывшие горожане Вартвуда. И, конечно же, ей приходилось делить свою спальню со своими псевдо-братом, сестрой и дедушкой, так что позволять ее руке блуждать посреди ночи было недопустимо. Это оставило ее терпеливо ждать, пока появятся три разных типа храпа, все время думая о том облегчении, которое она вскоре найдет. Ее член дернулся под юбкой, и она прикусила губу, чтобы не думать об этом. Боль была достаточно отвлекающей, чтобы отвлечь ее внимание от чего-то другого. Конечно, если бы ее не было слишком долго и кто-то из остальных проснулся, ее бы поймали, не успев расколоть орех. План был прост: уйти, никого не разбудив, найти свободное место, подрочить так, как будто от этого зависела ее жизнь, и вернуться, притворяясь, что все это время была в ванной, если кто-нибудь спросит. Если бы она была достаточно быстра, никому бы и в голову не пришло усомниться в этом. Вдобавок ко всем другим сложным частям ее плана, самой трудной частью было найти место, куда она могла бы улизнуть, чтобы обеспечить своего рода уединение для акта. Была слишком велика вероятность того, что кто-нибудь зайдет в туалет или душевую, даже так поздно ночью. Столовая была открыта допоздна для тех, у кого были ночные смены. Было только одно место, куда, как она знала, никто не осмелился бы ворваться без причины. Военная комната. Это также означало, что ей придется подождать, пока Саша уйдет спать, и оставить комнату пустой. Она выжидала, пока не наступит идеальный момент, чтобы наконец-то побыть наедине с собой. Она проявилась сегодня во время обеда. — Завтра у нас раннее задание, так что сегодня мне нужно лечь спать пораньше и убедиться, что я хорошо отдохнула, — прокомментировала Саша, жадно поглощая еду. В большинстве дней у нее редко находилось свободное время, чтобы присоединиться к ним за обедом. — Не собираешься всю ночь перепроверять свои планы? — поддразнила Энн, но часть ее трепетала от подтекста. Сегодня вечером Саша ляжет спать пораньше, и военная комната будет свободна. Это был ее шанс. Когда пришло время ложиться спать, она повернулась на бок лицом к стене и терпеливо ждала, пока остальные устроятся на ночь. Мысль о том, что наконец-то, наконец-то у нее появится шанс выйти, была настолько многообещающей, что она уже щеголяла в полупоклоне. Если бы там было какое-нибудь божество, она молилась бы им, чтобы никто не бродил по туннелям так поздно ночью. Было бы довольно трудно объяснить палатку, которая встала в ее школьной юбке. Мысль о том, что ее поймают, пугала ее, но это всегда подогревало ее возбуждение. Как только она услышала, как все три пары храпов наполняют комнату, она начала приводить свой план в действие. Она медленно села и поерзала в постели, стараясь не слишком сильно взъерошить простыни. Осторожными шагами она перешагнула через спящего Хоп-Попа и обошла руку Сприга, которая покоилась над его головой. Первая часть ее плана была завершена, теперь пришло время для второй части. Она выглянула из-за занавесок, предлагая семье немного уединиться, чтобы увидеть, что побережье чистое. Она прорвалась сквозь занавески и начала энергично шагать к военной комнате. Это было недалеко от них, но она не хотела, чтобы ее поймали. К счастью, удача была на ее стороне, поскольку во время своего короткого путешествия она никого не встретила. Она не потрудилась заглянуть через занавески, потому что единственный человек, который должен был быть там в это время ночью, запланировал свидание с ее кроватью. Энн ворвалась в комнату и быстро огляделась, чтобы убедиться, что путь свободен, прежде чем метнуться в сторону и прислониться спиной к стене. Ее рука скользнула под юбку и провела по линии талии трусиков, которые в этот момент были абсолютно испорчены. По мере приближения момента передышки она уже начала пачкать свое нижнее белье преякулятом. Она воспользовалась возможностью, чтобы собрать немного преякулята в руку и быстро распределить его по всей длине, сделав паузу, чтобы сплюнуть на раскрытую ладонь, чтобы добавить больше смазки, прежде чем быстро вскочить и начать накачивать свой ноющий член. О, блять, это было так хорошо. Прошло так много времени с тех пор, как она могла облегчиться, и она застонала, прислонившись спиной к стене. Она была так взвинчена неделями отсутствия возможности побаловать себя, что решила, что долго не протянет. Но и помочь процессу тоже не помешало. Она закрыла глаза, прикусив губу, чтобы сдержать стоны, которые хотели сорваться с ее губ, и вызвала одно из своих любимых воспоминаний о банке шлепков. Незадолго до того, как они уехали в Амфибию, Саша пригласила Энн к себе домой после тренировки по теннису и черлидингу. Поскольку ни один из них не умел водить машину, это было в 20 минутах ходьбы от школы. Почти сразу же, как они начали идти, небеса разверзлись и проливным дождем залили всю их дорогу домой. Когда они наконец добрались до Сашиного дома, то промокли насквозь и замерзли. Саша предложила Энн кое-что из своей сухой одежды, прежде чем начать раздеваться сама. Прямо здесь. Полностью. Энн удалилась в ванную до того, как ее "проблема" дала о себе знать, но это всегда было ее любимым воспоминанием, к которому она возвращалась, когда ей нужно было довести себя до крайности. Ее маленькие упругие груди с сосками, которые сморщились от холодного дождя. Ее пресс подчеркивался каплями дождя, которые скатывались по обнаженной коже. Ее половые губки, которые блестели в тусклом свете ее спальни. Она была почти на месте. Ее рука начала болеть из-за всех тренировок с мечом, через которые Саша заставляла ее проходить, но чувство, нарастающее в ее яйцах, говорило ей, что почти пришло время джекпота. Ее пальцы согнулись, в то время как бедра начали двигаться в соответствии с темпом, заданным ее рукой. Она была почти на месте, осталось совсем немного… Она издала сдавленный крик, когда пересекла переломный момент, сперма пролилась по всей ее руке и на пол. Она открыла глаза, когда облегчение, которого она так отчаянно жаждала, обрушилось на нее, даже когда ее член продолжал извергать толстые струи ее семени. Это определенно была горячая минута с тех пор, как у нее был шанс выйти. Наконец, опустошенный, ее член начал размягчаться в ее руке, и она сделала паузу, чтобы дать себе дополнительное мгновение, чтобы насладиться послевкусием заслуженного оргазма. Кашель, донесшийся из дверного проема, чуть не заставил ее спрыгнуть со стены на пол. Саша стояла там, лишенная своей обычной одежды из доспехов и вместо этого одетая в пижаму, скрестив руки на груди и приподняв бровь при виде этого зрелища. — С-Саша? — Она запнулась, позволив юбке упасть, чтобы прикрыться. Она могла бы подождать, чтобы натянуть трусики до конца, как только проблема будет решена. — Нужно было побыть наедине? — спросила Саша, указывая на беспорядок на полу. О, вау. Энн посмотрела вниз на маленькую лужицу на полу и попыталась вспомнить, когда она когда-либо кончала так много от одного оргазма. — Я-я мне жаль… ты сказала... — Я действительно сказала, что не работаю допоздна, но я не могла заснуть, поэтому решила еще раз просмотреть планы, — добавила она, отказываясь давать Энн какую-либо реакцию, кроме общего любопытства. Энн посмотрела вниз и указала на пол, где был ее беспорядок. — Мне так жаль. Я у-уберу это прямо с-сейчас. — Оставь это. — Глаза Энн резко поднялись, чтобы встретиться с ее глазами, и командный тон голоса почти мгновенно подействовал на нее. Кровь уже текла обратно в ее пах. — Почему? — Взгляд Саши скользнул вниз по ее телу и остановился на палатке, которая начала натягиваться под юбкой. — Это моя работа как командира - следить за тем, чтобы о нуждах каждого заботились. Похоже, что твои потребности не удовлетворяются, Бунчой. — Энн поежилась под ее пристальным взглядом и попыталась отогнать мысли о том, что Саша помогает ей. Желательно ртом. — Что же ты тогда рекомендуешь? Озорная улыбка, появившаяся на лице Саши, была четким указанием на то, что у нее было на уме, когда она шагнула вперед, осторожно, чтобы не наступить в лужу спермы. — Знаешь, что может быть более уединенным, чем военная комната? — спросила она, ее горячее дыхание щекотало ухо. Она почувствовала, что дрожит от этого прикосновения. — Спальня командира. Без предупреждения Саша засунула руку под подол юбки и взяла член в свою теплую ладонь. Энн издала сдавленный стон и постаралась не упасть в обморок от неожиданного прикосновения. — П-проводишь меня туда? — Голос Энн надломился, ее дыхание стало тяжелым, когда она сосредоточилась на ощущениях, которые Саша вытягивал из ее члена. — Тогда кончай, — поддразнила она, потянув Энн к двери, потянув за ее член, недостаточно сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы заставить ее ноги двигаться. Энн не ответила словесно, позволив Сашиной руке провести ее коротким путем к ее личной комнате. Ее трусики остались поднятыми, талия была заправлена под яйца, все еще покалывающие от ее недавнего освобождения. Когда они приблизились к занавеске, отделяющей их от безопасности и уединения ее комнаты, Саша взяла ее за другую руку и толкнула Энн в плечо, отчего та отшатнулась назад и ударилась бедром о край кровати другой женщины. Саша шагнула за занавеску с голодным взглядом, сосредоточенным на ее эрекции. — Что бы ты хотела, чтобы твой командир сделал для тебя, Энн? — спросила Саша, придвигаясь ближе, пока ее тело не оказалось вровень с телом Энн. Бедра Энн дернулись от соприкосновения, и Саша ахнула, когда твердая плоть задела ее собственный разгоряченный центр через пижамные шорты. — Я-я хочу твой рот. На мне, — сказала Энн. Саша двинулась вперёд, чтобы соединить их губы в поцелуе, прежде чем отступить назад и опуститься на колени. Все остальное, о чем она могла бы попросить, замерло у нее на губах, когда влажное тепло накрыло ее член. — С-Саша! — Услышав свое имя, Саша с хлопком отпустила придаток. — Стенки все ещё тонкие, так что тебе нужно потише, — приказала она, прежде чем возобновить свою работу, на этот раз проводя языком по всей длине. Когда Энн сказали говорить потише, ей пришлось еще сильнее бороться со звуками, которые так отчаянно пытались вырваться из ее рта. Она поднесла кулак ко рту, чтобы заглушить звуки, которые Саша, казалось, выдавливал из нее. Кончиком языка она провела по узору толстой вены, которая бежала вверх по боку ее члена, и Энн с трудом сдержалась. — Бля… Са... Сас… Сссссашшш... — она задыхалась, когда рот Саши поглотил всю ее длину, пока ее нос не коснулся ее растрепанных волос на публике. Она несколько раз провела носом по кустам, напевая у основания горла, что совершенно взбесило Энн, и она чуть не закричала. Перевозбуждение после того, как она только что кончила в другой комнате, означало, что Саша смогла быстро справиться с ней. Всего несколько минут спустя Энн почувствовала знакомое напряжение в своих яйцах, и у нее даже не было возможности предупредить Сашу, прежде чем она напряглась, чтобы выстрелить зарядом в талантливое горло блондинки. Энн слышала, как Саша глубоко вдохнула через нос, когда ее рот наполнился густой спермой, и она жадно высасывала ее всю, пока Энн не откинула бедра назад. Два оргазма подряд заставили ее почувствовать себя перевозбужденной, и Саша неохотно отстранилась. Тонкая струйка спермы скатилась по ее губе, и тонкая струйка слюны соединила ее рот с членом Энн. — Черт возьми, Бунчой, я надеюсь, что это не всегда будет так быстро, —сказала Саша, когда ее язык высунулся изо рта, чтобы проглотить остатки ее спермы. Энн схватила ее за воротник и притянула к себе для поцелуя, пробуя себя на вкус во рту другой. Саша застонала в поцелуе, прежде чем отстраниться. — Значит, мы можем сделать это снова? — спросила Энн. Саша издала смешок. — Детка, мы даже близко не закончили сегодня, — сказала она, отступив назад и стянув рубашку через голову, обнажив свои упругие сиськи с напрягшимися от холодного ночного воздуха сосками. — У меня есть свои собственные потребности, о которых нужно позаботиться. — Энн двинулась вперёд, взяв обе груди в ладони и помассировав вновь открывшуюся плоть. — Ваше желание для меня закон, командир.