the wedding dress (broken promises)

Ванда ждала на крыльце, пока Вижен заканчивал собирать свой багаж. — Я вернусь послезавтра, — сказал он обнадеживающе, изо всех сил стараясь впихнуть последний чемодан в багажник. Это не должно было быть сложно, он не так много упаковал, но они все еще хранили остатки свадебных принадлежностей в багажнике своей машины, когда его вызвали. Из-за этого у них не было времени разобрать их до того, как он должен был уехать в следующую командировку. Прошло всего две недели после их свадьбы. Она думала, что у них будет больше времени, пока его работа не помешала им. По крайней мере, Старк звучал извиняющимся по телефону, когда позвонил и попросил, чтобы Вижен встретился с ним в Фениксе для какого-то важного дела Stark Industries. Она не знала ничего об этом деле, Вижен подписал соглашение о неразглашении, но он сказал ей, что, вероятно, получит повышение, если все пройдет гладко. Она не заботилась о повышении. Ее, всего две недели как муж, вынужден был ехать через всю чертову страну, и она не хотела, чтобы он уезжал. Она просто хотела, чтобы он остался здесь, с ней, и к черту последствия. — Я буду ждать, — сказала она с улыбкой на лице и сахарно-сладким голосом. — У тебя все получится, Виз. Он снова посмотрел на нее, как только смог закрыть багажник. — Спасибо за веру в меня, дорогая, — сказал он, подходя к ней. — И за твое терпение относительно того, как часто я должен быть в разъездах. Он прикоснулся рукой к ее лицу, и она прильнула к нему. — Это того стоит, чтобы быть с тобой. — Я тебя люблю. — Я тоже тебя люблю. Всего через несколько минут после этого, Ванда снова стояла на крыльце одна. Рейс Вижена должен был вылететь через час, поэтому у них не было времени на более длительное прощание. Честно говоря, у него даже не было времени собраться в дорогу. Предполагалось, что у него будет еще одна неделя отпуска, но, видимо, эта поездка не терпит отлагательств. У них кончилось время, и следующие несколько дней она снова будет одна. Она ненавидела оставаться одной. Еще через мгновение она вернулась внутрь и, закрыв за собой дверь, достала телефон. Она открыла список контактов, и ее палец завис над двумя конкретными контактами. Два человека, которые не дадут ей чувствовать себя одинокой. Пьетро или Агата. Она могла бы позвонить своему брату, который придет с едой на вынос и ее любимым фильмом. Который позволил бы ей плакать ему в плечо и говорить о том, что она уже чувствует, будто отдаляется от Вижена, и как она не хотела, чтобы он снова, блять, ушел. Который дал бы ей совет, и был бы тем человеком, в котором она нуждалась прямо сейчас. С другой стороны… Агата, наверное, не стала бы этого делать. Но, она дарила бы ей оргазмы и чувство контроля над своей жизнью, что было настолько проще, чем пытаться исправить то, что происходит. Ее брат мог быть тем человеком, который ей был нужен, но Агата была тем человеком, которого она хотела, так что… Она позвонила Агате. Разговор был недолгим, и Ванда даже не сказала, чего на самом деле хотела, во время разговора. Однако она могла бы сказать, что Агата знала настоящую причину ее звонка. Что-то было в ее голосе, что-то, что говорило Ванде о том, что Агата знала. Она сказала, что будет через полчаса. Они обе знали, что она могла бы прийти раньше, но они также обе знали, почему она не может. В конце концов, ни одна из них не хотела попасться. Лучше подождать, пока они не убедятся, что Вижен не вернется домой, прежде чем начать что-то, что они не смогут объяснить. Что ж, Агату не волновало, что ее могут поймать. Но она знала, что Ванду это действительно, действительно волновало. Это было не только ради Вижена. Хотя, конечно, это было значительным фактором. Она ненавидела даже мысль о том, чтобы причинить ему такую ​​боль. Она уже чувствовала себя виноватой за то, что позвонила Агате, хотя это был далеко не второй раз, когда она изменяла с ней Вижену. Она каждый раз чувствовала себя виноватой, но это никогда не останавливало ее в прошлом и, вероятно, не остановит в будущем. Нет, другая причина, по которой она не хотела быть пойманной, заключалась в том, что ее брату уже изменяли раньше, и это разбило ему сердце. Она знала, что Пьетро считал обман абсолютно неприемлемым, и ничто не заставит его передумать. И она бы согласилась с ним, блять, она бы согласилась с ним год назад. Она не знала, как это повлияет на ее отношения с братом, если он узнает, что она делает то же самое, что так сильно ранило его, в случае с его мужем. Она уже видела, что случилось с ним, и делала то же самое с тем, кого любила. Если ее и Агату раскроют, это не только разобьет сердце Вижена и положит конец ее браку. Это могло полностью разрушить ее отношения с братом. Что ж, теперь она ничего не могла с этим поделать, кроме как признаться в этом. Она не могла, она чувствовала себя совершенно не готовой к этому, и она не знала, сделает ли она это когда-нибудь. Единственное, что она могла сделать, это зарыться глубже в эту дыру, наслаждаться ею, пока это возможно, и надеяться, что все это не свалится на нее в конце. Она проебалась. Однако этих мыслей было недостаточно, чтобы заставить ее покончить с Агатой. Вместо этого, как только она услышала стук в дверь, она впустила ее в дом с приветливой улыбкой.

***

Они не тратили время на любезности. Ванда тут же повела Агату в ее спальню. В тот момент, когда дверь закрылась, Агата взяла ситуацию под контроль и прижала ее к себе, грубо целуя. Они не пытались говорить, им не нужно было ничего говорить — это уже было привычным для них обеих порядком. Всего через мгновение Ванда почувствовала, как бедро Агаты прошло между ее ног, позволяя ей тереться об него своей киской сквозь одежду. Она застонала. Агата, не переставая целовать ее, взялась руками за рубашку Ванды, быстро и эффективно расстегивая ее. Ванда сделала то же самое с рубашкой Агаты, хотя у нее не было пуговиц, поэтому она просто стянула ее через голову с Агаты. Они остановились на мгновение чтобы отдышаться. После они сделали то же самое со своими лифчиками, и всего через несколько минут после того, как ее соседка прибыла в ее дом, они обе были топлесс, их руки блуждали по обнаженной груди друг друга. — Я же говорила тебе, — сказала Агата, когда ее губы коснулись шеи Ванды, и она поцеловала так настойчиво, что наверняка остался засос. Ее руки сжались на талии Ванды. — Я говорила тебе, что фаза медового месяца никогда не длится долго, даже если его работа не такая важная, — продолжила она с явным сарказмом в предпоследнем слове. — Ты говорила, — согласилась Ванда. — Ты говорила, и я, ох, — простонала она, давление между ее киской и бедром Агаты затронуло непосредственно ее клитор. — Я тебе не поверила. — Держу пари, ты не совершишь эту ошибку дважды, — сказала Агата, положив одну руку на грудь Ванды. Она сжала ее сосок, и у Ванды перехватило дыхание. — А теперь, как насчет того, чтобы перенести это в постель? Или брачное ложе для тебя теперь слишком свято? Ты не звонила мне со свадьбы, я уже начала думать, что ты больше не хочешь меня. — Никогда, — сказала Ванда, подчеркивая свое заявление еще одним поцелуем. — Я не звонила тебе, потому что я не могла остаться одна, мне все равно, где мы трахаемся, мне просто нужна ты… — О, я могу представить. Думаешь, я не помню, как мы трахались в ванной на репетиционном ужине? — спросила Агата, и Ванда кивнула. У нее не было возможности забыть тот раз, не с воспоминанием о губах Агаты, когда она изо всех сил старалась сдерживать свои стоны, боясь быть услышанной, надеясь, что никто не заметит, что их нет дольше, чем следовало бы. Это было незабываемо, и у нее было чувство, что в этот раз, сейчас, будет еще один такой же момент. После долгой серии поцелуев, они наконец направились к кровати. На нем все еще была рубашка Вижена, оставшаяся после того, как он собирал вещи, и она быстро подняла ее и бросила в сторону корзины для белья. С этим покончено, она сняла штаны и нижнее белье и легла первой, в ожидании того, каким будет следующий шаг Агаты. Не теряя времени, Агата сняла и остальную одежду и оказалась сверху Ванды, прежде чем она успела это понять. Они снова целовались, их руки без колебаний исследовали обнаженные тела друг друга, и она ахнула, когда рука Агаты коснулась ее киски. — Еще нет, — прошептала Агата ей на ухо, целеустремленно вращая пальцами вокруг клитора Ванды, прежде чем убрать руку от ее киски, заставив Ванду застонать от разочарования. — Когда? — Когда я скажу. Все еще расстроенная, но не желая еще больше разозлить Агату — она уже однажды сделала это, и хотя оргазм был умопомрачительным, предварительное поддразнивание и оттягивания казались почти невыносимыми на тот момент — Ванда довольствовалась тем, что они делали еще несколько секунд. Она знала по опыту, что Агата лучше определяла темп, и была рада, что эта забота не в ее руках. Тем не менее, были некоторые вещи, которые она хотела бы иметь в своих руках. Например, грудь Агаты выглядела очень и очень соблазнительно. Она поддалась желанию и начала ласкать грудь Агаты, время от времени сжимая сосок. Судя по стонам Агаты, это было высоко оценено. Они продолжали так некоторое время, пока Агата не двинулась вниз по телу Ванды, сначала остановившись у ее груди. Она взяла сосок в рот и начала сосать, от чего Ванда громко застонала. Она ласкала другую грудь Ванды, пока была занята первой, а затем, через мгновение, переключилась, все еще не касаясь киски Ванды. Она чувствовала, что желание, что потребность в оргазме становится все более отчаянной, но Агата не делала ничего, указывающего на то, что это произойдет в ближайшее время. Ее следующий стон сопровождался движением ее бедер, хотя ей было не во что упираться. Агата, казалось, заметила это и, наконец, наконец, снова начала опускаться по телу Ванды… все еще время от времени останавливаясь, но двигаясь быстрее, чем раньше. Агата упоминала ранее, что ей не нравится, когда Ванда остается нетронутой («поначалу это впечатляет, но я чувствую, что это просто показывает отчаяние с твоей стороны, дорогая»), так что, похоже, она пыталась предотвратить то, с чем Ванда не могла помочь, но за что она была благодарна. Когда она была у ее киски, она начала с того, что облизала линию, избегая клитора Ванды, что определенно было намеренно, но, черт возьми, это было приятно. Она не торопилась, исследуя половые губы Ванды своим языком, пробуя ее на вкус. Она чувствовала, как нарастает ее оргазм, но Агата не позволяла этому случиться. Она просто продолжала дразнить, каким-то образом угадывая, когда Ванда вот-вот кончит, и отказывая ей в этом избавлении. Это было так разочаровывающе. Спустя всего несколько мгновений Агата наконец смилостивилась над ней. Она сосала клитор Ванды, уделяя ему все свое внимание, и Ванде не потребовалось много времени, чтобы наконец испытать оргазм. Ее спина выгнулась, и она громко застонала, ее бедра дергались, когда она пыталась продлить оргазм на столько, на сколько только могла. Агата не переставала сосать, пока она кончала, и чувствовала, как нарастает очередной оргазм, ее сверхчувствительный клитор умолял остановиться, но Ванда просто хотела еще и еще. Ее стон во второй раз, когда она кончила, был даже громче, чем в первый. — Позволь мне… — начала Ванда, все еще задыхаясь от оргазмов. Как только она снова смогла говорить, она продолжила. — Позволь мне отплатить тебе, пожалуйста, позволь мне заставить тебя кончить. Агата ухмыльнулась. — Это хорошо, да? — спросила она, и Ванда кивнула. Агата села, приблизилась к Ванде и легла. — Тогда хорошо, милая. Приступай к делу, — приказала она, и Ванда не могла дождаться, чтобы выполнить ее просьбу. Она поцеловала ее и почувствовала себя на губах Агаты, когда поцелуй стал более интенсивным, когда она переместила руки к груди Агаты — блять, она любила ее груди, и ей не терпелось попробовать их следующими. Руки Агаты твердо держались на ее бедрах, удерживая их обнаженные тела близко друг к другу, когда они целовались, и вскоре после этого Ванда захотела большего. Ее губы обхватили сосок Агаты, посасывая его и нежно покусывая, и ей понравился звук последовавшего за этим стона Агаты. Она провела языком вокруг соска, сосредоточив на нем все свое внимание, прежде чем переключиться на другую грудь и проделать с ней то же самое. Она целовала ее грудь достаточно сильно, чтобы оставить засос, ей нравился привкус пота на груди Агаты от напряженного секса. Ванда думала, что она устала от собственных оргазмов, но чем дальше она заходила, тем больше она возбуждалась снова, и ей нужно было попробовать Агату как можно скорее. И, судя по тому, как бедра Агаты упирались в никуда, она хотела того же. Она пробралась к киске Агаты и сразу же начала исследовать ее своим языком. Звуки, которые издавала Агата, были потрясающими и такими, такими горячими, но Ванда хотела, чтобы Агата кончила как можно скорее. Она хотела заставить ее кончить, а затем сделать это снова и снова. Она скорее трахнет Агату, чем Вижена, и она, и Агата знали это. Хотя Агата была не той, с кем она вступила в брак, но она не чувствовала себя виноватой из-за этого, ни тогда, когда она все еще пробовала Агату на вкус, ни когда обводила языком клитор Агаты по кругу и начинала сосать, и продолжала, пока та не испытала оргазм, задыхаясь, и дергаясь бедрами навстречу Ванде. Она знала, что любит Агата в постели, достаточно хорошо, чтобы знать, что она захочет кончить снова, поэтому она двинулась вверх, пока они снова не оказались лицом к лицу, целуясь, так что они обе пробовали себя на губах друг друга. Она придвинула свои бедра к Агате и начала тереться, чувствуя, как ее возбуждение смешивается с возбуждением Агаты, и простанывая в ее рот. Не останавливаясь, она провела рукой между ними, находя клитор Агаты. Она гладила его так быстро, как только могла, и не удивилась, услышав оргазм Агаты во второй раз. Спина Агаты выгнулась, прижимая их ближе друг к другу, и Ванда чуть не кончила сама, но этого было недостаточно. Как только ее оргазм утих, Агата посмотрела Ванде в глаза. — Я думаю, в тебе проснулись силы на еще один раунд, не так ли, милая? Ванда кивнула. Агата двинулась вниз по кровати, пока не опустилась, она едва взглянула на Ванду, когда снова заговорила: — Сядь мне на лицо, и я поработаю над тобой, пока ты не кончишь. Хорошо? — Пожалуйста, — сказала Ванда и подвинулась так, что ее киска оказалась над ртом Агаты. Как только она опустилась, она снова чувствовала на себе язык Агаты, и это было так приятно. Язык Агаты почти сразу же перешел к ее клитору, она воспользовалась одной из своих рук и начала надрачивать ею, толкая пальцы внутрь и наружу, и Ванде потребовалось всего несколько секунд, чтобы кончить в третий раз за эту ночь. Когда все закончилось, Ванда почувствовала себя измотанной. Она легла на кровать рядом с Агатой и позволила себе немного отдышаться. Агата позволила ей это сделать и повернулась на бок так, чтобы они были лицом к лицу, они обе все еще были обнажены, но не касались друг друга. Это было бы неловко, если бы не те несколько раз, когда они делали это раньше. Она еще не была замужем, во все их предыдущие разы. Она только нарушала обещания, данные своему партнеру, а не клятвы, но это уже неактуально, не так ли? Черт, она только что изменила мужу в первый раз. — В какой день должен вернуться твой мужчина? — спросила Агата, встав с постели и снова начав собирать одежду. Как ей это удавалось, так небрежно относиться к их договоренности, Ванде было неведомо. Она была почти впечатлена тем, как быстро Агата могла перейти от умопомрачительных оргазмов к тому, чтобы просто быть ее причудливой соседкой. Это было бы более впечатляюще, если бы не чувство вины, которое чувствовала Ванда. — Послезавтра, — ответила она. — Тогда увидимся завтра? Ванде даже не нужно было думать над своим ответом. Она сказала ответ, который она говорила каждый раз, когда у них была такая возможность, каждый раз, когда Агата проверяла, хочет ли она продолжать делать это, продолжать изменять своему партнеру. Она знала, что это был неправильный ответ, что все развалится, как только правда выйдет наружу, но она говорила это каждый раз. — Да.